Бумажный король и Красная шапочка

Don't talk, if you Are going to tell me the truth Don't tell me you know You've got everything under control*

Бэк не слишком выряжается. Точнее, совсем не заморачивается в выборе одежды: натягивает мягкие домашние спортивки, мятую футболку с выцветшим портретом обдолбанного Кобейна и, немного подумав, огромную толстовку Чанёля. Дорогущие кроссовки смотрятся как-то не к месту, но переобувать их не хочется, тем более, что Бён и так потратил слишком много времени на сборы. - Пьянь! – кричит парень, засовывая в карман рулетку поводка. Пёс – отличное прикрытие, если Ёль вернётся раньше, ведь всегда можно сказать, что нужно было сводить любимца к ветеринару. Корги торопливо семенит к хозяину, уже предвкушая долгую беготню по парку, и не зная, что у Бёна на него совсем другие планы. - Прости, дружище, но сегодня ты не сможешь обоссать каждое дерево в пределах досягаемости, - сообщает ему Бэкхён, подхватывая на руки далеко не лёгкую тушку. Бэк торопливо захлопывает дверь и нервно перебирает в кармане ключи от машины, пока ждёт лифт. Ему не нравится то, что он собирается сделать, и ещё меньше устраивает ложь, которую придётся рассказывать, глядя в глаза Паку. Но сказать правду кажется куда более страшным, потому Бён уверенно спускается на подземную стоянку и запихивает ничего не понимающего пса на пассажирское сиденье своей Audi. Бэка чуть потряхивает, потому даже не с первого раза удаётся завести мотор. Ему кажется, что даже Пьянь уже в курсе того, что он задумал, и теперь с укором смотрит на хозяина, пытаясь предостеречь, пока не поздно. Но машина послушно выезжает с парковочного места и катит по наполовину пустой стоянке прямиком к выходу. Уже оказавшись на дороге, Бэка немного отпускает и он расслабленно откидывается спиной на сидение. Пьянь, вроде, тоже успокаивается и, отвернувшись от хозяина, ставит лапы на приборную панель, чтобы с интересом разглядывать то, что творится по другую сторону стекла. - Ничего ведь страшного нет в том, что я собираюсь встретиться с этим парнем, - не выдерживая и пары минут тишины, сам с собой рассуждает Бэкхён. – Он же мне жизнь спас и сам при этом подставился! Нужно быть благодарным! Корги переводит на него взгляд, словно спрашивая, к нему обращается Бэкхён или к аморфному нечто, ведь кроме них в машине больше никого нет. Решает, что нет, а может просто отвлекается на гудок проезжающего рядом Cadillac’а, и вновь обворачивается к стеклу. Крутя головой и с интересом разглядывая пролетающие за окном пейзажи, пёс почти сразу забывает о хозяине, который, в свою очередь, и не думает затыкаться. - Я не рассказал Чанёлю только потому, что боюсь его реакции. Он ведь может недослушать, не так понять; взбесится как чёрт, и я опять буду спать на диване, а то и вовсе на коврике под дверью! – рассуждает Бэк, выкручивая руль и радуясь, что клуб находится не так далеко от его дома. Более того, ему даже с Манхэттена уезжать не приходится, а значит он без труда сможет вернуться в любой момент. – Я и так натворил дел, обидел Чанни и волновать его лишний раз не хочу. Встречусь с этим Джонином, поблагодарю, и на обратном пути сменю телефонный номер. Может, ему ещё денег дать на лечение? Ответить на свой собственный вопрос Бён не успевает - опустив стекло и показав охраннику карточку, на которой крупными буквами выгравировано название клуба, он заруливает на стоянку для VIP-гостей. Пьянь, вновь лишённый возможности побегать в крепких объятиях хозяина, недовольно урчит, но не брыкается, видимо, разрабатывая план мести белым Бёновским кроссовкам. Бэк же торопливо юркает в приветливо распахнувшуюся перед ним заднюю дверь и, прижимая к груди пса, вновь начинает нервничать. В голову ударяет кровь, возвращая панику и заставляя