На пути к пропасти

- Адмирал Таркин на каких основаниях вы заявляете, что Асока Тано примыкала к стану врагов Империи? Ведь следствие, которое велось против нее в годы войны, доказало невиновность. Сияющий зал, отполированный до блеска дроидами-уборщиками, был заполнен репортерами Голосети. Они окружали длинный стол, за которым восседали видные лица новорожденной Галактической Империи во главе с Уилхаффом Таркином. Ходили слухи, что император Палпатин вознамерился сделать из него свою правую руку. Получить допуск на такое мероприятие было делом архисложным - каждый должен был пройти дополнительные проверки, больше похожие на дознание. Определенные вопросы задавать запрещалось, но про Асоку Тано ничего сказано не было, чем и воспользовался один из прозорливых журналистов. - Так оно и было, но в дальнейшем, выяснилось, что уйдя из Ордена, Тано все-таки сошлась с нежелательными лицами, - Таркин отвечал, на автомате теребя свои выхоленные ногти, венчавшие тонкие, бледные пальцы, - Среди этих лиц мы можем назвать офицеров КНГ Дэрила Фериона и Кирита Тоно, наемника Кэда Бейна, Дарта Маула и некоторых других. Все признаки указывают на то, что Тано прониклась тлетворными идеями Конфедерации. Безусловно, повлияло и ее исключение из Ордена: она разочаровалась в джедаях и в Республике в целом, поскольку джедаи тогда еще ассоциировались с ее оплотом и общественности не был известен их тайный заговор, в который Тано, естественно, посвящена не была. Она решила присоединиться к сепаратистам и осуществлять подрывную деятельность. - А что сталось с ней потом? - Определенного ответа вам дать никто не сможет. Мы более чем уверены, что Асоки Тано больше нет в живых. А даже если это и не так – она отныне не представляет опасности для честных граждан. В любом случае, дело по ней еще не закрыто. Среди репортеров заслышались шепотки: многим стало неудобно, поскольку приходило постепенное осознание того, что коллега забрался слишком далеко в своих вопросах. Таркин, тем не менее, ничуть не подавал виду, что вопрос ему неудобен или неприятен. Его лицо продолжало сохранять абсолютно бесстрастное выражение. - Как говорит наше правило, - продолжил адмирал, - бывших джедаев не бывает. Великая Чистка распространяется и на Тано в том числе. - Но как же получить вещественные доказательства ее смерти? - Последним из людей Империи, Тано видел владыка Вейдер. Впрочем, он отказывается давать комментарии на этот счет. Но почему бы вам не попытать удачу – вдруг он сделает исключение именно для вас? У репортера слегка свело желудок. Попросить о комментарии у лорда Вейдера? Завещание бы успеть написать… - Благодарю, адмирал Таркин, - прозвучал немного сдавленный голос, - Вопросов больше нет.

