Похищение века

***

      Проснулся Дерек в полдень следующего дня. Никто из рыцарей не посмел разбудить его, и, если бы не лучи солнца, светящие прямо в маленькое чуть запыленное окошко, принц проспал бы до самого вечера. Ночью самочувствие Дерека сильно ухудшилось: он помнил, как несколько раз просыпался в горячем бреду, что-то несвязно кричал и порывался уйти, хотя даже сил подняться с кровати у него не было. В это время с ним рядом был Стайлз; по крайне мере тот размытый образ, что принц видел перед собой, открывая глаза, был очень похож на тощего мальчишку. Возможно, именно его присутствие помогло Дереку побороть неизвестный недуг, ведь сейчас принц чувствовал себя необъяснимо хорошо. Энергия бурлила внутри молодого тела, мышцы налились приятной тяжестью, снова появилась ясность ума, чему мужчина был очень рад. В его голове не осталось ни одной лишней мыслей, а те пугающие видения больше не воспринимались как потенциальная угроза. Так давно забытое чувство защищенности заполнило весь разум, успокаивая, даря умиротворение. Принц уже и не помнил, когда в последний раз был так спокоен, когда просто наслаждался жизнью, ни о чем не беспокоясь.       И все же что-то было не так. Дерек понял это, когда в тесной, заполненной людьми кухне встретился взглядом со Стайлзом. Парень был необычайно бледен, темные круги залегли у него под глазами, а губы были искусаны до крови. Острое чувство вины вспыхнуло в груди принца, когда он вспомнил легкие прикосновения и тихий шепот, успокаивающий его ночные терзания. Должно быть, Стайлз просидел с ним всю ночь, пока кошмары не выпустили Дерека из своих объятий, держал за плечи, не позволяя вставать, менял мокрую тряпку, когда та высыхала на горячем лбу и шептал что-то неразборчивое, на неизвестном принцу языке. Воспоминания словно калейдоскоп стали собираться в ясную картинку, но самое главное от Дерека ускользало. Он помнил поцелуй Стайлза и свои ощущения после него, помнил слова неизвестных наречий, слетающие с губ парня, точно слышанные где-то ранее, но вспомнить что-то еще не мог. Из сознания будто вырвали целый кусок воспоминаний, оставив лишь черное пятно неизвестности. Как кто-то мог заставить его забыть что-то важное, Дерек не знал.       Воспоминания — не вещь, которую можно просто забрать, их не украсть и не выкинуть, они — вся суть человека, именно они делают нас теми, кто мы есть. Принц знал, что со временем человеческая память истончается, информация, известная ранее, сначала становиться неясной и туманной дымкой прошлого, а затем полностью исчезает. Однако, он был еще не в том возрасте, чтобы жаловаться на забывчивость, а значит без посторонней помощи здесь не обошлось. Подозрения тут же пали на Стайлза, который весь обед был задумчив и молчалив. Хотел бы принц знать, о чем думал парень, частенько кидая взгляды в его сторону и разглядывая, не стесняясь. Пару раз Дерек собирался заговорить с мальчишкой, но привлекать внимание рыцарей не хотел: лучше всего было поговорить наедине. Но как назло, доев свою порцию, Стайлз не собирался вставать из-за стола и покидать кухню. Он лениво водил ложкой по пустой тарелке, изредка вклиниваясь в беседу рыцарей. Дерек тоже попытался принять участие в разговоре, но с досадой понял, что суть беседы от него ускользает, и сказать что-то путное он не может.       Но не только принц не участвовал в разговоре, погруженный в свои мысли. Один из рыцарей — Скотт — тоже не особо следил за сутью беседы, все его внимание было приковано к девушке, суетившейся возле огромной каменной печи. Она неспешно помешивала кашу в большом чугунном котле, что-то негромко напевая себе под нос. Слова было практически невозможно различить, да и громкое гоготание рыцарей под ухом никак этому не способствовало. Но, похоже, девушке этот шум никак не мешал, во всяком случае, она открыто это не демонстрировала. Кира вообще была весьма учтива и вежлива, ее манерам позавидовали бы даже придворные дамы, которые при удобном и