Всего лишь люди

      Бургомистру стало лучше только к утру. Он был упрям, вел себя как капризное дитя, стонал и причитал без остановки, однако ведьме пришлось не только быть очень терпеливой, но еще и ласковой. Чего только стоило ей уговорить всея Эсгарота выпить до конца ее отвар. - Это зелье плохо пахнет... И цвет у него ужасный... а на вкус оно, как козлиная моча... - он канючил и ныл.       У Илоны чесались руки одеть бургомистру на голову горшок с отваром и уйти, но перед этим еще залепить пощечину Алфриду, который то и дело дергал ее, напоминая, что если у нее ничего не получится, она окажется за решеткой так быстро, что моргнуть не успеет. Эти двое определенно друг друга стоили, они, словно две пиявки, всю ночь высасывали из нее силы, но ведьма стоически выдержала все.       Сначала, конечно, бургомистр добрых пару часов не слезал с горшка. Стоило ему выйти из туалета и облегченно выдохнуть, как он тут же бежал обратно, стараясь ничего не проронить. - Так и надо, - уверяла Илона, прислонившись плечом к дверному косяку, - Тело очищается, вся гадость выходит, скоро станет полегче.       Потом она щупала его живот, заговаривала воду из колодца, поила бургомистра этой водой, снова щупала живот, читала заговоры, все, какие приходили ей в голову. В общем разыгрывала грандиозный спектакль, потому что у правителя Озерного города было обычное несварение, но ей надо было сделать вид, что она усердно борется со страшной болезнью. Бургомистр поверил в чудодейственность ведьминого зелья, заговоренной воды и магию заклинаний, ему стало значительно лучше и он даже повеселел, правда, после чистой колодезной воды его один раз стошнило. - И как же ты будешь выбирать, кого отпустить, а кого нет, а? - спросил у нее толстяк, когда боль в животе, наконец, покинула его и он вздохнул спокойно. - Имеете в виду тех, кого арестовали вчера из-за обычной драки? - девушка пристально посмотрела на бургомистра. - Да. Не лучше ли предоставить это дело Алфриду или... суду? Вдруг ты выпустишь преступника? - он прищурился и ведьма поняла, к чему он клонит.       Алфрид, к счастью Илоны, уснул в кресле, тихо похрапывая, его сир и его самого порядком вымотал за прошедший вечер и ночь.       Девушка стала серьезнее: - Мы договорились, бургомистр. Вы должны сдержать свое слово иначе... - угрожать прямо нельзя, - Боль может вернуться, - ей хотелось сказать, что она нашлет на него такую порчу, что он пожалеет о том, что обманул ее.       От этих мыслей Илона почувствовала, как по спине у нее побежали мурашки. Конечно она не очень любила людей, но никогда не стала бы намеренно кому-то вредить, просто она еще никогда не чувствовала такой лютой злости к определенному человеку. В последнее время она очень изменилась... - Да-да, конечно, - поспешно ответил мужчина и деловито сплел пальцы у себя на животе, - И все же. - Ну, во-первых, я была там, я видела, кто затеял драку, а во-вторых, я вижу помыслы людей, - проговорила она, стараясь придать своему голосу как можно больше загадочности и веса, - Знаю, когда мне лгут, а когда нет, у меня хорошая интуиция, - немного помолчав, Илона добавила, - Испытайте меня. Расскажите пару историй, а я скажу, какая из них правдивая, а какая нет.       Бургомистр смотрел на нее пристально, из-под своих рыжих бровей. Его выражение лица девушке совершенно не нравилось. Он жадный, глупый, мелочный человек, но в нем еще есть коварство, он любит пользоваться своей властью и совершенно не знает меры, от него можно ожидать чего угодно. - Что ж, хорошо! - усмехнулся мужчина, - Вот тебе первая история. Знал я одну прачку, которая работала у моего отца. Я был тогда его помощником и советником. Красивая была девица, ты, кстати, на нее очень похожа. Многие на нее засматривались, да только когда обрюхатили ее, никто не захотел брать ее в жены. Говорили, что она родит от моего отца или от меня. Но я-то знаю... - он пару раз кивнул, погрозив ведьме пальцем, - У нас в городе гостили тогда некоторые подозрительные личности, какие-то чужеземцы... Кто-то из них ей ребенка и заделал, в этом нет сомнений.       