Операция "Кавказский сюжет".

Где-то в горах. Бизон. И с чего Шамиль решил обустроить лабораторию именно в горах? Ведь сколько есть много хороших мест. Побережья Чёрного моря, Тихого океана, Чудского озера или Финского залива. Пусть бы даже питерские крысиные катакомбы или затопленный подвал многоквартирного дома, только чтобы не надо было взбираться по осыпающемуся известняку. Я это делать умею, но не особо люблю, потому что Бизон, а не кошка и не кот, в отличие от некоторых. То ли дело глубинное погружение. Сказка, мечта… Метров так на сорок, с полным комплектом подводного снаряжения, и чтобы вокруг мелкая морская живность бестолково суетилась. Хуже нет брать хищника в его родной среде обитания. Шамиля здесь каждая собака знает, не говоря уже о местных жителях. И помогать будут ему, а не нам если не из идейных соображений, то из-за страха за себя и свою семью. Ух… Права была Багира, когда четыре года назад посоветовала худеть. Вон тростинка Мура на вершину просто взлетела, да и Кот поднимается по-прежнему прытко, словно позади него осталось не пятьдесят метров сложного восхождения, а два лестничных пролёта в родном подъезде. Всё-таки странная штука жизнь. Сказал бы мне кто-нибудь пару лет назад, что тот старательный и любопытный салажонок теперь будет командовать мной, Бизоном. Кто?! Этот молодой пацан, который буквально смотрел нам в рот и боялся пропустить хоть слово?! Стажёр и тогда ушлый был, оказывался в эпицентре событий ещё до их начала. К тому же умудрился послать к чёрту самого Пригова, пожелавшего группе ни пуха, ни пера, и просто влюбить в себя Русалку. Со своими детьми у Ритки не получилось, вот она и взялась его опекать. Эх, Багира, а ведь когда-то обещала меня усыновить! Ну, а если серьёзно, Кот парень очень толковый и перспективный. Это только кажется, что быть командиром легко и здорово: вводные от начальства получил, подчинённым передал и сиди, контролируй выполнение. А в действительности попробуй сделать непростой выбор между продолжением выполнением боевой задачи и желанием отправиться на поиски Бати, которому, возможно, была нужна наша помощь. А Ионов смог принять верное решение, и в придачу добровольно взял командование группой на себя. «Кот«… Ха! Придумала же Русалка! Жалко, нельзя парня подразнить «кис-кис-кис», всё-таки он теперь наш командир. Субординация, чтоб её! Ох, а как Барс нервничал на такое обращение к нему! И ещё на «Барсик». Любо-дорого вспомнить! Кстати, это была Риткина идея так над Снежным поиздеваться, я её только поддержал. Правда, врать не буду, делал это с превеликим удовольствием. Ну, всё, наконец-то! Неужели добрался? — Однако… Кот. Со мной что-то не так? Третий месяц задаю себе этот вопрос, но ответ на него пока не вырисовывается. Почему Мурашова строит глазки и кокетливо улыбается всем, кроме меня? Бате достаются её полные восхищённого обожания взгляды, Физик «плывёт» под звонкими поцелуями и приятельскими обнимашками, Бизону, которого знает полтора дня, она непринуждённо бросает: «даже раздеться не дал», и поощрительно сверкает усмешкой Даву на его непонятные подмигивания. Хотя нет, соблазнительную улыбку от Муры однажды всё-таки посчастливилось получить. Ещё в первое задание, когда в лесу нашли перепуганного мужика, и Женька решила его взять с собой. Понравился он ей… Конечно… Если это так, то я — олимпийский мишка, улетающий на воздушных шарах с арены стадиона Лужники. «Насолить» решила капитан-лейтенанту Ионову, вот и вся симпатия. Взглядом тоже как-то одарила. Как рублём. После него