S.P.Y.

Глава 2. You know my name – Ты знаешь мое имя. - Нет, блядь, мутирующий гермафродит! – огрызнулся собеседник. – Руку убери с моего хуя, пидорас! Он забрыкался и уставился на Енгука сердитым взглядом. Бан моментально одернул кисть и, чувствуя, как к щекам поступает жар смущения, севшим голосом пробормотал: - Блядь… Мужик… Я целовался с мужиком! - И не просто целовался, а почти потрахался, - с легкими нотками злорадства уточнил парень, прищурив тщательно подкрашенные глаза. – Я даже почти возбудился, ты хорошо целуешься. Бан приложил свободную руку ко лбу, второй продолжая крепко удерживать его за запястья, и болезненно простонал: - Ебать! Ну, просто ебать! У него появилось навязчивое желание побежать в ванную и тщательно вымыться. Промыть рот с мылом, чтобы стереть все следы того, что он страстно обнимался с другим мужиком. Пусть и весьма красивым и переодетым в женское платье. Енгук никогда не замечал за собой гомосексуальных наклонностей. Более того, он всегда испытывал отвращение к худеньким манерным мальчикам с тщательно подкрашенными глазами и высокими скулами. Единственным гомосексуалистом, к которому он испытывал некое подобие расположения и даже дружеские чувства, был Ифань. Потому что на «сладкого мальчика» суровый, почти двухметровый китаец, работавший в отделе Дэхёна инженером-механиком, никак не тянул. Втайне Бан надеялся, что у Ву это временное, некое отклонение от нормы из-за чрезмерной концентрации вредных паров в организме. Ифань на подобные слова Енгука лишь молча улыбался и снисходительно закатывал темные холодные глаза. Если он узнает об этом, он не даст ему покоя до конца его дней. Бан вздрогнул и поежился, представив, сколько «чудесных» шуточек он услышит от Дэхёна, Чонопа, Ендже и Чунхона, если те узнают о его страстных лобызаниях с киллером в женском платье. Парень под ним слабо пошевелился и хриплым голосом сказал: - Слушай, ты так и будешь на мне сидеть? Я не хочу ни на что намекать, но ты весьма тяжелый. - Я просто не хочу, чтобы ты сбежал, - отрывисто произнес Бан, окидывая взглядом комнату. – До этого ты настолько яростно сопротивлялся, что у меня отсутствует всякое желание давать тебе хоть немного свободы. – Он приставил нож к горлу киллера и, дернув того за руки, велел: - Поднимайся. Глаза «ЧанДи» сузились, но он покорно поднялся. Бан грубо вывернул ему руку, отчего парень глухо зашипел и выругался: - Эй, потише! Бан толкнул его в спину и хмыкнул: - Не выебывайся. – Он поморщился от боли в разбитых губах и приказал: – Шагай к тумбочке. И без глупостей. Киллер рвано выдохнул, но подчинился. Удерживая нож у сонной артерии, Бан дошел с ним до прикроватной тумбочки и рывком потянул верхний ящик на себя. Пошарив внутри, он вытащил два широких кожаных ремня и велел: - Садись на кровать и вытяни руки и ноги. Парень цокнул языком и покорно вытянул вперед тонкие запястья. Не без издевки в голосе он поинтересовался: - Ты хранишь ремни в прикроватной тумбочке? Любишь БДСМ и пожестче? - Люблю пороть непослушных девочек. – Енгук туго затянул ремень на его руках, так что на молочно-белой коже стали проявляться красные следы. – Он пошарил рукой во втором ящике и достал из-под стопки тщательно сложенных носовых платков револьвер. – А если меня не слушаются, то мы играем в очень интересную игру. Парень напрягся, но саркастично хмыкнул и спросил: «Убить и закопать шлюху»? - Круче. – Енгук положил револьвер рядом с собой и стал затягивать ремень на лодыжках. В голове невольно пронеслась мысль, что, несмотря на то, что ноги у киллера были явно не женскими, если приглядеться, выглядели они весьма привлекательно. Енгук мысленно