Ради него

Во временное убежище они вернулись через несколько часов. Сложностей с кражей нового авто почти не возникло, не считая одного мужчины, который слишком подозрительно глядел на две уезжающих из города машины. Но времени предаваться сомнениям не было, поэтому Кливленд они покинули, не останавливаясь понапрасну. Эрик всё ещё чувствовал себя так, словно по нему проехался каток. Жуткая подавленность вместе с волнением медленно добивали его нервную систему. Хорошо, что Чарльз был в это время за рулём другой машины, а то бы он точно заметил его состояние.  Когда они вошли в дом, никто не побежал их встречать. Большинство просто сидели в своих комнатах, негромко переговариваясь или молчаливо обдумывая предстоящую битву. Только Пьетро разлёгся на диване в гостиной, изредка поглядывая в шебуршащий телевизор, да Логан задумчиво тянул пиво из банки на кухне.  - С возвращением, - Максимофф даже головы не повернул в сторону вошедших мужчин, - ещё отстойнее тачку не могли найти? - Мы не для выставки выбирали, - Эрик отвесил ему лёгкий подзатыльник, сгоняя с дивана. Парень тут же пересел, хотя уместнее было бы назвать это «перенёсся», на свободное кресло, приняв привычную вальяжную позу уже с банкой колы в руке.  - Все такие мрачные, как будто собрались хоронить кого-то, а не надавать пинков горстке военных... - Не ты ли недавно эту «горстку» армией назвал? - тут же осадил хорохорившегося парня магнетик. - Я всех напугать хотел, - тут же нашёлся тот, - но мы-то знаем, что там мы двое можем раскидать всех по углам. Эрик ухмыльнулся. Пьетро умел препираться. Он делал это беззлобно, но с заметным нахальством, напоминая Леншерру его самого когда-то.  Чарльз в шуточной перепалке участия не принял. Он сел рядом с Эриком на диван, не желая уходить в комнату, чтобы не почувствовать вновь давление стен и щемящее одиночество. Голова уже почти не болела, наконец перестав напоминать о себе. Теперь можно было ненадолго расслабиться и побыть с дорогими сердцу людьми. И Пьетро, и Логан, и даже Эрик нервничали - это было и без телепатии видно, - но не хотели этого показывать. Чарльз ими гордился. Так странно было осознавать, что какой-то год назад у него всего этого не было. Ни учеников, ни собственной школы, и не о ком заботиться, кроме самого себя и Рейвен. Жизнь казалась какой-то неполной. Теперь же, когда у него появилось всё это, когда появился Эрик, наконец-то Чарльз ощутил, что в ней всё-таки есть смысл. И за этот смысл можно было и умереть. - Ты не умеешь играть в покер.  - А вот и нет, умею! - тут же нахохлился Максимофф. И как только разговор дошёл до этой темы? Ксавьер понятия не имел. - Хорошо, давайте сыграем. Логан, у тебя карты есть?  - Должны где-то быть... Эрик уже загорелся идеей. Пусть она была совершенно бессмысленной, но она принадлежала ему, и так просто он не собирался отказываться от неё. - Чарльз, ты с нами? Покажем этому выскочке? - Эрик, я в карты с университета не играл, и Пьетро нет восемнадцати... - Но профессор! - парень посмотрел на телепата с таким несчастно-обиженным видом, что растрогался бы даже камень. - Ай, да ну вас! Логан, где у тебя карты? *** После третьей партии, в которой выиграл Максимофф, Эрик предложил приковать его к креслу, потому что удачные комбинации, которыми буквально разбрасывался парень, всем казались подозрительными. Конечно, играли не на деньги, но даже так трём взрослым мужчинам было неприятно проигрывать какому-то подростку. Пьетро от перспективы быть обездвиженным сник и больше не выигрывал. По крайней мере, не так часто. Как бы ни хотел Чарльз забыть про битву или хотя бы отсрочить её, над временем он был не властен. За окном стремительно темнело. Эрик тоже не хотел прощаться с неожиданной идиллией, но скоро нужно было выдвигаться, и он прекрасно понимал это. Как и обещал, он провёл короткое собрание, на котором распределил всех по небольшим группам и, наверное, в стотысячный раз повторил план. Ничего, лишним это никогда не было. Теперь оставалось надеяться, что все будут действовать согласно нему. Хотя, что будет во время боя, магнетик предсказать бы не решился.   Чарльз выглядел напряжённым и очень серьёзным. Казалось, что он изо всех сил сдерживает себя, чтобы не скатиться в панику. Но это могло только казаться. Он хмурился больше обычного и давал короткие указания, что брать с собой. Хотя, по большому счёту, брать было и нечего. Кидаться в военных вилками, как единственным оружием, было бы глупо, поэтому профессор пытался занять учеников перед боем только для того, чтобы не дать им времени на страх.  - Эрик, на секунду зайдёшь ко мне? Нужно отдать кое-что, - бросил он так же строго, как говорил и с другими.  - Да, сейчас, - Леншерр устало вздохнул. Было ясно, что Чарльз волновался за кого угодно, только не за себя. Эрик восполнял это упущение троекратно. Ему было сейчас не до каких-то позабытых в комнате вещей. Он ещё придумывал поводы для того, чтобы профессор всё же отсиделся в засаде. В голову упорно ничего не приходило. Вконец убивало нервные клетки магнетика то, что Ксавьер настоял, чтобы быть в отдельной группе. «Зашибись» было первым, что пришло в голову Эрика, хотя нет - первым было матерное слово. Нет, правда, всё было просто «великолепно»! Леншерр хотел защитить его, огородить, но тот словно нарочно лез в самое пекло. Конечно, с какой-то точки зрения, Чарльз был прав: при дефиците учителей нужно было приставить хотя бы по одному взрослому к каждой группе. Но это ещё больше злило магнетика. Злило и пугало. Он уже сам не мог разобрать своих чувств: хотелось одновременно и придушить телепата, и поцеловать так, чтобы тот напрочь забыл о наступлении и своей безграничной заботе об учениках.  