Путь Голоса

      В библиотеке Урага стоял невыносимый гул, из которого невозможно было понять ни слова. Собравшиеся на срочный консилиум маги собрались вокруг огромного стола, на котором были разложены манускрипты, книги и карты, а также чертежи и наброски орка-библиотекаря. Каждый из них выкрикивал одну теорию за другой, и каждый оспаривал своих коллег, из-за чего они не могли зацепить ни за одну выдвигаемую теорию. - Это нонсенс! Вмешательство Даэдра! – голосила Фаральда, специализирующаяся на магии разрушения. - Невозможно! Это расслоение времен, даже даэдра в план смертных не попадают без последствий, а парень находится здесь уже продолжительное время! – оспаривал Энтир. - А я считаю, что тут замешан орден Псиджиков! – выкрикнул кто-то из толпы. Кто-то, услышав это, возмущенно ответил: - А может это Альдмерского Доминиона рук дело?!       Наруто, Сакура и Сай сидели поодаль ото всех, уже и не пытаясь вникнуть в суть их споров. Если розоволосая куноичи, пребыв в коллегию с каким-то багажом знаний про Тамриэль, понимала начало разговора, то к середине получила лишь головную боль. Сай и Наруто рассматривали книгу, которая была написана на Драконьем языке. Перевода, к сожалению, там не было, но некоторые символы Узумаки были знакомы, поэтому с горем пополам он переводил два-три предложения через каждые три листа. Ребята не успели обсудить ситуацию, в которой они оказались, но из краткого отчета Сая джинчурики понял – в Скайрим также попал Какаши-сенсей и Саске, который снова оставил команду. Уход Учихи Наруто немного насторожил, ведь тот мог почувствовать свою вину в случившемся. Как бы то ни было, но Наруто решил для себя – первым делом он соберет их всех вместе, потом же они будут решать, как им возвращаться домой. - Мы можем предположить, что появление драконов, как и Наруто в Тамриэле связано одним – Нирн вновь потерпел диссонанс, - озвучила адекватную мысль Мирабелла. – Однако с чем связано появление остальных? Маги на минуту задумались, затем стали выдвигать свои теории: - Быть может, последствие вмешательства? - Бред! Если влияние было оказано лишь на драконороджденного, то и лишь он должен был оказаться в Нирне, ведь духовной связи с Акатошем у других нет. Следовательно, связи с Аэдра и Даэдра у них нет. Это дело рук высших Богов! Создатели призвали их, чтобы восстановить равновесие миров. - Или же все уничтожить! – возразил Ураг. – Вы помните, что произошло десять лет назад? Довакин мог уничтожить Нирн, и это послужило бы новым началом, но он спас нас, уничтожив Алдуина. А ведь в пророчестве говорилось, что Пожиратель вернется, чтобы положить начало новой Эре. Быть может, сейчас происходит то, что должно было случиться тогда? Уставший Бриньольф уже не мог слушать это, поэтому, громко стукнув ладонями о стол, дал понять, что все их разговоры лишь пустая трата времени. - Мы теряем время, дамы и господа! Мы можем строить теории сколько угодно, но к истине мы не придем. Неужели во всем Тамриэле на найдется того, кто мог бы объяснить аномалию? Или же помочь Наруто вернуть его силу? Маги опешали от дерзости вора – вломиться в их коллегию и сомневаться в их компетентности! - Прояви уважение, вор, - протянул Ураг, одарив Бриньольфа презрительным взглядом. – Ты пришел сюда за помощью, если тебе она не нужна – выметайся! Бриньольф глубоко вздохнул и, усмирив желание нагрубить, выдавил: - Нам нужна помощь, Ураг, но не ваша. Старейшие, Драконы, Даэдра, черт бы их побрал! Кто угодно, кто мог бы знать и план смертных, и Обливион. Неужели во всем Нирне таких нет?!       Маги призадумались – был тот, кто мог бы помочь Наруто, но он уже много лет не давал о себе знать. - Думаю, Ураг не сказал вам, но в Миддене, в подземелье коллегии, живет один..мм..маг, - Мирабелла, подобрав слова, решила не выдавать, что тот самый «маг» на деле и не человек вовсе, - который вам может помочь. Во всяком случае, он охотно ответит на все вопросы. - А где нам его найти? – поинтересовалась Эйла. - На нижнем уровне Миддена. Будь осторожны – эти пещеры не безопасны. Консилиум начал расходиться, однако маги взяли на себя обязанность узнать каждый из своих источников что-то, что могло бы помочь. Ниндзя Конохи и Бриньольф с Охотницей решили, что исследуют Мидден и дадут возможность Наруто поговорить с этим магом. Терять время никому не хотелось: пока Наруто искал возможность вернуть свою силу, каждый день погибали люди от воскрешенных драконов, творились бесчинства среди власти, шла война.       