Глава 12: Круги в Круге
10 декабря 2014 г., 03:08
Скорлупка лодки качалась под ними. Кестер, лодочник, говорил и говорил, пересказывая сплетни о важных персонах в Круге магов.
— Этот Ирвинг, Первый чародей, выглядит приличным человеком. Я знаю, что говорит Церковь, но Создатель ведь сотворил магов для какой-то цели, я полагаю, и они имеют право жить, как и все остальные.
Бронвин пыталась представить, что бы на это сказала Морриган. Хотя Кестер говорил глупости, он был более великодушным, чем другие люди. Существовала точка зрения, что у магов нет права на жизнь, и что их нужно искоренить подчистую.
Кестер не прекращал свой поток болтовни:
— А Грегор, рыцарь-командор — большая шишка. Очень приличный и приветливый. Всегда спрашивает, как поживает моя семья. Человек, заслуживающий уважения, как я обычно говорю.
Хорошо, это было уже что-то. Грегор был вежлив с обычным лодочником. Не многие бы на его месте вели себя так. Возможно, он не будет переполнен собственной значимостью, как большинство храмовников.
Бронвин изучала возвышавшуюся над ними башню, такую высокую, что ей пришлось откинуть голову назад, чтобы увидеть вершину. В принципе, она бы с лёгкостью могла доплыть до острова, потому что здесь не бывает штормов, но ещё проще было бы доплыть до остатков моста. Промежуток между древними пролётами был всего лишь около сорока ярдов. Однако магов вряд ли учили плавать.
Бронвин задумалась, разрешали ли им выходить из башни, чтобы насладиться свежим воздухом и солнцем. По пустынному виду окрестностей она поняла, что нет. Башня действительно была тюрьмой. Это было пугающее место: оно словно стремилось поглотить все свои секреты, но не показывать их миру. Это должно быть очень тяжело для детей. Она вспомнила о сыне хайеверского мясника, в котором проявился магический дар. Ему было не больше восьми. Как же испугался он, когда за ним пришли эти безликие храмовники...
— А какая шумиха тут недавно была! — продолжал болтать Кестер. — Вы просто не представляете, какие важные люди, и по какому важному делу приезжали сюда! Конечно, не каждый день король идёт на войну. Странные дела творятся на юге, но вы-то, Стражи, об этом знаете.
О, да. Кестер, конечно же, знал, кто они такие. Алистер был совершенно прав о необходимости производить хорошее впечатление. Они оба были одеты как на парад: отполированная броня с туниками Серых Стражей, крылатые шлемы. Лёгкая броня Лелианы выглядела не настолько впечатляюще, но была опрятна и респектабельна.
Бронвин сомневалась, стоит ли надевать доспехи и вооружаться, раз уж им придётся сражаться разве что со словами и хитростью, но решила, что стоит предстать в подобающем воинам виде перед рыцарем-командором. Никто и никогда не видел храмовников без доспехов, и обычно они носили впечатляющие шлемы, полностью покрывающие их головы и оставляющие лишь узкую щель для глаз. Негоже выглядеть слабыми перед ними. Поэтому они не уступят храмовникам — броня на броню, меч на меч, шлем на шлем. Орден Серых Стражей был основан раньше храмовников, и был куда более важен. Бронвин направлялась к ним не как проситель, но как посол, требующий помощи, на которую было древнее и неотъемлемое право.
Огромные двери открылись перед ними, и Бронвин не смогла бы пожаловаться на негостеприимство, видимо, кто-то в Башне увидел, как они приближаются.
Решительного вида мужчина в храмовничьей броне, уже не молодой, но всё ещё в форме, слегка им поклонился.
— Я Грегор, рыцарь-командор цитадели Кинлох.
— А я Ирвинг, Первый чародей Круга магов, — сказал пожилой мужчина с окладистой седой бородой и глубоко посаженными глазами, полными мудрости и доброты. — Мы рады приветствовать вас, Серые Стражи.
— Я Страж Бронвин, а это Страж Алистер, — сказала Бронвин с учтивым поклоном. — А это рекрут Стражей Лелиана, ранее — послушница лотерингской церкви.
Они поднялись наверх, в кабинет Первого чародея, пройдя мимо переполненных ученических общих спален: унылых, лишённых окон, заставленных двухъярусными кроватями, пропахших вонью от расположенных слишком близко туалетов, древних, как сама башня. Храмовники-охранники стояли вдоль стен на некотором расстоянии друг от друга — напоминание пленникам Башни о том, что их ждёт в случае нарушения законов.
Бледные и худые дети, перешёптываясь, смотрели на идущих мимо них Стражей. Отряд прошёл через библиотеки — без сомнений, хранящие сокровенные знания, — мимо покоев магов, завершивших своё обучение.
Некоторые вышли посмотреть на них. Какая-то молодая женщина, хрупкая, болезненно-бледная блондинка, окликнула их: «Есть ли какое послание от Ульдреда?». Прежде чем храмовник обратил на неё бесстрастный металлический взгляд, её друзья одёрнули её и затащили в тень.
Лелиана еле слышно прошептала на ухо Бронвин:
— Меня не волнует, что говорит Церковь. Никто не должен жить так, тем более дети.