***

Серый и неприметный, закрытый флаер скользил вдоль бесконечных корусантских застроек, к ближайшему спуску на нижние уровни. Наконец, впереди показалась гигантская бездна, разверзшаяся прямо посреди города Флаер замедлил ход и нырнул прямо в черную пасть, спускавшуюся все ниже и ниже, туда, куда никогда не проникал настоящий свет. Достигнув нужного уровня, флаер незаметно пристыковался к едва видимому шлюзу. Из откинувшейся кабины стремительно выбрались две фигуры в серых накидках, еле различимые посреди царившего полумрака, нарушаемого лишь мерцанием ламп и редким светом фар. - Сюда, - раздался еле слышный голос Дэрила Фериона. Спустя несколько темных и гнилостных проулков, они, наконец, достигли цели, выйдя на место, где пересекались сразу несколько улиц, образуя что-то вроде небольшой площади, зажатой со всех сторон металлическими корпусами домов. Маул приспустил капюшон и стянул с пояса меч: Дэрил передвинул предохранитель на одном из своих бластеров. - Что-то здесь не то, - прошептал забрак, задирая голову и озираясь, - ты уверен, что привел нас в нужное место? - Это оно, - так же шепотом отвечал Дэрил, - но что-то явно пошло не так… Еле слышно переступая, Дэрил шагнул за угол одного из домов. Взору предстал бесконечный ряд дверей, шедший до самого места, где обрывалась железная платформа и бездна уходила далее вниз. Оттуда едва доносились шумы флаеров и спидеров. Дэрил зашагал вдоль дверей: квартира Мины Бонтери должна была быть за четырнадцатой по счету. Слабый свет не позволял заглянуть далеко, но Дэрил, забыв о предосторожности, побежал вперед. Сначала ему показалось, что кто-то поставил ему подножку: парень на полном ходу споткнулся и грохнулся головой вперед, едва успев выставить руки в качестве подстраховки. Рефлексы сделали свое дело, и Дэрил, перекатившись. вскочил, держа наготове бластер. Тут-то он и понял, что споткнулся об нечто, лежавшее неподалеку от одиннадцатой двери и напоминавшее большую груду мусора. Дэрил подошел ближе и обомлел: в небольшом пятне света от плафона на двери, лежал труп. Юноша носком сапога перевернул тело – луч осветил мертвое лицо Кэда Бейна и мелким бликом отозвался в его красных, невидящих глазах. Изо рта наемника тянулась струйка зеленоватой крови, а вдоль груди шла глубокая, обугленная и бескровная рана. - Это что… Бейн? – Маул незаметно приблизился сзади, - Кто убил его? Дэрил не отвечал и ошеломленно смотрел в сторону четырнадцатой двери – Маул посмотрел туда же и увидел, как из нее вышел целый отряд клонов во главе с офицером и мгновенно заблокировал проход. - Кажется, нас опередили. – проговорил Дэрил. - Не двигаться! – раздался голос откуда-то сверху. В следующую секунду, невидимая сила подхватила Дэрила и отшвырнула прочь от места, где он стоял. В руке Маула полыхнул меч: спрыгнувший сверху воин в плаще, также активировал свое оружие. Теперь, темный переулок был заполнен сине-красным сиянием. Отлетевший на несколько метров, Дэрил моментально признал во взявшемся ниоткуда рыцаре-джедае Энакина Скайуокера. - Ты! – прокричал Скайуокер, увидев лицо Маула в свете клинка. - Пойди прочь, джедай, - рыкнул в ответ ситх, - у меня нет времени с тобой разбираться. - Вот оно как, зато у меня есть! – в следующую секунду, рыцарь перешел в стремительную атаку, его меч, вращаясь как бешеный, осыпал Маула градом ударов. Дэрил вскочил, видя, как к нему несутся клоны. Он выстрелил: первый из бегущих упал. Уходя от града ответных выстрелов, Дэрил использовал свой трос: мгновение – и его вынесло обратно в освещаемый яркими всполохами переулок. Не теряя времени, юноша устремился к четырнадцатой двери, которая была растворена настежь. Ворвавшись внутрь, он увидел, как еще несколько клонов утаскивают Асоку через противоположный выход. Вся обстановка в комнате была перевернута с ног на голову: в углу, возле опрокинутого стола, лежала Мина Бонтери. - Нет! Солдаты обернулись на крик: Дэрилу пришлось уходить от нескольких выстрелов из карабинов, выщербивших стену за его спиной. Дикая ярость всклокотала в душе юноши - он сам не помнил, как в руках очутились бластеры, как он, словно в забытьи, жал на курки, пока не онемели пальцы, пока последний клон не свалился, замертво сраженный, на пол. Дэрил, спотыкаясь, подбежал к Мине Бонтери и рухнул перед ней на колени. У юноши перехватило дыхание – рана, почти такая же, как и у Бейна, зияла на груди у несчастной. Остекленевшие глаза женщины смотрели в потолок, правая рука была изломана в непонятном жесте, словно она хотела отгородиться от смерти. Страшная боль волнами окатила Дэрила: ему хотелось кричать от несправедливости этого мира, хотелось резать самого себя ножами, лишь бы не приходило осознание того, что Мина Бонтери ушла навсегда. Собственное бессилие поражало и повергало в отчаяние. Из забытья Дэрила выудили звуки на улице: шипение мечей слышалось все ближе. Он выглянул наружу, как раз для того, чтобы увидеть, как Скайуокер, серией обводок и поступательных выпадов, загнал Маула в угол. Отчаянная попытка контратаки сорвалась в зародыше: Избранный отвел меч противника в сторону, словно тот был тростинкой: продолжая крутящееся движение, он вынудил кисть Маула выгнуться в противоположную сторону, так, что тот выронил рукоять своего меча. В следующую секунду, поток синего пламени пригвоздил забрака к стене. Дэрил стремглав ринулся обратно в квартиру и подхватил на руки бесчувственную Асоку: возможности выйти к собственному флаеру уже не было, поэтому юноша устремился туда, куда Асоку несли клоны. Расчет оказался верным: там находился полицейский флаер. Дэрил одной рукой вырубил зазевавшегося полисмена, стоявшего на страже и, аккуратно положив на заднее сиденье Асоку, запрыгнул вперед сам. Когда Энакин Скайуокер выбежал через второй выход, он лишь увидел, как полицейский флаер устремляется прочь.

