Red for "Dead"

Все прекратилось так же быстро, как и началось. — Я в порядке… — тихо проговорила я. Кто-то решительно взял меня под локоть и отвел на стулья, которые всегда стояли рядом с кабинетом истории. Зачем они там, эти стулья? Нелогично, — Все хорошо… — Что-то непохоже, — раздался голос сверху. Я наконец-то открыла глаза, свет больно резанул по ним, и я прищурилась. Зрение до сих пор не вернуло четкость, и человек, стоящий передо мной, представлялся темным, размытым и с каким-то красным отливом. Кто это вообще? — Погоди, я ее видел сегодня, — произнес мужчина, стоящий передо мной, — во дворе школы. Я налетел на нее. — Кристофер… — зашипела Мэйв, — ты что, ее сбил? — Нет, она не упала. Эй, девушка, вы в порядке? — Назойливый голос продолжал меня терроризировать, — черт, мне уже страшно. Она бледная, как смерть. Я снова открыла глаза. На этот раз видела я все хорошо, однако, когда я сфокусировала взгляд, мне почему-то стало нехорошо. За шиворот кто-то будто бы бросил кубик льда. Я поежилась. Передо мной стоял мужчина (или парень?), тот же, что толкнул меня утром. Темно-рыжие волосы, прищуренные зеленые глаза, едва заметная щетина. Теперь я с уверенностью могла сказать, что ему максимум двадцать пять. Я перевела взгляд на Мэйв, беспокойно ерзающую рядом. Так вот почему она показалась мне настолько знакомой — сходство с этим парнем очевидно. Он — ее брат, похоже? — Я в порядке, — язык почему-то заплетался, как после пьянки, хотя откуда мне знать. Я предприняла слабую попытку встать, но была довольно невежливо возвращена на место легким тычком в плечо. Что за черт? — Мне на урок надо. — Посидите пока тут, — парень обернулся к Мэйв, — что вообще случилось? — Не знаю, — девушка бросила на меня обеспокоенный взгляд, — она просто стояла, а потом ей стало плохо. Не представляю, что случилось. Вроде бы все нормально было. А потом она вдруг побледнела и как будто сознание на несколько секунд потеряла… — Достаточно, — оборвал ее парень, снова поворачиваясь ко мне, — пойдемте в медпункт, я провожу. — Не надо, у меня… урок, — я кивнула в сторону кабинета литературы, — Я отлично себя чувствую, можно мне уже идти? — Такое внимание к моей персоне начинало напрягать, да и чувствовала я себя нормально, только холодно было и голова кружилась. Парень закатил глаза. Что он вообще тут делает? Парень фыркнул: — Если я все правильно понял, то урок у вас сейчас мой, а, значит, вы отправляетесь в медпункт, и это не обсуждается. Мэйв, иди в класс. Я приду через пять минут, после того, как отведу твою новую подругу в медпункт и прослежу, чтобы она не решила поиграть в лежачего полицейского по дороге. Ага. Все понятно. Он еще и учитель. Нет, все знали, что мистеру Пэрришу предложили должность получше и он уехал, а вместо него со дня на день должны были прислать кого-то нового, но… Я недоверчиво взглянула на него. Если честно, то внешне он на учителя совершенно не тянул — скорее, на стажера-лаборанта или вовсе слишком взрослого старшеклассника. Лукавый прищур глаз, волосы взъерошены, свитер торчит. Это он с самого утра такой, или запыхался, пока меня тащил? Почему-то в голову пришла совершенно глупая мысль — теперь все старшеклассницы школы наверняка возьмутся за литературу. — Ладушки, — Мэйв поправила ремень сползающей сумки, — Рут, я зайду после урока в медпункт? — Хорошо, — буркнула я, — спасибо. И… Тщетно, Мэйв уже махнула нам рукой и скрылась в толпе снующих вокруг учеников. — Ну что, идемте, обморочная девушка, — обернулся ко мне… мистер МакТайер? — А может, не надо? — предприняла последнюю попытку я, зябко кутаясь в пиджак. Было холодно, — со мной все хорошо. — Я бы предпочел убедиться, мисс… — парень выжидающе посмотрел на меня. — Роткейп, — печально выдохнула я, — Рут Роткейп. — Кристофер МакТайер. Можно просто Кристофер, — парень кивнул в сторону медпункта, — пойдемте. Далеко не отходите, мне еще вас ловить, если внезапно решите снова зависнуть. Я закатила глаза. Он мне уже не нравится. А ведь я так любила литературу… *** — Да все со мной в порядке, — в сотый раз повторила я мисс Айриш, нашей медсестре, которая в данный момент обеспокоенно светила мне в глаз фонариком, похожим на ручку, — все уже прошло, может, я на урок пойду? — Никакого урока, куда ты