Бронвин помнила, что маги, которых она видела в Остагаре, выглядели не так. Правда, когда она приехала, они провели там уже месяц или два. Возможно, за это время они окрепли и привыкли к иному положению вещей. Хотя никто из них, впрочем, не отличался крепким здоровьем — за исключением Винн, которая, невзирая на пожилой возраст, прямо-таки излучала жизненную силу. Бронвин надеялась, что ей удастся найти нескольких магов, достаточно здоровых для того, чтобы пережить посвящение.
Но вот, наконец, двое пожилых мужчин привели Стражей в кабинет, предложили сесть и угостили хорошим вином.
— Слухи о ваших деяниях на юге уже дошли до нас, Стражи, — сказал Ирвинг. — Признаюсь, для меня стало приятной неожиданностью, что такие выдающиеся люди почтили нас своим визитом.
Грегор был более прямолинеен.
— Не сомневаюсь, Серые Стражи опять собираются что-то потребовать у Круга.
Алистер громко выдохнул. Бронвин поняла, что он рассердился. Она и сама уже начала злиться.
— Если вы слышали о битве под Остагаром, значит, вы слышали и о том, что, защищая страну и короля, Серые Стражи были почти полностью истреблены. Перед вами стоят последние представители нашего Ордена. И уже одно это должно дать вам понять, какая угроза встала перед всеми нами. — И Бронвин отпила вино, не сводя глаз с Грегора.
— Вместе мы отбили первую атаку, — продолжила Бронвин, не подбирая слов. — Следующая атака будет мощнее. Чем большее войско мы соберём, тем больше вероятность того, что Мор закончится раньше, чем падёт Ферелден. — Сузив глаза, она посмотрела на Ирвинга и Грегора: — Не поймите меня неправильно, господа, но мы не выстоим, если не объединимся. Вы можете думать, что находитесь в безопасности на этом вашем острове, но эта относительная безопасность означает лишь то, что вы умрёте последними.
Алистер отдал ей сумку с письмами. Бронвин сказала мужчинам:
— Тэйрн Логэйн передал мне письмо для вас обоих, написанное королём, одобряющим мои действия. Те семеро магов, которых вы отправили в армию, очень сильно помогли нам в сражении, но против тысяч порождений тьмы магов потребуется больше.
Ирвинг взял письмо, бегло просмотрел его содержание и передал его Грегору, который читал его, сосредоточенно нахмурившись.
— Так что, помимо доставки письма, — продолжила Бронвин, — я сюда приехала ещё и по другим делам. Королевской армии нужно больше магов. Очень нужно. В их умениях нуждаются постоянно, и на поле боя, и в палатке целителей. Мой собственный брат, тэйрн Хайевера, обязан своей жизнью старшей чародейке Винн. Но Винн одна, и её умения и без того востребованы по полной. Ульдред отлично показал себя на поле боя, но тысячи порождений тьмы с лёгкостью одолеют одного мага.
— А ещё Илон, — вставил Алистер. — Он отлично сражался. Он, несомненно, спас мою жизнь, когда мы сражались в Башне Ишала.
Бронвин улыбнулась ему и продолжила:
— Но кроме армии в магах нуждаются ещё и Серые Стражи. И пока я здесь, я надеюсь пополнить наши ряды. Магов принимали в Серые Стражи со дня основания нашего Ордена, и Ульдред в своём письме к вам, Первый чародей, написал кое-что интересное об этой службе. Он сам сказал мне об этом, передавая эти документы. Возможно, его открытие покажется интересным — и убедительным — рыцарю-командору.
Ирвинг тут же вскрыл печать на письме Ульдреда и просмотрел его. И зачёл вслух предпоследний абзац первой страницы:
" ...за всё время моих исследований я не обнаружил ни одного упоминания о том, что маги Серых Стражей становились одержимыми или вообще когда-либо поддавались соблазнам демонов. Что-то, не допускающее этого, происходило во время посвящения в Серые Стражи: то ли слабые маги просто не могли пережить его, а то ли сам ритуал служил магам защитой от одержимости. Служба в Ордене может стать гуманной альтернативой Усмирению или казни за непройденные Истязания. Умения магов очень пригодились бы Стражам..."
— Может ли это быть правдой? — задумчиво произнёс Грегор, беря у Ирвинга письмо, чтобы прочесть его самому.
Казалось, он был настроен скептически, но, вместе с тем, в его голосе звучала и малая толика надежды. Бронвин было приятно видеть, что он не похож на тех храмовников, которые только и ждут подходящей возможности, чтобы предать мага смерти.
— Ульдред — уважаемый учёный, — ответил Ирвинг, и сам довольный прочитанным. — Каких магов вы бы хотели завербовать?
— Конечно же, нам в первую очередь нужны целители, но мы найдём применение магам и с любыми другими магическими талантами. Ведь среди порождений тьмы тоже есть маги.
Грегор помрачнел.
— Я слышал об этом.
— Их маги не слишком умелые, — добавил Алистер, — но вреда от них достаточно, а ещё они способны наколдовать болезнь.
Двое мужчин посмотрели друг на друга. Они не были врагами, в их отношениях наблюдалось взаимное уважение, пусть и осложнённое неприкрытой властью храмовников над магами и извечным страхом перед вышедшей из-под контроля магией. И всё-таки они были способны действовать сообща. Это могло как помочь Бронвин, так и навредить.