***

- «Разумность» вызывает Шили, что у вас там творится? На мостике тяжелого крейсера «Разумность» ничего не выказывало того, что случилась внештатная ситуация, поскольку весь персонал состоял исключительно из дроидов. Даже металлические интонации голоса командира Калани ничуть не посуровели – несмотря на то, что командный центр на Корвале уже в третий раз пропускал обязательный сеанс связи. Механические мозги Калани уже давно высчитали вероятность технической неполадки и обновляли показатели с каждой новой секундой молчания на другом конце. - Запускайте директиву безопасности 14-10, - командир развернулся спиной к голопередатчику, - «Разумность» сходит с текущего курса и направляется в нижние атмосферные слои. Едва раздался приказ, как голотрансмиттер внезапно ожил – на экране всплыло изображение дроида-пехотинца. - Командир Калани, сэр, у нас возникла внештатная ситуация. - Доложите. - Нами был обнаружен бывший коммандер Сэтомир Зуайн, в то время, как он пытался пробраться в главный ангар на Корвале. Следуя последнему вашему приказу, касательно Зуайна, мы начали операцию по его уничтожению, которая не увенчалась успехом. Ему удалось захватить один из кораблей в ангаре и сбежать. Буквально в ту же минуту на мостике раздался оповещающий сигнал. Один из пилотов развернулся к Калани: - Неопознанный корабль покинул верхние слои атмосферы Шили! - Это Зуйан. Вот же непроходимый кретин, - проговорил Калани, вглядываясь в мониторы, - Готовьте луч захвата! У этого неймодианца даже не хватило мозгов рассчитать курс уклонения. - Зуайн саботировал нашу систему связи, - продолжал, как ни в чем не бывало, докладывать дроид с поверхности, - все это время, мы пытались ее восстановить. - Ваш рапорт окончен рядовой, - оборвал его Калани, - конец связи. Затем дроид-коммандер обернулся к застывшему в ожидании приказа мостику: - Выключить силовое поле ангара! Пошлите туда отряд – пусть приведут мне Зуайна живым!