рвешься? — всплеснула руками женщина, убирая фонарик и доставая градусник, — по-хорошему, надо бы тебя домой отправить, но мистер МакТайер попросил присмотреть за тобой на время этого урока. Он сказал, ты выглядела действительно плохо. Ты падала в последнее время, может, ударялась головой? — Нет, мисс Айриш, — протянула я. Чертов Кристофер. Видит меня второй раз за день, а поднял вокруг этого такую бучу… Всего лишь обморок, а шуму как от инфаркта. Мне уже измерили давление, температуру, провели кучу дурацких тестов вроде «дотронься до носа, скажи скороговорку, проследи за пальцем», а все из-за чего? С другой стороны, ему и самому ни к чему обмороки на уроке. Кажется, он просто захотел меня сплавить на случай повторения того, что произошло. Да, наверное, так и есть. Как только мы дошли до кабинета, он с явным облегчением на лице сдал меня медсестре, перед этим довольно красочно расписав все то, что произошло, так, словно я в коридоре чуть коньки не отбросила. Как будто этого было мало, он демонстративно заявил, что пришлет за мной Мэйв после урока. Зачем, спрашивается? Чего он ко мне пристал? Чувствую, литература в этом году будет проходить красочно. После звонка на урок он поспешно ретировался, бросив на меня хмурый взгляд. Да уж, хоть на учителя он и не тянул, но первый день на работе я ему однозначно испортила. Да и не только ему… Вообще, было как-то стыдно перед Мэйв за произошедшее. Хоть моей вины в этом и не было, но мне все же жутко хотелось извиниться перед ней за то, что она перенервничала в коридоре. Еще и первый день в школе… Мысли ворочались в голове, как сонные тюлени на солнце, шла где-то десятая минута урока. Мисс Айриш записала что-то, взглянув на термометр, и подняла на меня взгляд: — Давление чуть пониженное, а вот температура, похоже, наоборот, высокая. Я дам тебе что-то от простуды, а после этого урока пойдешь домой, — проговорила она, — сама-то как, не испугалась? — Нет, — в этот раз я покривила душой, — немного неожиданно, но я в порядке. Страшно было. На одну секунду мне даже показалось, что я умираю, что история, произошедшая тринадцать лет назад, повторяется. На одну крохотную секунду мне показалось, что сейчас я услышу крики, и… Я отогнала от себя глупые мысли. Ничего такого не произошло бы. Все уже позади.  — Что ж, хорошо, потому что, — начала было мисс Айриш, но так и не закончила, потому что дверь медпункта громко хлопнула. Я обернулась. В дверях стоял завуч. Вот это поворот. — Мисс Айриш, — его голос дрожал, — вы нам нужны. Сейчас. Пойдемте. Через дверь долетал гомон и какие-то крики. Кто-то бегал, кто-то, кажется… плакал? — Что случилось? — Коротко проговорила медсестра, поднимаясь, — что мне нужно взять? — Нашатырь и телефон, мисс Айриш, — проговорил мужчина, прислоняясь к косяку, — Дэйв Миллиган в обмороке, а Мисси Бэлл… — А Миллиган-то почему? — проговорила женщина, бросая взгляд на меня. Я постаралась быть как можно более отрешенной. Я не слушаю, не слушаю… — и что с Мисси? Завуч бросил на меня короткий взгляд, а затем махнул рукой: — Черт с ним, ученики все равно все узнают через пятнадцать минут, да все уже знают, — в глазах завуча горел страх пополам с каким-то безумным истерическим огнем, — Дровосек, мисс Айриш. А вы, мисс Роткейп, молчите и не высовывайтесь. Сидите здесь со своей простудой, вывихом или что там у вас еще, у нас есть дела поважнее. Идемте же, мисс Айриш, сейчас же. До того, как до меня дошел смысл слов завуча, что-то внутри отозвалось тупым страхом, как будто кто-то ткнул пальцем в почти уже зажившую рану, о которой я уже успела забыть. Наверное, лицо у меня было соответствующее, потому что мисс Айриш нахмурилась, глядя в мою сторону: — Рут, сиди здесь. Из кабинета ни ногой, пока я не вернусь, ты меня поняла? Я послушно мотнула головой, прежде чем успела понять что-то. Мисс Айриш схватила со стола коричневый пузырек, обменялась странными взглядами с мистером Эйбсом, нервно оправила белый халат… А потом до меня дошло. Дровосек. Дыхание почему-то застряло в легких. Теперь это слово неминуемо вызывало до сих пор живую, бьющуюся на задворках сознания картину — старая хижина, статуэтка ангела, огромные глаза Элис. Шаги за окном и след руки. Это — то, что преследовало меня всю ночь и все