— Петра — лучшая ученица Винн, — сказал Ирвинг словно бы для самого себя, — и ответственная молодая женщина. Конечно, нам будет не хватать её, но в такие времена... А ещё Киннон. Гвинет, наверное... — Он бросил короткий вопросительный взгляд на Грегора. — И, возможно, Эохайд.
Грегор кивнул.
— Да, эти четверо кажутся самыми подходящими кандидатами. Полагаю, их мы можем отпустить...
— Четверо? — воскликнул Алистер. — Вы можете выделить только четверых магов? Да там тысячи порождений тьмы, а вы предлагаете нам всего четверых магов? Дункан умер! Серые Стражи умерли, чтобы защитить вас! Вы что, не понимаете, что скоро произойдёт?
— Полагаю, — мягко сказала Лелиана, — и это уже хорошо. Всё-таки времена нынче странные.
Бронвин была довольна негодованием Алистера. Это дало ей возможность не изображать негодование самой, а вместо того сыграть роль здравомыслящего посредника.
— Как сказала Лелиана, четверо магов — это хорошо, — Бронвин улыбнулась. — С вашего разрешения, господа, я хочу поговорить с магами. Вы можете и не знать, кто из них горит желанием встать на защиту Ферелдена.
— Вы хотите поговорить с магами? — удивился Ирвинг. — Со всеми?
— Да, со всеми. Даже с учениками. У них есть право знать, что происходит за стенами Башни — особенно если от этого зависит их жизнь.
— Дела и правда так плохи? — мрачно спросил Грегор. — Стражи, вы знаете наверняка, что это Мор?
— Это Мор, — уверила его Бронвин. — Как вы знаете, Мор может длиться десятилетиями. Мы надеемся уничтожить его раньше, чем он наберёт силу. И чтобы сделать это, нас должно быть больше. Это единственный способ, и наша единственная надежда.
И через час маги в сопровождении храмовников поднялись по витой лестнице в большой зал.
Бледные лица магов были обращены к Бронвин. Лица, выражавшие любопытство, подозрение, волнение — и даже неприкрытое воодушевление. Бронвин постаралась запомнить последних — именно на них она и возлагала особую надежду.
— Всем доброго утра, — поприветствовал их Ирвинг. — Необычное собрание в необычное время. Я пригласил вас всех сюда для встречи с нашими прославленными гостями — Серыми Стражами Ферелдена.
Взволнованные шепотки наполнили зал. К своему неудовольствию Бронвин смогла разобрать эти ужасные слова: "девчонка-Страж". Алистер легонько толкнул её локтем. Выглядел он так, будто собирался засмеяться. Она толкнула его в ответ, пытаясь придать своему лицу выражение деловитой серьёзности.
Она выступила вперёд.
— Рада встрече с вами, маги Круга! Даже в наши неспокойные времена большая честь — посетить эту древнюю цитадель. Кроме того, мы привезли письма от ваших друзей, храбро сражавшихся в королевской армии. И перед уходом наш последний рекрут, Лелиана, — Лелиана улыбнулась и помахала магам рукой, — отдаст вам их письма. По весу сумки можно судить, что старшая чародейка Винн написала, по меньшей мере, половине из вас!
Кое-кто из магов слабо улыбнулся. Бронвин осознала, что они ей не доверяют. Не было у них причин доверять кому-либо.
— Многие из вас слышали о великой победе под Остагаром. В той битве каждый мужчина и каждая женщина в войске поспособствовали победе над порождениями тьмы. Но я пришла сюда, чтобы рассказать вам о том, как храбро сражались те, кто, как и вы, имеет магический дар, и попытаться убедить вас воспользоваться возможностью, о подобной которой никто не слышал сотни лет.
— Никто, никто из тех, кто был излечен Винн или сражался бок о бок с Ульдредом уже не будет думать о магах по-прежнему. Если в чём и можно упрекнуть этих семерых магов, так это в их малочисленности. Они не безликая угроза в далёкой башне. Они товарищи — братья и сёстры по оружию против общего врага человечества.
Она украла эту фразу у преподобной матери из Лотеринга. Этот удачный образ вызвал одобрительную реакцию у её аудитории. Они внимательно слушали, видимо, им была приятна эта нежданная похвала, а не очередные обвинения в каждом случившимся несчастье со времён Андрасте.
— Магия должна служить человеку. Не сомневаюсь, что вы слышали эти слова десятки раз. Но есть ли служба благородней участия в величайшем сражении нашего времени, служба благородней спасения родной страны? Тэйрн Логэйн с величайшим уважением и восхищением отзывался о магах. Он назвал вас «лучшим оружием Ферелдена» и хотел усилить каждый отряд в армии хотя бы одним магом. Каждый вызвавшийся маг-доброволец будет приветствоваться как ценный боец против Мора. Чем больше вас захочет послужить своей стране, тем больше будет заслуга и слава Круга, когда мы добьёмся окончательной победы.
Она улыбнулась самым юным ученикам, сидящим со скрещёнными ногами на полу перед скамейками. Одна из них, хорошенькая маленькая девочка — должно быть, родом из Ривейна, судя по её тёмной коже, — улыбнулась в ответ и скорчила смешную рожицу.
