До и после.

      Новый год приближался. Впервые, кажется, за долгие годы, я была ему не рада. Этот Новый год не такой, как все. Ведь именно после него, я не знаю, что будет дальше. Я не знаю, что сказать маме и бабушке, когда живот станет невозможно скрывать. Я не знаю, как окончу школу, и как буду жить дальше. Я не знаю, какой мамой буду. Могу только надеяться, что хорошей.       Сегодня был последний учебный день в этом году – дальше следовали каникулы, что не могло не радовать. - Сегодня будет праздник, после уроков, - тараторила Лера, размахивая руками, как всегда. – Ты идешь? Я посмотрела на Леру таким пронзительным взглядом, что она сама поняла. - Лер, это идиотизм, - кривляюсь я, зная, что подруга не будет обижаться, - как я могу сейчас в таком положении танцевать весь вечер? Я и раньше особо не выдерживала этих диких плясок и грохота музыки в нашем тесном актовом зале. Я ходила туда только ради тебя, май френд.       Лера улыбнулась мне и мы, взявшись за руки, как первоклассницы, пошли в наш классный кабинет – там должен был состояться классный час, к счастью, последний в этом году.       Начиналось все, как обычно – несколько воспитательных лекций о здоровом образе жизни, о правильном поведении, о том, что нужно учиться лучше. А потом классная стала объявлять результаты оценок за полугодие: - Катерина – троечница. Три тройки. Я едва не вскочила с места, собираясь возмущенно спросить «За что?!», но в последний момент образумилась и поняла – я виновата сама. Просто так, сильной ударнице три тройки никто не поставит. Не сказать, что оценки расстроили меня до слез, но стало очень неприятно, особенно когда услышала откуда-то сзади тихий смешок отличницы Риты.       В последнее время ее поведение меня удивляло – она избегала меня и как будто…боялась. Но каждый раз я слышала ее шепот вслед. Мое имя висело на языке у всех ее подружек, причем с такими ядовитыми нотами, что иногда даже становилось просто удивительно.       Я повернулась, чтобы уничтожить взглядом обладательницу смешка, но она тут же покраснела и отвернула голову так сильно, насколько это вообще возможно. - Что происходит? - Зашипела я, когда оценки объявили всем ученикам. Лера зашептала мне на ухо: - Не думаешь, что Артем запугал ее? Или сделал что-нибудь…. - Лера! – Я возмущенно перебиваю подругу на полуслове, - как ты можешь такое думать?!       Однако слова подруги имеют место быть и прочно оседают в моей голове. Мне становится неспокойно и тревожно, и я, едва дождавшись звонка, выбежала в коридор – позвонить Артему. Естественно, он мгновенно взял трубку. - Артем, - я старалась, чтобы голос был серьезным и строгим, - что ты сказал Рите? Несколько тревожных секунд молчания. Он явно растерялся. - Мы…поговорили, - отвечает он неохотно. Конечно, просто поговорили. Никогда не поверю, чтобы мой грубиян вежливо попросил ее не сплетничать обо мне. - Ладно, - я вздыхаю, понимая, что правды не добьюсь.       Захожу в школьный туалет, чтобы вновь ополоснуть лицо холодной водой – мне почему-то стало вновь жарко и душно. Шумно выдохнув, подставляю лицо прямо под прохладную струю воды. Как хорошо….       И вдруг чувствую, как сзади меня кто-то хватает за волосы. Сильно. Дерзко и нагло. Я чувствую на своем теле несколько рук, которые с силой прижимают меня к холодной гладкой стене. Их несколько. И это…девушки.       Нахожу силы скинуть чужие руки и развернуться. Передо мной стояла Рита с двумя своими подругами. - Какого хрена? – Я вытираю разбитую о стену губу рукавом и только сейчас замечаю кровь. - Это месть, - Рита наклоняется надо мной, и я вижу ее горящие яростью глаза. - Самойлова, какая месть? Заткнись, я тебя прошу, и уведи отсюда свои подружек, мы сами поговорим, - спокойно, Катя, только не допускай дрожи в голосе. - Мне с такой шлюшкой как ты, разговаривать не о чем, - морщится она и кивает подругам. Одна из них, высокая и крепкая баскетболистка Оксана из параллельного «Б» понятливо кивает. Что, черт возьми, происходит. А вода с лица стекает за воротник и неприятно холодит кожу.       