Гленофобия. Когда любовь стынет в жилах

|Обложка: http://cs306211.vk.me/v306211375/990c/2SORRkniiBg.jpg|

|Музыкальное сопровождение: Secret Garden – Adagio|

Следующее утро было холодным, дождливым и мрачным. Вспоминая предыдущий солнечный день, проведенный в четырех стенах, Дейдара лишь тоскливо вздыхал, поправляя на плече сумку с книгами. В этот раз блондин решил не испытывать организм на прочность и накинул поверх форменного вязаного жилета легкую куртку. По улицам Тосима медленно потягивалась дымка тумана. Если бы Дейдара находился не в Японии, он мог бы предположить, что судьба случайно занесла его в какой-нибудь Лондон. Родители много рассказывали ему об этой величественной столице Англии, показывали фотокарточки и даже обещали как-нибудь взять с собой, чтобы дать сыну возможность увидеть все вживую. Как грустно, что они так и не успели выполнить свое обещание… Смахнув подступившие слезы кулаком, Дейдара по-детски шмыгнул носом, натянул на лицо привычное нахмуренно-безразличное выражение и двинулся дальше. В университете его поджидал сюрприз. Когда парень снял с себя куртку и открыл шкафчик для обуви, под ноги ему вывалился небольшой розовый конверт в форме сердечка. Подняв находку с пола, Дейдара увидел на конверте надпись: «Для Тсукури-куна». Девяносто девять процентов было за то, что это любовное письмо от какой-нибудь девчонки. Но Тсукури Дейдара был человеком неординарным, не любившим мыслить в одном направлении. А потому он решил, что это очередная уловка со стороны капитана баскетбольного клуба, чтобы заманить его, Дейдару, в команду. Невероятно обозлившись и едва сдерживая ругань, парень быстро вскрыл конверт и выудил оттуда записку, пахнущую чем-то цветочным. Блондин осторожно принюхался. Ну надо же! У кого-то хватило ума обрызгать бумагу духами. Капитан баскетбольного клуба Токийского университета искусств до такого точно бы не додумался. Пробежавшись глазами по ровным строчкам иероглифов, парень не сразу понял смысл написанного. Пришлось перечитать два или три раза, прежде чем блондин с удивлением осознал: это и вправду было самое настоящее розовое, пахнущее цветочными духами любовное послание. «Дорогой Тсукури-кун! Я давно хотела сказать тебе о своих чувствах, но до сих пор никак не решалась. Ты самый крутой и обаятельный парень в нашем универе, и мне хватает лишь одного твоего взгляда, чтобы окончательно забыться в приступе любви. Быть может, мы могли бы встретиться сегодня и поговорить? Если согласен, приходи после четвертой пары в аудиторию В-16, я буду ждать.

По уши влюбленная в тебя незнакомка»

Должно быть, Дейдара был так ошеломлен, что не заметил человека, подошедшего к нему сзади. Когда на худые угловатые плечи парня с размаху опустились чьи-то ладони, блондин едва не заорал от испуга. Но это оказался всего лишь выздоровевший староста их группы, по совместительству приятель Дейдары и просто хороший человек. Нельзя сказать, что они являлись близкими друзьями, но староста уже не раз давал товарищу неплохие и довольно действенные советы и вообще всячески выручал, когда дела касались учебы и прочих университетских обязанностей. - Привет, Тсукури, давно не виделись, - широко улыбнулся приятель. – Думал, еще вчера увидимся, но ты не пришел. - А, Сайто, это ты, - облегченно выдохнул Дейдара, заталкивая письмо обратно в шкафчик для обуви. К сожалению, действия блондина не укрылись от бдительного взгляда старосты. - Ого, - хитро посмотрел на приятеля Сайто. – Да я смотрю, ты теперь пользуешься популярностью. - Да так, ерунда какая-то, - Дейдара быстро переоделся в сменку и остановился, чтобы подождать товарища. – Я даже не знаю, стоит ли идти с ней на встречу. - Письмо не подписано? – деловитым голосом осведомился Сайто, открывая свой шкафчик. – Ты ее знаешь? - В том-то и дело, что нет, - задумчиво пробормотал блондин. – Во всяком случае, я подумаю. У меня еще есть время. - На твоем месте я бы не стал упускать такой шанс, - произнес староста, убирая уличную обувь в ящик. – Хотя, конечно, поступай, как считаешь нужным. Девиц у нас