Пуанты на миллион

Всю следующую неделю я работала не официанткой, а стриптизершей, так получу больше денег. Дмитрий приходил к нам в дом, но чаще приходил в «Солнце и Луна». Сдерживался. Хотя иногда приходил Рубен и просил выступить для Шатца, но после десяти разбитых тарелок он понимал, что я не согласна. Я вошла в примерку. Подняв глаза, я увидела, что в горизонтальном положении лежит Женя и стонет, а на ней Рубен. Заметив меня, Рубен попытался прикрыть свою наготу. - Вы сумасшедшие? – отвернулась я. – Трудно было дверь закрыть? - Прости, Аленка. Не могла бы ты выйти? Я, стараясь не смотреть на них, забрала вещи и искала место, где переодеться. Все VIP-комнаты были заняты, но все же одна оказалась свободной. Это была та самая комната, в которой я танцевала первый свой приватный танец. Войдя в нее, я несколько раз споткнулась, ища выключатель. Все же я его нашла. Он был рядом с диваном. Но включив его, я не ощутила никакой разницы. Что с ним, что без него, в комнате было тускло. Я стоя спиной к дивану, сняла себя короткий топ и осталась в бюстгальтере и в юбочке. Чьи-то теплые руки обвили мою талию и прижали к себе. - Schneck*, ты великолепна. Я повернула голову и увидела лицо Димы. Я начала вырываться. - Отпусти меня, извращенец! Он отпустил меня. Я попыталась побежать к двери, но Шатц опередил меня, закрыв дверь, он обернулся. Не выдержав его взгляда, который раздевал меня, я отвернулась и увидела, что на столе стоят бокалы, две бутылки шампанского и фрукты. Так же стояли свечи, которые не были зажжены. Дмитрий подошел и, достав зажигалку, зажег их. Он присел на диван и похлопал по дивану рядом собой. - Присаживайся. Я села на краешек, стараясь еще дальше двинуться от парня, но мне не позволял диван. - Meine süße*, не бойся меня. – Промурлыкал Дима, наливая в бокалы шампанское. Наполнив бокалы до краев, он подал мне его. - Нет-нет, - замахала я рукой, - я не пью. Но парень все же сунул мне его. - За тебя, liebe*, - цокнул бокалом в бокал и сделал большой глоток. Я же сидела и смотрела на пузырики в бокале. Дура, он тебя сейчас изнасилует, а ты на пузыри смотришь! Я преподнесла шампанское к губам и слегка намочила их, но парень взял мою руку, которой я держала бокал, и заставил меня выпить. Я выпила все и скривилась. - Вот, закуси, - он оторвал виноградинку и сунул мне в рот. Когда виноград оказался у меня во рту, Дима провел пальцем по моим губам, а потом по шее и груди. Я протянула руку за футболкой и надела ее, но тут парень потянул меня к себе. Мне удалось вырваться, побежала к двери. Ключа не было рядом, а он все ближе подходил ко мне. Я метнулась в другой угол комнаты. - Не подходи ко мне! – зашипела я. - Брось, liebe, давай проведем эту ночь вместе. Думаешь, я хожу сюда, чтобы смотреть на тебя? – я бегала то в один угол, то в другой, а парень догонял меня. – А твою маму просто так повысил? Я сделал ради тебя, hündin*. Парень крепко вцепился в мои руки и бросил на диван. Меня охватывает паника. Я хотела громко закричать, но из-за громкой музыки меня никто не услышал бы. - Что нравится, когда силой берут? – хрипло сказал он, удерживая одной рукой мои запястья. Другой рукой он раздвинул мои ноги и пальцем начал гладить мою нежную плоть. Я кричала и вырывалась, но его было не остановить. Дима ближе нагнулся к моим губам и простонал. Да он пьян! Парень еще раньше выпил. Дмитрий задирает мою футболку и щупает грудь. Услышав, что он рвет юбку, я закричала. - Не ломайся, нам будет сегодня очень хорошо, – улыбнулся. Жадные пальцы проникают под трусики и, нащупав клитор, гладят несколько раз. Из моей груди вырывается стон, и слезы текут ручьями. - Строишь недотрогу, а сама как сучка в период течки, - сказал он и показал свои влажные пальцы. Расстегнув ширинку, обнажил свой член и резко вошел в меня. Острая боль пронзила меня, и я кричала как ненормальная. У меня все внутри разрывалось на части. Шатц замер во мне. Он тяжело дышал через рот. Пристав, взглянул на мои заплаканные глаза. Выйдя из меня, мы вместе уставились на его член, который был в крови. - Ты девственница? - с трудом выговорил он и добавил: - Была. - Что ж, теперь тебе известно об этом? – гневно спросила я. – А теперь убирайся прочь! - Netter*, мне проще перерезать себе глотку, чем оставить тебя сейчас. Он снова стал двигаться, я кричала. Увидев на столе две бутылки, я хотела взять одну и ударить его по голове, но мои руки были зажаты. Тогда я стала стонать, делая вид, что мне хорошо с ним, хотя мне было очень плохо, болело все тело. Дима отпустил мои руки, вцепилась одной рукой в его пиджак, а другой за горлышко закрытой бутылки и уже была у цели, но тут парень крепко взял меня за руку. - Не хорошо, netter. Он забрал бутылку и, поставив ее на место, продолжил. Прошел час-два, а Дима не останавливался. Он остановился лишь для того, чтобы скинуть с себя одежду. Когда все закончилось, я не могла пошевелиться. Медленно одеваясь, я заметила, как Шатц достал бумажник и вытащил из него несколько пятитысячных купюр, протягивая мне их. - Мне не нужны твои деньги, - чуть слышно ответила я. - Возьми, ты их заслужила. Гнев охватил меня. Я взяла деньги и бросила ему в лицо. - Я сказала, что мне не нужны твои деньги! Плати их другим девицам, которые заслужили! Подонок! Дождавшись, когда он откроет дверь, я вылетела оттуда, захлебываясь слезами. - «Может и хорошо, что он стал моим первым, но парень обесчестил меня силой. Мне никогда этого не забыть!» - я лежала в ванной и смотрела, как струйки крови смываются с моих ног и, поднимаясь вверх, растворяются в воде. В дверь постучались. - Алена. - Да, мама, - хрипло отозвалась я. - Дорогая, с тобой все хорошо? - Да, мама, - повторила я, и окунулась с головой в воду.