Глава 8. Лже-Саймон
14 июля 2015 г., 02:28
– Эй, Джаред! – меня кто-то уже долго и целеустремленно тряс, – Джаред! – крикнули мне прямо в ухо. Сморщившись, я с трудом разлепил потяжелевшие веки.
– Стефан? – пробормотал я, пытаясь сфокусировать на его лице взгляд, – Что-то случилось?
– Тихо! – он приложил палец себе ко рту, – Там кто-то внизу ходит.
– Ходит? – глупо повторил я, приподнимаясь на ослабевших руках, – Ты шутишь? – я прислушался, но со сна еще ничего не мог сообразить. Стефан замер, и я действительно услышал чьи-то шаги внизу. Так и не сказав то, что хотел, я вскочил и, на подгибающихся от слабости ногах приблизился к двери. Где-то внизу раздались перемещающиеся, равномерные удары.
– Слишком громко для шагов, – заплетающимся языком выдавил я, постепенно приходя в себя, – Кажется, наше внимание специально хотят привлечь... – Меня прервал гулкий удар снизу о потолок. Я и Стефан вздрогнули и замерли. Затем последовало еще два удара, а потом – звук разламываемого дерева. Донеслось смутное ворчание, а затем повисла тревожная тишина. Я обернулся, уже полностью проснувшись, и жестом попросил Стефана кинуть мне мою сумку. Он схватил и, раскачав, метнул мне. Поймав, я достал "Глокк" и надел ее. Стефан тоже молча вытащил из кобуры пистолет. Вскинув оружие, я приоткрыл дверь и выскользнул в коридор, держа пистолет в той же позиции. Метнул взгляд вдоль коридора: никого. Кивком головы указал Стефану, что можно выходить, и отошел от двери боком, не отлипаясь от стены. На самом краю слуха я улавливал какой-то едва слышимый шум, но ничего не мог разобрать в нем.
Я попытался вспомнить, где мог быть выход, оглядываясь, но мой взгляд уперся в стену. Ничего не понимая, я повернул голову в другую сторону и похолодел. Та же самая кирпичная стена по другую сторону – холодная и будто бы всегда здесь стоящая; выхода не было.
– Стефан! – дрожащим голосом прошептал я, оборачиваясь к нему. И уставился в стену. – С-стефан! – я ударил кулаком по камню и отдернул ушибленную руку.
"Что происходит? – я отпрянул от стены, оглядываясь по сторонам и сжимая пистолет, – Опять?.. Нет, какого черта?!" Я заметался по прямоугольной комнате, стены которой незначительно менялись каждый раз, как я отводил от них взгляд. Когда я это понял, было уже поздно: мрачные, грубо отесанные стены обступили меня со всех сторон. В углах закралась тьма и начала быстро захватывать пространство, оттесняя свет к единственному его источнику: лампочке, свисающей с потолка на покрученном и не раз чиненом изолентой проводе. Опомнившись, я метнулся к центру комнаты, встав под лампочкой и запустил руку в сумку в поисках фонарика. В этот момент позади меня раздался скрип, я резко развернулся, и дуло "Глокка" оказалось направлено в лицо лже-Саймона, стоявшего в проеме обычной пластиковой двери. Откуда, мать вашу, это все взялось?!
– Не стреляй, – спокойно попросил он, – Идем, я не могу держать ее открытой вечно.
– Где Стефан?! Он со мной был! – вспылил я, поднимая прицел до уровня его глаз.
– Я... не знаю, – его голос странно дрогнул.
"Он... говорит правду или опять лжет?" Не видя никакой агрессии с его стороны, я рискнул опустить пистолет. В этот же момент лже-Саймон внезапно схватил меня за запястье и резко потянул на себя, затаскивая в дверь.
– Эй! – возмутился я, но он уже отпустил меня и захлопнул дверь за моей спиной. Последнее я понял только по звуку – когда обернулся, увидел только гладко оштукатуренную стену. Как он так быстро оказался там? Парень стоял, оперевшись на нее рукой и, по всей видимости, смотрел на меня. Треклятый капюшон опять скрывал верхнюю половину лица.
– Не знаю, что случилось с твоим товарищем, – заговорил он спустя пару секунд игры в гляделки, – Не думаю, что ты скоро встретишь его. Ты хоть понял, что я тебе дал и где ты?
– Не говори загадками, ты не Чеширский кот, – огрызнулся я, – Выкладывай, что знаешь! Что ты говорил про аллегорию, а?