раскраснеться щёки. Опять хочется сбежать и Бэкхён начинает диагностировать у себя клаустрофобию, ведь на дороге его ничего не беспокоило. Но, вопреки своим страхам, он идёт по коридору в направлении зала, который ночью служит танцполом, а днём местом для приватных встреч. На входе в зал его встречает миловидная девушка в лёгком шифоновом платье и, приятно улыбаясь, без лишних разговоров ведёт к одному из спрятанных за полупрозрачными ширмами столиков. Бэк следует за ней, краем глаза замечая, что занято ещё одно место. Из-за плотно задвинутой прозрачной ширмы доносятся тихие постанывания, едва заглушаемые включенной в помещении классической музыкой, но разглядеть, кто скрывается за тканью, не представляется возможным. Материал хоть и прозрачный, но достаточно плотный, чтобы невозможно было разобрать, что происходит за столиком – Крис продумал всё до мелочей, чтобы создать нужную обстановку и при этом не подвергать своих гостей опасности быть раскрытыми. К удивлению Бэка, за столиком его уже ждал Джонин. Заметив Бёна, он резко подорвался на месте и ярко улыбнулся, чуть придерживая, вероятно всё ещё болящий, бок. - Я боялся, что ты не придёшь, - весело улыбается Ким, пожимая протянутую для приветствия руку и вновь опускаясь на мягкий диван. – Когда подходил к клубу, думал, что охранник меня не впустит. - Я же сказал, что приду, - продолжая прижимать к себе Пьянь, Бэк ёрзает на кожаных сиденьях и, в отличие от собеседника, никак не может расслабиться. В голову лезут идиотские мысли, которые быстро сменяют одна другую и тут же забываются, словно и не важные совсем. – У меня нет привычки нарушать данные обещания. - Почти прошёл, - неожиданно Ким протягивает руку и кончиками пальцев едва касается пожелтевшего синяка на скуле Бэкхёна. Бён тут же дёргается и отстраняется, торопливо решая - вмазать парню по роже или достаточно будет просто уйти. Он не раз уже встречался нос к носу с ненормальными фанатами, потому всегда держится настороженно с новыми людьми, особенно такими наглыми, которые при первой же встрече считают нормальным распускать руки. – Прости, - заметив агрессию во взгляде, Ким опускает руку и опрокидывается на спинку дивана. – Ты не подумай, - тут же принимается оправдываться он, – я не пытаюсь к тебе приставать или ещё что-то делать. Я действительно за тебя переживаю и это всё. Бэкхён молчит и пристально смотрит на смутившегося Джонина, губы которого до сих пор растянуты в улыбке, но на этот раз виноватой. Непонятно почему Бён не уходит и ждёт, что ещё скажет ему собеседник, но Ким продолжает молчать и только теребит край тонкой курточки. - Спасибо тебе, - первым нарушает тишину Бэкхён, которого тяготит повисшее между ними молчание. Он правда благодарен за спасение своей шкурки и, хоть всё ещё не доверяет парню, но и врагом его не считает. – Ты спас меня и пострадал сам, я это очень ценю. Джонин вскидывает голову и вновь улыбается ярко, что невольно заставляет Бэка улыбнуться в ответ. - Я не знаю, может тебе лечение оплатить? – предлагает Бэкхён, так и не придумав другого способа отблагодарить спасителя. – Или, может ещё что? - Нет, - качает головой Ким. – Одна мысль, что я спас кому-то жизнь, уже делает моё существование значимым, - отзывается он, на что Бэк кривит губы. То ли от того, как высокопарно звучит эта фраза, то ли потому что уверен, что в этом мире просто так ничего не делается. И не ошибается. Он вообще редко ошибается, так что... – Но всё же, ты кое-что можешь для меня сделать. Бэк вновь кривится, как бы говоря: «Я так и знал» и выпускает из рук неожиданно завозившегося Пьянь. - И что же ты хочешь? - Бён складывает освободившиеся ладошки на столешницу и чуть наклоняется вперёд, чувствуя своё превосходство перед Кимом. - Будь моим