Дверь в комнату Эрик за собой захлопнул с явным бешенством. - Что ты мне хотел?.. Договорить он не успел. Чарльз вцепился в лацканы его куртки и припал к губам в отчаянном поцелуе, буквально заставляя захлебнуться собственными словами и напором мягкого языка. Похоже, желания мужчин совпадали. Профессор прижал Эрика к двери, не переставая тянуть на себя и впиваться в его губы с каким-то исступлением, лаская нёбо, играя с языком, кусая — делая всё так остервенело, будто желая заставить его задохнуться. Магнетик почти исполнил его немое желание, во всяком случае, скоро перед серыми глазами комната стала затягиваться сизой дымкой. Когда колено Чарльза уверенно раздвинуло его ноги, он всё же сумел совладать с собой и отцепить от воротника словно сведённые судорогой, побелевшие пальцы. - Чарльз, подожди, - Эрик схватил телепата за дрожащие плечи в попытке удержать от нового «нападения», - что ты делаешь?  - Разве не видно? Я хочу тебя, - профессор выпалил это на одном дыхании и попробовал оторвать от себя удерживающие руки, - давай сделаем всё быстро... Леншерр настойчиво упёрся ему ладонями в плечи, не давая сделать и шага. Его могло бы обрадовать рвение телепата, но только не сейчас, не когда голубые глаза горели немой безысходностью.   - Чарльз, успокойся, нам меньше чем через полчаса выезжать. Пожалуйста, приди в себя. Что случилось? Чарльз?.. Ксавьер ещё раз дёрнулся и стал медленно оседать на колени, закрыв лицо руками. Магнетик испуганно посмотрел сверху вниз, как тот трясётся, и тоже опустился на пол. Чарльза бил озноб, хотя в комнате было относительно тепло. Эрик не знал, что нужно делать, поэтому принял единственное пришедшее на ум решение — он обнял телепата, привлекая к своей груди и чувствуя, как тот сорвано дышит. Чарльз молчал, пытаясь побороть неожиданную истерику, а Эрик просто ждал, не думая говорить первым, лишь крепче прижимая профессора к себе. Возможно, тишина была сейчас не лучшим помощником, но он просто не знал, что сказать. Он видел, что Чарльз напряжён, но вовсе не предполагал, во что это выльется. - Я не хочу этого сражения, - едва слышно прошептал профессор, наконец справившись с голосом, - не хочу, чтобы кто-то погиб. Не хочу ощутить чужую боль, мне своей хватает. Что, если кто-то погибнет? Я никогда не прощу себе этого... - Почему ты так уверен, что кто-то умрёт? - Эрик ласково коснулся его вихрастой макушки. Глаз профессор упрямо не поднимал, уткнувшись лбом Леншерру в ключицу. - У каждого здесь могущественный дар, а во главе них стоишь ты — сильный и талантливый мутант, который может умело руководить и защищать. Ты всё ещё думаешь, что мы не справимся? - Эрик, я до сих пор не знаю, как Мойра вспомнила об особняке. Вдруг всё, что я сделаю, будет напрасно? А что, если что-то пойдёт не так? - «Что-то просто обязано пойти не так, - услужливо напомнил Чарльзу внутренний голос, - ты собираешься влезть в людские головы, едва контролируя свою собственную, и надеешься на лучший исход? Болван!». После этих мыслей телепат ещё больше согнулся, чувствуя, как неприятно запульсировал висок. Только голос Эрика всё ещё удерживал от припадка: - Перестань накручивать себя. Помнишь, как ты волновался перед событиями на Кубе? И что, разве мы не справились? - Леншерр мягко погладил его сгорбленную спину. - Знаешь, а ведь ты гораздо сильнее меня. - Чарльз непонимающе поднял покрасневшие глаза. - Я бы не смог быть тобой. Умей я слышать мысли людей, я бы свихнулся в первый же день. Вспомни самолёт в Италию, пока ты спал, я думал, убью всех, слушая всего лишь разговоры! А твой пост директора? Поверь мне, я точно бы не сдержался и вернул средневековые пытки для непослушных детей... Ксавьер едва заметно стал улыбаться. Это было лишь тенью настоящей улыбки, но Эрик почувствовал себя счастливым, когда заметил её. Чарльз медленно возвращался к нему, а ради этого он был готов говорить что угодно.  - …хочешь, когда школа вновь заработает, я буду заниматься воспитанием шутников лично? - О нет, только не это! Я сам как-нибудь справлюсь с ними, - профессор с заметной смешинкой прищурил глаза, когда Эрик вздохнул со слишком явным облегчением. Но его веселье продлилось недолго. Даже согревающие слова магнетика не могли предотвратить то, что намечалось сегодня ночью. - Эрик, я не уверен, что мне хватит сил справиться с Эммой, если она подоспеет на помощь. Телепатия воздействует на другого телепата не так, как на обычных людей. Даже если я заблокирую воспоминания всем, вряд ли она забудет о школе... - Эммы не будет, можешь не беспокоиться. - Почему ты так решил? Леншерр замялся. Ну не говорить же Чарльзу, который только-только успокоился, что блондинка ещё в лаборатории умерла, придавленная Эриком «на всякий случай» одной из железных балок? Конечно, профессор просил никого не убивать, но с этой сучкой у магнетика были свои личные счёты. Однако даже об этом говорить было не лучшей идеей, поэтому Эрик ограничился коротким: - Я просто знаю. Ксавьер чуть недоумённо изогнул бровь, неосознанно копируя манеру Эрика, но спрашивать больше не стал.  - Тебе лучше? - магнетик всё ещё не выпускал его из объятий, продолжая поглаживать недавно напряжённую, а теперь слегка расслабившуюся спину. - Немного, - Чарльз обвил руками талию Эрика в ответном объятии, - спасибо. Я не знаю, что бы без тебя делал... - Ты делал бы всё то же самое: заботился бы обо всех и дорожил каждым. Не преувеличивай мою необходимость. Тихий вздох сорвался с губ телепата. Эрик, как всегда, был неисправим. Но с ним он испытывал те чувства, о которых раньше читал только в книгах, считая написанное полным бредом. Теперь всё перестало казаться таким нереальным. Многое стало слишком правдивым, чтобы считать это вымыслом, и Ксавьер впервые признал, что рад, что всего лишь заблуждался.  - Чарльз, нас сейчас будут искать. Нужно вернуться, а то я понятия не имею, как успокаивать детей. - Впереди целый учебный год — научишься, - профессор усмехнулся перекосившемуся выражению лица Эрика и встал с колен. Думать стало легче, даже лёгкие уже не сдавливало. Может, магнетик действительно не знал, как успокаивать учеников, но с перенервничавшими телепатами он справлялся просто великолепно.  *** Дорога через штаты всем показалась слишком короткой, несмотря на то, что до нужного они добирались больше часа. Нервы у всех были на пределе, но каждый храбрился, как мог. Например, Пьетро, который по какому-то странному стечению обстоятельств оказался не в той машине, где за рулём был Логан, а в той, что вёл Эрик, развлекался периодическим нытьём, что он мог бы бегом добраться гораздо быстрее, чем на «дурацком авто». Пиро, который тоже ехал с ними, иногда пинал его, но без особого результата; Леншерр старался сосредоточиться на дороге и не попереубивать всех копошащихся на задних сидениях; профессор, сидевший рядом с ним, почти ни на что не обращал внимания, опять погрузившись в размышления. Его упорно не желало покидать странное сомнение, что сегодня не стоило ехать. Плохое предчувствие прочно поселилось в груди, не давая вздохнуть, и медленно пожирало остатки спокойствия. Эрик положил руку на бардачок между передними сиденьями, чувствуя, как не хватает сейчас Чарльзу поддержки, но тот не оправдал его надежд и руку не взял. Ксавьер, как обычно, не хотел показывать, что между ними что-то больше дружбы.  Дорогу к особняку магнетик знал, как свои пять пальцев, но ехать по ней было бы сейчас наиглупейшим поступком, поэтому машину они оставили, не доехав до нужного поворота, и дальше пошли пешком. Уже порядком стемнело, поэтому пробираться по небольшому леску, что скрывал школу от посторонних глаз, было не так опасно. Дождь лил всё так же сильно, затрудняя ходьбу по опадающим мокрым листьям, зато скрывая хруст веток под ногами.  - Давайте я сбегаю туда и узнаю, ждут ли они нас? - Пьетро буквально подскакивал от нетерпения. - Хорошо, только так, чтобы тебя не заметили раньше времени, понял? - Эрик! Это же опасно! - зашипел Чарльз, глядя вслед унёсшемуся вперёд парню. - А что такого? - Леншерр пожал печами. - Меня он уже порядком достал, так пусть хоть полезное дело сделает. Продвигались они и правда довольно медленно, даже не зная, известно ли военным о них, или всё пройдёт по плану, и небольшой отряд мутантов не будут ожидать. Помощь Пьетро была как нельзя кстати, но телепат всё равно не хотел терять его из виду.  Максимофф вернулся через несколько минут, мокрый до нитки, но жутко довольный: - Никто о нас не знает. Нападение будет для них настоящим сюрпризом. Кстати, Эрик был прав: большинство солдат сидят под какими-то большими навесами — ножки боятся промочить. Неохраняемых точек гораздо больше, чем было раньше. - Хорошо, тогда, Логан, твоя группа слева. Джон, твоя — справа. Раньше времени не нападайте. Ждите сигнала, - Эрик кивнул, и мутанты разбежались. Их так называемые группы выглядели смешно: трёх, самое большое — четырёх человек было мало для настоящего сопротивления, но другого выбора не оставалось. - По-моему, нас было больше... - Я оставил самых маленьких с Рейвен в коттедже. Здесь им не место, - отозвался Чарльз. - И почему ты не такой покладистый, как твоя сестра, - Леншерр вздохнул. Через несколько минут и им следовало разойтись по своим точкам, но телепата он до последнего не хотел отпускать, даже несмотря на то, что поставил с ним в команде Пиро и Хэнка. - Ты готов? - Как никогда, - Ксавьер лгал, но по голосу невозможно было это понять. В нём сейчас вообще не читалось ничего, кроме уверенности. Фальшивой, но уверенности.  Эрик опустил руку на его плечо, немного сжав — единственное прикосновение, что он мог сейчас себе позволить под взглядами учеников. Оно могло быть последним. - Чарльз, ещё не поздно передумать. Останься здесь, когда мы расчистим дорогу, я пришлю Пьетро. Профессор слабо улыбнулся и покачал головой: - Нет, мой друг, ты не уговоришь меня.  Магнетик ожидал такого ответа. Стрелка на наручных часах твердила, что до начала операции остаются считанные мгновения, а он даже не мог обнять телепата на удачу. Неприятное чувство, но Эрик переборол его: - Ладно, выступаем. И, Хэнк, - Зверь обернулся на оклик, - помни, о чём я просил тебя. МакКой что-то рыкнул в ответ и двинулся вперёд. Чарльз даже не успел спросить его о странной просьбе Эрика, как уже был вынужден следовать за ним.  Наступление началось. *** Леншерр оставил около себя только Пьетро. Конечно, это могло показаться довольно странным решением, и Эрик даже сам не понял, почему взял в напарники этого неугомонного подростка. Наверное, он просто привык к нему. А на то, что его бесконечный энтузиазм иногда выводил из себя, магнетик решил пока закрыть глаза.  