неудобном случае любили недовольно морщить свои напудренные носики и высокомерно задирать головы. Простолюдины лишены были этих привычек, но что-то подсказывало Дереку, что эта милая девушка не была одной из них. Кира была слишком манерной для простой крестьянки — она ровно держала осанку, даже когда мешала в котелке кашу, грациозно двигалась, словно многие годы занималась танцами, что могли позволить себе лишь дети знатных семей, была обучена грамоте и знакома со светским этикетом. Конечно, она могла быть прислугой где-нибудь при дворе, как тот же самый Стайлз, но Дерек в этом очень сильно сомневался. Несмотря на все манеры, в парне чувствовалась эта свойственная крестьянам простота, чего нельзя было сказать о Кире. Эта девушка была сложна, как самая запутанная головоломка, к ней нельзя подступиться, нельзя понять, о чем думает. Кира не привлекала Дерека физически, хотя своей красотою могла посрамить многих женщин, разделивших с ним ложе; в ней была некая загадка, разгадать которую он так стремился. Казалось, что разгадка находится на поверхности, но ухватиться за витающую в воздухе подсказку мужчина так и не смог.       И опять мысль, что он забыл что-то важное, посетила голову принца. Кажется, вчера у него было какое-то неотложное дело, о котором сейчас никак не получается вспомнить. Решив больше не мучать себя догадками, Дерек незаметно, как ему казалось, вышел из-за стола и направился к девушке, намереваясь задать ей несколько вопросов. Подойдя ближе, он заметил, что сегодня девушка выглядела несколько иначе. На ней было все то же изношенное серое платье, вот только фартук больше не скрывал былую роскошь этого одеяния. Дорогая на вид ткань, немного выцветшая из-за многочисленных стирок, была расшита серебристыми нитями, которые переплетались в разнообразные узоры на корсете и словно змеи струились к подолу. Платье почти сливалось с цветом кожи девушки, и тем сильнее выделялись на фоне этой бледности ее карие глаза и иссиня-черные волосы, которые сегодня были заколоты причудливой зеленоватой заколкой, на одном конце которой была вырезана голова неизвестного существа. Это было очень странное украшение для девушки и на вид особой ценности не представляло, но Дерек был уверен, что оно гораздо ценнее, чем может казаться.       — У тебя очень необычная заколка, — внезапно произнес Дерек, заставляя девушку невольно подпрыгнуть на месте от неожиданности. Она оторвалась от своего занятия и повернулась к принцу, смущенно улыбаясь. На ее щеках заиграл легкий румянец, что нельзя было скрыть на столь бледной коже.       — Это семейная реликвия, она из нефрита. В моей семье на протяжении многих столетий эта заколка передается от матери к дочери, — ответила Кира, осторожно вытаскивая украшение из своих волос. Черные локоны, освобождённые из капкана, рассыпались по ее белоснежным плечам. Она бережно провела пальцем по заостренным зубчикам, которые в некоторых местах уже были слегка искривлены.       — Что это такое? — поинтересовался принц, указывая на вырезанную на заколке голову.       — Не что, а кто, — улыбнувшись, ответила девушка. — Это дракон Цинлун — Лазурный дракон. В моих краях это дух-страж и покровитель. Он охраняет наш мир, а также ведает судьбу каждого человека. Его цель: направлять нас на путь истинный, дарить нам надежду, когда мы опускаем руки, наполнять наши сердца любовью, когда они переполнены ненавистью. Он повсюду и в то же время нигде. Его присутствие сможет почувствовать лишь избранный, и лишь ему он станет преданным слугой, покровителем и другом.       — Водить дружбу с драконами — не лучшая идея. Эти твари не приносят ничего, кроме боли и разрушений. Их нужно уничтожать, пока они не уничтожили все вокруг.       — Тобой движет ненависть и страх, но в скором времени ты поймешь, что есть чувства гораздо сильнее. В твоей жизни будет много трудностей, и сам ты с ними не сможешь справиться. Ты запутался в своих ощущениях и убеждениях, поэтому правда постоянно от тебя ускользает. Не бойся открыть свое сердце, ведь иначе ты не поймешь, где друзья, а где враги. Истинна где-то рядом, и ее скрывают лишь твои сомнения.       