ужаснулся и добавил. – В «русскую рулетку». Он проверил, насколько туго затянуты ремни и демонстративно взял в руки револьвер. Усевшись в кресло, стоявшее напротив кровати, он направил пистолет на пленника и отрывисто сказал: - Значит, так. Правила простые: я задаю вопросы, ты – отвечаешь. Если начинаешь юлить и притворяться, – он щелкнул спусковым крючком, – я выпускаю пулю прямо тебе в колено. – Он заметил, как побледнел собеседник и ухмыльнулся, морщась от боли в разбитых губах. – Гарантирую, что на каблуках ты больше не походишь. - Догадываюсь, – отозвался пленник, облизывая пересохшие губы. - Имя, - Енгук повел затекшими руками и зябко поежился. Черт возьми, он же до сих пор по пояс голый! Пошарив свободной рукой за спиной, Бан нащупал на спинке кресла тяжелую бархатную накидку и, поколебавшись, закутался в неё как в плед. - А тебе идет, похоже на сутенерский халат, - издевательски заявил пленник, глядя на него исподлобья. – Синий бархат – определенно твой стиль! - Назови мне свое имя, или я снесу тебе башку! – прорычал Бан, чувствуя, что начинает закипать. Парень похлопал глазами с густо намазанными ресницами и протянул: - Фея Сахарное Драже. Несу людям любовь и радость! Енгук скрипнул зубами и навел дуло пистолета на колено пленника. Тот нервно дернулся и поспешно забормотал: - Нет, ну что ты, у тебя совсем нет чувства юмора. – Он глубоко вздохнул и нехотя пробормотал. – Химчан. Меня зовут Ким Химчан. - Химчан, - медленно повторил Бан. Он покачал головой и хмыкнул. – А сокращенно как тебя называют? Чанни? Химэ? - Ради Бога. – Химчан болезненно поморщился. – Если ты продолжишь так же искрометно шутить, то можешь сразу меня застрелить. - На кого ты работаешь? – Енгук демонстративно проигнорировал его выпад относительно своего чувства юмора. Химчан закусил нижнюю губу, видимо, раздумывая. Наконец он покосился на револьвер, который Бан по-прежнему цепко держал в напряженной руке, и ответил: - Я работаю на частную организацию, которая занимается… - Он помедлил и закончил. – Скажем так, решением деликатных проблем. - Проще говоря, ты киллер, - констатировал Енгук. Химчан кивнул: - Грубо говоря, да. Хотя наши услуги не ограничиваются только заказными убийствами. - И что же вы еще делаете? – Енгук прищурился. – Совращаете натуралов и превращаете их в педиков? - О, нет, сладкий мой, эта услуга была только для тебя, в частном порядке, - елейным голоском пропел Ким. Енгук поднял руку и прицелился ему в лоб. Химчан присвистнул и примирительно приподнял связанные руки вверх: - Вау, остынь, я и не знал, что для тебя это настолько больная тема! – Он опасливо покосился на пистолет и продолжил. – Шпионаж, кражи ценных бумаг и предметов, шантаж - спектр вещей, которыми мы занимаемся за хорошую плату, весьма и весьма велик. Он поморщился и повел ногами вверх. - Затекли, - пояснил Ким, поводя руками. Енгук машинально проводил взглядом его широкие ступни с накрашенными ярко-красным лаком ногтями и спросил: - И часто тебе приходится вот так вот… переодеваться? - Ебанная тушь, от нее глаза чешутся, - сквозь зубы выругался Химчан. Он посмотрел на свои ладони, увенчанные длинными аккуратными ногтями с идеальным маникюром, и хмыкнул: - Признаюсь тебе честно, это не первый раз, когда мне приходится напяливать на себя дорогое платье и изображать из себя элитную шмару. – Он лукаво подмигнул Бану. – Но, как правило, с другими клиентами у нас все заканчивалось на стадии обжиманий. - А потом что? – Енгук устало зажмурился. Он не спал уже почти целые сутки и сейчас чувствовал себя как выжатый лимон. - А потом я просто перерезал им горло в темном закоулке вот этим самым