много. Что правда, то правда. Пока они вдвоем шли до своей аудитории, Дейдара даже успел удивиться количеству представительниц прекрасного пола, высыпавших в коридор. Все, как одна, о чем-то трещали, но когда парни проходили мимо них, неожиданно замолкали и провожали настороженными взглядами до самого угла. «Странные существа эти женщины», - подумал блондин. – «Интересно, что было бы, полюби я не Сасори, а одну из них». Парень даже не замечал, что все это время Сайто не сводил с него задумчивого, какого-то испытующего взгляда. Словно долго решался на что-то, но под конец передумал. После первой пары Дейдара набрался смелости и подошел к дверям медпункта. Осторожно постучав и услышав до боли знакомое «Войдите», блондин заранее прокашлялся и приоткрыл дверь, осторожно заглядывая в кабинет. Сасори сидел за столом в белоснежном накрахмаленном халате и заполнял какую-то учетную книгу. Завидев Дейдару, он приветливо улыбнулся и помахал другу рукой. - Погоди минутку, я тут кое-что закончу, - пояснил рыжеволосый, указывая шариковой ручкой в сторону кушетки. – Если, конечно, тебе не срочно. - Нет-нет, я подожду, - смиренно проговорил парень, присаживаясь. С виду Акасуна пребывал в хорошем расположении духа и, по всей видимости, вовсе не дулся на блондина из-за вчерашнего. Закончив делать пометки, рыжеволосый захлопнул журнал и отложил его на угол стола. - Теперь рассказывай, - Сасори повернулся в сторону притихшего блондина. – Как самочувствие? Как подготовка к зачетам? - Вроде бы все хорошо, - замялся Дей. – По крайней мере, приступов не было. - Я думаю, если бы у тебя они были, ты бы тут сейчас не сидел, - нахмурился Сасори. – Я вчера весь вечер держал телефон наготове и молился, чтобы с тобой ничего не произошло. - Интересно тогда, почему же ты вчера так внезапно ушел, - сквозь зубы проговорил парень, не скрывая обиды в голове. – Хотя я сам виноват, сказал лишнее, задел за живое… Ты уж прости. - Тебе не за что извиняться, - серьезно посмотрел на него рыжеволосый. – Я и не думал обижаться, между прочим, хоть ты и говоришь частенько всякие глупости. А ушел для того, чтобы не отвлекать тебя от учебы своим надоедливым присутствием. Или ты хочешь, чтобы я поселился в твоей квартире? Я думал, что тебя это как-то смущает. В смысле, то, что я в последнее время так много нахожусь у тебя. - Что ты, - Дейдара почему-то обрадовался. – Заходи, как захочешь, я только рад буду. Мне иногда так скучно бывает, просто не представляешь. - Ну, сейчас-то тебе скучать не придется, - усмехнулся Сасори. – Завтра первый зачет, ведь так? - Так, - вздохнул блондин. – Теоретическая механика. - Готов? - Процентов на восемьдесят. - Ну и это хорошо. Сегодня не старайся много выучить, лучше ложись спать пораньше, так в голове к утру останется побольше информации. - Да знаю я, - отмахнулся парень. – Просто я пришел спросить у тебя совета… В этот момент в кабинет постучались, и в дверном проеме показалась лысеющая голова декана археологического факультета. - Акасуна-сан, можно Вас на минуточку? – приятным баритоном поинтересовался он. – Я по поводу грядущего медосмотра. - Конечно, я сейчас подойду, - Сасори перевел виноватый взгляд на Дейдару. – Тсукури-кун, поговорим в следующий перерыв, хорошо? Как видишь, дела не ждут. - Окей, - пожал плечами блондин, поднимаясь с места. Но в следующий перерыв им так и не удалось встретиться. Сасори вызвали куда-то в ректорат, и рыжеволосый бесследно пропал в его глубинах. Между тем пролетели третья и четвертая пары. На последней преподаватель пожелал всем студентам удачи на завтрашнем зачете и объявил точную дату начала летней сессии – пятое июля. К этому времени каждому из студентов предстояло получить зачеты по пяти дисциплинам. Уже спускаясь по лестнице вниз, Дейдара заметил, что на небе опять разошлись облака и показалось солнце, медленно движущееся в сторону заката. «Туман над Темзой» за день успел покинуть улицы Тосима, а вместе с городком значительно прояснились и мысли блондина. Он искал загадочную аудиторию В-16. Поиски нужного кабинета привели