Пройдя несколько метров, они остановились на нужном месте, спрятавшись за деревьями. Особняк отсюда было видно как на ладони. Можно было рассмотреть некоторых пристроившихся под навесами солдат, несколько военных машин и людей в необычной тёмно-синей форме, которые верно несли свою службу и стояли под дождём. Эрик хмыкнул и провёл ладонью по воздуху, пальцами ощущая знакомое покалывание — близость металлического оружия и техники. Всё было так просто. Люди, как всегда, оказались слишком глупы. Мутанты справятся с ними в два счёта, нужно только дождаться нужного момента... Раз. Магнетик вдохнул полной грудью, сжав руку в кулак. Ощущения того, что он держит все автоматы, усилилось. Достаточно было только вырвать их из рук расслабившихся солдат. Два. Он почувствовал привычный стук крови в ушах, но не придал этому ни малейшего значения. Сейчас было не до него. Слишком сильно была напряжена атмосфера вокруг. Казалось, будто молнию пошлёт не бушующая погода, а накалившаяся около школы обстановка. Три! Эрик со всей силы рванул оружие на себя. Послышались крики, испуганная возня и косые выстрелы. У кого-то в карманах ещё были пистолеты, но Леншерр уже чувствовал преимущество. Главные козыри были почти буквально в его руках, и он не мог этим не воспользоваться. Все автоматы разом повернули дула на ничего не соображающих солдат. Стоило лишь сделать малюсенькое движение, и большинство из них лежало бы на мокрой траве... - Эрик! Магнетик вздрогнул. Чарльз первым выбежал из своего укрытия, а за ним, освещая всё языками пламени и оглушая рыком, понеслись Пиро и Хэнк. Другие мутанты, не дожидаясь основного сигнала, тоже выступили вперёд. - Идиоты... - сквозь плотно стиснутые зубы Леншерра прорвалось злобное шипение. Конечно, они с Чарльзом ещё заранее договорились, что убийств должно быть как можно меньше, но как бы всё облегчилось, если бы он нажал на курок! Ладно, к чёрту это. Магнетик отбросил автоматы подальше в лес и тоже двинулся к особняку. Сражение действительно началось. Слышались стоны и крики, и Эрик с радостью отмечал, что доносятся они только от людей. Пару раз он лёгкими движениями отбрасывал оставшиеся пистолеты или ружья, в нужный момент останавливал пули, но в целом в сражении почти не участвовал. А зачем? Дети и так вполне справлялись с безоружными и совершенно перепугавшимися людьми. Можно было дать им время развлечься.  Пиро огненными волнами распугивал позорно бегущих солдат, Пьетро почти играючи лавировал между ними, сбивая с ног, и магнетик был почти полностью уверен, что Чарльз с Хэнком уже подбираются к школе. Эрик их не видел, но пока и не пытался найти. Он уже хотел помочь ученице, на которую сзади собирался напасть какой-то хилый солдатик, но на секунду его отвлекло кое-что другое, а точнее, отсутствие этого. Подмоги не было. Никто не бежал к военным на выручку, никто не выходил из особняка, даже некоторые солдаты сражались как-то слишком лениво, и их было гораздо меньше, чем предполагалось.  К сожалению, Эрик заметил это слишком поздно.  Послышался странный шум, и задул неизвестно откуда взявшийся ветер. Многие с тревогой стали задирать головы. Из-за особняка поднимался вертолёт. - Оставайтесь на месте, и никто не пострадает, - громогласный хрип мегафона перекрыл даже звук вертящихся лопастей. - Ещё чего! - Пиро метнул несколько огненных вспышек в летающую машину, но на него тут же набросились несколько солдат. Эрик вытянул ладонь, собираясь сбросить их, как шелуху, но в ту же секунду свалился на землю от сильнейшего удара.  - Что, ребятки, не ожидали? - на него двигался широкоплечий амбал в тёмно-синей форме, напоминающий тупоголового быка. Магнетик собирался взмахом откинуть его, но тот на его попытку только расплылся в кривозубой ухмылке. Как такое могло быть? На нём должна была быть хоть капля металла, хоть пуговица или молния! Но тщетно. Эрик, пошатываясь, встал на ноги. Вокруг него стали раздаваться выстрелы и настоящие крики ужаса, но странный солдат двигался прямо на него, закрывая своей тушей весь обзор. - И что ты будешь делать, ошибка природы? В магнетике что-то перемкнуло. Злость закипела с такой силой, что он, не задумываясь, поднял в воздух одну из военных машин и опустил прямо на голову ублюдку. Плевать на извечный пацифизм Чарльза! Всё пошло не по плану... Людей в синей форме всё прибывало. Многие повыскакивали прямо из особняка, а другие лезли из невидимых ранее укрытий. Ни на одном не было ни грамма металла. Их было не просто больше - их было слишком много. Эрик заметил, что у каждого в руках было странного вида оружие, похожее на пистолет, но он не чувствовал ни одно из них. Даже пули были не металлические. Леншерр не мог остановить обстрел.  - Каждый солдат в синей форме выстрелит в вас транквилизаторами, если вы не остановитесь и не сдадитесь. Мы не хотим причинить вам лишнего вреда. Если вы согласитесь на сотрудничество... Магнетик не слушал, что вещал человек с новой подъехавшей машины. Всё это было наглой ложью, он знал. Он уже такое слышал, и всегда его обманывали. Военные держали пистолеты наготове, целясь во многих учеников, и явно никто не собирался останавливаться. Эта речь была лишь отвлекающим манёвром. Но для чего? - Эрик, вертолёт! - Пьетро оказался около Леншерра молниеносно, ровно в ту секунду, когда сверху раздался подозрительный щелчок. На борту вертолёта установили пулемёт, наведя прицел точно на него.  - …ваша жертва будет бессмысленной. Многие из вас всего лишь дети, и вы... В укрытие! Громоздкая летающая махина упала прямо на автомобиль. Начался пожар. Люди выскакивали из рухнувшего вертолёта, но далеко уйти не успели. Раздался оглушительный взрыв, взметнувший столб пламени к чернеющему небу. На несколько секунд бесконечный дождь показался всем горячим.   