ножом, - спокойно ответил Химчан и кивнул в сторону валяющегося рядом с ногами Бана оружия. Тот невольно вздрогнул. Ким тяжело вздохнул: - Но насчет тебя мне дали четкие инструкции. Стараться не доводить дело до драки и поножовщины, ибо ты весьма хорош в ближнем бою. Соблазнить и подсыпать яд в шампанское так, чтобы не было ненужной возни. – Он посмотрел на Бана в упор, и в прищуренных темных глазах Енгук увидел нечто, похожее на уважение. – И теперь я понимаю, почему мне велели быть с тобой настороже. – Он усмехнулся и вытянул ноги вперед: - Ты первый, кто сумел положить меня на лопатки за всю мою профессиональную деятельность. – Он покачал головой и добавил. – Ты себе не представляешь, как меня это бесит. Но, с другой стороны, я искренне тобой восхищен. Обычно у всех мужиков от манипуляций ЧанДи начисто отшибало последние мозги. Енгук скривился и изобразил рвотный позыв: - Поверить не могу, что я лизался с мужиком. - Ох, уж простите, но придется поверить, - весело заявил Ким. – И, хочу тебя порадовать, из всех тех мужиков, которых я убивал и с которыми мне приходилось сосаться, ты был лучшим во всех отношениях. - Да пошел ты, - буркнул себе под нос Енгук, хотя в глубине души он подумал, что в какой-то степени слова Химчана ему даже немного лестны. Он украдкой покосился на бледное лицо Кима. Даже, несмотря на то, что на нем были царапины, следы крови и разводы от размазавшегося макияжа, он не мог не признать, что внешность у киллера была весьма привлекательная. Изящные черты лица, красиво очерченные губы, тонкий нос, выразительные черные глаза с длинными ресницами. Женщины наверняка не могут устоять. Интересно, сколько из них он убил? - Как называется организация, на которую ты работаешь? Улыбка сползла с лица Кима. Он уставился на Енгука исподлобья и, помедлив, сказал: - «Clown Mask». Слышал когда-нибудь о такой? Енгук не сдержал удивленного возгласа. Конечно, он слышал и не раз. Clown Mask была одной из крупнейших азиатских преступных группировок, на которую разведка вела охоту в течение последних десяти лет. На их счету было около полусотни убийств видных политических и общественных деятелей, сотен ограблений и крупных финансовых операций. Как удалось выяснить их агентам, за организацией работы синдиката стоял некто Ханген – бывший член крупнейшего корейского преступного клана, широко известный в преступном мире киллер, виртуозно владеющий боевыми искусствами и знанием болевых точек человеческого организма. Енгуку довелось как-то увидеть его в ходе выполнения крупной операции, и даже беглого взгляда на этого человека хватило, чтобы понять: он не задумывается о морали и ценности человеческой жизни. Если ему нужно убить, то он убьет. Если нужно покалечить – он, не задумываясь, вонзит в человека острый клинок. Если нужно выполнить заказ – он не успокоится, пока не достигнет цели. - Значит, ты работаешь на Хангена… - медленно произнес он, понимая, что дело приобретает иной, более серьезный оборот. Если бы Химчан был рядовым киллером, то можно было бы просто передать его в руки Бюро и спокойно забыть о произошедшем. Но Clown Mask – это уже совсем иной уровень. Эти люди не успокоятся, пока не доберутся до Бана и не сотрут его в порошок. Если Химчан пропадет, то для них это будет сигнал, что их киллер потерпел неудачу. А это значит, что они могут прислать кого-то ему на замену. И не факт, что на этот раз для Бана все может закончиться так радужно. - Ох, ебать… - простонал Енгук, запуская ладони в спутанные волосы и болезненно морщась. – Это же пиздец. - Для меня это тоже пиздец, - мрачно ответил Ким. Енгук поднял на него усталые воспаленные глаза и хотел было