его в корпус археологического факультета. Занятия студентов этой специальности только что закончились, и веселые молодые люди и девушки неторопливо брели по коридору, оживленно переговариваясь. Дейдара помимо воли отметил, что парней здесь едва ли не в два раза больше, чем девушек. Вспомнились и результаты экзаменов, по которым он вполне мог поступить на археологический. В душе поднялась маленькая буря, но блондин тут же заглушил ее в корне. Ну уж нет. И что с того, что оба его родителя учились здесь? Не все дети идут по стопам своих предков. Да, когда-то он тоже мечтал здесь учиться. Но что хорошего в этой археологии, когда в мире еще столько бракованных самолетов и пилотов, не способных справиться с управлением в нужный момент… Эта чертова археология, подразумевающая частые перелеты из страны в страну, сделала его, Дейдару, круглым сиротой. Когда-нибудь он точно станет авиаконструктором и исправит это бедственное положение с самолетами. Он обязательно что-нибудь придумает, чтобы сделать перелеты более безопасными. Он… Но сначала надо было доучиться на архитектора, чтобы исполнить первую мечту, появившуюся в его сердце еще с момента смерти родителей Акасуны. У него, Дейдары, еще целая жизнь впереди. И он обязательно все-все успеет, ведь обещание, данное дорогому другу несколько лет назад, было отнюдь не пустыми словами. Это стало целью его жизни. Ведь он поклялся, что сдержит слово. А иначе и быть не может. Так думал блондин, пока его взгляд не наткнулся на жестяную табличку над одной из дверей: «В-16». Вот она, нужная аудитория.

|Музыкальное сопровождение: Shougo Kaida – Ai wo Kou Tsuyosa|

«Наверное, я совершенно зря это делаю», - промелькнуло в голове парня, когда он взялся за ручку двери. – «Попусту трачу время». Старая дверь со скрипом распахнулась, производя излишне много, по мнению блондина, шума. Секунду промедлив, Дейдара собрал всю свою волю в кулак и смело заглянул в залитое солнечным светом помещение. На парте возле самого окна восседала невысокая хрупкая девушка, задумчиво глядящая куда-то на улицу. После темного коридора глаза Дейдары еще не успели привыкнуть к яркому свету, поэтому парень вначале увидел лишь ее силуэт – короткие волосы, отнюдь не пышные формы, довольно стройные длинные ноги, обутые в ботинки на толстой подошве. Блондин прищурился, разглядывая незнакомку. В этот момент девушка повернулась, и Дейдара узнал в ней свою одногруппницу Харуно. - Привет, - сказала она, мечтательно прищуриваясь. Блондин так и застыл на месте. Он был готов съесть свой носок, но ни за что бы не поверил, что такая девушка, как Харуно, могла бы влюбиться в него. Тем более – признаваться таким идиотским способом, как подсовыванием омерзительно-розового конвертика в шкафчик для обуви. Харуно Сакура была единственной девушкой в их группе, никогда не донимавшей Дейдару. Вообще говоря, все считали ее немного не от мира сего. В шумных клубных тусовках и секретных девичьих посиделках Харуно никогда не участвовала, в университете почти ни с кем не общалась, на перерывах предпочитая молча сидеть на подоконнике. Одевалась девушка всегда довольно странным образом, носила на руках несколько десятков тонких браслетов и фенечек, а вечно торчащие во все стороны волосы выкрасила в ярко-розовый цвет. Успеваемость Сакуры была не ахти, но за примерное поведение и скромность девушку любили все преподаватели, прощая даже чересчур экспрессивный внешний вид и некоторое нарушение университетской формы. К Харуно Дейдара всегда относился нейтрально. В отличие от многих остальных, сумасшедшей он ее не считал. Странной – сколько угодно, ведь он и сам принадлежал к этой категории людей. Но антипатии и неприязни эта девушка у него никогда не вызывала. - Привет, - удивленно протянул блондин, разглядывая собеседницу. Та улыбнулась и снова посмотрела в окно, чуть болтая ногами. Дейдара почувствовал некую растерянность. Быть может, он что-то перепутал? Быть может, письмо попало в его шкафчик по ошибке? Да нет же – там так и было написано, «для Тсукури-куна». Насколько блондину было