На встречу с Лордом

      – Я целовалась с талморцем?!       – Ну да, – спокойно ответил Люсьен, продолжая рассматривать рисунок у себя в руках.       Люсинда нервно прошлась по комнате несколько раз, после чего заботливо положила свой бюстгальтер в развороченный сундук и уселась на кровать рядом с призраком.       – Это стопроцентная информация? – немного отойдя от шока, спросила она.       – Естественно, – он посмотрел ей в глаза. – За кого ты меня принимаешь?       Девушка глубоко вздохнула.       – Как ты это узнал? Рылся у него в бумагах? Взломал суперсекретный сейф?       – Ну, на самом деле я просто открыл бельевой шкаф.       Люсинда посмотрела на него страшными глазами, не понимая, что можно было увидеть в простом шкафу.       – Роба. Их талморская одежка, черное с золотом. У него там их штук пять висело. Когда он в них успевает по Островам щеголять?       – Вот засранец! – девушка с досады хлопнула рукой по своей коленке. – Эти эльфы уже и сюда добрались. И что он здесь забыл?       Люсьен аккуратно отложил листок и поднялся с кровати, деловито оглядывая устроенный Лейриной бардак. Похоже, его слышащая не спешила обращать внимание на обстановку в своих покоях. Ее волновал лишь этот эльф. Немного поразмыслив, что же на данный момент важнее – данмерка-диверсант или талморец, Люсьен решил поддержать разговор.       – Ну на безумца он не смахивает. Хотя тебе, наверное, лучше знать. Ты же с ним столько времени провела… наедине, – он поймал на себе обиженный взгляд девушки и удовлетворенно продолжил. – Поэтому он явно здесь ради выгоды. А вот конкретно для себя или своей организации – это еще нужно выяснить. Хотела шпионских игр? Получай.       – Ничего я не хотела. Ну, может и хотела… Но не этого!       – Поди разбери вас, женщин, чего вы там хотите.       – Подожди. Вряд ли Элдарил способен извлечь для себя какую-то выгоду от пребывания здесь. Шеогорат его недолюбливает, это очевидно… Ах, ты же ничего не знаешь!       – О ваших романтичных посиделках? Честно говоря, не очень-то и хотелось…       Но Люсинда его не слышала. Вынув первую шпильку из своей потрепавшейся прически, она начала оживленно пересказывать призраку свое неудачное свидание.       – …ну и тут Шеогорат накладывает на Элдарила какое-то заклинание, и тот исчезает! Просто испаряется! Я не представляю, что он мог с ним сделать. Может, мы тут догадки строим уже о покойнике?       – Да жив твой эльф, я почти уверен. Тут странно одно, – он задумчиво почесал призрачную бровь, – почему Шеогорат так отреагировал на ваши обжимания?       – Ну… – Люсинда слегка покраснела, – он же безумный лорд, что ты от него хотел? Да и говорю тебе, у них с талморцем какие-то свои недомолвки.       Девушка подошла к сундуку и заглянула в него в поисках расчески. Однако увидела она там только свой бюстгальтер, который сама туда ранее и положила. Люсьен мысленно ухмыльнулся, следя за меняющимся выражением ее лица.       – А что здесь произошло?       – Ну наконец-то! Я пытался сказать тебе раньше, что кто-то наглым образом проник к нам в покои, но ты была слишком увлечена своими любовными похождениями.       – Да хватит уже меня подкалывать! Будто с тобой такого не случалось, – пробурчала Люсинда из-под стола, куда добровольно залезла в поисках гребня.       – Дай-ка подумать… Нет, действительно не случалось.       Девушка достала расческу и начала раздраженно расчесывать спутанные волосы.       – Кто это сделал? Я найду его и… Погоди. Не хочешь ли ты сказать, что это талмо…       – Нет, у засранца алиби. Он в это время любезничал с тобой. Это сделала Лейрина, – он продемонстрировал девушке раскуроченный замок, из которого торчал внушительный клок рыжей шевелюры, которую носила данмерка.       – Но зачем?... – растерянно произнесла Люсинда. – Нужно проверить, все ли на месте.       Следующие полчаса они собирали разнообразные предметы довакинского гардеброба. Платья, потрёпанная кожаная броня, стрелы, книги, камни душ, любимый эбонитовый лук и куча склянок с зельями, однако, нетронутых – все было подвергнуто пересчету и убрано обратно в сундук. Недосчитались только пары замшевых туфель, однако Люсинда сочла потерю незначительной, потому что, на ее взгляд, «данмерка со своим лошадиным размером ноги вряд ли сможет туда втиснуться».       – Она что, искала на меня какой-то компромат? Может, хотела о чем-то донести Шеогорату… Мало ли, вдруг я тут решила переворот устроить и Острова захватить…       – А что, была такая идея?       – Отстань, – Люсинда перестилала покрывало на кровати. – И вообще, я же не записываю каждый свой шаг в дневник, как каждый третий в Скайриме. Вот она и не нашла ничего. Но мы, в свою очередь, должны найти ее.       – Верно, должны, – кивнул Люсьен, который уселся за столом и принялся снова разглядывать рисунок молодого имперца.       – Чего ты все разглядываешь этого парня? – донеслось до чуткого уха призрака из другого конца комнаты. Люсинда снимала в углу свой манийский наряд, повернувшись к Люсьену спиной. Он лишь усмехнулся. Больно нужно ему было подглядывать за живой девушкой.       Однако ответа не последовало. Тогда через несколько минут Люсинда подошла к нему, уже переодевшись в кожаные брюки по фигуре и хлопковую рубашку навыпуск.       – Симпатичный, – сказала она, разглядывая портрет молодого мужчины с каштановыми волосами и такими же глазами. – И зачем талморцу хранить у себя этот портрет?       – Если бы я мог, то тоже хранил бы его у себя.       – Что? – она как-то странно на него посмотрела. – Дался вам с эльфом какой-то мужик.       Он смерил ее надменным взглядом, но потом переменился и грустно вздохнул.       – Это не просто мужик, душенька. Это лучший ассасин, которого я когда-либо знал. Да, пожалуй, он был лучшим. К тому же я лично его готовил, – он вздохнул еще раз и самозабвенно продолжил. – Профессионал. Жесткий, уверенный. Мой протеже на место слышащего, моя единственная надежда, мой…       – Прекрати уже поток комплиментов в адрес этого типа! Мог бы остановиться на лучшем ассасине, я и так все поняла. Ну и что с ним стало? Почему его нарисованная морда вдруг оказалась в столе у талморца?       – Да не знаю я. Ответ на оба твоих вопроса.       – Ну ты же работал с ним, сам говоришь. Почему ты не знаешь, что с ним такого произошло?       – Может, потому, что я скоропостижно умер в расцвете лет?       – Это не ответ! Чего ты, в своей Пустоте как в бункере сидел и не видел, что здесь творится? К тому же с членом братства!       – Послушай, моя белокурая подруга, я тебе еще раз повторяю, не знаю я, что с ним… Вдруг за дверью послышался какой-то шорох. Люсинда приложила палец к губам, и призрак осекся на полуслове.       – Слышишь? К нам кто-то пожаловал.       В приоткрытой двери мелькнула тень. Кто-то вошел в холл и теперь направлялся в спальню, где затаились имперцы.       – Тихо, не спугни… – шепотом наставлял Люсьен Люсинду, которая потянулась к стеклянному кинжалу под подушкой.       Кто-то сильнее приоткрыл дверь и начал заглядывать в комнату. Сначала мелькнул красный глаз, потом и голова, украшенная рыжими локонами. В следующую секунду глаза Лейрины расширились от ужаса, и она решила бежать, захлопнув за собой дверь.       