я себя дураком и почувствовал. Ну, правда, и в мыслях не было Мурашову с коровой сравнивать. Дёрнул же чёрт не к месту Мурку вспомнить! Не жевала бы тогда Женька веточку, не придумался бы этот идиотский комплимент. Там ещё друг Физик постарался. Мало того, что ляпнул не в тему «и звали её Мура», так и издевательски ржать начал. Кандидат, твою… Естественно, Женька психанула, причём, на меня, зато сочувственно пожалела Серёгу. Друг ему, видите ли, плохой достался! Справедливость есть на свете? Облажались мы оба, а «слабоумным» оказался я один. Почему-то только я у Муры «зараза», и только мне даются рекомендации «да пошёл ты» и «не надо». О, чуть не забыл! Оплеухи считаются за знак внимания? Можно ведь было в том трюме сделать искусственное дыхание «рот в рот» и непрямой массаж сердца. Однозначно Мурашова пощёчиной вернула меня с того света, чтобы потом хорошенько врезать ещё раз. Пытался смотреть на неё всего лишь как на коллегу и товарища, да куда там! Результативно получалось это делать до тех пор, пока Женька со скалы чуть не сорвалась. Я же вместе с ней оттуда летел, крича от страха. Только представил, что она могла разбиться… совсем… тут же свои глупые детсадовские обидки позабыл. Ненадолго, правда. — Ждёшь принца на белом коне? Вот опять! Бизон поинтересовался у Муры дальнейшими планами на личную жизнь, и ему тут же перепало её мечтательное «ага». Недавно в супермаркете в отделе приколов видел футболку с надписью «Мотаю нервы! Вам сколько клубочков?»*. Твоя она, Мурашова, без вариантов! В небольшом селении Дав и Бизон нашли проводника с лошадью, который согласился провести группу по самой короткой и безопасной тропе. Не могу избавиться от навязчивого ощущения, что с этим пастухом что-то не то. Во-первых, следит, чтобы мы не растягивались, а держались кучно, во-вторых, смотрит так, будто приценивается, как бы повыгоднее сдать «СМЕРЧ» на мясо, и в-третьих, сам крайне ненадёжный. К тому же в набор моих сомнений можно уверенно сложить его тяжёлый взгляд человека, который убивал чаще, чем умывался, излишнюю услужливость, и идём три часа вместо обещанного одного. Да и место для отдыха лошади наш провожатый выбрал сильно подозрительное: весь периметр простреливается и мы как на ладони. Случись что, группу за минуту даже не снайпер «снимет», а такой вот приветливый чабан. Что за? … Мои размышления прервала Мура, прыгнув на спину и опрокинув навзничь, выводя из-под выстрелов автоматной очереди, раздавшейся откуда-то сверху. Всё-таки Женька поразительная девушка. Дав с Бизоном заходят к стрелку с тыла, я пытаюсь угадать его последующие действия, потому что боевик с чего-то неожиданно затих и не высовывается, и вдруг эта ненормальная откладывает автомат, и с сухим треском резко рвёт липучки на своей разгрузке, расстёгивая её. — Мурашова, ты чего? Ответ был коротким и странным, учитывая обстановку. — Стриптиз. И как ни в чём не бывало продолжает избавляться от куртки. Спасибо, что хоть не медленно. Может, правда, сломалась девчонка, от стресса и духоты умом тронулась? — Ты что, свихнулась, что ли? — Ага. Точно с ума сошла. Прежняя адекватная Мура ввела бы меня в курс дела до того, как устраивать непредвиденные раздевания, вместо охотного согласия с поставленным ей неутешительным диагнозом. Всё, понял. План Мурашовой был прост и гениален одновременно, элементарная ловля на живца, даже ждать долго не пришлось. Женькин камуфляж на ветке — приманка, стрелок, доверчивый олень, на неё «клюнул», инстинктивно выстрелив и выдав своё местоположение, а