известно, других учащихся с такой же фамилией в их университете не наблюдалось. Следовательно, письмо было адресовано именно ему. Может, он все же ошибся помещением? Дейдара попытался улыбнуться и промямлил: - Послушай, Харуно-сан, какая это аудитория? - В-16, - незамедлительно ответила розововолосая, запрокидывая голову назад. – Не удивляйся, Тсукури-кун, это я написала то письмо. - Но… но как… зачем? – вовсе растерялся Дейдара. Внезапно на смену неуверенности пришло раздражение. – Знаешь, Харуно-сан, это была вовсе не смешная шутка! Он привычно сдвинул светлые брови и кинул на Сакуру испепеляющий взгляд. Та лишь рассмеялась чистым, как горный ручей, голоском. Отчего-то этот смех не показался Дейдаре противным или наигранным, в отличие от смешков остальных его одногруппниц. Кажется, эта странная девушка веселилась искренне, причем смеялась она явно не над самим парнем, а над его словами и нарочито-сердитым лицом. - Что смешного? – так же хмуро продолжил блондин. - Ты совсем не рассматриваешь вариант, что я по уши в тебя влюблена? – она подняла обе ноги на столешницу и обхватила колени руками. – Знаешь, я действительно считаю тебя довольно крутым и обаятельным парнем, так что шутить и не думала, - продолжила розововолосая уже более серьезным тоном. Дейдара присел на краешек соседней парты. - Зачем же ты позвала меня сюда? - Хотела поговорить без свидетелей. Наверное, ты уже заметил, остальные считают меня довольно странной. Да и ты общительностью никогда не отличался, мне не хотелось доставлять тебе лишние хлопоты, Тсукури-кун. Пусть говорят обо мне, что хотят, но спокойствие друзей для меня – превыше всего, - грустным голосом произнесла девушка. - Ты уже считаешь меня другом? – удивился Дейдара и тут же опомнился. – Погоди, ты не поняла вопроса! Я спросил, почему ты устроила встречу именно в этой аудитории. - Эту аудиторию обычно никогда не закрывают, - просто ответила Сакура. – Здесь проблемы с замочной скважиной, да и воровать особо нечего. Ценных бумаг тоже не хранится. Хотя там, в шкафу, - девушка указала пальцем в сторону встроенного стеллажа. – Лежат довольно интересные камни, всяческие минералы и образцы почвы. Есть даже банка песка из пустыни Гоби. Интересно, правда? - Эта аудитория, равно как и все помещения, находящиеся в этом крыле, приписана к археологического факультету. Так что ничего удивительного, - ответил Дейдара, непонимающе глядя на одногруппницу. – Должно быть, выпускники привозят в дар университету. - Знаешь, а ведь там и фамилии подписаны, кто что привез, - закусила большой палец Харуно. – Среди прочих я заметила твою. Тсукури Ясухиро. Ты его знаешь? Дейдара молча встал и подошел к стеллажу. - Знаю ли я? – бесцветным голосом произнес парень. – Этот человек был моим отцом. Ему хватило минуты, чтобы отыскать табличку с заветным именем. На соседней было выведено другое имя: Акира Кумико. Так звали мать Дейдары. По всей видимости, оба привезли образцы горных пород из Мексики. Блондин посмотрел на дату – 1988 год. За три года до его рождения… - Я слышала, твои родители погибли в авиакатастрофе. Прости, - вздохнула Харуно, снова отворачиваясь в сторону окна. - Ничего, - тихо сказал блондин. – Спасибо, что показала мне этот стеллаж. Я и не знал, что мои родители оставили здесь частичку себя. - Твоя мама тоже училась на этом факультете? - Да, мои родители были археологами и познакомились в этом университете. А почему ты спрашиваешь? - Наверное, потому что мне интересно узнать побольше о том человеке, который мне нравится, - мечтательно улыбнулась девушка. Дейдара внимательно посмотрел на нее: - Ты действительно странная. И что ты во мне нашла? - Ты не такой, как все, - ответила Харуно. – Всегда пытаешься казаться хмурым и неприступным, а в душе добрый и отзывчивый. Почему ты носишь эту маску, Тсукури-кун? Блондину даже захотелось ощупать свое лицо на предмет неведомой маски, но тут до него дошло, что это образное выражение. - Я не хочу впускать в свой внутренний мир кого попало, - наконец, выдавил парень. - Я тоже. Поэтому меня все и