— Мы можем работать вместе. Я уже видела это, — заверила их Бронвин. — Я видела, как умения храмовников иссушали ману колдунов порождений тьмы, и как эти твари находили свой конец из-за морозных заклятий наших собственных ферелденских магов. И это сотрудничество было поразительно красивым. Вместе, воины и маги, мы сможем победить Мор.
Её слушателям не нужно было знать, что она говорила об Алистере, никогда не принимавшем храмовнические обеты, и о Морриган, отступнице, никогда не бывшей частью Круга. Это не имело значения. Ферелден станет лучше без вражды и страха между магами и Церковью.
— Мы останемся здесь на несколько часов. Первый чародей любезно пригласил меня присоединиться к вашей трапезе. — После этого я останусь здесь, в Большом зале, чтобы зачислить в армию магов Круга. Подумайте, прежде чем упустить такую замечательную возможность. Это ваш шанс принять самое важное решение в вашей жизни. Выбирайте с умом, маги Ферелдена. История ждёт вашего решения.
Она с уважением поклонилась. Раздались аплодисменты, вначале неуверенные, но быстро набравшие силу. Юные ученики развеселились, более взрослые маги начали обсуждать услышанное между собой.
— Лелиана! — позвала Бронвин. — Пожалуйста, раздай письма.
Лелиана зачитала:
— Торрину от Винн!
Темнокожий маг вышел вперёд и торопливо взял письмо.
— Гвинет от Ульдреда!
Хрупкая блондинка поспешила забрать письмо и вскрыла его прежде, чем вернулась на своё место.
— Ниаллу от Винн!
Это заняло некоторое время. Маги, получившие письма, выглядели довольными. «Разумеется, — подумала Бронвин, — все любят получать письма». И то, что было там написано, похоже, сильно их взволновало.
Парочка совсем маленьких учеников подошла к Бронвин, очевидно, на спор, пихая друг друга и хихикая.
— Миледи, скажите, пожалуйста, — спросила девчушка, — а вы и есть девчонка-Страж?
Бронвин улыбнулась им.
— Меня так называют. Это всего лишь прозвище. Я настоящий Серый Страж, так же как и Алистер.
— А маги могут быть Серыми Стражами?
Бронвин заметила, что и другие прислушиваются, не решаясь спросить самостоятельно.
— Да, — сказала она детям. — Маги всегда служили Стражами. Алистер и я ищем некоторых особо смелых магов, которые к нам бы присоединились.
Мальчик что-то прошептал на ухо девочке. Очевидно, она была переговорщиком.
— А вы не боитесь их или оставите их жить здесь в Башне Круга?
— Конечно же, не боимся. Они будут жить с нами.
— Всегда-всегда?
Бронвин серьёзно кивнула.
— До конца жизни.
Девчушка объявила:
— Тогда я думаю, что мы когда-нибудь станем Стражами.
Алистер подошёл, усмехаясь.
— Мы будем рады принять вас. Хорошо учитесь и изучайте всю магию, какую сможете! Нам нужны по-настоящему толковые маги.
Вскоре после этого был подан обед. Неплохая еда, хотя и видно было, что Стражи за главным столом ели не то же самое, что дали остальным магам. Бронвин ела медленно, наблюдая за бушующей по всему залу дискуссией, обменом сообщениями и энергичной жестикуляцией.
— Ульдред расшевелил своих друзей-либертарианцев, — сказал ей слегка удивлённый Ирвинг.
— Либертарианцев? — спросила озадаченная Бронвин.
— Внутри Круга существуют различные общества, или братства, как мы сами их называем. Каждое из них обладает собственными взглядами на нашу роль в этом мире, или скорее на то, какой она могла бы быть, будь мы вольны выбирать её сами. Либертарианцы уверены, что маги должны быть полностью свободны…
Грегор, сидящий по другую сторону от неё, раздражённо фыркнул.
Ирвинг продолжил:
— Также существуют лукрозианцы, которые считают, что мы должны использовать свои дарования, чтобы накопить богатства. Эквитарианцы предпочитают поддержание статуса-кво. Они являются наиболее многочисленными. Есть и ещё одно братство — изоляционисты. Они предпочли бы отделиться от остального мира и жить в тех удалённых местах, где их магия никому не причинит вреда и никого не напугает.
— Полагаю, от изоляционистов мы никаких рекрутов не получим.
— Вы удивитесь, — задумчиво проговорил Ирвинг, — но я всегда считал, что мировоззрение изоляционистов сложилось из-за отчаянья. Если появятся другие варианты, это может изменить общий настрой. К примеру, юный Ниалл из тех, — он указал кивком на гладко выбритого мага, — кого чрезвычайно легко взволновать прочитанным. Стены Башни могут казаться слишком тесными, особенно в молодые годы, — добавил он, повысив голос, наверное, специально для Грегора. — Желание немного повидать мир — это не необычное стремление для юношества.
И Ирвинг был прав. Как только блюда были убраны, и Бронвин оказалась в компании чернил и пергамента, стали подходить маги, чтобы предложить свои услуги армии.