сказать, что тот должен просто заткнуться, ведь это не ему сейчас угрожает смертельная опасность, как Ким неожиданно сказал: - Задери мне платье. Енгук уставился на него в упор. В голове возникла идиотская мысль, что этот больной мудак окончательно выжил из ума и теперь пытается заслужить его расположение, предложив ему интимные услуги. Он уже хотел было послать зарвавшегося Кима к черту, как внезапно встретился с ним взглядом. В темных глазах Химчана было нечто такое, отчего Енгук понял, что его пленник говорит абсолютно серьезно и без всяких пасквильных намеков. Он поднялся с кресла и присел на край кровати, где лежал, вытянув ноги, Ким. Чуть помедлив, Бан протянул руку и, чувствуя себя необычайно неловко, задрал подол платья. Во рту невольно пересохло, и Енгук ощутил, как кровь приливает к щекам. - Видишь вот здесь, на животе, клеймо? – Будто сквозь туман Бан услышал хриплый голос Химчана и понял, что тот тоже чрезвычайно смущен. Он пригляделся и заметил красноватую отметину на плоском рельефном животе. По очертаниям она была похожа на… - Дракон… - пробормотал Бан. Химчан кивнул: - Каждому члену организации Ханген лично ставит клеймо. – Он поморщился. - Если честно, то ощущение малоприятное. Когда твою плоть жгут раскаленным железом, то… - Так это не тату? – переспросил Енгук, чувствуя легкий ужас. Ким усмехнулся и покачал головой: - Нет. Он лично прижигает кожу с помощью специального инструмента. Говорит, что через боль мы можем лучше познать единство. Он перевел взгляд на Бана, и тот невольно вздрогнул: темные глаза Кима были наполнены нескрываемым страхом. - А знаешь, какой девиз у «Clown Mask»? – голос Кима понизился до сдавленного шепота. – «Без права на ошибку». – Он скрестил ноги и устало прикрыл глаза. - Или ты убиваешь сам, или убивают тебя. Клеймо, которое выжжено огнем, становится символом твоей доблести. Если ты опозоришься, то клеймо забирают обратно. - Это как? – Енгук невольно почувствовал легкий приступ тошноты. – Неужели вырезают кожу? - Нет, - темные глаза Химчана стали бездонными. – Клеймо, порожденное огнем, забирают с помощью огня. Человека сжигают заживо. - Ох, блядь! – вырвалось у Енгука. Химчан свел ноги вместе и равно выдохнул: - Я провалил миссию, и мне ни в коем случае нельзя возвращаться обратно. Иначе единственное, что от меня останется – это горстка пепла, которую Ханген, Хичоль, Лухан или кто-то из других членов клана выбросит в залив, когда меня торжественно сожгут на глазах у всех. - Он это еще и прилюдно делает? – Впервые за годы шпионской деятельности Бан испытал к противнику нечто, похожее на жалость. Лицо Химчана вытянулось, и он ответил дрогнувшим голосом: - Ханген считает… Что подобные церемонии служат хорошим уроком и мотивацией. – Он зябко повел плечами и добавил: – Видит Бог, после третьего такого публичного сожжения я понял, что это действительно заставляет выкладываться на полную. В комнате воцарилось напряженное молчание. Бан обхватил ладонями голову, чувствуя пульсирующую боль в висках и борясь с подступающим приступом тошноты. Черт возьми, во что он ввязался? Что будет дальше, если уже в самом начале задания, еще до сделки триады с наркодилерами, он попал в такой переплет? Енгук отогнал расползающийся в душе липкий страх и поднял глаза на Химчана. Тот внезапно издал сдавленный вздох и с безнадежностью в голосе попросил: - Слушай, будь другом, пристрели меня сразу. – Он поморщился как от зубной боли и добавил: – Терпеть не могу унижаться перед кем-то как слюнявая девчонка, но, видит Бог, ради того, чтобы меня не облили бензином и не подожгли заживо, я готов на многое. – Он шмыгнул носом и шепотом