утро. Это было, без сомнения — не очередной мой кошмар, ужасная реальность. Но что это было? Это был Дровосек. Я и сама это понимала, наконец-то смогла это признать. Он был там той ночью — как во всех этих учебниках по криминалистике, что валялись дома у Мэтью — вернулся на место преступления. Вернулся и застал там двух испуганных девочек. Подошел к окну, чтобы разглядеть их, запомнить получше. На потом. «…где-то полчаса назад жители последних домов города видели, как какой-то мужчина тащил что-то в лес. Он был в капюшоне и с плаще, и крался так, словно бы украл что-то…, а еще ребята несколько минут назад доложили о том, что кто-то порвал ограждение на тропинке, которое ты так круто обошел. Осторожно, сынок. Странные вещи творятся…» Может ли быть… что Дровосек вчера ночью тащил новую жертву? Зачем именно на старое место? Почему именно в этот день? «Брось, тебя ведь не это волнует. Тебя волнует, почему он ушел. Тебя волнует, почему сейчас там не ты, а… Мисси Бэлл. Как получилось так, что тебя это пока обошло — ты ведь потенциальный свидетель. Даже не так. Тебя волнует вот что — вернется ли Дровосек за тобой». Меня передернуло. Я сжала руки на собственных плечах в дурацкой попытке остаться в своем уме. Я слишком много думаю. Я все это придумала. Нужно позвонить Элис… Предупреждая мои движения, телефон зазвонил сам. Зловещая мелодия. Фотография улыбающейся Элис на дисплее. — Да, — я сняла трубку, замечая, как дрожат пальцы. — Рут, где ты? — голос Элис звучал одновременно взволновано, обрадовано и испугано. — В кабинете медсестры, — проговорила я. — Ты… — Я все знаю. Ты уже видела.? «Тело». — Нет. Оно… не рядом с западным крылом. Может, где-то у восточного? — Господи, о чем это она? Это же не «оно», это Мисси Бэлл, которая пекла печенье на ярмарку и пела в хоре… так, стоп. — Элис… ты же не собираешься идти к нему, правда? — Я и сама нервно усмехнулась своей мысли. Чтобы Элис, наша тихая Элис… По сути, место там нам с Мэтью, обычно мы бросаемся в самую гущу, получая нагоняи от учителей и родственников, а Элис просто укоризненно качает головой и поджимает губы, но сейчас… Сейчас идти туда не хотелось. Очень не хотелось. — Вообще-то, — лицо Элис, задумчиво закусывающей губу, прямо стояло у меня перед глазами, — только что звонил Мэтью. Сказал, чтобы я нашла тебя и валила… ну, туда. Говорит, что там что-то, что ты должна увидеть. Сейчас же. Не имею ни малейшего понятия, что это, но… Рут, его голос звучал обеспокоенно. — Я поняла, — коротко кивнула я, — я постараюсь, но ничего не обещаю. — Окей. В любом случае, ты… — девушка не договорила, вздохнув, но я и так поняла, что она имеет ввиду. «В любом случае, ты так или иначе придешь туда», — ладно. Если все выгорит и мне удастся свалить, то я буду там. — Хорошо, — тихо пробормотала я, сбрасывая трубку и кладя телефон в карман пиджака. Что ж, так тому и быть. Я не понимала, зачем я это делаю. Просто… это ведь отличительная черта подростков — любопытство? Если у тебя в школе нашли труп, ты обязан поглазеть, даже если не хочется. Если твой лучший друг, с которым вы прошлой ночью полезли на предыдущее место происшествия, хочет, чтобы ты что-то увидела, то ты должна пойти и посмотреть. Плевать, что страшно. Плевать. Я выскользнула из медкабинета. В коридоре была мертвая тишина, хотя я ожидала кутерьмы и суеты. Откуда-то доносились разговоры на повышенных тонах, шаги и гул, и я отправилась туда. Сколько раз я твердила себе, что это ненормально — вот так влезать в происшествия? Сколько раз взывала к голосу инстинкта самосохранения? Сколько раз обещала бабушке, что больше не буду? Тщетно. Было в этом что-то, что сильнее меня, что-то, что заставляло меня бросаться в авантюры сломя голову. До восточного крыла школы идти было всего ничего, но несколько минут в буквальном смысле показались мне часами. Я толком и не понимала, хочу ли я идти туда, но ноги сами несли меня к знакомой стеклянной двери, ведущей во внутренний дворик. Дойдя до последнего поворота, я натолкнулась на завуча. Он стоял спиной ко мне, говоря по телефону с кем-то. В его голосе уже явственно слышались панические нотки: — У меня полная школа детей, половина из которых уже все видели. У нас нет столько успокоительного, да и зачем, если уже завтра сюда