Бриньольф был крайне недоволен. Скайрим был разделен, расколот на части, как некогда огромный материк раскололся на куски земли, а единственный, кто может сплотить этих обреченных людей – Узумаки. Юнец, сопляк с силой и волей, которых не постичь ни одному смертному. Однако людей, жадных до власти и воюющих меж собой не сплотить одной волей и умением прыгать с огромных высот – Наруто необходимо найти решение его проблемы и как можно скорее, иначе весь их мир захлебнется в крови.       Вор усмехнулся – когда это он стал думать о политике? Война для таких, как он, всегда была средством наживы. Что ему до других людей? Что ему до этого осталопа Узумаки? Таких героев по всему Скайриму полно – то и дело заканчивают свои героические дни в пасти у дракона. Было бы чему звенеть в кармане да на что купить крепкий эль – вот девиз уважающего себя вора. Правда, услышала бы эти слова Эйла – мигом бы запихала бы все золотишко вору в самое драгоценное место.       Глава гильдии воров, самый знаменитый ловелас, охотник за тяжелым кошельком и женской подвзякой стал ловить себя на мысли, что он слишком часто привязывает Эйлу к своим действиям. Не то, чтобы вору это не нравилось, наоборот, он находил ее вполне привлекательной, когда она была без боевого грима и не навешана оружием. Что немало важно – вор считал ее умной и проницательной. Длительное путешествие в одной компании сказалось на них положительным образом. Она всегда понимала, когда нужно вмешиваться, а когда нужно довериться и промолчать. Больше всего Бриньольфу нравилось в ней ее остроумие – сколько бы он не закидывал ее интересными словесными оборотами, она всегда найдет обороты, как и куда она засунет ему свой меч. Удивительная женщина, вынужденная быть сильной. Бриньольф долго не мог признать себе, что их путешествие больше не тяготит его, скорее, если оно закончится, ему будет не хватать кинжала под ребром каждый раз, когда он попытается рассказать кому-то свою очередную историю.       Бриньольф развалился на старой койке, повидавшей многих учеников, но жалобно прогибающейся под весом вора. У них есть ночь, чтобы отдохнуть, на утро они снова отправятся на поиски ответов. В одной комнате с Бриньольфом поселили Узумаки с его бледным дружком – вор не запомнил его имя. Зато он прекрасно рассмотрел розоволосую девчонку. Таких он никогда в Скайриме не видал. Как он понял, она тоже воительница, однако она выглядела очень женственно – хрупкая фигурка, нежное девичье лицо, разве что взгляд слишком взрослый, тяжелый. «Хилая она совсем. У Эйлы то и мышцы побольше будут, и си..» - Эй, Бриньольф, куда ты сунул наши вещи?! – прервал мысли вора Узумаки.       Вор лишь отмахнулся от шумного паренька, повернулся на бок и погрузился в мир грез. Узумаки еще долго не мог уснуть, изредка перекидываясь парой фраз с Саем – расспрашивая того о путешествии и впечатлениях от Скайрима.       Сакура также не могла сомкнуть глаз. Они находились в комнате с Эйлой и какими-то ученицами, куноичи не видела надобности в знакомстве с ними. Девушку замучила головная боль из-за навалившейся информации и волнения – за Наруто, за Саске, за их дом.       Дом. Девушка уже и не знала, когда она снова сможет проснуться в своем родном доме, прогуляться по улицам деревни, поесть лапши в Ичираку с Наруто и Саем. Слушать, как дурачится Узумаки и раздраженно хмыкает Саске; вернуться, наконец, к своим обязанностям в больнице, а поздно ночью без сил упасть на кровать в родном доме, ведь там наверняка скопилось немало работы для нее.       Девушка так загрузила себя работой, что редкие миссии с командой ей казались настоящим отдыхом. Физически куноичи стойко переносила все трудности – но морально была очень подавлена – след войны оставил свой отпечаток. Сакура чувствовала опустошенность от потери друзей, близких, детской любви и даже самой себя. Война – это то место, куда приходишь нежным, верящим в любовь и мир невинным ребенком, а возвращаешься потерянным, уничтоженным существом. Именно это Сакура видит в глазах местных детей, которые на себе прочувствовали все тяготы военного времени. Особенно отчетливо она видела это у сирот в Рифтене. Потерявшие все, даже самих себя, они столкнулись с этим жестоким миром и лишь самые сильные со временем смогут пережить эту потерю. Дети никогда не улыбались на людях, шарахались от толпы людей и старались держаться вместе – Сакура их понимала как никто.       