Магия не выбирает

— Да что ж это такое,— Мерлин легонько хлопал бесчувственного Артура по щеке,— почему я прихожу тогда, когда ты уже в таком состоянии? Принц открыл глаза и вымучено улыбнулся: — Наверное, у тебя такая судьба, Мерлин. — Судьба или нет, не знаю, но вот что на тебе надето, не пойму. Артур вопросительно взглянул на своего слугу. — Что это за цепи? Тебя так опутали, что и тела не видно. Откуда это? — Ты видишь их? — удивился принц. — А они разве невидимы? — в свою очередь удивился маг. Артур медленно, держась за плечо Мерлина, встал и направился к распахнутому окну. Немного подышав, он обернулся к слуге: — Они невидимы. Отец сказал, что эти цепи ему подарил охотник на ведьм, что они укрощают магию. Мне надо носить их семь дней... — Артур,— маг подошел к принцу,— все, что я слышал о подобных предметах, это очень плохие истории. Понимаешь, магия является частью нас, она дана нам при рождении. Отнимать ее, усмирять, приручать или что-либо делать с ней — это насилие над нами. На тебе так много цепей, они такие страшные... И ты уже потерял сознание. — Да, мне что-то нехорошо... — Артур жадно вдохнул свежий воздух. — Попроси отца освободить тебя. — Не могу. Нельзя. Я должен выдержать семь дней. Только так я сумею снова заслужить доверие и уважение короля... — Артур! — Мерлин словно забыл, с кем он разговаривает, и со злостью стукнул по столу ладонями,— Артур! Ты же не изменился! Почему вдруг ты должен что-то заслуживать? Почему ты должен ходить в этих ужасных цепях? За что? Ты же ни в чем не виноват! — Успокойся, Мерлин,— Артур привалился к стене,— я разочаровал отца, я оказался не таким, как он думал. Я... его позор. Мне надо выдержать семь дней, всего семь дней. Моргана медленно шла по длинному коридору замка. Вокруг была суета, все куда-то спешили, что-то делали, но почему-то все настойчиво отводили взгляд от принцессы, склоняли головы и мчались дальше. Никто не повышал голос, никто не улыбался. Слышались только приглушенные голоса и всхлипывания. Моргана шла в тронный зал, чувствуя тревогу и тягучий животный страх. Тяжелые двери были распахнуты, но внутри находился только король и... Моргана крепко прижала ладонь ко рту, чтобы не закричать: на столе в центре тронного зала лежал мертвый Артур. Словно окаменевший Утер стоял рядом. Принцесса подошла к королю и всмотрелась в родные безжизненные черты брата. — Отец, сир... Как это случилось? — Мы пытались изгнать его магию, Моргана. Но он оказался слаб, а его магия сильна. Она уничтожила его. — Но ведь он мог и дальше жить с магией, отец. Как жил двадцать лет до того момента, как ты узнал о его магии! — Моргана задохнулась от понимания того, что произошло,— Я тоже обладаю магией! Теперь ты и меня будешь освобождать от нее? Артур не выдержал твоих методов, а я так и подавно не выдержу! — Прекрати истерику, Моргана! — резко оборвал девушку король,— Случилось то, что случилось. Простимся с Артуром и подумаем, что делать с твоей магией. — Не-е-е-е-ет!!! — Моргана в ужасе закричала и... проснулась. Принцесса часто дышала и вытирала с лица слезы. Она уснула за столом, когда перебирала скучные письма. Сны о заточении брата прекратились, значит, эта опасность ушла, но то, что видела Моргана сейчас, было куда страшнее. Как всегда, выход был только один, и девушка побежала к Артуру. — Артур, я снова... — Моргана вбежала в покои брата и резко остановилась,— что это на тебе? — Где? — насторожился сидящий за столом принц. — Цепи. Откуда на тебе цепи? Да еще так перепутанные... Что это? Моргана хотела прикоснуться к цепям, но ее рука сжала пустоту. — Я их не чувствую... — А нормальные люди их еще и не видят,— уточнил Артур. — Нормальные — это не обладающие магией? — Да. Принцесса внимательно рассматривала брата, после чего села напротив него за столом и грустно заговорила: — Это отец с тобой сделал? Он хочет так избавить тебя от магии? — Как ты поняла? — поднял брови Артур. — Мне снова снился сон,— губы Морганы дрогнули, а голос предательски зазвенел,— страшный сон, Артур. Очень страшный. Попроси отца снять с тебя эти оковы. — Нет,— покачал головой принц,— это единственная возможность вернуть прежнюю жизнь, доказать королю, что я такой же. Моргана, мне нужно пробыть в них всего семь дней. — Ты не справишься, ты умрешь,— Моргана закрыла глаза и почувствовала, как по щекам побежали слезы. — Я справлюсь, сестричка,— улыбнулся Артур. К вечеру Артур стал бледнее, под глазами появились темные круги, а на месте соприкосновения с телом браслетов и ошейника появилось покраснение. — Что ты чувствуешь? — ворчливо спросил Мерлин, доставая Артуру из шкафа рубашку с высоким стоячим воротником. — Печет,— коротко ответил принц, надевая рубашку и тщательно прикрывая красные полосы на коже. Маг только покачал головой, решив обязательно найти сегодня ночью в книгах Гаюса что-нибудь о нейтрализации этих цепей. Днем слуга обежал рыцарей-друзей Артура и рассказал им полуправду о происходящем. Обманывать этих людей, рассказывать им сказки Мерлин не хотел, а рассказать все не мог, поэтому сообщил только, что принц плохо себя чувствует, и кому-то надо бы обязательно находиться