другом, - произносит Джонин, повторяя движение Бэкхёна, и тоже подаётся вперёд. – Я не так давно в Нью-Йорке и мне сложно быстро приспособиться, не имея знакомых. Теперь их лица разделяют сантиметров тридцать и Бёна это откровенно нервирует. - Странные у тебя желания, - Бэкхён смотрит прямо в тёмные глаза напротив и вновь задаётся вопросом: не сидит ли перед ним обыкновенный фанат, который хочет внимания своего кумира. - Под «дружбой» я понимаю именно дружбу, - не выдерживая пристального взгляда Бэкхёна, Джонин отводит глаза и вновь опускается на спинку дивана. – Я знаю, что у тебя есть парень и вижу, что он до кучи ещё и невероятный собственник, - Ким чуть усмехается и, как бы невзначай, проводит пальцами по собственной шее. Бэкхён инстинктивно повторяет его движение и, нащупав на тонкой коже небольшие углубления от укуса Чанёля, моментально покрывается краской, теряя всю свою твёрдость и непоколебимость. Чёртов Пак и правда жуткий собственник и, что-то подсказывает Бэкхёну, что как только этот укус заживёт, его шею украсит ещё один, а потом ещё, и так до бесконечности, пока он не останется рубцом на коже или Ёль не прокусит сонную артерию. - Слухи правдивы - это же Чанёль, да? – Ким не насмехается, не издевается, он просто спрашивает, так, будто они уже стали лучшими друзьями. Бэкхён ещё больше краснеет и чуть втягивает голову в плечи, он хочет послать ко всем чертям наглеца, но почему-то и слова выдавить из себя не может. – Ты очень красивый, Бэкхён, и, знаешь, не будь ты занят, я бы даже попробовал за тобой приударить. Но с Паком мне не тягаться – он, может, и не самый большой красавчик на планете, но когда смотришь на него, невольно хочется подчиняться и даже преклоняться. Бэк резко вскидывает голову и тут же встречается с добрым взглядом Джонина. Он вовсе не пытается избавиться от Бэкхёна, как Кенсу, и совсем не хочет занять место Чанёля рядом с ним. Может он и фанат, но явно не фанатик – Бэк это отчётливо видит и больше не хочет побыстрее избавиться от общества Кима. Ему становится любопытно - что же движет этим парнем напротив? - Я тебе больше скажу, - не видя напряжения и злости во взгляде собеседника, Джонин радуется, что смог достучаться до Бэка, ведь он просто очень нервничает и в такой ситуации совсем не думает, что говорит. Но его понимают правильно, а не прописывают в морду, потому Ким беззаботно смеётся и продолжает нести какую-то ахинею. – Уверен, что в паре с парнем, был бы пассивом! Но я дико боюсь боли, так что участь моя быть по девочкам вечно, - Ким корчит притворно-скорбное лицо, на что Бэкхён неожиданно начинает громко ржать. Он стучит ладошкой по столу и хохочет, как сумасшедший. То ли от того, что сказал Джонин, то ли из-за облегчения от свалившегося с его души груза. Уже через пару часов их беззаботной болтовни, Бэк больше не смотрит на Кима с опаской. Не видит в нём друга, конечно, но и не настораживается от каждого движения. Джонин забавный и добрый, он смелый и открытый, а ещё несёт полный бред. Ким немного похож на Чанёля, с той лишь разницей, что Пака Бэк любит, хочет и не представляет без него своей жизни, а с Джонином просто легко и ненапряжно. Бэкхёну нравятся такие люди, но в его окружении их не так уж много и с каждым днём становится всё меньше, потому что мир шоу-бизнеса жесток и заставляет души черстветь, а сердца закрываться на сотни засовов. - Думаю, мне пора, - добродушно улыбается Бэкхён, поглядывая на наручные часы и отмечая, что Чанёль должен вернуться домой совсем скоро. - Ты ему не сказал о нашей встрече, да? – кивает Джонин и послушно начинает собирать свои вещи. - Ты задаёшь слишком много вопросов, - наигранно-жёстко отзывается Бэкхён и тут же растягивает губы в улыбке, а всё потому, что Джонину нельзя не улыбаться. Но