Попка не дурак, Попка — дура

      Ванька мне соврал, когда пригласил нас с Гри в гости и сказал, что мама немного успокоилась. А я, дурак, поверил. Кажется, они с сестрой просто сговорились устроить «семейный» ужин, никого не предупредив.       Я молчал, тиская ручки пакета с подарками и угощением к столу, глядя на маму, которая сидела за накрытым столом и поэтому только не упала, наверное. Гри стоял рядом и сжимал в руках два пышных букета цветов — для дам.       Наконец, неловкую тишину нарушила Алина, кокетливо сверкнув на Гри глазами и взяв один букет.       — Не поможете мне принести вазы, Григорий? — она уцепила моего мужчину под руку и потянула на кухню, тот кивнул, лишь вопросительно глянув на меня, но я согласился. Ванька же забрал у меня пакет и подпихнул локтём к столу, шагая за ними.       Мы остались с мамой наедине, и я неловко присел за стол рядом с ней, глядя потерянно и не решаясь начать разговор.       — Это и есть твоя «девушка»? — мама начала первой, больше не глядя на меня.       — Григорий — тот человек, которого я люблю, — немного устало поправил я, остро ощущая, что просто согласиться будет недостаточно. Унизительно? Для него. Для нас.       Мы помолчали, а потом она снова задала вопрос, и я слышал в её голосе такую же усталость как и в своём.       — Кто он?       — Мой начальник.       Она глянула на меня неверяще и немного нервно рассмеялась.       — Как в дешёвом любовном романе! У него поди ещё есть семья, дети? — с надрывом спросила она, а я просто приподнял руку, показывая ей кольцо на своей руке и то, что я его семья. Его любовник и любимый.       — Вы обручились? — приглушённо спросила мама, не отрывая взгляда от кольца. Она словно не верила, что я не любовник на час, что у нас с Гри может быть что-то серьёзное и долгое. Да раньше я и сам не верил.       — Если бы здесь это не было под запретом... — я пожал плечами. Сейчас мне достаточно было кольца и любви Гри, а проблем со свадьбой или чем-то таким, пусть и в другой стране, не хотелось. Я просто знал, что сейчас Гри — мой, и этого было достаточно. — Жены и детей у него нет. Только какаду.       Мы больше не говорили, и постепенно к столу подтянулись остальные. Красивая ваза с одним букетом примостилась на комоде, вторая — в центре стола. Стало оживлённо, Ванька достал из пакетов угощение к чаю и дорогое вино для нас. Гри уверенно сел рядом со мной.       — Я когда-то очень обидел вашего сына. И прошу вас не совершать той же ошибки. Славка такого не заслужил, — неожиданно заявил Гри, а я вскинул на него взгляд, чувствуя, как щемит сердце от того, как он произнёс моё имя. Я его простил за прошлую боль, и знал, что больше он не оттолкнёт.       — И что же вы сделали? — довольно холодно поинтересовалась мама, но мне почему-то показалось, что она готова меня защищать.       — Бросил его, — честно ответил Гри, а я не сдержал шумного вздоха. — Дважды.       Сестра охнула, брат недовольно нахмурился, а мама звонко отложила вилку и нож и прямо взглянула на Гри. Сидя между ними, я очень терялся. Чего мне ждать? Она всё же... приняла меня или подобные разговоры ей очень неприятны?       — И почему же вы не прекратили это? — и я знал, что она имела в виду наши с Гри отношения.       — Потому что люблю его. И так я не любил никого, — просто ответил Гри, а меня словно оглушили. Я не ждал признания, он ведь не говорил мне... ведь не говорил? Так открыто при всех...       Глядя на скатерть, я взял Гри за руку и сжал пальцы — сестра мечтательно вздохнула, Ванька фыркнул, а мама вновь замолчала.       — Я тоже люблю тебя, Слава, — негромко начала она, и я с надеждой заглянул ей в глаза. — Но я не понимаю, за что нам это? Что я сделала не так? Что упустила в твоём воспитании? А если... — она бросила взгляд на Ваньку, и тот подавился мясом, кашлянув пару раз. А мне захотелось провалиться. Потому что виновата во всём этом не она, а я сам. Я же неправильный.       — Ма, мне вообще-то Света нравится! — возмущённо выпалил он, покраснев.       — А мне Мишка, — на всякий случай добавила сестра, а я пытался вспомнить, кто это.       — Миша? Это случайно не тот старшеклассник-байкер? — с сомнением протянул я, кажется, пару раз видев, как тот у школы красуется на своём звере.       — Да лучше уж байкер, — огорчённо сказала мама, видимо считая, что лучше пусть Алине нравится опасный Миша, чем какая-нибудь скромная Маша. Встревать я не стал, Алина разберётся сама.       — Хотите, я тоже научусь водить? — без напряжения, со смешинками в голосе поинтересовался Гри, и она устало улыбнулась. Но улыбнулась ведь!       Остаток вечера был... странным. Неторопливые разговоры ни о чём, тема моей ориентации больше не поднималась, мы с мамой пили вино, а Гри отказался — хотел сам поехать на машине обратно. Ваньке и сестре достался вкусный чай и конфеты.       Когда всё закончилось, я не знал, как прощаться и что говорить, но в коридоре мама обняла меня и я едва сдержал слёзы, подступившие от облегчения. Всё теперь будет хорошо.       — Следующий Новый Год мы можем провести вместе, — не совсем уверенно предложила мама, но я лишь кивнул, улыбаясь и не намереваясь её заставлять, а после поцеловал в щёку. Я был рад, что Ванька с сестрой подстроили этот ужин.

***

      — Хорошая у тебя семья, — в машине Гри заговорил не сразу, давая мне время прийти в себя.       — Ага, — я улыбался, разглядывая его, светясь от облегчения и наверное, немного от вина. — Ты тоже. Моя семья.       Гри усмехнулся, а когда мы приехали, то притянул к себе поцеловал, забирая из моего тела последнее напряжение. Мне было легко. Спокойно. Сладко. И теперь я точно знал, что всё будет хорошо.