парни тем временем подобрались к нему сзади. Два плюс два и в итоге… Дав с Бизоном возвращаются и ведут пленного. Всего один? Светловолосый, тоже в камуфляже, но в тёмно-зелёном, молодой, грязный, худой. Трясётся то ли от страха, то ли от шока, по виду срочник первогодок. Призовут же такое недоразумение в армию, командирам головная боль и матери перспектива сердечного приступа. Он драться-то хоть умеет? Или в случае «наезда» «дедов» сразу вешаться отправится? Не понимаю я этого. Чего сопли и слюни пузырями распустил, как младенец новорождённый? Ты мужик или кто? Представился, называется. «Серёжа». Тьфу ты! Не побоялся, что когда догонят, то пристрелят на месте? Пашка Кечаев, которому всего тринадцать, чтобы удрать, проявил себя настоящим стратегом. Вспомнил из физики о действии электрического тока на организм человека, и приготовил из охранника импровизированного цыпленка гриль, потом правильно спрятался, и напоследок метко швырнул в преследователей гранату, не забыв выдернуть чеку. Вот это я понимаю! С ним в разведку уже сейчас можно идти. Осталось немного поднатаскать в рукопашке и добро пожаловать в «СМЕРЧ»! Правда, конкурент подрастает, тоже на Муру посматривает. Ладно, мне не привыкать, одним больше, одним меньше, погода не изменится, зато курить отучу. Скажу, что пока не бросит, шансов у него ноль, Женька запах никотина на дух не переносит. Так и знал, что проводник «левый». Парень Серёжа не успел показать, где лагерь Шамиля, откуда сбежал. Лжепастух метнул ему нож в спину и свистом вспугнул лошадь. Наверняка, условным, потому что она тут же послушно взяла с места и резво помчалась вниз по тропе. На ней же в рюкзаках весь наш груз! Я передёрнул затвор автомата и бросился следом. Мура по многообещающему звуку верно поняла моё намерение и попыталась вмешаться. — Стой! Стой! — Женька одновременно вцепилась мне в шею и в «калаш», уводя его дуло вверх от пустившейся в галоп лошади. Очередь, вместо того, чтобы полоснуть по испуганному животному, разрезая воздух, коротко ушла в небо. — Отвали! — я раздражённо стряхнул с себя её ладони. — Не надо! — Мура умоляюще кричала и лихорадочно цеплялась за камуфляж двумя руками. — Не дам валить лошадь! А у меня уже и не получится это сделать, ненормальная кошка своего добилась! Кобыла благополучно скрылась за выступом скалы, и мы остались с голой… без ничего мы остались, одним словом. Чёрт! Чёрт! Чёрт! От кипящей праведной злости, которая всё прибывала, у меня не получалось даже материться. Где Пригов нашёл эту впечатлительную ромашку?! С чего она вообще решила в спецназ податься?! Не знала, что придётся убивать?! Я не пошёл спасать Батю, чтобы успеть найти лабораторию и Шамиля, а Мурашова лошадку пожалела?! — Всё оборудование, все боеприпасы… — Ну, кое-что осталось. Всё своё ношу с собой, — успокоил нас Бизон. Нам не нужно «кое-что»! Как боевая группа из четырёх человек пойдёт через неприступные скалы с «кое-чем»? Надо у Мурашовой спросить, она наверняка знает. У Бизона в рюкзаке поместится максимум ОДИН моток основной верёвки и несколько карабинов. Ладно, снаряжение, а боеприпасы? Где Мура теперь собирается брать «магазины» и гранаты? Может, у «пастуха» попросит, взамен благородно спасённой жизни его лошадки? Всё-таки девчонка она и есть девчонка, пусть даже и такая, как Женька. Не лошадь, так какую-нибудь козявку ринулась бы защищать. — Гринпис чёртов. Молчит, хмурится, но не огрызается и не оправдывается, понимает, что не права, хотя раскаиваться тоже не сильно торопится. Бизон меня