***

Энкаин Скайуокер сидел в приемной у канцлера, обхватив руками голову, а вокруг него рушилась Вселенная. И руки, до боли стиснувшие виски, не способны укрыть сознание от этой страшной катастрофы. Не способны остановить резкий удар под дых, ведь судьба всегда бьет без промаха, и вместе с кислородом, тебя покидает сама суть жизни. Где-то рядом сидит Палпатин, но он словно был сейчас на другой грани реальности – будто канцлера передавали по некачественному голотрансмиттеру. Как бы ни давить руками на голову, пробоины в ней не закроешь – и в них сочится яд воспоминаний этого проклятого дня. Вызов от канцлера: он сообщил, что Асоку, в сопровождении Кэда Бейна, видели полицейские на нижних уровнях. Далее поднялась тревога на уровне 13-15. На место сразу вызвали отряд клонов, и Энакин устремился туда же. Затем все словно подернуто дымкой. Когда Энакин вошел в квартиру, там, посреди раскуроченной обстановки, лежала, без чувств, Асока. Ее мечи валялись на полу неподалеку, а еще подалее, возле опрокинутого стола, лежала смертельно раненая Мина Бонтери, причем раны эти были нанесены… Тут, в подсознании словно включился некий блокиратор, не допускавший одну ужасную мысль в голову. Вместо этого, рука сама рванула собственный меч с пояса, а ноги вынесли наружу. Буквально в нескольких дверях от места трагедии обнаружился Бейн. Почему-то не зародилось никакого удивления, от того, что наемник спокойно ждет, а не уходит с места преступления. Вместо раздумий по этому поводу, Скайуокер увеличил количество плазмы в организме дуроса до критических величин. Клоны из квартиры доложили ему, что к жилому блоку подошло еще одно судно, предположительно с Маулом и Ферионом. Лишь одно обстоятельство вычленялось из полного месива: Асока жива… Вот только кто она теперь? И где… - Насколько я понял из отчета капитана полиции, Мина Бонтери была предположительно убита Асокой Тано. – где-то на подкорке раздался негромкий голос канцлера. Ответ родился не сразу, пробив по пути сразу несколько барьеров, отчего получился еле различимым: - Как такое может быть, канцлер? Избранный, наконец, поднял голову и обратил свои воспаленные глаза на Палпатина, чье лицо выражало озабоченность, пополам с участием. - Признаться честно, Энакин, мне очень горько, но я ожидал чего-то подобного. Учитывая то, насколько необходительно, я бы даже сказал предательски, Орден обошелся с твоим учеником. Поведение Совета выбило ее из колеи. Ты и сам это чувствовал, Энакин. В такой ситуации легко сбиться с верного пути, мой мальчик. Я не стал бы винить Асоку за то, что она пала во Тьму. Глаза канцлера ни разу не моргнули, пока звучали эти слова. Если б Энакин был бы чуть в более сконцентрированном состоянии, он бы почувствовал, что Палпатин зондирует его, используя для этого крохотные милисекунды, достаточные для того, чтобы понять, что чувствует рыцарь. Но Энакин, по своей старой привычке, нашел в словах Палпатина то, что искал. Виновников. - Мудрость Совета джедаев уже давно перестала быть для меня абсолютной. – прохрипел он, наконец. Палпатин улыбнулся: - Это и естественно, мой мальчик, ведь ты уже стал несравненно мудрее любого из магистров. Видишь ли, джедаи, вечно кичатся тем, что достигают равновесия с самими собой. Следовательно, они не могут принять неверного решения. И что же? За панорамным окном кабинета, редкие облака начали окрашиваться в нежно-розовый цвет. Миллионы окон блеснули друг другу золотистым сиянием. - Знаешь, Энакин, наблюдая джедаев с позиции, так сказать, обыденного человека, такого, как, например, я, не наделенного Силой или какими-нибудь еще сверхспособностями, можно прийти к весьма забавным выводам. Джедай изначально ставит себя на ступень выше по отношению к прочим существам, потому что он, якобы, духовно более развит. С этой высокой позиции он обретает право судить о том, что плохо, а что хорошо, что есть Свет, а что есть Тьма. Но не это ли изначально неверный посыл? Разве вправе кто-либо судить за человека, кроме него самого? Я считаю, каждый сам себе судья. А тем более джедаи. Посмотри на них, Энакин, ты хорошо их знаешь: они ограничивают себя от всего, пытаясь так достичь равновесия и абсолютной мудрости. Но это глупо. Потому что получается так, что джедаи всю жизнь алчно жаждут получить то, что им нельзя по их же Кодексу. Они как зверь, на железной цепи. Они идут против природы: в самой сути человека, лежат те стремления, которые запрещены в Храме и никакая промывка детских мозгов тут не поможет. Джедай всю свою жизнь обуреваем страстями, будучи не в силах получить то, что хочет. Как же здесь достичь равновесия? Никак. Мудрость? Помилуйте. Получается, что захотев обрести путь к абсолютной мудрости, джедаи получили ни два, ни полтора. Не побоюсь этого слова – они – духовные мутанты. Их скрытые и запрятанные желания перерастают в комплексы, которые могут проявиться в любой момент и в любой форме. Как, к примеру, с твоей ученицей. Или, например, появление джедаев-отступников. Проще говоря, первых ситхов. Как по мне, это были джедаи, искавшие выход из своего духовного тупика. Но они уже являлись мутантами, а, значит, неспособны были, к большому сожалению, вести нормальную жизнь. И исход для них был один, как для всякого неприспособленного существа – смерть. Ты другой, Энакин. Именно поэтому, наверное, ты мне так интересен и мы настолько близки, - из уст канцлера вырвался непроизвольный смешок, - Я впервые встречаю такого джедая, за все годы своей долгой жизни. Ты - настоящий феномен. Скайуокер тяжело поднялся с кресла: - Спасибо за прием, канцлер, но мне надо идти. Я должен найти Асоку. - А стоит ли? Энакин, иногда нужно позволить событиям развиваться так, как они развиваются. Тем более, что ее уже ищут. Я подключил к этому делу все силы безопасности Корусанта. - Я должен. В голосе канцлера появилась властная твердость: - Энакин, послушай меня! Сейчас есть дела поважнее. Скайуокер вновь заглянул в глаза Палпатину: почему-то в последние минуты они служили ему чем-то вроде спасательного круга. Посоветуй, что тогда делать, говорил взгляд рыцаря. Я теперь так боюсь совершить ошибку. Так скажи, что делать. Ответ не заставил ждать: - Присядь, мой мальчик.