Молодая женщина поспешила выйти вперёд и подписалась именем «Петра». Бронвин вспомнила, что она была одним из кандидатов, которых заранее озвучил Ирвинг. Её смелость послужила примером для остальных. Вскоре выстроилась очередь, хотя периодически сами маги выводили из неё кого-либо прочь, например, тех учеников, кто был слишком молод.
— Но мы можем помочь! — разревелся маленький мальчик. — Чародейка Лора сказала, что для моего возраста я очень хорошо владею лечебным заклятием!
— Больше никаких глупостей!
Грегор тоже сидел в зале, прищуренными глазами наблюдая за кандидатами, хмурясь при виде одних и равнодушно глядя на других.
— Но я должна пойти, — заплакала одна молодая девушка. — Как иначе я смогу искупить это страшное проклятие?
— Кейли, — начала спокойно объяснять Бронвин Петра, — ещё ученица. Она целительница, но она ещё даже не прошла Истязания. И она действительно разделяет мнение Церкви, что магия это зло. Она почти всё время проводит в часовне, вымаливая прощение.
— Но как целитель она хороша? — резко спросила Бронвин.
— М-м-м, да. Да. Довольно талантлива. Но слегка… того.
— Это меня не волнует, — сказала Бронвин. — Если она знает, что делает, то может нам помочь. На самом деле, я не могу придумать лучшего места для обучения целительству, чем в лагере среди больных и раненых солдат.
Даже Грегор признал, что в этом есть смысл. Они с Ирвингом посовещались шёпотом и решили, что те ученики-целители, которым уже исполнилось шестнадцать, могут пойти.
— Я должен отправить сообщение магам, живущим вне башни, и проинформировать, что они могут вызваться добровольцами на военную службу, — сказал ей Ирвинг. — Часть из них с благословения Церкви служит в благородных домах. Это, разумеется, займёт некоторое время, написать им всем.
Это походило на второй Летнедень для магов: размеренный график позабыт, маленькие ученики с дикими криками носились, увлёкшись какой-то игрой, в которой нужно было касаться пьедесталов статуй в большом зале.
Бронвин испытывала удовлетворение, глядя на растущий список имён. Письмо Винн сподвигло записаться старшего чародея Торрина, и он согласился возглавить отряд до Остагара. По выражению лица Грегора было видно, что он уважает этого человека — или, по крайней мере, не считает, что тот когда-либо в обозримом будущем превратится в одержимого.
— Ты это слышишь? — спросил Алистер, подняв голову вверх и прислушиваясь.
— Этот рокот? — уточнила Бронвин. — Возможно, ветер поднялся, и мы слышим, как волны бьются о скалы острова.
— Возможно. — Он вернулся к разговору с группой магов-мужчин, которым он рассказывал, как они с Илоном пробивались с боем на верхние этажи башни Ишала. Маги спрашивали о технической стороне боя — какие именно заклинания использовал Илон, на что Алистер не мог ответить, но они вроде бы сделали нужные выводы из описания эффектов.
В списке появлялись новые имена: молодой изоляционист Ниалл решился дать окружающим и миру последний шанс; друг Петры, Киннон, рассказал о новом заклинании с «зональным эффектом», которое он изучил; Гвинет, мало что сказавшая Бронвин, но прошептавшая своим друзьям: «Наконец-то свобода!»
Чем больше магов записывалось добровольцами в армию, тем меньше сомнений оставалось у остальных и они тоже вставали в очередь. Бронвин знала, что на их месте сделала бы то же самое. Она бы сделала что угодно, лишь бы сбежать из этого тусклого мира, где безликие вооружённые люди всегда стоят наготове, чтобы в любой момент убить.
— Тридцать три мага! — прочёл Алистер через её плечо. — Король подумает, что Сатиналья началась раньше времени.
— Он будет очень гордиться Кругом Ферелдена, — сказала Бронвин скорее для любопытствующих ушей отирающихся возле них магов. — Это принесёт большую пользу.
Ирвинг и Грегор обсуждали, как скоро маги могут оставить Башню, но согласились, что потребуется как минимум четыре дня на то, чтобы найти повозки, быков, погонщиков и все необходимые припасы. Магам также потребуются храмовники для защиты, и их количество тоже стало предметом обсуждения.
— У меня есть письма, которые я бы хотела отправить в Остагар через ваших магов, — сказала им Бронвин. — Также я напишу сообщение для короля и тэйрна Логэйна до отъезда.
Её письма к Фергюсу и Винн были почти закончены. Она начала уже официальный доклад тэйрну Логэйну, который она допишет здесь. Она взвесила за и против короткого послания его величеству — не будет ли это дерзостью с её стороны. В конце концов, она решила, что королю будет приятно получить письмо от Серых Стражей. Ему скорее станет обидно, если она это не сделает.
— Я знаю, что точно что-то слышал! — воскликнул Алистер. Слабый отголосок крика донёсся из коридора, приближаясь.
Бронвин в одно мгновение вскочила со стула, едва его не опрокинул, и они с Алистером и Лелианой моментально помчались в сторону криков. За дверью на лестнице маги волной бежали с нижнего этажа.
— Демон!
— Мы не можем сдержать его!
Маги, покинувшие собрание, казалось, открыли дверь в Тень, и демон появился, чтобы приветствовать их.