потянутся родители, которые посчитают нужным забрать детей из этой школы? Как вы прикажете мне «держать все в секрете»? Да через несколько часов об этом будет знать каждая шавка, даже если я закрою труп в собственном подвале! — меня передернуло. Как он может быть таким… циничным? — конечно, я охраняю вход! Я едва успела спрятаться за углом, как завуч бросил взгляд в мою сторону. Пауза перед его следующими словами показалась мне вечностью: — Да, хорошо. Подъезжайте, я сейчас выйду. Через несколько секунд послышались удаляющиеся шаги и голос завуча: — Мэдисон! Подойдите к выходу во двор восточного крыла! Чтобы ни один любопытный ученик не выходил! Черт. Это — мой шанс. Нет времени думать, нужно действовать, пока никто не пришел. Я поправила сумку на плече и рванулась вперед. Выход был всего в нескольких шагах, которые я преодолела за пару секунд. Ноги странно немели, но времени сомневаться не было — уже захлопывая дверь, я заметила фигуру мистера Мэдисона, показавшуюся из-за угла. Как только дверь за мной закрылась, я услышала какой-то гул сзади. Обернувшись, я заметила толпу, что окружила огромное дерево, растущее неподалеку. Толпа, как выяснилось, состояла из учеников и учителей, что пытались сдержать их давление. Неподалеку от толпы на траве, склонившись над кем-то, сидела медсестра. Я присмотрелась. Миллиган. Где Мисси? Внезапно из толпы послышались рыдания и короткий возглас. Так вот где… Я понимала, что лучше не подходить и вообще не лезть во все это, но что-то, что двигало мною — то ли любопытство, то ли страх — заставило меня медленно, словно во сне, подходить. Радовало одно — похоже, всем было не до меня. «Лучше не подходить, а развернуться и уйти. Это не аттракцион в парке развлечений. Там тело. Не надо подходить. Мне не надо этого видеть. Мне это не нужно. Мне совсем не нужно это» Шаг, второй, третий. Словно бы специально для такого случая, еще одна девушка упала в обморок, и все столпились уже вокруг нее, чуть переместившись вправо. Я подходила, чувствуя, как подкашиваются ноги. Когда уже?.. Еще шаг. Моему взгляду открылась площадка рядом с деревом и куча тряпья на ней, бледные лица учителей … где же Мисси? Я медленно опустила взгляд. Куча тряпья… Кучей тряпья была Мисси, которую кто-то накрыл белой тканью. Из-под нее выглядывала рука. Белая, с красивыми тонкими пальцами и необычным кольцом на мизинце… Я, словно со стороны, услышала собственный тихий вскрик. «Не смотри». Я послушно подняла глаза, находясь словно бы в прострации. В странном оцепенении я рассматривала дерево, пытаясь не смотреть на Мисси. На стволе что-то было вырезано, и я отрешенно рассматривала эту надпись, пока в голове ворочались мысли и картинки. Мисси мертва. Ее убил Дровосек, раз так сказал завуч. — Роткейп! Роткейп! Кто-то звал меня. Совсем рядом. Мужской голос. — Роткейп, черт вас подери! Мисси мертва. Кто-то дернул меня за плечо, сжав руку. Я подняла глаза. — Вон отсюда, быстрее, — процедил мистер Мак… Кристофер, дергая меня куда-то. Надо же, какое совпадение, — ученикам нельзя здесь находиться. Сейчас прибудет полиция… Вы слышите? Я продолжала рассматривать надпись. Буквы, что складываются в слова. В одно слово. — Да хватит, черт возьми, туда смотреть. Очнись! — Воскликнул Кристофер, явно теряя самообладание. Я его понимала, но мне надо было рассмотреть слово, — Рут! Да что с ней такое… Еще секунда потребовалась мне для того, чтобы рассмотреть слово окончательно, до того, как Кристофер потащил меня куда-то. Еще одна, чтобы осознать, что оно значит и чуть не споткнуться на влажной траве. Ровно одна секунда мне потребовалась для того, чтобы вскрикнуть и тут же прикрыть рот рукой. — И зачем ты вылезла вообще? — прошипел Кристофер, насильно усаживая меня на скамейку рядом со стеной, — теперь, когда ты в таком состоянии, мне позвать врача или твоих родителей, что ты предпочтешь? — Доказательство, — прошептала я, поднимая глаза на него. — Похоже, все же врача, — пробормотал Кристофер, — какие доказательства, о чем ты? — Слово на стволе — доказательство. Там так написано. Доказательство, — шептала я. — Эй, эй, — Кристофер сжал мое предплечье, — успокойся. Какое доказательство? Что это значит?  — Это значит, — прошептала я, закрывая глаза, — что я — следующая.