Однако эта тактика с треском провалилась. В холле она запнулась об ножку дивана и грудью упала на пол, тихо шипя что-то на данмерисе. Но ей все же повезло, потому что пока разъяренная Люсинда пыталась вытащить свой кинжал из деревянной двери, куда метнула его, целясь в нежданную гостью, сама же Лейрина успела подняться на ноги и продолжить спасаться бегством. Она вихрем понеслась в Частные сады, где хотела затеряться в экзотических растениях Островов, но и этот план ей не удался.       Свежий воздух ударил ей в нос, а заветная каменная лестница, ведущая в сад, была так близко… Но тут цепкая женская рука вцепилась эльфийке прямо в волосы, отчего та споткнулась и покатилась вниз, чувствую каждую каменную ступеньку своими ребрами. Люсинда гордилась своими натруженными руками лучницы и тем, что быстро бегала.       Имперка осталась стоять в начале лестницы, сжимая рыжую прядь в своих руках и созерцая распростертую внизу Лейрину. Люсьен молча стоял у нее за спиной, не решаясь нарушить тишину, такую, какая может быть только прохладной ночью.       – Убилась… – тихо выдохнула Люсинда. – А если и нет, то отпою зельями и сама убью!       Но, вопреки ожиданиям Люсинды, данмерка отделалась парой ссадин и испугом. Лейрина тяжело поднялась, с опаской опираясь на предложенную Люсиндой руку.       В глазах эльфийки плескался неподдельный ужас, и при первой возможности она снова попыталась бежать, но хватка Люсинды была крепче.       – Это ты вломилась ко мне в покои? Отвечай! – она встряхнула данмерку за плечи.       – Я… я... не хотела ничего плохого, клянусь!       – Что ты искала? Не отворачивайся, я все равно узнаю, – Люсинда сильнее встряхнула шпионку, отчего та еще больше испугалась.       – Я просто… я… не помню.       – Как это ты не помнишь?!       – Подожди, Люсинда, остынь, – Люсьен решил взять ход допроса в свои руки. – Тебя кто-то послал? Кто-то подговорил тебя это сделать?       – Нет, никто меня не посылал, я сама, честно! – данмерка отчаянно завертела головой.       – Ты гляди-ка, это она помнит! А ну вспоминай, зачем ты рылась в моих вещах? А то нам тут интересно посмотреть, какая на цвет данмерская кровушка… Люсьен! Призрак достал из ножен свой короткий клинок. Увидев эти нехитрые манипуляции, эльфийка начала вырываться, истошно визжа и царапая Люсинде руки.       Это продолжалось еще какое-то время, пока имперцы не поняли, что таким способом от нее точно ничего не добьются.       – Ладно, предположим, что ты и правда не помнишь. Ну мало ли, у вас тут у всех мозги набекрень, – продолжал допрос Люсьен, уже войдя во вкус. – Зачем ты сейчас к нам пришла? Ведь сама пришла, добровольно. Заметив, что при этом призрак спрятал меч обратно в ножны, Лейрина начала приходить в себя.       – Я хотела убедиться, что с вами все в порядке, – она посмотрела на Люсинду. – Я знаю, что он рассердился и мог и вас тоже…       – Что – тоже? Кто рассердился? – не выдержала имперка.       – Да помолчи ты, тут я веду беседу! – Люсьен грозно посмотрел на девушку. – Продолжай, что с ней могли сделать?       – П-посадить… в темницу. Э-элдарил там уже второй час сидит.       – Ты хочешь сказать, что эльфа заперли за то, что он целовался с ней? – он указал на Люсинду. – Ну и порядки у вас тут.       – Он убьет его! Он давно хочет от него избавиться и только ищет повод! – у данмерки снова начиналась истерика. – Помогите… вы же можете сделать что-нибудь, он вас точно послушает!       – Шеогорат хочет убить талморца? Ты слышала, Люсинда? Ты, кажется, была права. Интересно, за что? – Люсьен ухмыльнулся.       – Куда он его посадил? Где эта темница? – Люсинда ослабила хватку.       – Внизу. Под дементной половиной есть тайных ход.       – Ты правда собралась выручать талморца? – призрак удивленно посмотрел на девушку.       – Я хочу понять, что здесь происходит. А он может многое мне объяснить. Веди!