считают странной, - посмотрела на него Сакура. – Послушай, Тсукури-кун. Я не могу сказать, что пылаю страстью к тебе, но ты на самом деле мне очень нравишься. Я не предлагаю тебе встречаться, я предлагаю дружбу. А там – уж как получится. Возможно, я все-таки люблю тебя. Но сейчас я бы хотела, чтобы ты помог мне с подготовкой к зачетам, - она внезапно засмеялась и ловко соскользнула на пол. На секунду Дейдаре показалось, что его одурачили, но тут розововолосая вприпрыжку подбежала к нему и приложила тонкий палец к его губам. - Тсс! Шутка! – задорно улыбнулась девушка. В нежно-салатовых глазах плясали искорки смеха. – Каюсь, в этот раз я пошутила. Если не хочешь помогать, то и не надо, я не буду настаивать. Но, возможно, ты был бы не против готовиться к зачетам и экзаменам вместе? Блондин не знал, злиться ему или смеяться вместе с этой странной Харуно. По крайней мере, парень почему-то улыбнулся. - Думаю, это было бы неплохо. Хотя я до сих пор не понимаю, что ты могла найти в таком, как я. Розововолосая молча протянула ему ладонь для торжественного рукопожатия. - Ахахахаха! – заливисто захохотал Сасори, едва не подавившись чаем. Они оба сидели на кухне блондина и поедали торт со взбитыми сливками, таким образом отмечая неплохо сданный зачет по теоретической механике. – Пхахахахах, ну надо же! - И ты туда же?! – возмутился Дейдара, начиная жалеть, что вообще стал рассказывать другу всю эту историю с письмом и аудиторией В-16. - По-моему, она тебя просто дурачит, - помахал чайной ложкой Акасуна. – Ты второй по успеваемости в группе, а она отстает по половине профильных предметов. Хотя, конечно, тебе должно быть виднее, что она за человек, лично я с этой Харуно буквально пару раз в жизни виделся. - Мне трудно сказать, что она за человек, - наморщил лоб парень. – Скрытная очень. И странная. Вроде бы тихоня, но в тихом омуте черти водятся, как говорится. Я ничего о ней не знаю. Но ведь если не начать общаться, то и никогда не узнаю, правда? - Правда, - серьезно кивнул Сасори. – Люди не рождаются с телефонными книжками в руках. Все связи мы устанавливаем сами, в процессе жизни. - Ты думаешь, будет хорошо, если я начну дружить с девчонкой? – смущенно проговорил Дейдара. – Что люди-то подумают? - Каждый подумает в меру своей испорченности. Послушай, Дейдара, хватит так беспокоиться о чужом мнении. Будь собой, имей собственные приоритеты! Я был бы рад, имей ты чуть больше друзей, чем сейчас. Умение общаться с людьми очень важно, особенно если ты хочешь работать по своей специальности. Кстати, мне очень интересно, как ты вообще согласился на встречу с незнакомой девушкой? - Эмм, - замялся блондин. – Понимаешь, на меня не так часто девушки внимание обращают. Как на парня или друга, естественно, а не как на объект для парикмахерских экспериментов. Кроме того, в письме Харуно назвала меня крутым. Знаешь, Сасори, девушки много раз называли меня «милашкой», «пусичкой» и прочими дурацкими прозвищами, но «крутым», «классным» меня еще никто и никогда не величал. Мне даже захотелось проверить, кто эта тайная поклонница. Не ожидал, что ею окажется моя одногруппница. - Балбес ты, Дейдара, а не крутой, - приподнял уголки губ рыжеволосый. – Как же легко тебя расположить к себе! Давай я тоже скажу, что ты классный, и мы пообнимаемся на радостях? - Можешь не стараться – все равно не поверю, - парировал блондин, залпом допивая остатки чая. – Да и врать ты абсолютно не умеешь. - Что верно, то верно, - Сасори последовал примеру друга и быстро допил свой напиток. – Видимо, жизнь так и не научила. Некоторое время они провели в молчании, пока Дейдара убирал остатки торта в холодильник, а Сасори мыл чашки и блюдца. Потом рыжеволосый вдруг заметил: - Знаешь, а ведь в последние дни у тебя совершенно не было приступов. Я этому безумно рад. Возможно, болезнь решила отступить? Дейдаре эта тема разговора была неприятна, и он решил по-тихому перевести стрелки. Не прошло и пяти минут, как друзья уже бодро говорили о чемпионате Японии по фигурному катанию, которое как раз транслировали по TV.