Лже-Саймон раздраженно вздохнул.
– Это дневник. Ты знаешь, чей. Доктор Пурнелл сказал, в качестве терапии, написать книгу о своих эмоциях, чувствах и переживаниях. И... хозяин дневника ее написал. – Он замолчал, выжидая моей реакции.
– И... какое это имеет отношение к происходящему? – грубо осведомился я, однако внутри меня похолодело: я вспомнил слова Саймона про изменение мира. Неужели он об этом?
– Самое прямое, представь себе, Крюгер, – он с трудом сдерживал гнев, я сжал пистолет крепче. Однако, лже-Саймон быстро взял себя в руки. Настоящий Саймон давно бы вспылил по-крупному, заметил я.
– Вы в реальности этой книги, – уже спокойно, даже в чем-то умиротворенно, сообщил он.
– Что?.. – отозвался я, не до конца усвоим услышанное, – В книге?
– Она у тебя в сумке, она же – ключ к тому, что происходит вокруг, – протянул он, – Будь осторожен, она может как спасти тебя, так и уронить тебе на голову кирпич с гранатой, если ей того заблагорассудится. Капризная дамочка, – с пренебрежением сообщил он, – Хотя я не уверен, какого она пола и может он у нее быть вообще.
– Кирпич с гранатой? Дамочка? – уже не понимая, что происходит, от его слов голова шла кругом. Во что вообще я впутан?! – Книга?..
– Да, дошло? – с характерной Саймону гневливой язвительностью протянула подделка, и внезапно замолчала. Тронувшая было лицо лже-Саймона усмешка исчезла. Он прислушался и медленно повернул голову к стене, в которой недавно еще была дверь, – ...а теперь беги и не оглядывайся! – заорал он, отталкивая меня от себя. За стеной послышались знакомые удары. Лже-Саймон стоял лицом к стене, не шевелясь и не издавая ни звука, опустив руки. Расслабленная, на первый взгляд, поза, но меня это не обмануло: он был ко мне вполоборота, и я видел, как он сжал зубы. Опомнившись, я бросился прочь.
Судя по всему, я оказался в каком-то госпитале. Длинный узкий коридор с рядом белых, под цвет стен, дверей без ручек, светлые скамейки вдоль стен... Я добежал до конца, распахнул единственную дверь с ручкой и обомлел. Коридор круто заворачивал вниз: пол, потолок и стены создавали вертикальный проход вниз. Лампы и горшки с фикусами будто бы не поддавались гравитации и оставались в перпендикулярном положении.
"Так, надо быть осторожным..." – сжав зубы, я примерился, чтобы прыгнуть на скамью, как меня что-то неощутимое толкнуло сзади, и я, закричав, полетел вниз. Я зажмурился, готовясь разбиться, но падение не прекращалось и не прекращалось; рискнув открыть глаза, я увидел, что продолжаю падать, все вокруг теряет собственный цвет, сливается и краснеет. Что, мать вашу, происходит?!
Меня резко что-то дернуло вверх, я взмахнул руками, позабыв, что их может оторвать, и повис посредине коридора вверх тормашками. Пронесло? Я попытался ухватиться на скамью, но руки не доставали, а попытки перевернуться не увенчались успехом. Внезапно дверь открылась, и в нее заглянул лже-Саймон, стоявший на потолке погруженной в непроглядный мрак комнаты.
– Эй, может скажешь, что здесь происходит? – недовольно крикнул я, поворачивая к нему голову. И встретился с пустым взглядом; капюшон был отодвинут вверх, и я ясно видел его лицо. – ...что у тебя с лицом? – скривился я, – Будто бы по асфальту протащили...
Он промолчал, а затем внезапно протянул ко мне руку. Я вздрогнул; к счастью, его рука была слишком коротка, чтобы коснуться меня, и, чтобы сделать это, он, стоя на потолке, взобрался на косяк, не опуская руки. Внезапно мрак за ним всколыхнулся, и прежде, чем я успел сообразить хоть что-либо, выгнулась и, закрыв его лицо, утащила в комнату. Он только дернул руками в тщетной попытке ухватиться за косяк.
– Эй?.. – Что вообще происходит? Эта паскуда мертва? Зачем он меня спасал?