Огромный, пламенеющий, скрученный, ревущий: его многочисленные конечности размывались, а лицо шло рябью, перетекая из одного в другое. Кто-то метнул в него сгусток ледяной магии, но он только слегка замедлил демона.
— Прочь с дороги! — скомандовала Бронвин, выхватывая меч и кинжал. — Алистер! Давай!
Потустороннее создание обладало достаточной телесностью, чтобы почувствовать её клинки. Оно отражало удары, одной искажённой рукой удерживая на весу огромный меч. Бронвин уклонилась вправо и ударила в пульсирующую глубь существа. Алистер колотил его своим щитом. Лелиана отбросила лук в сторону и бросилась в бой с кинжалами, и боевой орлесианский клич эхом отразился от стен.
Маги пытались помочь, но вокруг было слишком многолюдно, и слишком много детей на пути. Бронвин едва не заорала, когда хлыст голубой молнии миновал демона и пронзил её.
Лелиану настигла одна из машущих рук и девушку отбросило в сторону. Она сразу же вскочила на ноги и незамедлительно бросилась в атаку, с решительным и радостным выражением лица. Алистер продолжал бить тварь щитом и яблоком меча, в то время как Бронвин скользнула за спину твари и погрузила оба лезвия в идущую рябью спину.
Раздался низкий рёв, и вдруг наступила тишина, и Бронвин почувствовала, что поднимается вверх, сам воздух давил на неё, пока она не ощутила, что не может сделать ни вдоха. Взрыв потряс Башню, и Бронвин с грохотом упала на каменный пол.
Через какое-то время слух снова к ней вернулся.
— Мы победили? Ура! — сказал Алистер, сидя на полу возле неё. — Я думаю, это был демон. Я в этом уверен, по-любому…
— Алистер, — простонала Бронвин. — Ты несёшь чушь…
К счастью, никто не умер, только несколько человек были ранены. Бронвин всё ещё была ошеломлена и потому едва ощущала осторожные прикосновения рук Первого чародея к её лицу и щекотку исцеляющего заклинания.
— Я и не ожидала, что мой первый визит в Круг окажется столь волнующим, — сказала она.
— Кукольное представление было бы куда как лучше, — согласился Алистер. — Не пришлось бы так напрягаться.
— Древний дух по имени Ша Вирд, — пробормотал Ирвинг. — Стражи, вы оказали нам огромную услугу, защитив нас от него. Он считался мёртвым несколько веков, а оказалось, что всё это время он таился здесь. И что-то призвало его.
Петра наклонилась и достала мерцающий сильверитовый клинок из гниющих останков.
Ниалл, любящий историю, подошёл поближе, чтобы взглянуть на него.
— Полагаю... только взгляните на руны! — сказал он Ирвингу. — Полагаю, это меч Юсарис — или же очень хорошая его копия.
— Юсарис... — Ирвинг взял его в руки, едва удерживая на весу огромный двуручный меч. — Убийца драконов. Легендарный меч. Как же им завладел древний демон? Впрочем, неважно. Он ваш, Стражи. Примите его вместе с нашей благодарностью.
Храмовники, которые большую часть сражения убегали и прятались от демона, доложили Грегору и Ирвингу, что демон вырвался из расположенных в глубинах башни подземелий.
— Возможно, нам стоит узнать об этом подробнее, — сказал Ирвинг. — Стражи, не могли бы вы составить нам компанию?
* * *
— Я не призывал демона! — протестовал молодой мужчина, заключенный в темнице. Он был бородат, грязен и обнажён. Несмотря на синяки на его теле, Бронвин не могла не отметить, что его телосложение и мускулатура выгодно смотрелись на фоне остальных магов. — Он появился из нижних уровней подземелья, и я не мог ничего сделать, кроме как замереть и надеяться, что меня не заметят и не убьют, не благодарить же мне вас, что вы меня так надёжно заперли и напрочь об этом забыли! Ирвинг покачал головой. — Не уверен, что Андерс в этом замешан. Чтобы призвать демона, нужно провести ритуал, а у него явно нет ничего, что он мог бы использовать. — Кроме его крови, — усмехнулся безликий храмовник. — За что этого мага посадили в тюрьму? — спросила Бронвин. — Он склонен к побегу, Страж, — ответил ей Грегор. — Он уже шесть раз бежал из Башни. Его приговорили к году заключения в одиночной камере, в надежде его образумить. Увы, похоже, наши надежды не оправдались. — Я не маг крови! — крикнул в ответ Андерс. — Если бы Бифф не побил меня, вы бы увидели, что на мне нет ни порезов, ни ран, которые свидетельствуют о том, что маг прибегнул к магии крови! — Давай я осмотрю его, Грегор, — предложил Ирвинг. — Возможно, он говорит правду. Каким бы легкомысленным и своенравным ни был Андерс, никто и никогда даже и мысли не допускал о том, что он маг крови. Ирвинг обхватил ладонями лицо молодого мага и что-то пробормотал почти не размыкая губ. А Грегор в это время предавался размышлениям. — Если не этот, то тогда только... Да! Скорее всего, именно она. Якшаться с магом крови... Она вполне может оказаться виновницей этого переполоха! Они прошли ещё через несколько дверей, спустились