Эрик закашлялся от разнёсшегося по округе запаха гари и дыма. Не его вина была в том, что люди не додумались сделать вертолёт из обожаемой ими пластмассы. И не его вина в том, что они собирались убить именно его. Наверное, Чарльз потом будет злиться на него, но сейчас это казалось лишь смешной угрозой. Настоящая надвигалась на потерявших уверенность детей.   - Стреляйте в бегуна или синего зверя! Они наиболее опасны! - надрывался какой-то военный совсем рядом.   Эрик обернулся, замечая, как в ужасе расширяются зрачки кричавшего, и коротким движением поднял его за горло: - Ошибаешься. Сейчас я — главная опасность, - стоило лишь сдавить шею, и надоедливый человек, захрипев, упал на чёрную от копоти траву.  Удушливый дым заполнял всё вокруг. Отовсюду веяло жаром. Похоже, Пиро совсем разошёлся, защищая то ли себя, то ли остальных. Люди бежали в разные стороны, Эрик старался сбить их с ног, почти не видя, свои это или чужие. Сквозь царивший хаос слышались только крики, рык и выстрелы.   - На помощь! - откуда-то сбоку послышался почти визг. Магнетик бросился туда, сквозь марево различая ненавистную синюю форму, направлявшуюся к перепуганной ученице. Леншерр призвал какую-то тяжёлую деталь разлетевшегося по кусочкам вертолёта и сбросил её на человека, но было поздно. Несчастная девочка уже лежала в беспамятстве с воткнутым в плечо транквилизатором. Эрик на автомате поднял её на руки, даже не зная, куда можно положить, чтобы не растоптали. Мысль о Чарльзе пришла неожиданно. На него можно было оставить ученицу... О чём он вообще думал?! Эрик едва не споткнулся на ровном месте. Он не видел телепата с начала наступления, даже не знал, где он! С ним могло случиться всё что угодно. Он мог быть ранен, он мог быть также подстрелен гадким снотворным, в конце концов, он мог попасть в радиус взрыва! Леншерр почувствовал настоящую панику. - Шон! Поднимись в небо, найди мне профессора! Парень повернулся к нему с совершенно ошалелым взглядом, явно не понимая, что от него хотят. Только что он звуковой волной поразил несколько солдат и был почти не в себе от творившегося вокруг сумасшествия. - Шон, очнись! - Эрик буквально заорал на него. - Сэр, я не могу, простите... мои крылья... они... их подожгли, огонь... Магнетик зарычал от безысходности. Ему нужно было срочно узнать, где Чарльз! - Вот, возьми её, - он переложил студентку на руки парня, - она без сознания. Унеси её куда-нибудь. Найди, где безопасно. Банши кивнул и стал пробираться сквозь месиво к лесу. Он дрожал, но двигался решительно. Эрик на несколько мгновений задержал взгляд на его удаляющейся фигуре, и тут же на него кто-то налетел. Леншерр в пару ударов усмирил начавшего сопротивляться военного и тут же был сбит с ног. - Логан, остановись, это я! - Магнетик едва успел увернуться от впившихся совсем близко от его головы когтей. - Чёрт, - Росомаха помог ему встать с земли, - я почти ничего не вижу. Где все ребята? - Я не знаю. Ты видел Чарльза?!  - По-моему, они с Хэнком уже в особняке. Туда направилось штук восемь этих синих уродов за ними... Эрик не стал дальше слушать. В его груди что-то раскатисто громыхнуло, и он сорвался с места, движимый только одной важной на тот момент целью, пробираясь сквозь царивший вокруг хаос. *** - Кис-кис-кис... - чёрный от пепла мужчина с растянутой в злой ухмылке пастью двигался прямо на них.  Хэнк и Чарльз были в западне. Их взяли в круг около стены люди в синей форме, не оставив возможности сделать и шага. Хотя этот шаг бы их сейчас вряд ли спас. У каждого военного в руках был пистолет, но применять оружие они не спешили, решив «поиграть» со своими жертвами. У того, кто сейчас особенно сильно скалился, в руках была железная палка, на конце которой потрескивали искры электричества, и он вовсе не в шутку пододвигался с ней всё ближе.  Ксавьер пытался привести переполошённое дыхание в порядок, но это было слишком сложно. Круг сжимался. Хэнк уже обезвредил троих, но пятеро ещё оставалось. Они ухмылялись, ощущая свою победу и желая поскорее ей насладиться. А сомнений в том, что люди победили, уже не было. Сверху доносился топот сапог, который оповещал, что как минимум дюжина солдат находится на верхних этажах школы и они вовсе не просто так ходят там, а только ждут нужного момента, чтобы прийти на помощь своим товарищам. Чарльз знал, что нужно делать, но всё не мог решиться. Вокруг своей головы он уже давно ощущал прочный невидимый обруч, который с каждой секундой сдавливал её всё сильнее и сильнее, отыгрываясь за использование телепатии. А её Ксавьер применил уже слишком много, ещё даже не добравшись до Церебро. Но что ему оставалось? Когда началась битва, сначала всё казалось слишком лёгким, однако, когда план ко всем чертям сорвался, у него просто не было выхода. Он помогал своим ученикам, как мог, влезая в умы солдат, стравливая их между собой, отключая их сознания, но даже этого было мало. Людей вокруг всё прибывало, и он чувствовал, какой ненавистью заполнены их мысли и как скоротечно тает храбрость в мутантах. Боль уже тогда стала сковывать его, но он просто не мог бросить детей в беде. Чарльз боролся даже сквозь резь в висках и отупляющие удары молоточков в голове. А теперь расплачивался за это, стоя у стены, прижимаясь плечом к загнанно дышащему Хэнку и едва оставаясь в сознании. Но он не мог просто так сдаться.  - Профессор, не нужно, - МакКой обеспокоенно схватил телепата за плечо, услышав, как тот глубоко вздохнул, принимая решение. - Пожалуйста, я справлюсь с ними, не делайте этого! Чарльз закрыл глаза, представляя на месте судорожно сжатой лапы Зверя тёплую руку Эрика, который, положив её ровно на то же самое место, перед битвой попросил его остаться в укрытии. Казалось, будто это было тысячу лет назад. Воспоминание было согревающим, но, несмотря на него, Ксавьер не жалел о своём выборе. И сейчас не пожалеет.  - Что, киса, твой хозяин решил подрема... А-А-А! - истошный вопль раздался сразу из всех глоток военных, хотя Чарльз был готов поспорить, что его крик был тоже среди них. Это было похлеще той боли, что медленно разъедала его мозг пару минут назад. По ощущениям это можно было сравнить с небольшим атомным взрывом в голове. Ксавьер даже не понял, что хотел сделать своей телепатией на этот раз, но, когда он открыл глаза, трое лежали без сознания, а двое других дёргались в тихих судорогах у его ног. Профессор растеряно отступил, спиной совсем упершись в стену. Его стало бить мелкой дрожью и от слабости, и от страха. Он не хотел причинять боль этим людям, он думал их остановить, но не ожидал, что всё пройдёт так плохо. - Профессор, с вами всё в порядке? - голос Хэнка доносился как будто сквозь плотную вату. - Нельзя останавливаться, нужно идти дальше. Вы справились, проход свободен... Телепат стал медленно сползать по стене. Слова Зверя раздавались в его ушах громогласным эхо. Ему предстояло проникнуть в головы сотен людей, а двое перед ним только что корчились, почувствовав лишь отголосок его боли. Как он должен был теперь действовать?! - Чарльз, пожалуйста, вы должны выполнить то, зачем мы пришли сюда. Прошу, вставайте! - Ксавьер повернул голову в его сторону, видя, как фигура МакКоя расплывается перед взглядом. - Пожалуйста, не сдавайтесь. Только не сейчас. В вас верит ваша сестра, друзья, ученики! Нужно лишь добраться до Церебро... Перед глазами Чарльза заплясали красновато-зелёные круги, но он всё равно вцепился в подставленное плечо Зверя мёртвой хваткой и через силу пошёл к заветной двери. Ему стало абсолютно плевать на себя и на собственные страдания, он сделает это не ради того, чтобы вернуть какое-то здание, а ради того, чтобы воскресить надежду на светлое будущее в детях. Если он умрёт сегодня, то хотя бы уйдёт со знанием того, что не убил людей и оставил веру мутантам. Он был готов снова взять всю боль на себя. Потайной ход открылся без труда, как и всегда. Теперь оставалось только пройти небольшой коридор, разветвлявшийся в конце: налево — вход в Церебро, направо — трансформаторы и центральная система, куда Хэнк должен был вставить свою дискету. В руках МакКоя, который теперь поддерживал ослабевшего профессора за талию, тот чувствовал себя парящим в воздухе. Как тогда — Чарльз помнил — в тот самый первый день в Италии, когда он нёсся с Эриком над волнами. На секунду ему даже показалось, что над головой не выкрашенный белым потолок, а бескрайнее синее небо... Но эта фантазия тут же пропала, когда он почувствовал тупую боль от соприкосновения коленей с полом.  - Рад снова видеть вас, мистер Ксавьер, - голос послышался откуда-то справа, но Чарльз даже не повернулся в его сторону. На его глазах Хэнк дёргался на полу, поражённый разрядом тока. Мужчина, нависший над ним, похоже, останавливаться не собирался, прижимая наконечник с электричеством всё сильнее к его животу. - Боб, прекрати это. Из-за тебя меня не замечают, - незнакомец сказал это с какой-то наигранной обидой, вызвав у горы мышц по имени Боб гадкую пародию на ухмылку.   - Извините, иногда он бывает таким грубым, - голос вновь обратился к сидящему на полу телепату, но тот не отрывал взгляда от огромного по габаритам солдата, который, как котёнка, поднял бессознательного МакКоя за шкирку и поволок к выходу.   - Не беспокойтесь, с ним всё будет в порядке, - голос замялся, - первое время... Чарльз сделал колоссальное усилие и, схватившись за стенку, кое-как встал с колен. Он был не просто обескуражен, он находился в безмолвном шоке от того, что солдаты смогли проникнуть сюда. Но нельзя было это показывать. Он привык встречать врага лицом к лицу.  - Ещё раз здравствуйте, профессор, - мужчина перед ним расплылся в хищной улыбке. Ксавьеру он показался смутно знакомым, но его атлетичная фигура, короткая стрижка и солдатская выправка не отличали его от других военных. Разве что форма была другого оттенка, да глаза горели не отрешённым подчинением приказам, а неприкрытым живым любопытством на грани безумия.   - Мы знакомы? - Чарльзу удалось выдавить это из себя, несмотря на то, что каждый произнесённый звук отозвался уколом в висок.  - Односторонне. Нас не представляли друг другу. Я - Уильям Страйкер, в прошлом - генерал второго батальона стрелковой роты армии США. Сейчас — военный учёный. «Как же я раньше жил без этой информации», - устало подумал Ксавьер, а вслух спросил: - Зачем за мной послали военного учёного? - Начальство меня любит, - Страйкер усмехнулся, - а вообще, чтобы поблагодарить вас. Вы просто не представляете, какую огромную услугу нам оказали! Знаете, когда вас притащил этот идиот Фредерик, я думал, что порву его на части. Зачем нам нужен был ещё один телепат, когда уже была мисс Фрост? Нам нужен был опытный образец мутанта с другими способностями, как у кого-нибудь из ваших учеников. Но мистер Траск (с ним вы, должно быть, уже знакомы) оказался прав, и вы — действительно ценный мутант! Из вашей крови мы синтезировали сыворотку за какие-то два часа, в то время как со слабым геном мисс Фрост бились