|Музыкальное сопровождение: Distimia – Tears And Pain|

Существует у людей такая поговорка: помянешь черта, а он тут как тут. Видимо, все же не зря Дейдара опасался лишнего говорить о своей болезни и ее проявлениях. Друзья сидели за кухонным столом и обсуждали происходящее по спортивному каналу, как вдруг блондин испытал знакомое омерзительное чувство тревоги. Дейдара резко замолчал и повернул голову в сторону непонятного звука. Парень готов был поклясться, что услышал чей-то голос – жестокий, ледяной, требовательный. Вот только слов нельзя было разобрать. Блондин вцепился пальцами в столешницу с такой силой, что даже костяшки побелели. Голос, казалось, доносился откуда-то из коридора. Дейдара дернулся, вскочил с места, и в этот момент все поплыло перед глазами. Сквозь непонятную вату, забившую слуховые проходы, он слышал встревоженный голос Сасори. Но блондин не обращал на друга внимания. Он продолжал искать источник этого страшного голоса. И тут некто снова заговорил. На этот раз можно было различить слова: - Дейдара… иди ко мне… И он пошел. Вернее, побежал, то и дело спотыкаясь. Сасори за его спиной попытался ухватить за плечи и удержать, но Дейдара использовал один из баскетбольных приемов и ловко увернулся. Он чувствовал, что должен найти говорящего, обязан прийти к нему. - Кто ты? Где ты? – крикнул Дейдара, останавливаясь в прихожей. – Я иду к тебе! - Да что с тобой?! – совсем перепугался Акасуна. – С кем ты разговариваешь, черт возьми? В этот момент блондин повернулся и посмотрел на друга какими-то остекленевшими глазами. - Я знаю, где он, - произнес Дейдара непонятную фразу, возвращаясь в коридор. – Я знаю! Парень остановился возле мастерской, не без труда провернул ключ в замке и буквально вбежал в пыльное захламленное помещение. Сасори, вбежавший следом, ужасался все больше. Наконец, рыжеволосый все понял, и кинулся в другую комнату за своей сумкой, в которой лежало несколько упаковок дельтатримацина. В этот момент в мастерской раздался ужасающий вопль Дейдары, и следом же – непонятный грохот. Вернувшись в то помещение, Акасуна увидел, как блондин крушит свои глиняные скульптуры отбойным молотком. - Сгинь! Сгинь! Ненавижу! Подделки! Вы все подделки! – визжал парень, беснуясь. Наконец, когда в мастерской не осталось ни одной целой фигурки, он обессилено опустился на колени и заревел, как младенец, выпуская молоток из рук. Инструмент с новым грохотом скатился на пол, внизу застучали по батарее недовольные соседи. Сасори без лишних слов подошел к плачущему блондину и прижал светлую встрепанную голову к своей груди. - Все хорошо, Дейдара, - тихо сказал он, налаживая шприц. – Я рядом.

|Музыкальное сопровождение: Бетховен – Лунная соната|

Когда парень провалился в беспокойный бредовый сон, рыжеволосый дотащил его до кровати и завернул в одеяло. Во сне Дейдара продолжал всхлипывать и постоянно морщился, как будто продолжал испытывать ужасную боль. Судя по всему, блондину снился новый кошмар. Приглушив свет в спальне, Сасори пододвинул к себе старенький ноутбук Дейдары и вышел в Интернет. Ситуация начинала поворачиваться весьма неожиданным образом. Обычно Дейдара просто терял сознание, изредка бывали судороги мышц, но эпилепсия подразумевает и то, и другое одновременно. Акасуна зашел на один закрытый медицинский сайт, ввел логин и пароль и углубился в поиск. В один момент его усталые серые глаза наткнулись на строки: «В некоторых случаях наблюдаются также эпилептические психозы, которые протекают остро или хронически и проявляются такими аффективными расстройствами, как страх, тоска, злобность или повышенно-экстатическое настроение, а также бредом, галлюцинациями». Так, вроде бы с этим сходится. К сожалению, специальностью Сасори была все же нейрохирургия, в психоневрологии он разбирался неплохо, но имеющихся знаний явно было недостаточно. Тем более, опыт работы был совсем невелик. Рыжеволосый повернулся в сторону спящего друга и прислушался. Дыхание постепенно выравнивалось, Дейдаре явно становилось лучше. Сасори кинул взгляд на наручные часы – четверть седьмого. Скорее всего, в таком состоянии блондин проспит до самого утра. Хотя кто знает, теперь трудно сказать, что и как. Акасуна вернулся к поискам по сайту и уже через сорок минут пришел к выводу, что бессудорожная эпилепсия также не подходит под описание болезни его друга. Так что же оставалось делать? Продолжать делать другу инъекции? Похоже, других выходов не было. Но что делать дальше? Они оба надеялись на улучшения состояния, но в этот раз стало гораздо, гораздо хуже. Рыжеволосый потер виски и сложил руки под подбородком, опираясь на локти. Возможно, Дейдара и сам не замечает, как медленно погибает под тяжестью своей болезни. Но однажды лекарство может не справится, и тогда лучше даже не представлять себе последствия. Мысль о том, что самый дорогой ему на свете человек когда-нибудь не сможет проснуться, ужасала до мертвенного холода в сердце. Он любил Дейдару и был готов на все, чтобы его спасти.