Ведьма сидела, не смея пошевелиться, все внутри нее скрутило от напряжения, мать никогда не говорила, кто отец Илоны, не рассказывала, как познакомилась с ним и куда он пропал. Девушка убеждала себя, что ей все равно, но иногда ей не хватало чего-то, уже потом она поняла, что ей не хватало отцовской любви. - И вторая история, - продолжил бургомистр, ему явно понравилось, какое впечатление он произвел на эсгаротскую ведьму, он хотел, чтобы она поняла - он знает о ней то, чего ей самой не известно, - Один парень славился своей меткостью и отвагой, даже смог стать капитаном лучников городской стражи Эсгарота. Его все любили, он помогал всем и был добр с людьми. Однако постепенно своими добрыми делами он начал настраивать народ против местной власти и его подставили по моему личному приказу. Его выкинули со службы с позором, но на этом он не остановился. Из мести этот лучник начал организовывать волнения в городе, что привело к бунту. Однако его удалось поймать и жестоко... наказать, - лицо ведьмы казалось высеченным из камня, ни одна черточка не дрогнула, а бургомистр улыбнулся, - Ну? Где ложь, а где правда? - Первая - правда, вторая... правда лишь наполовину, - Илона не глупа и поняла, что вторая история это предупреждение, она примет его к сведению, но в долгу не останется, - Можете ничего не говорить, я знаю, что права. Я ведьма и много чего умею. Вам повезло, что именно я взялась вас лечить... - девушка встала и подхватила свое пальто с изножья кровати, - Вам нельзя много есть, впредь ничего жареного, только вареное или овощи. Не налегайте на вино, бургомистр, старайтесь есть чаще, но понемногу и тогда боль может больше не вернуться.       На улицах Эсгарота никого не было, люди еще спали, либо только-только просыпались. В воздухе пахло весной, небо было безоблачным, солнце только что встало, его лучи уже слабо, но согревали. Совсем скоро снег растает, побегут ручьи и станет тепло. Однако на хорошую погоду Илоне сейчас некогда было любоваться, она ужасно хотела спать, но ей еще нужно сделать одно важное дело. Скоро она явилась в острог, кутаясь в пальто, хмурая, уставшая, плохо тому, кто начнет с ней препираться сейчас. - Я пришла по приказу бургомистра, - чеканя каждое слово, проговорила ведьма и протянула начальнику стражи свиток, - Отпустить часть задержанных после вчерашней драки.       Косматый мужчина с полным лицом посмотрел на нее с долью неприязни, оно и не удивительно, пришла какая-то женщина и начала тут строить из себя хозяйку. Мужчина забрал у нее свиток, раскрыл его и пробежался взглядом по тексту. За его спиной как по волшебству возник Леонель. - Подпись и печать бургомистра, похоже, она не врет, - этот парень никогда не держит язык за зубами, но остальные стражники уважали его за ловкость, смелость и чувство юмора, которое помогало скоротать время в ночных караулах.       Однако вторая история бургомистра была не о нем, к тому же он не капитан лучников, Илона не боялась за Леона. - И без тебя вижу, - раздраженно ответил начальник стражи и свернул свиток обратно.       Этот начальник лично проводил ее к камерам. Сквозь решетку ведьма увидела несколько знакомых лиц: кто-то приходил к ней когда-то, кого-то она узнала совсем недавно. Многие из этих мужчин не спали, они сидели по пять-шесть человек в камере, в их глазах читалась усталость и какая-то обреченность. Девушка старалась ни чем не выдать своего волнения, пока искала глазами одно единственное лицо. Лицо человека, который был для нее важнее всех остальных, как бы жестоко по отношению к другим это не прозвучало. Пройдя вперед, она смотрела по сторонам и тут встретилась глазами с удивленным взглядом Барда Лучника. Над левой бровью у него была ссадина, но в общем он был цел и ведьма усилием воли подавила вздох облегчения. - Все, кто не виноват во вчерашней драке, встать! - приказал страж, его голос разбудил спящих, заключенные оживились и на ноги вскочили все без исключения.       Илона прошла вперед, потом назад, внимательно глядя на лица людей. - Он, - она указала на одного мужчину, - Он... Этот тоже, он, он, - всех, на кого ведьма показывала пальцем, выпускали.       Скоро на свободе оказался Альв - конюх, Крейг Рут, Двейн - кузнец, еще несколько человек и, наконец, лодочник Бард. - Эй, а как же я, я тоже не виноват! - один из мужчин с лиловыми синяками под двумя глазами прилип к решетке, когда Илона проходила мимо него.       Он широко улыбнулся ей, демонстрируя дырку от выбитого переднего зуба. - Ты? - девушка повернулась к нему и наклонилась ближе к мужчине, ее взгляд казался пронизывающим, он забирался под кожу, в самое сердце, и там она видела все, что человек скрывает от нее, - Ты один из первых начал колотить кого попало, Маргад, впредь никогда не лги Черной ведьме Эсгарота, - мужчина в страхе отпрянул от прутьев решетки, ибо сейчас Илона выглядела грозно.       