он не собирается обсуждать с Кимом Чанёля. Пак только его и даже мыслями о нём Бён делиться не станет. Ким делает вид, что не замечает того, что Бэкхён старается уйти от разговоров о своём парне – он, собственно, и не настаивает. Они же только что познакомились и было бы глупо ждать, что Бён ему всю душу вывернет. Спешно попрощавшись, Джонин бросает быстрый взгляд на парня, разместившегося за стойкой в центре зала, и идёт к выходу из клуба. Бэк же немного задерживается, делая вид, что пытается поймать Пьянь, бегающего по пустому сейчас танцполу. Но как только Ким скрывается в коридоре, тут же прекращает свою нелепую беготню и присаживается на высокий стул рядом с сидящим за барной стойкой Крисом. - Привет, - улыбается он старому приятелю и нагло вырывает у него из рук чашку с недопитым кофе. - Давненько тебя не было, - хмыкает владелец клуба и с кривой улыбкой поворачивается в сторону Бёна. - Настроения нет? Секс закончился? – ёрничает Бэкхён и, стараясь поднять настроение приятелю, начинает раскачиваться из стороны в сторону на стуле, напевая детскую песенку Hokey Pokey до тех пор, пока Крис, наконец, не перестаёт строить из себя буку и не улыбается, на этот раз естественно. - В том-то и дело, что секса хоть отбавляй, - делится китаец и выгребает из кармана несколько прозрачных пакетиков. - Так это ты там был..? – неожиданно на Бэка накатывает прозрение, и он кивает в сторону отдёрнутой теперь ширмы, за завесой которой не так давно вершился самый, что ни наесть, разврат. - Вангой стал? Третий глаз, блять, открылся? – шипит Крис, но не зло, скорее просто горько. – Будешь что-то брать? Если нет, уёбывай! - А что это? – не желая злить приятеля, Бэк тут же меняет тему и тыкает длинным пальчиком в пакетик с сухими измельчёнными листьями. Содержимое похоже на чай, но как раз с чаем его и нельзя перепутать. - Смекаешь, - в Крисе просыпается человек, получающий удовлетворение от своей работы, перед которым предстал истинный ценитель прекрасного. – Новая партия, называется «Ржущий Джим», уносит на раз-два. Стоит две сотни баксов, но я сделаю тебе скидку. - Беру, - уверенно кивает Бэкхён и лезет в карман за мятыми купюрами. Крису он доверяет, если тот говорит, что трава отменного качества, значит так оно и есть. Выторговав скидку в семьдесят долларов, Бэк удовлетворённо запихивает пакетик в карман штанов и нетерпеливо облизывает губы, уже предвкушая, чем они с Чанёлем займутся сегодня вечером. Естественно, после того, как съездят на репетицию… или не съездят, если Пак будет злой после встречи. Тогда вечер начнётся у них часа в четыре и закончится где-нибудь под утро на полу гостиной, а может вообще не дома. Под лёгкими наркотиками они вообще не могут контролировать свои желания относительно друг друга. - Это, конечно, не моё дело, - неожиданно произносит Крис, когда Бэкхён уже почти слез со стула, – но будь осторожен. Бэкхён кивает на автомате, прекрасно понимая, что китаец имеет в виду совсем не наркоту, и его вновь пробивает разряд тревоги. Он так запросто дал своё согласие на дружбу с Кимом, совершенно не подумав о том, как представить ситуацию Чанёлю. По дороге сюда утром, он собирался отделаться от Джонина: поблагодарить, дать ему денег, выкинуть сим-карту и забыть о его существовании. Но уже спустя немного времени общения со своим спасителем, ему хочется как-нибудь встретиться и поболтать ещё. Вечно Джонина он скрывать не сможет, а значит надо придумать способ рассказать о нём Паку. При том так, чтобы он не убил Кима и не решил, что Бэк с ним спит. Провалившись в свои мысли, Бэк медленно бредёт к выходу, как вдогонку слышит громкое: - И псину свою забери, пока она мне все углы не обоссала! – строго кричит Крис, улыбаясь и теребя за ухом довольно урчащего корги.