полгода. Вижу, сыворотка ещё действует, да? Чарльз хотел послать этого человека к чёрту, хотел избить его или хотя бы плюнуть в его сторону, но сил хватало только на то, чтобы стоять относительно ровно и быть почти полностью в сознании. До Церебро оставались считанные шаги, но он не мог их проделать из-за вставшего на пути Страйкера и дышащего в спину вернувшегося Боба. Завершение всего этого кошмара было настолько близко, однако в то же время слишком далеко. - Знаете, я хочу извиниться за то, что сначала недооценил вас. Конечно, все мы хотели увидеть мутанта с новыми способностями, а получили очередного телепата, но, когда за вами пришли ваши ученики... Это был настоящий подарок! Они показали все свои способности, дав столько информации! Только представьте, благодаря вам мы смогли рассчитать приблизительную опасность, которую представляют мутанты, и даже создать наработки нового оружия! Чарльза замутило. Осознание того, что он помог врагу, что из-за него сейчас на улице страдали мутанты, не принесло ничего, кроме глухой ненависти к себе. Единственным искуплением вины стала бы победа в этом нелепом наступлении, от неё профессора отделяло только два человека. С ними можно было справиться одним прикосновением к виску... - Я всё удивляюсь, зачем вы спустились сюда. У вас тут что-то вроде электрощитка и бойлерной за той дверью? Бессмысленно, правда? Что у вас там? - Страйкер на пару шагов приблизился к Чарльзу, выжидательно глядя в его глаза. - Вам лучше ответить сейчас, прежде чем Боб начнёт выбивать из вас правду.  Ксавьер чуть усмехнулся, и человека перед ним перекосило гримасой. «Вы не можете пошевелиться, - зашептал голос в головах военного учёного и его подчинённого, - вы оплетены цепью и не можете сделать и шага. Вы стоите и наблюдаете, как мутанты одерживают победу». Чарльз отнял пальцы от виска и ослабело прислонился к стене. В этот раз телепатия не подвела, но ручаться за следующий он не мог. Мужчина перед ним замер, как немое изваяние. Путь был теперь свободен, но на то, чтобы преодолеть его, сил совсем не осталось. Ксавьер знал, что на ногах он держится на чистом упрямстве и желании достичь цели. Всё также опираясь на стену коридора, он медленно побрёл к центральной системе, чтобы вставить дискету, экземпляры которой сообразительный Хэнк дал чуть ли не каждому участнику операции. Страйкер следил за передвижениями телепата с лютой ненавистью. Если бы взглядом можно было убивать, Чарльз уже давно упал бы замертво. Хотя он был близок к этому. Нет, не к смерти, конечно, но к падению на пол уж точно. Едва Ксавьер справился с почти непосильной задачей и всё-таки перезапустил Церебро, перед его глазами всё потемнело. Болью сковало все мышцы, да так сильно, что на пару мгновений Чарльз подумал, что в его тело забрались крысы, чтобы перегрызть их. Телепатия ослабла настолько, что он едва не потерял контроль и не выпустил Страйкера из невидимых оков. Приступ прошёл так же быстро, как и начался. Оставалось только надеяться, что он не повторится снова.  Чарльз с трудом добрёл до Церебро, дверь, распознав его, бесшумно отъехала, и он разве что не ввалился в новое помещение. Его разум пока ещё функционировал, но тело от пережитых нагрузок едва повиновалось. Со стороны могло показаться, что Ксавьер в сильном алкогольном опьянении или под наркотиками, настолько сильно его шатало. Кровь в ушах грохотала, как сумасшедшая, и Чарльз всё боялся, что если она пробьётся сквозь барабанные перепонки, то вряд ли он сможет дойти. Шлем показался ему неподъёмным. Когда телепат сумел надеть его на голову, появилось ощущение, будто лёгкий материал весил тонну. Чтобы не упасть, Чарльз опёрся на что-то холодное и едва различимое в тумане, плавающем перед глазами. - Чёрт, я так и не сказал Эрику... - выдохнул он еле слышно. В груди что-то неприятно сжалось. Чарльз поспешно отбросил сожаления. Сейчас на них не было времени. Наверху что-то грохотало, возможно, проехала новая партия военных, на этот раз с гранатами. Мутанты всё ещё были в опасности. Профессор пару раз моргнул, прогоняя образ магнетика из мыслей, и нажал на кнопку запуска. Ментальная цепь, удерживающая Страйкера, оборвалась в ту же секунду. Черты его лица обострились, сделав мужчину похожим на озлобленное животное. В порыве клокочущей ярости он выхватил пистолет и, направив дуло, выстрелил... *** Леншерр добежал до входа в школу за считанные секунды, стараясь не обращать внимания на крики о помощи, раздававшиеся со всех сторон. Он понимал, что ученикам, как никогда прежде, нужна поддержка, что они запросто могут погибнуть, но сейчас их смерть казалась незначительной на фоне возможной гибели Чарльза. Эрик чувствовал, как промокшая насквозь куртка неприятно липнет к телу, как со лба стекают капли дождя и холодного пота, но это сейчас волновало его меньше всего на свете. Забежав в особняк, он сразу ринулся к потайному входу. Неподалёку от него валялась горстка людей, и у магнетика затеплилась надежда, что Чарльз всё же добрался до Церебро. Однако Эрику никогда не было достаточно одной лишь надежды. Ему нужно было увидеть, что с телепатом всё в порядке, своими глазами.  Сверху послышался стук сапог. Леншерр знал, что там могли быть только военные. Они смотрели со второго этажа вниз, как на картину в кинотеатре, выжидая минуту, чтобы добить мутантов. Эрика это привело в бешенство. Мысль, пришедшую первой в голову, пришлось сразу отбросить. В конце концов, школу он крушить не очень хотел, но нужно было остановить ублюдков наверху любой ценой. Можно было подняться к ним и убить каждого, но это заняло бы время. К чёрту! Эрик помотал головой. Чарльз был сейчас важнее.  