В общей сложности благодаря ей свободу вновь обрело восемь человек, большинство из которых поспешили домой к своим семьям. Бард с Крейгом тоже скорее всего. Все это время начальник стражи следил за процессом, можно не сомневаться, что потом он донесет кому надо, как и кого именно она выпустила. Рядом с ним, помимо еще нескольких стражников, стоял Леон, он тоже наблюдал за девушкой с любопытством, пытаясь понять, как она определяет кто виновен, а кто нет. - Впечатляет,-сказал парень, когда ведьма собралась уходить, он поймал ее у выхода. - Спасибо за помощь... с отваром. Я не поблагодарила тебя... - задумчиво проговорила Илона, повернувшись к нему. - Пустяки, если тебе понадобится любая помощь... - он развел руками, как бы демонстрируя себя, - Обращайся ко мне, помогу чем смогу.       Девушка нашла в себе силы улыбнуться, она кивнула: - Ловлю на слове, Леонель. До встречи.       Теперь свежий воздух показался ей глотком самой жизни, впервые с тех пор как она вернулась от эльфов, она испытала такое нервное напряжение. В основном ее жизнь протекала спокойно и скучно, однако что-то ей подсказывало, что впереди ее ждет еще много чего. А сейчас больше всего на свете ей хотелось добраться до своей постели и уснуть, и тогда она проспит до самого вечера, не иначе.       Однако когда ведьма прошла пару кварталов, кто-то поймал ее за локоть и затянул в проем между домами. Девушка инстинктивно попыталась вырваться, но потом увидела перед собой Барда и сразу же успокоилась. - Тильда в порядке, ее не было в той толпе... - быстро начала Илона, но мужчина кивнул. - Знаю, я видел их когда меня уводили. А теперь скажи мне, что ты сделала чтобы нас выпустили? - его лицо было напряжено, брови сдвинуты как тогда, когда он вытащил ее из драки. - Я... просто вылечила бургомистра и потребовала свободы тем, кто не виноват... - до нее не сразу дошло, почему Лучник так волнуется, - Если бы бургомистру внезапно не стало плохо, я даже не знаю, что делала бы, Алфрид ни за что бы не согласился... - но не успела она сказать еще хоть слово, как почувствовала, что Бард крепко обнял ее.       Она знала, что это благодарность, просто объятие, но девушка заметила, что ее сердце забилось быстрее. Первые несколько секунд она была словно каменная статуя, но потом расслабилась и обняла мужчину в ответ, уткнувшись носом в его плечо и закрыв глаза. - Мне жаль, что вчерашний день закончился... так, - тихо сказал лодочник, когда отпустил ее через пару минут, пролетевших невероятно быстро, и слабо улыбнулся, - Первый раз ты пришла на праздник, а он обернулся так скверно.       Пока он сидел в камере, то успел подумать обо всем: о детях, о своей жизни, о том, что он все еще чувствует боль, вспоминая о жене, но так же он думал о ведьме. Он был рад, что она пришла на площадь после нескольких недель отчуждения, Бард поймал себя на том, что впервые за долгое время был счастлив с кем-то помимо своих детей. Он радовался тому, что успел выдернуть девушку из толпы дерущихся людей, что она осталась цела. А когда Лучник увидел ее по ту сторону решетки, он почувствовал дикую смесь из самых разных чувств, в нем бушевало волнение, удивление и даже страх. - Но ты сама говорила, что ничего не происходит просто так. - Приятно, что кое-кто начал со мной соглашаться, - Илона улыбнулась, глядя на мужчину снизу вверх, - Мы оба устали, Бард, оба не спали этой ночью, - она хотела коснуться его лица, но не посмела поднять руку, поэтому просто сжала пальцы его руки своими, - Приходи ко мне, когда будет время, я буду ждать.       Несмотря на усталость, она поняла, что не хочет уходить от него, но здравый смысл решил все за нее. Девушка смотрела на лодочника еще несколько секунд, а потом вышла на улицу и направилась в сторону своего дома, стараясь улыбаться не слишком широко и счастливо. Она помогла Барду выйти на свободу и была рада, что оказалась ему полезной. Он спас ее жизнь, а она его - они в расчете. Лучник же провел ладонями по своему лицу, взглядом проводил ведьму до угла, а потом пересек мостик и зашел за дом, где его ждал Крейг. - Она и впрямь ведьма, раз сумела нас вытащить, - отозвался Рут, стараясь сильно не дрожать от холода, который забирался под одежду и обнимал за спину.       Лодочник ничего не ответил, лишь усмехнулся, покачав головой. Он не сомневался, что Алфрид надолго упрячет его в тюрьму по каким-нибудь надуманным обвинениям, но появилась ведьма, которая спасла его и остальных. Может она применила какие-то свои чары или ей просто повезло, в любом случае помощник бургомистра не забудет ей этого, как бы и на нее не началась охота. Однако об этом можно подумать потом, а сейчас... Сейчас нужно вернуться к детям, хорошенько поесть и поспать. А потом, как говорят, утро вечера мудренее.