на другой этаж и подошли к камере. Она казалась пустой, пока узница не повернула к ним бледное лицо, и тогда они заметили юную эльфийку, лежащую прямо на каменном полу. Она тоже была обнажена, её тело покрывали царапины и порезы, глаза ввалились, а запястья и бёдра пестрели синяками. — Тара Сурана, — мрачно сказал Грегор. — Мы хотим знать, что ты сделала, и не вздумай лгать нам. — Они всего лишь хотели освободиться! — закричала эльфийка, пытаясь сесть. — Они всего лишь хотели сбежать из этого ужасного места и пожениться, и жить, как обычные люди! Лили не хотела быть жрицей, её тётя и дядя продали её в Церковь, как животное! — О чём это она? — спросил Алистер Ирвинга, чувствуя неловкость из-за наготы девушки и её ран. — Она и послушница церкви помогли сбежать из Башни магу, — пробормотал Ирвинг. Девушка в отчаянии сжала виски ладонями. — Я не знала, что Йован маг крови. Он говорил, что не знает магию крови! — Довольно! — строго сказал Грегор. — Мы здесь не для того, чтобы обсуждать твои прошлые проступки. Сегодня кто-то вызвал демона и натравил его на Круг. А поскольку демон выбрался откуда-то из подземелий, ты наш возможный подозреваемый. Мы предполагали, что кто-то использовал магию крови, и твои раны тому подтверждение. — Конечно, я ранена, придурки! — завизжала эльфийка. — Ваши ах-какие-безупречные храмовники то и дело захаживают сюда поразвлечься, когда им становится скучно! Будто вы об этом не знаете! Это они сделали это со мной, а вы теперь говорите, что из-за всех этих ран я маг крови? — Дитя, — грустно сказал Ирвинг, — но призывать демона, чтобы защитить себя — это не лучший способ... Бронвин подумалось, что как раз наоборот, разумной была реакция девушки. Если бы вооружённые люди пришли изнасиловать её, она бы сделала что угодно, чтобы дать отпор. Она спросила: — Что произошло с другой девушкой, послушницей? Она тоже здесь? Грегор покачал головой. — Нет. Её отправили на север, в тюрьму Эонар, сразу же после побега мага крови Йована. Так как она была членом Церкви, вся тяжесть решения легла на меня. Ирвинг решил, что эта волшебница, — он с презрением указал на эльфийку, — ещё не до конца потеряна, и её приговорили к трём годам заключения. Теперь она возводит на моих людей нелепые поклепы. Очевидно, милосердие Ирвинга не принесло плодов. — Милосердие? Какое? — вскрикнула эльфийка. — Какое милосердие? Вы, люди, никогда не поймёте, что такое милосердие, даже если сам Архонт Гессариан будет стоять рядом и кричать вам в уши! Мне уже всё равно! Делайте, что хотите. Всё равно же сделаете. — Очень жаль, — вздохнул Ирвинг. — Такой выдающийся талант… — Так она талантлива? — спросила Бронвин, сохраняя на лице маску спокойствия. — О да, клянусь в этом. К тому же весьма сильная. Одна из самых лучших наших учеников. Я возлагал на неё такие же надежды, как Винн на Андерса. Алистер вздрогнул, затем выдохнул. Это место вызывало ужас, и не было ни малейших улик, доказывающих вину любого из избитых заключённых. — Мог ли демон быть вызван каким-либо иным способом? — спросил он. — Мог, — подтвердил Ирвинг, игнорируя сердитый взгляд Грегора. — Но других подозреваемых у нас нет. Демон появился из подземелья, а здесь есть только Андерс и Тара. — Но маги могут и не находиться в непосредственной близости к призываемым демонам, — отметил Алистер, вспоминая своё обучение. — Кто угодно мог это совершить, хоть с вершины Башни, и мы все об этом знаем. — Но они самые вероятные подозреваемые, — не уступал Грегор. — Я не понимаю, почему, — проворчал Алистер. Бронвин положила руку ему на плечо. — Похоже, вы просто не знаете, что потом делать с этими магами, Первый чародей, — сказала она вкрадчивым и разумным тоном. — Возможно, самое лучшее решение — позволить мне призвать их в Серые Стражи. Если они такие сильные, как вы говорите, они будут нам весьма полезны. — Мага крови? — изумился Грегор. — Лучше убить её сразу. Храмовник, стоящий рядом с ним, двинулся, чтобы отомкнуть камеру эльфийки. Девушка напряглась, сжимая кулаки. Бронвин подумала, что та похожа на побитую собаку, оказавшуюся перед своими мучителями. Бронвин встала между камерой и храмовниками и сказала, повысив голос: — Я объявляю Право Призыва на этого мага Тару и мага Андерса. Отныне они новобранцы Серых Стражей. Ирвинг попытался сгладить обстановку. — Страж, в нашей Башне есть маги лучше и надёжнее. Бронвин покачала головой. — Эта девушка ранена, и всё же по-прежнему готова бороться и защищать свою жизнь, когда ей угрожают вооружённые мужчины, закованные в броню. Андерс бежал шесть раз. Это свидетельствует о выдающейся изобретательности. Когда я уйду, я заберу их с собой, и они никогда больше не доставят вам проблем. — Никто не оспаривает ваше право, Страж, — проворчал