|Музыкальное сопровождение: Two Steps From Hell – Diabolic Clockwork|

Дейдара бежал по бесконечному лабиринту темных, освещенных лишь редкими догорающими факелами коридоров, панически пытаясь найти выход из этого ада. Каждую секунду парня продолжал преследовать голос – холодный, властный, жестокий. Он слышался повсюду, проникая в самые глубины сознания, заставляя леденеть сердце и все внутренние органы. Не выдержав пытки, блондин с размаху опустился на колени и зажал руками уши. Коленные чашечки пронзила острая боль, но даже она не могла сравниться с теми мучениями, которые доставлял Дейдаре говорящий. Голос продолжал преследовать парня – каждую секунду, каждый миг. Врезался в память, подобно бритвенному лезвию. Все плыло перед глазами, а точнее – перед глазом. Неизвестно почему, Дейдара мог видеть только правым, левый даже не открывался. - Иди сюда, Дейдара… Ты не сбежишь… Я все равно найду тебя… Я жду тебя… Иди ко мне… Иди… Мы разделим Вечность вместе… Иди же… Я жду… Не заставляй меня долго ждать, Дейдара… Ты боишься меня?.. Не стоит… Я знаю, что ты любишь меня… Иди… Ты знаешь, что мне нужно… Доверься мне… Я жду… Дейдара… - НЕТ! – крикнул блондин что есть силы, тщетно пытаясь перекричать нарастающий гул. Попытки зажать уши оказались бесполезными. Голос звучал не только в самом коридоре, он эхом звенел прямо в голове Дейдары. – Ты не настоящий! Подделка! Жалкое подобие! Ты не тот Сасори, которого я знал! По ладоням, прижатым к ушам, стекало что-то густое и неприятное на ощупь. Взглянув на свои руки единственным глазом, блондин зашелся в ужасающем крике. Посреди ровной кожи виднелись жуткие углубления, из которых высовывались языки и острые зубы. Все это – и страшные рты на ладонях, и пальцы, и запястья – было выпачкано в веществе коричневато-бурого оттенка. Его крови, которая продолжала идти из ушей. Из темноты послышались тихие, равномерные шаги. Не прошло и нескольких секунд, как на свет вышел молодой человек, с головой закутанный в плащ. Увидев его, Дейдара заорал пуще прежнего и попытался подняться на ноги для побега. К сожалению, у него не хватило на это сил, и блондин рухнул на каменные плиты, словно тюфяк. Его плечи содрогались от громких рыданий. - Умоляю… Не мучай меня больше… - Дейдара, - перед ним возвышался обладатель высокого, ледяного голоса. – Я нашел тебя. Видящий голубоватый глаз широко открылся от ужаса, блондин взвизгнул и попытался отползти по-пластунски в сторону, но тут на его окровавленное запястье с силой опустилась нога Акасуны, обутая в странный сапог с открытым носком. До того, как хрустнула сломанная кость и весь мир перед ним разлетелся вдребезги, Дейдара успел рассмотреть цвет, в который были выкрашены ногти мучителя – сине-зеленый, почти что нефритовый. Блондин пришел в сознание около одиннадцати вечера и долго не мог понять, что же с ним произошло. - Проснулся? – мягко, почти по-отечески ласково спросил рыжеволосый, привычно отодвигая челку и кладя руку на его прохладный лоб. - У меня снова был приступ? – дрожащим, чуть хриплым голосом спросил Дейдара, щурясь на горящую настольную лампу под оранжевым абажуром. Верхний свет был притушен. - Да. Похоже, у тебя были галлюцинации, - признался со вздохом Сасори. – И у меня для тебя неприятная новость. - Черт, что может быть хуже того, что со мной происходит? – в сердцах простонал парень, выбираясь из-под одеяла. - В порыве ярости или чего-то еще, я не знаю точно, - осторожно начал Акасуна. – Ты