Девушка смотрела на Дерека, но ее взгляд словно проходил сквозь него. Она была так не похожа на себя в этот момент, что принц на секунду подумал, что говорит совсем с другим человеком. Голос Киры был грубее и ниже, чем раньше, а глаза — холодные и пустые, как стеклянные бусинки. Девушка не смотрела в глаза принцу, ее взгляд был расфокусирован. Не понимая, что происходит вокруг, в руке она по-прежнему сжимала заколку, которая больно царапала ее ладонь своими острыми зубчиками. Не давая Кире причинить себе вред, Дерек разжал ее пальцы, в которых та сжимала свое нефритовое сокровище. Как только заколка оказалась у него в руках, девушка вновь «ожила», встряхнула головой, словно сбрасывая наваждение и непонимающе посмотрела на принца. В ее глазах мелькнуло ярко-красное пламя, которое тут же сменилось привычной карей радужкой, губы растянулись в приветливой улыбке: Кира будто очнулась от какого-то транса.       — Все в порядке? — решил на всякий случай уточнить Дерек.       — Да, конечно, — забирая заколку у принца, ответила девушка. Она легким движение заколола волосы, открывая взору белоснежную шею. — Мне нужно накормить ваших лошадей перед отъездом. Вы не против, если я вас покину?       Мужчина кивнул и отошел в сторону, позволяя девушке пройти. Как только она вышла из кухни, Скотт подскочил со своего места и бросился вдогонку Кире, а Дереку открылся обзор на Стайлза, который пытался незаметно стереть рукавом рубахи кровавые следы с лица. У него из носа текла кровь, но кровотечением это трудно было назвать, лишь тоненькие алые полосы, которые были отчетливо видны на побледневшем лице парня. Стайлз выглядел больным, по-хорошему, ему нужно было дать время отдохнуть, ведь он только и делал, что заботился о принце, пока тот был болен, но Дерек не мог больше задерживаться. До замка был всего лишь день езды, и мужчина искренне надеялся, что парень выдержит эту дорогу. Правда, об одном обстоятельстве принц напрочь забыл, а это оно было весьма существенным: Стайлз должен выдавать себя за принцессу Лидию, а это значит, что его придется переодеть и накрасить, то есть, проще говоря, сделать из него женщину. Эта идея была весьма сомнительная, но Дерек по-прежнему не собирался возвращаться в замок ни с чем.

***

      Несмотря на все сомнения и долгий труд Киры и Араи, Стайлза все-таки получилось превратить в девушку, причем весьма симпатичную. Парня вымыли, переодели и накрасили, а на голову надели неизвестно откуда взявшийся в такой глуши парик с копной рыжих волос. Если бы Дерек не знал, что перед ним парень, то не за что бы в это не поверил. Темно-зеленое бархатное платье отлично сочеталось с его рыжими локонами и бледной кожей, тугой корсет подчеркивал тонкую талию, а пышный подол и длинные свободные рукава скрывали не по-женски сильные руки и узкие бедра. От чрезмерного обилия косметики Стайлз отказался, ограничившись лишь белилами и подводкой глаз из смеси хны и сурьмы, за что Дерек был ему очень благодарен — появиться в замке вместе с шутом он не хотел. При дворе и так их хватало, стоило лишь взглянуть на знатных дам, которые всеми способами старались придать своей коже цветущий вид, глазам блеск, а губам — соблазнительную яркость.       На что только не шли женщины ради красоты, которой Дерек не понимал. Они втирали в свою кожу состав из свинцовых белил и муки, чтобы придать ей аристократичную бледность, закапывали глаза опасной настойкой паслёна, чтобы расширить зрачки и визуально увеличить размер глаз, затягивали свои талии в тугие корсеты, чтобы казаться еще стройнее и грациознее. По мнению принца, все эти методы никак не помогали многим дамам выглядеть лучше, а наоборот, лишь портили их естественную красоту.       