Неожиданно потайной вход открылся сам по себе. Леншерр замер, не дойдя до него пары шагов. Оттуда высунулась большая рука, лёгким движением выкинула наружу потерявшего своё звериное обличье Хэнка и скрылась обратно.  Любые надежды Эрика рассыпались в ту же минуту. МакКой должен был не отходить от профессора ни на шаг, но сейчас он безвольной куклой лежал на полу и вряд ли был способен дальше вести бой. Холод сковал лёгкие магнетика. Чарльз оказался один на один с солдатами. Леншерр едва ли не выдрал книгу, открывающую тайную дверь, вместе со всем механизмом. Он почти перестал контролировать себя и теперь был готов порвать на куски каждого, кто мог угрожать телепату. Двое мужчин в конце белого коридора стояли неподвижно. С груди Эрика свалилось что-то тяжёлое, дав наконец-то проход воздуху. С Чарльзом было всё хорошо - просто не могло не быть. Если люди были заморожены, то это означало одно - мутанты победили. Профессор справился! Не важно, что на улице многие лежат без сознания или продолжают из последних сил бороться. Уже ничего не важно. Чарльз сейчас сотрёт память людям, и они забудут про всё, что знали! Мутанты залечат раны, наберутся опыта и вскоре будут способны начать полномасштабную войну против мерзких людишек. Леншерр ликовал. Он с трудом сдержал порыв толкнуть застывших солдат, когда проходил мимо. Нет, сейчас было не до них. Чарльз уничтожит их воспоминания, и они опять превратятся в тупых пешек правительства, поэтому не стоило даже марать руки.  Эрик уже видел телепата, видел, как тот медленно надевает шлем и хватается за железные поручни. Что-то на секунду насторожило его в напряжённой позе Чарльза, но он не успел понять этого.  Прогремел выстрел.  Магнетик резко развернулся, выбрасывая руку на чистом инстинкте, чтобы остановить пулю, но он ошибся. Металла не было. Был лишь продолговатый шприц, который с огромной скоростью воткнулся ему под рёбра. Стрелявший мужчина взревел диким зверем и сделал шаг в сторону, целясь ровно в телепата и совершенно не боясь подстреленного магнетика. Перед взглядом Леншерра помещение поплыло белыми бликами, но он всё ещё был в сознании. Ненависть и ярость предсказуемо захлестнули его разум, но они смешались с вползающей туда дымкой и совсем потерялись. Снотворное слишком быстро распространялось по венам. Эрик стал видеть военного нечётко, но всё ещё мог распознать исходящую от него угрозу.  «Нужно защитить Чарльза», - вспыхнула в его голове быстро гаснущая мысль. На последних остатках вытекающей силы он коротко взмахнул ладонью, и железная дверь Церебро захлопнулась. Шприц, предназначавшийся телепату, ударился об неё с тихим звоном. Эрик попытался удержаться на ногах. Нет, он не хотел терять сознание, только не сейчас. Единственным его желанием было прикоснуться к судорожно сцепленным на поручне пальцам профессора. Леншерр хотел убедить себя, что расплывающаяся фигура - это всё ещё его Чарльз, а не галлюцинация. Почему-то сейчас это казалось жизненно важным. Он даже сделал шаг, но нога предательски подкосилась, и магнетик рухнул, едва успев прикрыть лицо от неминуемого столкновения с полом. В железную дверь кто-то отчаянно начал ломиться, но Эрик был уже не в состоянии заблокировать её сильнее. Он мог только лежать и смотреть, как темнота постепенно окутывает одинокую фигуру в нескольких шагах от него, и слушать, как содрогается железо под чьими-то ударами.  *** Чарльз дрожал всем телом. Он старался бережно обходиться с каждым новым человеком, с каждым новым сознанием и надёжно запечатывал воспоминания. Однако минуты текли, и вместе с ними по телу растекалась боль. Он уже давно не чувствовал своего лица, на его месте была просто дыра, ощущались только глаза. С каждым ударом сердца они как будто бились о веки, желая покинуть глазницы. Ксавьер не мог знать, что по его скулам текут не только слёзы, но и тонкие струйки крови из лопнувших сосудов. Хотя, даже если бы он знал, он вряд ли бы остановился. Жизнь слишком многих зависела от него сейчас, и Чарльз, едва управляя телепатией и собственным телом, стоял, вцепившись в поручни, как в последний островок земли посреди бушующего океана чужих мыслей.  Эрик был прав, предполагая, что Чарльз - один из сильнейших мутантов. Никто бы на его месте не вынес этой пытки. Проникая в чужие умы, он сжимал зубы так, что мог бы раскрошить их на мелкие части. Его спина и ноги были сведены болезненной судорогой, а руки и вовсе одеревенели. Телепатия перестала быть ручным питомцем, она металась и царапала сознание Ксавьера, но он не давал ей вырваться целиком, прилагая все усилия, чтобы не навредить людям. Медленно убивая себя, он спасал других.   Чарльз не слышал, как открылась дверь. Его веки были сомкнуты так сильно, что лоб располосовало глубокими морщинами, поэтому он не видел, как вошедшие вынесли Эрика. Когда сознание последнего человека закрылось перед ним и чьи-то руки подхватили его конвульсивно дёргающееся тело и сняли многотонный шлем, телепат этого не почувствовал. Лишь один раз он понял, что его несут. Запрокинув голову и подавившись непонятной кисловатой жидкостью, хлынувшей из носа в горло, он на секунду открыл глаза. Над ним двигалась длинная белая полоска, слепя размытым светом. Хотелось выключить этот свет, а ещё хотелось пить. Примерно на этих мыслях спасительный обморок забрал разум Чарльза в свои холодные объятья, оставив тело неизвестным.