ворвался в собственную мастерскую и разбил молотком все свои глиняные творения. В том числе скульптуры своих родителей, бюст-карикатуру директора твоей бывшей школы, а также все работы, выполненные на уроках по художественному изображению. - Да? – казалось, блондин ничуть не удивился, хоть и замер. – Ну и черт с ними. Знаешь, с этого дня я больше не буду лепить людей. Животные, птицы, растения, дома, самолеты – всё, что угодно, но только не люди. Надоело. - Но ведь ты единственный в своей группе, кто так силен в лепке живых образов, - всплеснул руками Сасори, наблюдая за тем, как его друг нашаривает под кроватью тапочки и надевает их. – У тебя талант, Дейдара! - Ненавижу копировать тех, кого знал когда-то. Я творю подделки, Сасори. Они ненастоящие, - странным голосом проговорил парень, скрываясь в ванной комнате. Не прошло и минуты, как оттуда послышался перепуганный крик. - Что такое? – напрягся Акасуна, вбегая в ванную. На полу, прямо на банном коврике сидел Дейдара и широко раскрытыми от ужаса глазами пялился в пустоту. - Дейдара! – потряс его за плечи рыжеволосый. – Ты меня слышишь? Почему ты кричал? - Сасори… - тихо прошептал блондин, упираясь лбом в верное плечо и закрывая глаза. – Пожалуйста, посмотри на мои ладони и скажи, что на них. Просьба показалась Акасуне странной, но он знал, что его друг ни о чем не попросит просто так. Поэтому лишь так же тихо согласился и осторожно взял Дейдару за запястья, поворачивая кисти ладонями вверх. - Ничего нет, - удивленно сказал он. Рыжеволосый был готов увидеть что угодно, но руки парня выглядели самым обычным образом. - П-правда? – переспросил Дей, открывая глаза и разглядывая свои ладони самостоятельно. – Значит, показалось… - Что показалось? – поднял брови Сасори. - Клянусь своей мечтой стать авиаконструктором, - прошептал блондин. – Но когда я подошел к умывальнику и взглянул на свои руки… мне показалось, что из каждой ладони торчит по ужасному окровавленному рту. На следующее утро, когда Дейдара уже готовился к следующему зачету по инженерной географии, неожиданно и без приглашения заявился Акасуна. Он порылся в своей рабочей сумке и плюхнул на стол перед Дейдарой маленькую коробочку. - Что это? – непонимающе спросил блондин. - Новое лекарство. Боюсь, одними уколами тебе уже не помочь. - Новая психотропная шняга? - Дейдара, я бы посоветовал тебе относиться серьезнее к своему заболеванию, - нахмурился Сасори. – Возможно, будет так, что тебе станет плохо и меня не будет рядом. Или я буду не в состоянии быстро прийти к тебе на помощь. Разумеется, это лекарство никогда полностью не заменит дельтатримацин, но даст возможность несколько выиграть время. Побочных действий быть не должно, я уверен. Ты сможешь спокойно сдавать экзамены дальше. - Я надеялся, что мое состояние улучшилось, - тихо сказал парень в ответ. – Безумно жаль. - Мы оба надеялись, - поправил Сасори. – И оба ошиблись. Не вздумай сдаваться, понял? - С какой стати? Ты же обещал, что вытащишь меня из этого ада, черт возьми! Вот и вытаскивай. Я тебе верю. - Я очень рад этому, - чуть улыбнулся рыжеволосый. – Я обязательно что-нибудь придумаю. А касательно лекарства… будешь принимать его каждый раз, как почувствуешь приближение нового приступа, по две капсулы под язык. Understand? - Меня всегда бесила эта твоя манера спрашивать всё по-английски, - проворчал Дейдара, пряча коробочку в выдвижной ящик. – Отвечу так, как это было принято у нас на Аракаве – замётано.