Именно поэтому Дерека всегда особо привлекали девушки из простого люда — крестьянки и служанки. С одной у него даже был затяжной роман, но все закончилось, когда принц узнал о намерении отца женить его на принцессе Лидии. Разрыв отношений для мужчины прошел безболезненно, поскольку он уже давно смирился, что жениться по любви не сможет. Да и Дженнифер оказалась вовсе не любовью всей его жизни, а всего лишь очередным увлечением, которых у принца было не мало. За свою жизнь Дерек разделил ложе с многими женщинами, но именно его служанка задержалась там дольше всего. Было время, когда мужчина думал, что Дженнифер та самая, но дни шли, и страсть к этой женщине постепенно угасала. Она больше не вызывала того бешенного желания, которое одолевало принца, стоило ему бросить мимолетный взгляд на девушку; она перестала казаться ему самым прекрасным созданием на всем белом свете. Сначала Дерек пытался это как-то исправить и заново воспылать чувствами к служанке, потом пытался найти причину таких резких перемен, но лишь недавно все окончательно понял. Пожалуй, это было даже слишком очевидно — он просто никогда не любил ее по-настоящему.       Да, Дженнифер была очень умна для служанки, но в физическом плане привлекала принца куда больше. Ее внешняя простота была как глоток свежего воздуха в запыленной комнате, как дуновение ветерка в жаркий солнечный день. Дерек был околдован естественной красотой       Дженнифер, все в этой девушке, казалось, наполнено природной силой, будто все стихии объединились в одну, чтобы породить это прелестное создание. Ветер витал в ее каштановых волосах, огонь плясал в темных как ночь глазах, вода лилась в мелодичном голосе, а в душе у нее таилась сила земли. Безусловно, Дженнифер выделялась не только на фоне знатных дам, но и на фоне остальных служанок, вот только полюбить ее Дерек так и не смог.       Что-то отталкивало принца от девушки, зато настойчиво тянуло в сторону Стайлза. Чувства, испытанные при первой встрече с Дженнифер, мужчина ощутил и при знакомстве с парнем, но в разы сильнее. Дерек пытался с ними бороться, но все попытки оказались тщетными. Стайлз был везде: в мыслях, снах и реальности. Он притягивал к себе все внимание принца, соблазнял его одним своим видом и, казалось, не понимал, что играет в опасную игру. А Стайлз, похоже, действительно не понимал и продолжал ошиваться рядом с принцем, всячески над ним подтрунивая, нарываясь на очередной подзатыльник.       Рыцарей такое поведение мальчишки забавляло, хотя они и старались этого не демонстрировать, чтобы не злить Дерека. Эрик даже вызвался первую половину пути везти Стайлза на своей лошади, опасаясь, что принц скинет болтливого мальчишку со своего коня. К большому сожалению Дерека, энтузиазма рыцаря надолго не хватило. Всего через пару часов езды Эрик выгнал Стайлза со своей лошади, а поскольку кроме Скотта везти несостоявшуюся принцессу больше никто не захотел, еще через пару часов парень оказался на одной лошади вместе с принцем. Дерек заранее предупредил мальчишку, что не станет терпеть чрезмерный треп у себя под носом и заставит того идти пешком. На удивление, Стайлз послушался и всю оставшуюся дорогу ехал молча. Единственное, что он не мог прекратить делать — крутится туда-сюда, пытаясь поудобнее усесться. Казалось, что парень специально недвусмысленно терся своим задом о пах Дерека, ожидая от того какой-нибудь реакции.       — Перестань ерзать, — недовольно зашептал на ухо Стайлзу принц. Его кожаные штаны не скрывали нарастающее возбуждение, а отодвинуться от парня на скаку было просто невозможно.       — Я бы на тебя посмотрел в седле и платье, — повернув голову вправо, ответил Стайлз. Рыжие пряди парика трепались по ветру и попадали ему в рот, так что парню несколько раз пришлось отплевываться.       — Не думаю, что на мне это платье смотрелось бы лучше, чем на тебе, — склоняясь к лицу Стайлза, ответил Дерек. Его руки неспешно прошлись по бокам парня, ненадолго задержавшись на бедрах.       — Тебе нравится, как я выгляжу? — покраснев, спросил парень. Он плотнее придвинулся к Дереку и практически лег своей спиной на грудь принца.       — Да, — не стал лукавить мужчина, одной рукой обнимая парня за талию, — из тебя получилась отличная девчонка. Жаль, что не настоящая. На тебе-то я жениться не смогу.       — Почему не сможешь? — шепотом спросил парень. Кажется, он действительно не видел никаких проблем.       — Ты — парень, Стайлз. Ты не можешь стать моей женой, не можешь разделить со мной ложе и родить детей. Мой брак с принцессой Лидией — возможность не только завершить многолетнюю войну, но и способ продолжить свой род. Мне нужен наследник, чтобы моя династия не прервалась.       — Я понимаю, но кое в чем ты ошибаешься, — ответил Стайлз, лукаво улыбнувшись. Он завел свою руку за спину и слабо сжал в ладони возбужденную плоть Дерека. Принц на столь невесомое прикосновение отреагировал слишком бурно, гулко зарычал и грубо сжал бедра парня. — Я бы мог разделить с тобой ложе в качестве любовника, раз уж жениться на мне ты не хочешь. Не только женщина может доставить мужчине удовольствие. Ты, кажется, говорил, что у меня слишком длинный язык? Так вот представь, как я еще могу им воспользоваться.       — Господи, Стайлз, ты сейчас говоришь, как продажная девка, — хрипло ответил принц, стараясь говорить как можно тише, чтобы не привлечь внимание рыцарей, которые все чаще стали на них оглядываться.       — Большой опыт? — усмехаясь, уточнил парень.       — Было пару раз, — пожимая плечами, ответил принц. Каждый мужчина хотя бы один раз был в борделе, поэтому скрывать такую информацию смысла не было. Дерек не видел в этом ничего постыдного, он не был женат, да и ханжой его нельзя назвать. Зато Стайлз никак не походил на посетителя борделя, уж больно невинно мальчишка выглядел, даже когда произносил столь похабные вещи. Представить его в компании какой-то девки было очень трудно, но одна только мысль вызывала у Дерека острый укол ревности. — Откуда ты знаешь такие грязные выражения?       — Работал некоторое время в одном придорожном пабе, а там всегда есть те, кто желает поразвлечься за пару золотых, — непринужденно сказал Стайлз, не стыдясь своего ответа. Как будто нет ничего ужасного в торговле своим телом, как будто его это никак не касается.       — Ты… с кем? Кто… тебя? — грубо тряхнув парня, спросил Дерек. Некстати ему вспомнились слова рыцарей о женственности парня, и он с ужасом подумал, что не только его рыцари могли так решить. Стайлз красив и мог нравиться не только женщинам, но и мужчинам.       — О, нет, — поспешил успокоить принца парень, — это не то, что ты подумал. Я просто разносил еду. Правда, пару раз меня хотели купить какие-то отвратительные рыцари из соседнего королевства, но, к счастью, хозяин паба оказался хорошим человеком.       — Спасибо, что успокоил, — с облегчением ответил Дерек. — Я уж было подумал, что собрался жениться на шлюхе.       — Может, ты на ней и женишься, — со смешком ответил Стайлз, — я-то твоей женой точно не стану. Забыл, что я парень?       К своему сожалению, Дерек очень хорошо это помнил. Помнил и понимал, что грозит им, если обман раскроется. Конечно, Дереку особо ничего не будет, ведь он наследный принц. Отец лишь в очередной раз наградит его разочарованным взглядом, а дядя укоризненно качнет головой. Для Стайлза все закончится куда плачевнее: его посадят в тюрьму или того хуже — казнят. Принц прекрасно понимал, что виноват будет он, и чем ближе они подъезжали к замку, тем сильнее сомневался в своем решении. Возможно, сейчас был последний шанс все исправить, просто позволив Стайлзу уйти, но Дерек уже не мог его отпустить. Он продолжил скакать в сторону виднеющихся вдалеке каменных сводов замка, крепче прижимая к себе хрупкое тело Стайлза. В молчании прошла оставшаяся дорога, даже рыцари, о чем-то беседующие между собой, внезапно затихли. Все чувствовали огромное волнение, и лишь Стайлз оставался странно спокоен. Он смело смотрел вперед, ощущая за своей спиной сильную мужскую грудь своего принца.