рядом с ним, чтобы хоть поддержать в случае чего. Леон, Ланселот, Гвейн, Персиваль и Элиан все поняли, не стали расспрашивать и сейчас легко приняли одетого к ужину Артура и непринужденно двинулись с ним в пиршественный зал, где Утер велел накрыть стол. Отец цепей не видел, не видел и бледности сына, не мог он рассмотреть через тщательно подобранную одежду и красные следы от браслетов и ошейника. Можно сказать, что Утер был доволен. Он улыбнулся сам себе, начиная трапезу, он был уверен, что уже через шесть дней его наследник лишится своей магии и все будет хорошо, все будет по-старому. К тому же для него эти дни должны были пройти быстрее, король поднял глаза на детей: — Артур, с завтрашнего дня я предоставляю тебе возможность испробовать свои силы, управляя Камелотом. — Как это? — не сразу понял Артур. — Сегодня от лорда Самюэля пришло приглашение на свадьбу его дочери, прекрасной принцессы Оливии. Мы приглашены втроем, но кто-то же должен остаться в замке. Я решил, что ты останешься, а мы с Морганой завтра утром поедем. — Я не поеду,— тут же отреагировала Моргана, которая сидела ближе к брату и видела, как он прячет под столом руки, чтобы никто не заметил, что они дрожат. Утер легко пожал плечами: — Оставайся. Будешь помогать Артуру. Утром следующего дня король отправился к старому другу. Провожающий отца Артур был более чем тщательно одет. Перед выходом из покоев принц резко дал себе несколько пощечин, чтобы на бледном лице появился хоть какой-то румянец. Утер то ли не видел, то ли не хотел видеть, что принц какой-то не такой. Он усмехнулся сыну, хлопнул его по плечу и спокойно уехал. Как только королевская процессия скрылась из виду, Артур чуть охнул и начал заваливаться назад. Леон и Персиваль быстро соединили плечи, подставляя их своему принцу. Артур оперся на них, прикрыл на секунду глаза, а потом медленно развернулся и с трудом пошел в замок. Два дня рыцари ходили по пятам за принцем, но Артур был в таком состоянии, что даже не замечал их. Два дня Гаюс не поднимал головы от своих книг, пытаясь найти хоть что-то о цепях, которые Утер надел на сына. Два дня Камелот находился практически без власти. Как ни пытался, как ни старался Артур, но заняться делами он не мог. К постоянному головокружению и звону в ушах добавилась боль, которая растекалась от кожаных перехватов на теле. Сперва они просто пекли, оставляя ожоги, а теперь от них по телу расходилась еще и жуткая боль. На третий день вечером Мерлин нашел своего принца лежащим на полу. Артур свернулся клубочком возле кровати и, закусив снятый ремень, тихонько скулил. Маг испугался не на шутку, ведь иногда ему казалось, что его господин даже не чувствует боли, настолько Артур был терпелив и сдержан. До сего дня Мерлин слышал от принца только редкие стоны сквозь зубы. — Артур,— слуга присел возле наследника престола,— Артур, что с тобой? Где болит? — Везде, Мерлин... везде... И еще... Мерлин, я... я не вижу... Маг закусил губу и провел раскрытой ладонью перед глазами Артура. Его зрачки не отреагировали. Мерлин задрожал, словно это его тело прошивали судороги боли, он обхватил за плечи мощное тело своего принца и прижал его к себе. Гаюс еще ничего не нашел, хотя уже перебрался в библиотеку к Джеффри. Магия самого Мерлина даже в соединении с магией Морганы не снимали боль принца. Что делать дальше, слуга не знал. Сейчас ему хотелось жалобно заскулить вместе со своим господином. Моргана словно почувствовала что-то, ей вдруг немедленно захотелось увидеть брата. Девушка вбежала в покои Артура и ее сердце забилось еще сильнее: на полу сидел Мерлин и прижимал к себе тихо стонущего принца. — Ему хуже? — Да. Ему очень плохо, миледи. И еще он... он ослеп, Моргана. Принцесса молча села рядом с молодыми людьми и нежно погладила брата по мокрому лбу. Новый то ли стон, то ли всхлип вырвался из губ Артура, но он тут же до крови закусил их, не желая демонстрировать свою слабость даже самым близким людям. Моргана нахмурилась, что-то обдумывая. Потом прикоснулась губами к щеке брата и прошептала: — Потерпи еще немножко, Артур, еще чуть-чуть. Она решительно встала с пола и убежала. Ничего не понимающий Мерлин продолжал сидеть, обнимая своего принца за плечи. Не прошло и десяти минут, как на пороге снова появилась принцесса, но сейчас она была в мужской дорожной одежде темного цвета. — Куда вы собрались, миледи? Ночь на дворе. — Я за отцом,— коротко бросила Моргана. — Да вы что? Это далеко, это опасно... — Мерлин,— Моргана резко прервала слугу,— у нас есть какой-нибудь другой выход? — Нет,— грустно покачал головой маг. — Мы ничего не нашли об этих цепях в книгах, мы не можем снять боль у Артура. Сегодня он ослеп, а что случится с ним завтра? Поэтому я еду за королем. Он надел эти цепи на сына, он должен и снять! — Моргана,— Артур с трудом поднял и протянул руку на звук голоса сестры,— Моргана, это очень опасно, не сама... Возьми... возьми рыцарей... Там же лес... могут быть разбойники Девушка наклонилась и взяла брата за протянутую руку. Она прижала его длинные дрожащие пальцы к губам и усмехнулась: — Пусть разбойники и боятся, Артур, потому что я — ведьма!