***

Дэрил сидел и слушал полицейский передатчик, невидящим взглядом уткнувшись в приборную доску флаера. Мимо, в сгущающихся сумерках, проплывал бесконечный поток машин. - «Всем постам, разыскивается угнанный полицейский флаер. Рассылаем голоизображения преступников. Считать их вооруженными и опасными, убить на месте при сопротивлении. Перекрыть все космопорты». Асока пришла в себя. Дэрил рассказал ей о своем спасении, о Мауле и об остальном. - Я извлек отсюда идентификатор местоположения, так что найти нас будет труднее, - Дэрил указал на раскуроченную приборную панель, - Что случилось в квартире у Мины? - Ее убил Бейн, - глаза Асоки блестели от слез, - Сидиус дал ему мои мечи и он ими убил Мину, а потом оглушил меня шокером. Дэрил непроизвольно до боли сжал штурвал. - Асока… Тебе надо бежать с планеты. Тогрута непонимающе воззрилась на юношу, а затем скосила взгляд на данные автопилота: - Куда мы летим? - В главный космопорт Корусанта. - Но как?! Они же все перекрыты, нас там схватят! Нам нужно во что бы то ни стало прорваться к Храму джедаев! Дэрил помялся: - Асока… я… Пока ты не приходила в себя, отправил сигнал о помощи с твоего комлинка Лаксу Бонтери и сбросил ему необходимые координаты. Он будет ждать возле космопорта. Его корабль находится под сенатской неприкосновенностью. Ты улетишь с ним на Шили. - «Ты»?! - Я не смогу полететь с вами, Асока, Лакс не должен меня видеть. Он по-прежнему уверен, что это я убил его мать. А времени объяснять у меня сейчас не будет. Тогрута отряхнув ресницы, решительно посмотрела на юношу: - Теперь я уже точно никуда не полечу. Я любой ценой расскажу джедаям о приказе 66. И не брошу тебя одного. - Но в этом не будет смысла! Боюсь, они теперь и тебя не послушают. Асока, это не наша игра. Сидиус все просчитал и теперь уже слишком поздно. - И смысл нам сдаваться? Дэрил, он отобрал у нас самое дорогое, что у нас было! Нам больше нечего терять и нельзя упускать последний шанс сорвать его планы. Дэрил развернулся к Асоке и взял ее запястья в свои руки: - И мы не будем сдаваться, Асока. Только сейчас наши усилия пропадут зря, а мы этого допустить не можем. И у нас еще кое-что осталось. Подумай о Шили. Ты нужна им, Асока. Ты дашь им новую надежду, как когда-то мне. Флаер, тем временем, зашел на посадку, недалеко от огней космопорта. - Лакс ждет возле третьего терминала. Проберись туда быстрее, не показывай лица. Скажи ему, что на Шили сейчас Соу с ребятами. Я связывался с ними – им как-то удалось нейтрализовать войска Конфедерации. Асока опустила взгляд своих небесных глаз: - Как ты мог, Дэрил? Зачем ты вынуждаешь меня покинуть тебя? Сердце Дэрила защемило от боли, но он взял себя в руки: - Ты и так натерпелась от меня, я не могу позволить, чтобы с тобой еще что-нибудь произошло. Я обещаю, что выберусь отсюда, как только смогу. И мы обязательно встретимся. Я… люблю тебя, Асока. Они смотрели друг другу прямо в глаза и обоим, наверное, хотелось, чтобы эти секунды растянулись в часы и дни. - Только обещай, Дэрил, - прошептала Асока, - только обещай. Дэрил наклонился и быстро поцеловал тогруту, затем на мгновение прижал к себе и ответил: - Скорей, Асока. Джедайка выбралась из флаера в холодную корусантскую ночь, туда, где раздавался рев межзвездных кораблей.