пробормотал: – Пожалуйста… Енгук ненавидел его всей душой. За то, что он едва не отравил его и не перерезал ему глотку, изрядно потрепав его в драке и превратив его лицо в одну сплошную гематому. За то, что чертов Ким Химчан ворвался в его жизнь, осложнив ее настолько, что голова буквально гудела от обуревавших ее мыслей и эмоций. За то, что он сидел сейчас перед ним, напуганный, несуразный, одетый в женское платье, с размазанным макияжем и смотрел на него пустыми безжизненными глазами, на самом дне которых плескался практически животный страх. Безжалостный киллер, худой, несуразный, умоляющий его о смерти. Енгук ненавидел Химчана за то, что ему было жаль его до дрожи. Он грубо дернул его за руку и отрывисто спросил: - Кто-то из ваших людей есть еще в отеле? Химчан помотал головой и пробормотал: - Нет. Правило Хангена: на задание всегда иди один. Правда, - он тяжело вздохнул, – как правило, несколько наших людей околачиваются по соседству, чтобы докладывать обстановку. Если что, они сразу сообщат о том, что я потерпел неудачу, и на охоту за тобой выйдет другой человек. - Черт! – ругнулся Бан и нервно ударил кулаком по стене. Острая боль пронзила руку, и Енгук поморщился. Слегка помедлив, он достал из кармана мобильный телефон и набрал знакомый номер: - Алло, Дэхён? Это я, Бан. – Он покосился на буравящего его лихорадочно блестевшими глазами Химчана и устало выдохнул. – Кажется, у нас возникли очень большие проблемы. И мне срочно нужна твоя помощь… ***** От Химчана пахло потом, дорогим дамским парфюмом и чем-то удивительно приятным. Енгук втянул воздух в легкие, осторожно вытягивая руку вперед, практически касаясь плеча Кима. Тележку тряхнуло на пороге, и Бан стукнулся головой об стенку. Лежащие сверху простыни смягчили тяжесть удара, но он не сдержал легкого стона. - Тише ты, - практически одними губами прошептал ему на ухо Ким.- Ты мужик или сопливая девочка, орущая при виде любого синяка? Енгук скрипнул зубами и мстительно пихнул Химчана в живот. Тот втянул воздух в легкие, но промолчал и отвернулся. Енгук напряг слух. Он услышал, как заскрипели колеса и резко хлопнула дверь. Бан не сдержал облегченного вздоха: слава Богу, они выбрались из отеля! Он почувствовал, как тележка с тихим скрипом стала подниматься вверх. Послышались приглушенные голоса, в шуме которых Енгук уловил знакомый сердитый баритон. Он покосился на Химчана, которой сидел напротив, съежившись и поджав под себя колени, и тихо сказал: - Мы выбрались. Раздался шум мотора, и тележка резко дернулась. Енгук повалился прямо на Кима, больно ударившись носом об пол. Он застонал и выругался: - Ёб твою мать, только позавчера приехал в Гонконг, и уже нет живого места! - Добро пожаловать, - саркастично отозвался Ким, снимая с лица перемазанное чем-то зеленым полотенце. Кто-то открыл крышку тележки, и в глаза Бану ударил яркий свет. Он невольно прищурился и услышал раздраженный голос Дэхёна: - Если честно, то я ничуть не удивлен. Только ты мог позвонить мне в три часа ночи по местному времени, заявить, что на тебя охотится одна из самых опасных группировок триады и попросить вытащить из отеля тебя и твоего знакомого. Бан поднял голову и встретился с Чоном взглядом. Тот кашлянул и пробормотал: - Но то, что твой друг окажется мужиком в женском платье, я ну никак не ожидал. - Я тоже, - буркнул Бан и, оперевшись на стенку, выпрямился. – Черт возьми, ноги затекли! Он вылез из тележки и машинально подал руку Химчану. Тот смерил его скептическим взглядом и хмыкнул, изящно выгнув подведенную специальным карандашом бровь: - Джентльмен. Он ловко потянулся на руках и выпрыгнул из тележки, едва не толкнув