Рита отходит немного в сторону, сложив руки на груди, а Оксана резко хватает меня за руку и валит на пол, такой скользкий, что я тут же падаю, больно ударившись челюстью. Удар отдается тупой болью где-то в голове. На полу появляются несколько капель крови. Надо же, такая темная. Я резко выдыхаю, когда Оксана пинает меня в живот. - Признайся, ты ведь беременна, шлюха, - шепчет где-то над лицом Рита.       А я уже не могу найти сил в себе, чтобы ответить. Инстинктивно прикрываю живот руками и корчусь по полу, содрогаясь от сильных ударов по спине, ногам, животу.       Со всех сторон меня бьют ногами, и вскоре передо мной все превращается в сливающееся между собой и стремительно уходящее месиво. Ноги куда-то исчезают, а пол становится мягким. Они ушли. Испугавшись того, что сами же натворили, они бросили меня. Кажется, я умираю. Мне больно вдохнуть воздух, а все болит так, что я не могу подняться с пола, таки оставшись лежать на полу. А из крана капает вода. Кап-кап-кап. Раз-два-три. Катя, вставай. Ты же не можешь сломаться.       С трудом отрываю тело от пола и со слезами выбегаю из туалета, чьи стены, кажется, начинают сдавливать меня. Беги. Трясущимися руками набираю номер Артема: - Артем! Артем.…А…я… - Слезы вновь настигают меня и спазм перекрывают горло. Я снова не могу говорить - изо рта вырываются только бесполезные всхлипы. Он бросает трубку. Он сейчас придет к школе. Я оседаю у школьной стены, забыв надеть шапку, и от слез перестаю видеть - все сливается в одно белоснежное пространство. Артем. Ты мне нужен. Скажи, что я не умерла. Скажи, что с ребенком все в порядке.       Холод и ветер пронизывают насквозь, но я не двигаюсь, уставившись на школьный двор. Как хорошо, сейчас здесь пусто и тихо – еще идут уроки. Где ты?       Когда в школьные ворота входит он, я едва не вскрикиваю от радости - но воспаленное от рыданий горло не позволяет этого сделать. Он находит меня взглядом, а дальше я уже ничего не понимаю. Как только родные руки поднимают меня с земли, я проваливаюсь куда-то в темноту. Мне снова хорошо. Почти как тогда, под холодной струей воды.       Артем…       Я резко открываю глаза и вскрикиваю от неожиданного ужаса – что со мной? Артем оказывается рядом, и тут же обнимает меня, нежно целуя в губы. - Тише, тише, - он гладит меня рукой по спине. Я вижу, что на мне надет его колючий свитер, и я лежу на его кровати. - Артем, - я прикасаюсь к нему и начинаю рыдать. Просто. Глупо и по-детски рыдаю, обессилено обмякнув у него в руках. Полностью отдавшись и доверившись ему. - Я так испугалась, - кое-как выговариваю несколько снов и снова рыдаю, уткнув лицо ему на грудь. - Кто это сделал? – Его неожиданный и суровый голос. Слишком. От неожиданности я даже перестаю рыдать. - Я спрашиваю, кто это сделал? – Голос обжигает холодом и яростью. Спустя несколько попыток, мне удается выговорить: - Рита. Оксана, Анжела….Я….Мне почему-то так страшно теперь. Хотя я знаю, их глупо бояться. Артем, Темочка, мне очень страшно. А если…они убили ребенка? И снова рыдаю.       Он, верно сидит рядом, но больше не говорит ни слова. Что с ним? Я вскоре успокаиваюсь и глажу его по щекам, пытаясь заглянуть в глаза: - Артем…Что с тобой? Он убирает мои руки и молча накрывает меня одеялом: - Спи. Твоей маме позвонила Лера, которая сказала, что ты осталась у нее. Лера имеет какое-то особое влияние на твою маму. Я хочу сказать что-то еще, а в душе все разрывается от боли. Почему же ты такой холодный? Ты же есть само пламя. Но мысли скатываются в один ком, и я вновь проваливаюсь в темноту, уступая усталости. Только боли я уступать не хочу.