После войны какое-то время она вела себя также. Она не могла найти в себе сил выйти из дома. Все, на что хватало ее сил – это оплакивать свои потери, но она смогла себя пересилить. Наруто, казавшийся ей сущим ребенком, вложил ей в голову зрелую мысль – все люди понесли потери, кто-то терял людей всю свою жизнь, а кто-то родился ни с чем, но научился жить, принимая удары судьбы, подниматься с колен каждый раз, когда терял себя снова и снова. Тогда Сакура поняла – ее потеря ничто, по сравнению с его. И тогда девушка решила – она не будет жалеть себя, не будет искать причин для слез, и не будет гнаться за иллюзией. Больше она не будет делать чью-то жизнь смыслом своей. С того момента в ее жизни все стало иначе.       Девушка долго ворочалась, но сон так и не пришел к ней. Опустив ноги с кровати и раскутавшись из мягкого покрывальца, девушка вышла из своей комнаты, стараясь не разбудить скрипом кровати других. Ночь в коллегии не была тихой, наоборот, в воздухе то и дело слышались отголоски шорохов, слышался нежный, приятный для звука перезвон – так мог играть какой-то инструмент, думала девушка. Она решила найти источник этих звуков, ведь все они шли из одно места – с лестничного пролета эхом разносился шум по всему залу. Сакуре пришлось подняться несколько лестничных пролетов и упереться в приоткрытую дверь. Отворив ее полностью, девушка увидела перед собой небольшой рассадник – самые разные травы и цветы, некоторые светились и издавали резкий аромат. Здесь же были и цветы, которые так нежно клокотали. Чуть поодаль от рассадника были разные стойки со склянками и приборами. «Видимо, для алхимии».       Девушка сделала пару шагов, как услышала где-то справа от себя шорох. Резко приняв стойку и выкинув руки вперед, девушка сконцентрировала чакру в ногах. - Кто здесь?! Из темного угла, слегка вяло, вышел на свет Сай с альбомом в руках. - Сай..Что ты делаешь здесь так поздно? – девушка выдохнула и убрала кунай за спину. - Не спал из-за шума. Здесь красиво, решил сделать пару набросков. Как странно, что здесь не ощущается чужая чакра. Я тоже тебя не сразу заметил. Даже чакра Наруто отсюда кажется не мощнее, чем этот карандаш.       Сакура усмехнулась, оценив шутку анбушника. Девушка обернулась – ей стало интересно, что именно Саю пришлось красивым. Лишь пару переливающихся веток с цветами и светящийся синим куст. Сакура вообще редко видела рисунки Сая – разве что те, что он использует в своих техниках. - Можно мне посмотреть твои рисунки? – Сакура протянула руку к анбушнику и мило улыбнулась.       Сай замешкался, не решаясь. Он смотрел на руку девушки и на ее открытое лицо – в полутьме оно казалось особенно красивым и ее локоны, убранные за уши, вовсе не выделяли ее большой лоб.       Медленно парень все же протянул свой альбом Сакуре. Девушка аккуратно взяла его в руки и открыла – первый рисунок был цветков – колокольчиков, которые так переливисто звенели. За ним шли наброски какого-то здания, видно, что он рисовал по памяти, поэтому не закончил. Был также мост в Рифтене, зарисовка дракона из рассказов местных жителей, волк, опушка, на которой они были с командой в последний раз, а перелистнув еще несколько листков, девушка увидела себя. На последующих рисунках была Сакура. В красках, в набросках, в боевой стойке, использующая медицинскую технику, хмурая и улыбающаяся. Девушка в удивлении смотрела то в альбом, то на Сая, но тот, казалось, никакого смущения вовсе не испытывал. Он уверенно смотрел на куноичи в ожидании, что она вернет его вещь. - Почему..почему ты рисуешь меня? – запнувшись, спросила Сакура.       Сай пожал плечами, и Сакура не стала больше расспрашивать парня, вернув альбом. Ее очень смутило, что анбушник, как оказалось, так тщательно рассматривает Харуно – он смог нарисовать каждую деталь, каждую морщинку возле ее глаз, каждую прядь. Даже цвет ее резинок для волос! «Он рисовал то, что считал красивым. Может он и меня..? Бррр! Стоп, пора спать!» - Я это..Поздно уже, спокойной ночи. – Девушка поспешила спрятать свое пунцовое лицо и скрыться за лестничном пролетом. Однако посланное ей в след тихое «Спокойной ночи», девушка расслышала громче, чем перезвон колокольчиков.