поддержал, укоризненно ей обронив: — Ну, ты даёшь. Мы вернулись к проводнику, которого стерёг Дав. Очередной фанатик. С яростной и бурной дискуссией о незавидной судьбе «СМЕРЧА» в недалёком будущем. Здесь он немного ошибся, ему не повезло раньше, чем нам: попал под шальную пулю своих же. Стрельба началась одновременно со всех сторон, причём, огонь на поражение вели явные профессионалы, поставившие себе цель уничтожить группу на месте. Вот и подфартило, пулю словил. Не столько больно, как неудобно: она прошла навылет через левое предплечье, а с одной, пусть даже и с правой рукой, много не навоюешь. Мура стрелой метнулась ко мне, помогла снять куртку, мягко стянула футболку, и нежно прикасаясь, начала придирчиво осматривать рану. Глупо, да? Тарасов с Давом ведут бой, а я млею от уверенных прикосновений ласковых пальцев, жалею, что ранение всего одно, и нескромно фантазирую о нашем с Женькой близком контакте в более подходящей обстановке. Как у Мурашовой это получается? Мне ещё пять минут назад хотелось её прибить, а не… Додумать, что хочу сделать с Женькой, я не успел, она вслух вынесла свой вердикт. — Фигня, «сквозняк», жить будешь. — Куда денусь… Даже не мечтай, Мура, так легко избавиться от кап-лея Ионова, ты у меня ещё помучаешься. Перевязку бы по-быстрому сделать, только чем? Бинты вместе с остальным грузом сейчас очень далеко. Как скажешь, пусть будут не бинты. Мурашова проявила смекалку и нашла альтернативу медицинскому перевязочному материалу, безжалостно оторвав от своей футболки полоску пятнистой материи. Я обрадовался. — Опять стриптиз? — Да не пялься ты! — Мура, пригибаясь от свистящих вокруг пуль, начала аккуратно бинтовать плечо. — Ещё ослепнешь. Насчёт «ослепнешь» — не успею, потому что когда на коже оказалась хранящая тепло её тела ткань… У меня в таком ритме сердце не билось даже после кросса на сорок километров по пересечённой местности. А Женьке хоть бы что. Перевязывать закончила и теперь достала шприц-тюбик с антибиотиком. Красивая она. Знаю, комплимент заурядный, но у меня в её присутствии забываются все слова, как будто мозг впадает в ступор или в спячку, упрямо отказываясь соображать. Но на доклад в центр его хватило. — Да, Багира… У нас всё отлично, окружены. У боевиков, очевидно, есть очередной план: постреливают, но изредка, и близко не суются. Как пояснил Дав, дожидаются темноты, надеются группу полным составом взять живьём. Самонадеянные идиоты… Уходить по стене предложила Мура, а у запасливого Бизона действительно обнаружились верёвка и карабины. — Чтобы мы без тебя делали? — Женька нежно улыбнулась Тарасову. Нет, Мурашова, этот вопрос надо тебе задать. У меня на него даже ответ есть. Наверно, скучали, не придумав, чем бы себя занять. — Ладно, поднимаемся в связке. …Я беспомощно смотрел, как Мура, не удержавшись, начала скользить вниз по скале, пытаясь найти хоть какую-нибудь точку опоры. Бесполезно… Этот участок, будто назло, был гладким, без единого зазора. — Руку… Женька уже висела в воздухе, я тянулся к ней, насколько позволяло натяжение верёвки. Нет, слишком далеко, не достану… — Не могу… Слышу надежду в голосе Муры, что мне удастся её спасти, даже в темноте вижу глаза, полные страха и паники, только сделать ничего не выходит. — ВАСЯ… …Она падала бесконечно долго, как в замедленной съёмке фильма, широко раскинув руки, и её жуткий полёт закончился хрустом сломанных веток дерева, которое росло у подножия скалы. — МУРАААА!!! КАК ЖЕ ТАК… ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛА, ЖЕНЬКА? ЖЕНЕЧКА…