***

      Что эти твари сделали с ней? Она сломлена и разбита. Я никогда не видел ее такой – я видел ее заплаканной, яростной и сердитой. Но сейчас она просто сломленная кукла. Она не может говорить – она все время плачет. Я толком ничего не знаю. Но за себя все красноречиво говорят разбитые губы с синяками и припухшая челюсть. Я снова смотрю на спящую Катю, у которой даже во сне грустное выражение лица и сжимаю зубы.       Я отомщу вам за нее. Убийство или…       Неожиданная идея пронизывает мое тело, и меня просто трясет от лихорадочного злорадства. - Алло, Кирюха? Есть одно дело, - отрывисто говорю я другу, зная, что он приведет с собой и Колю. Они-то мне и нужны. - Брат, ты с ума сошел! – Единственное, что смогли выговорить оба, прикурив и выслушав мою идею.       Мы стоим у моего флигеля, не обращая внимания на редкий снежок, что опускается прямо на головы. Замечательная погода. Втягиваю воздух с наслаждением и говорю: - Эти твари чуть не убили ее. Они ее чуть не убили, блять, понимаешь!? Это лучший вариант, из того, что с ними можно сделать! Я думаю, Сивый и его ребята будут не прочь трахнуть несколько малолетних куриц, так ведь?!       Коля и Кирилл морщатся и не соглашаются со мной. Я вижу их гребаное противоречие каждую секунду. Они не понимают. - У вас же были долги Сивому, - нервно продолжаю я, сминая сигарету в руках, отчего табак сыпется прямо на новые кроссовки. А, плевать. – Приведете ему девчонок, и вам все будет прощено. - А нам как потом с этим жить? – Взрывается Коля, швырнув окурок в сторону, - Ты понимаешь, что говоришь? - Они чуть не убили ее, - снова повторяю эту жуткую фразу, которой я мысленно стер себе мозг. Твари, вы будете страдать и молить о пощаде.       Несколько минут мы проводим в тишине - Коля с Кириллом нерешительно переминаются с ноги на ногу и снова затягиваются дымом. Я закуриваю вместе с ними. - Ладно, так и быть, - соглашается Коля и протягивает мне руку – Если тебе от этого будет легче, мы втроем сделаем это. Я жму руки пацанам, чувствуя, как с души падает груз.       Я наверняка, буду орать и радоваться, как ненормальный, когда узнаю, как Сивый разделался с этими суками. Вы захлебнетесь в собственной крови и желчи, я вам обещаю.       В полной тишине мы расходимся, когда на небе уже зажигаются звезды. За дверью я уже слышу робкие тихие шаги – Катя уже проснулась. -Золотинка, я тут, - я захожу в дом и улыбаюсь ей, стараясь выглядеть бодро, чтобы она ни о чем не догадалась. - Где ты был? – шепотом спрашивает она, закутываясь в шаль. Переживает, я вижу. Моя маленькая. - Я ходил в магазин за фруктами, - протягиваю ей пакет с вышесказанным. А то, что было после магазина, ей знать не обязательно. Катя молча подходит ко мне и обнимает меня своими худенькими слабыми руками. А как будто укрыла меня теплом и нежностью, в которой я позволяю расслабиться себе на несколько секунд.       В последнее время все важные моменты происходят без слов. Вот и сейчас не нужно говорить, что я люблю ее. Ты же у меня умная, Золотинка. __________________ Ох, мои любимые) Сс трудом далась мне эта глава, но все же я написала ее:) Неб зе помощи музыки, конечно: Райдер - Кушаю яд Интонация - Город трясина Иван Дорн - Ты была влюблена