Грегор. — Мы только взываем к вашему здравомыслию. Внутренне закипая, Бронвин обезоруживающе улыбнулась Грегору. — Я ценю ваше беспокойство, рыцарь-командор. Я обязательно учту ваши слова и буду настороже. Могут ли их одеть и исцелить прежде, чем мы уедем? — Я прослежу за этим лично, Страж, — заверил её Ирвинг. Бронвин показалось, что она заметила нотку облегчения в его голосе. Она доверяла Первому чародею, но совершенно не доверяла храмовникам. Пока Стражи дожидались со своими новобранцам завершения исцеления, бывшим заключенным принесли исподнее, обувь и мантии. Ирвинг также распорядился вернуть магам их собственные посохи. — Серый Страж, да? — веско сказал Андерс. — Полагаю, это сработает. — Мы ведь не вернёмся в Круг? — спросила Тара, враждебным взглядом следя за исцелявшими её руками Ирвинга. — Нет, если вы не захотите этого или нам не потребуется вернуться сюда для продолжения вербовки, — ответила Бронвин. Её переполняло желание высказать всё, что она думает о Круге, но она не могла себе этого позволить. Поддержание дружеских отношений с Первым чародеем было важнее. Эти тридцать три мага ещё не отправились в армию. Грегор уже ушёл по «более важным делам», как он выразился. Бронвин со своими спутниками поднялась вверх по лестнице в холл и спросила у Ирвинга, есть ли здесь место, где она могла бы переговорить с новобранцами наедине. — Конечно, — он подвёл их к двери и сказал Бронвин: — Зайдите ко мне, когда закончите. Оказавшись в маленькой, чуть больше чулана, комнате, Бронвин быстро заговорила: — Добро пожаловать вам обоим. Андерс, рассматривай это как свой седьмой, окончательный и полностью успешный побег из Круга. — А что, если я захочу сбежать и из Серых Стражей? — Эй! — возмутился Алистер. — Ты не можешь оставить Серых Стражей! Мы тут в самом разгаре Мора! — Быть Серым Стражем большая честь, — мягко сказала Лелиана. — Это хорошо. Мы путешествуем, встречаемся с разными людьми и убиваем монстров. — Я надеюсь, — со всей серьёзностью сказала Бронвин обоим рекрутам, — что вы не предпочтёте тюремное заключение вступлению в Орден. В целом, для вас это единственный способ уберечься от Церкви. Если ты Страж, то можешь гулять по улице перед храмовниками туда и обратно, размахивая своим посохом, и никто тебе слова не скажет. — Звучит весело, — решил Андерс. — Когда мы выберемся отсюда? — Я только что рекрутировала большое количество магов для армии при Остагаре... Эльфийка неохотно кивнула, но на лице Андерса появилось растерянное выражение. Алистер пояснил: — В стране Мор. Порождения тьмы нападают на юге. Король привёл большую армию, и мы пока выигрываем, но армия действительно очень сильно нуждается в магах. — Тэйрн Логэйн высоко оценил заслуги магов, — добавила Бронвин, — а ведь при армии их было всего семеро. Серые Стражи имеют договорённость с Кругом, и я смогла зачислить в армию тридцать трёх магов, но кроме этого мы присматривали кандидатов в Серые Стражи. Мы услышали, что вы оба весьма одаренные, и я подумала, что вы будете рады выбраться отсюда. — У меня просто нет слов, — сказал Андерс. — На радостях я готов расцеловать всех вас. Алистер, встревожившись, подался назад, но Лелиана рассмеялась. Бронвин повернулась к эльфийке. — Я знаю, что ты была ранена, — сказала она мягко, — ты способна сейчас путешествовать? Мы сняли комнаты в таверне за озером, и там ты сможешь отдохнуть. — А комнаты-то не такие уж и большие... — пробормотал Алистер. — Мы можем поставить палатку у таверны, — отмахнулась от его слов Бронвин. — Или спать на полу. А Тара ляжет на кровати. Наконец, эльфийка произнесла: — Я сделаю что угодно, лишь бы выбраться отсюда. — Вот это верно! — одобрил Андерс. — Тогда ладно, — сказала Бронвин. — Вот как мы поступим: Алистер, Лелиана — я хочу, чтобы вы отвели наших новых рекрутов к интенданту. — Она передала им кошель с деньгами. — Купите им всё, что понадобится: фляжки, плащи, рюкзаки, если они есть в продаже. Если этих вещей нет, то мы купим их в деревне на холме. Я же допишу письма и попрощаюсь со всеми. Если нам повезёт, то уже через час мы уйдём отсюда. Конечно же, всё оказалось не так просто. Первый чародей любезно разрешил ей воспользоваться его столом, и Бронвин дописала свои письма Фергюсу и Винн. Затем аккуратным почерком она быстро набросала письмо королю. И ещё более аккуратно она дописала своё особое длинное послание тэйрну Логэйну, чувствуя при этом гордость за проделанную сегодня работу. Со временем в армии будет служить больше магов, но она положила этому хорошее начало. Не успела она подписать своё письмо Логэйну, как в кабинет вошёл рыцарь-командор. Он был не один — рядом с ним стоял молодой привлекательный храмовник. — У меня тоже есть рекрут для тебя, Страж, — сказал Грегор.