Внезапно из открытой двери на противоположную стену закапало что-то багровое и густое. Я попытался отшатнуться, хотя это все равно не могло задеть меня. Отдельные капли превратились в усиливающийся поток, который залил всю стену и начал растекаться во все стороны. Запахло гнилью и мясом. Я отвел взгляд, поняв, что это за масса. Внезапно послышался чей-то сдавленный смех. Я поднял взгляд, и увидел, как из двери, находясь прямо в потоке этой мерзости, показался лже-Саймон. Он поднял на меня безумный взгляд и засмеялся снова – сдавленно и прерывисто.
– Что с тобой? – я постарался сохранять спокойствие, хотя видел, что происходит какая-то долбаная чертовщина. Парень моргнул, и на секунду его выражение лица стало каким-то напуганным и потерянным, а затем по нему расползлась безумная улыбка и он, приоткрыв рот, снова протянул ко мне руку. Я отпрянул, и в следующий момент держащая меня в воздухе сила кинула на потолок. Приземлившись, я бросился вперед, проскочив под струей и затормозившим лже-Саймоном. Не имею понятия, творится вокруг – но сейчас надо спастись и постараться не сойти с ума.
Я услышал, как демон меня окликнул, но даже не обернулся на его голос, побежав вперед. Выход, здесь же, в этом аду, должен же быть хоть какой-то выход?! Впереди был поворот налево, я заскочил за него и в ужасе замер перед дверью без ручки с надписью "Выход". Я попытался выбить ее плечом, но она была словно заколочена с той стороны, хотя, по идее, должна была открыться. Я в панике оглянулся и уставился на черный прямоугольник окна. Молясь, чтобы это было обычное стекло, я схватил металлический стул надо мной, он поддался и чуть не ударил меня по голове. Прошипев что-то вроде "Блять!", я размахнулся и кинул его в окно. Стекло – слава всем богам, это было именно оно, а не пластик, – моментально разлетелось на осколки и все, стул и они, улетели куда-то в темноту.
Лже Саймон показался на углу, и я, не тратя время на раздумья, заскочил на бортик и, увидав прямо под собой бетонную крышу, спрыгнул на неё; где-то справа был уличный фонарь, я кинулся к нему и, заприметив едва заметные во мраке ночи перила, схватился за них и начал спускаться по пожарной лестнице вниз. Я уже в городе? Где мне найти остальных?
Вверху послышалась возня;
– Эй, Джаре-е-ед, ты долго будешь убегать? – лже-Саймон стоял на краю крыши и смотрел на меня сверху вниз, улыбаясь. Его взгляд был пустой.
– Иди нахуй! – я только бросил на него взгляд, – Сволочь и пидорас, иди в пизду, откуда взялся! Что у тебя вобще на уме, пациент психиатра и экзорциста в одном лице?!
Демон коротко засмеялся, а затем отошёл от края и пропал из моего поля зрения.
"Сука, ты куда пошёл, а? Только не вздумай поджидать меня внизу, сученыш, я выпущу в тебя всю обойму".
Я быстро спустился и спрыгнул. Монстра не было видно. В ушах свистел холодный ветер, а вокруг не было ни единого фонаря, кроме того, что стоял у самого дома и благодаря которому я заметил лестницу.
"Черт, черт... – я вытащил фонарик и, не закрывая сумку, посветил в непроглядную темноту, но ничего не попадалось в поле зрения, – А?.. Все очень плохо..."
Внезапно справа мелькнуло какое-то движение, я отскочил, и нож полоснул по форме, разрезая ее. Смерть была очень близка – пара сантиметров, и лезвие бы вышло под ключицу. Я выстрелил в голову лже-Саймона прежде, чем он успел замахнуться второй раз. Его голова дернулась, он упал на колени.
"Какого?.."
Он поднял на меня насмешливый взгляд; во лбу чернела аккуратная, мать его, дырочка от пули. Какого... Какого черта череп цел?!
Внезапно меня откинуло назад, я врезался в стену, больно ударившись головой. Где-то из глубины моего сознания пришло холодное "Время истекло" а в следующую секунду я уже лежал ничком на дорожке дома. Я вскочил, безумно вертя головой по сторонам и пытаясь сложить в голове, что, где и зачем.
– Стефан! – заорал я, позабыв про всякую безопасность, и кинулся к дверям. Меня толкнуло в грудь и отбросило обратно на дорожку. Я отполз назад, не понимая, что происходит. Поднялся и чуть медленнее направился к дверям и, когда до ступенек оставалось меньше десяти метров, уперся в невидимую стену. По телу будто пробежал электрический ток, как когда-то в детстве, когда "на слабо" лизнул батарейку. Сжав зубы и зажмурившись, я попытался продвинуться вперед, но незримая преграда отпружинила меня, и я потерял равновесия. Устояв на ногах, я продвинулся влево и снова попытался подойти ближе – тот же результат. Я похолодел внутри, сердце забилось быстрее. Неужели Стефан останется там? Я пойду дальше один?
– Стефан!! – заорал я на всю глотку, ударяя рукой об отталкивающую стену. И тотчас, спохватившись, замер, боясь вдохнуть. Не знаю, что случилось и почему я не могу пройти – но стажер вряд ли уже жив. А если Алекс и Джеймс тоже мертвы? Мне стало не по себе, и я, надеясь, что меня никто не услышал, попятился от дверей, вжав в голову в плечи. Я один в этом мире? Еще есть тот странный доктор, но вряд ли мне удастся его найти еще раз. Да и он не был расположен объяснять суть происходящего, судя по всему. Получается, и делать-то нечего.
Я медленно отошел к воротам и замер у них, не зная, что делать и куда идти. В город? А что я там найду? Внезапно передо мной раскрылась вся безысходность моего положения: я непонятно где, непонятно, что произошло и происходит, все мои союзники пропали, а лже-Саймон творит непонятно что. И да, где-то есть настоящий Саймон... Или это все же было моей галлюцинацией? Я уже ничего не знаю.
Демон говорил, что я попал в книгу, при этом она же у меня в руках. Рекурсия какая-то. Такое разве в реальности быть может? Или это не реальность? Окончательно запутавшись в своих мыслях, я прислонился спиной к забору и уставился на особняк, пытаясь собрать свои мысли в кучу и понять, хотя бы дать себе хоть какое-то объяснение. Даже если то будет полным бредом. Ложь, самообман во благо. Как смешно.
Я достал из сумки книгу и открыл её. Кроме записке о психиатре, там ничего не было. Даже тех размытых строк. Уже ни на что не надеясь, я перевернул страницу и уставился на свежий абзац – даже чернила не высохли еще до конца. Тот же Саймоновский подчерк, но куда боле спокойный, чем до этого.
"Чем дальше я пишу, тем меньше в книге связанного с реальностью. Только ассоциации и образы. Скоро конец, я иссяк. И Саймон, Саймон, который идёт... Было ошибкой считать его собой своей копией. Он – не я, хотя очень похож. Он другой. Он не был преданным, он устал, но не отчаялся. Он сильнее меня – я хотел бы быть таким, но не стал. И никогда не был таким. Моё творение сильнее меня – какая ирония... Мои мозги уже ничто не вправит на место. И никакая терапия от этого ебучего старикана-мудака – тем более.
Я не знаю, что со мной. Наверное, я окончательно свихнулся. Иногда мне кажется, что книжный Я (?) пытается говорить со мной или просто действует независимо от меня. То, что я создал, уже не подчиняется мне. Я не
Я несколько секунд рассматривал резко оборвавшуюся строку, пытаясь понять, что он не дописал. Его отвлекли? Или что? Может, это были одни из последних строк, а потом начались галлюцинации? Больше в блокноте ничего не было – я пролистал, чтобы убедиться в этом.
Можно ли доверять этому? Текст то появляется, то исчезает, причем совсем свежий, да и мысль о рекурсии не давала мне покоя. Тяжело вздохнув, я спрятал книгу и, взявшись за пистолет и фонарик, толкнул скрипнувшие ворота и вышел на дорогу. Не знаю, что меня ждет впереди, но призрак надежды, загоревшийся несколько часов назад, снова угас, оставив только ожог и тоскливое отчаяние. Попытки отогнать это состояние были не то чтобы тщетны, но мало эффективны.
"Так, мы со Стефаном пришли справа, значит, станция слева, – я повернулся и, светя фонариком под ноги, быстрым шагом направился вперед, стараясь не зацикливаться ни на чем, кроме поиска дороги. – Может быть, я найду Грету – живую и здоровую..." – на этом моменте мое сердце екнуло, и на душе стало еще паршивее. Я убавил шагу, и в этот момент кто-то схватил мою руку и, ударив локтем в лицо, выбил пистолет из рук. Я, с матом, упал на колени, хотел было подняться, но фраза, произнесенная знакомым и уже ставшим ненавистным голосом, заставила меня замереть.
– Прости, Джаред, но тебе рано куда-либо идти, – виноватым голосом протянул лже-Саймон, держа меня на мушке моего собственного "Глокка".