маячившего неподалеку Чона. Ким отряхнул платье и вежливо поклонился: - Доброе утро. Енгук невольно ощутил себя персонажем пьесы абсурда. Дэхён неловко поклонился в ответ и, помедлив, спросил: - А вы, собственно… - Я киллер из «Clown Mask», который пытался его убить, - любезно отозвался Ким, усаживаясь на сидение фургона и с наслаждением вытягивая ноги. Некоторое время Дэхён молча переваривал его слова. Он повернулся к Енгуку и прошипел: - Он… кто? - Я потом тебе объясню, - устало поднял руки вверх Енгук, опускаясь рядом с Кимом и закрывая глаза. - Что значит, «потом объясню»?! – голос Дэхёна повысился, и он навис над Баном, сверля его негодующим взглядом. – Я поднял на ноги всех лучших агентов гонконгской службы! Я нашел два трупа, по внешним признакам практически идентичных вашим телам, за час, повторяю, за час! А ты знаешь, как легко найти в Гонконге два трупа корейцев ростом метр восемьдесят?! - Ты начальник оперативного отдела Внешней Разведки, - вяло парировал Енгук. – Ты все можешь найти. - Кстати, а зачем понадобились трупы? – внезапно подал голос Химчан. Дэхён перевел на него тяжелый взгляд и неожиданно спокойно ответил: - Для того, чтобы люди Хангена не преследовали вас дальше, нам нужно было, чтобы они были уверены в вашей смерти. Для этого мы решили инсценировать несчастный случай. - Поножовщина? – деловито спросил Енгук. Дэхён покачал головой: - Пожар. Вы выпили в номере, захмелели и случайно подожгли покрывало на кровати. – Он передернул плечами. - Бывает так, что непотушенная сигарета падает прямо на постель, где спят беспробудным сном пьяные люди, и все это заканчивается очень трагично. В салоне фургона повисла тишина, прерываемая тихими голосами с передних сидений. Химчан устало потер переносицу и тяжело вздохнул: - А вдруг они не поверят? Вдруг они захотят проверить, действительно ли это мы с Баном и поймут, что это инсценировка? - Максимум, что они найдут на месте пожара – это горстка пепла, - хмыкнул Дэхён. – Поверь мне, люди из Бюро умеют устранять следы. – Он покосился на Химчана и отрывисто сказал: - Надеюсь, ты понимаешь, что, когда мы приедем в Бюро, ты… - Я знаю, что должен вам все рассказать, - перебил его Ким. Он перевел взгляд на Енгука и улыбнулся. – Вы мне как-никак жизнь спасли, а я умею быть благодарным. - А вдруг ты возьмешь и в самый неожиданный момент перережешь нам глотки? – Енгук покосился взглядом на бедро Кима и на широкую резинку чулок, виднеющуюся сквозь разрез платья. Именно там Химчан прятал остро заточенный нож. – Как знать, может, у тебя где-нибудь спрятана игла с ядом? - Если только в трусах, - едко парировал Ким. – А так, я всегда перед заданием засовываю себе булаву в жопу. Ну так, на всякий пожарный. Дэхён прыснул и приложил ладонь к губам, пряча улыбку. Бан почувствовал себя уязвленным и огрызнулся в ответ: - Хорошо хоть не саблю. А то был бы как мальчик-факир! - Хватит пререкаться, - прервал их Чон, качая головой. – Вы похожи на пожилых супругов, ругающихся из-за нового сервиза. - Только у меня есть одно условие, - перебил его Химчан. Чон напрягся: - И какое же? - Выдайте мне нормальную одежду, - Химчан со стоном вытянул ноги вперед и уставился на помятый и перепачканный в чем-то желтом подол платья. – Ей-богу, я больше не могу в этом ходить! ***** - Так значит, ты говоришь, что не знаешь имени прямого заказчика? – медленно переспросил Дэхён, вертя в руках дорогую именную ручку. Химчан кивнул: - Деньги и фотографии мне передавал некто по имени О Сехун. Но, насколько я знаю, он всего лишь мальчик на побегушках. И за этим вряд ли стоит триада, хотя они наверняка общались с непосредственным заказчиком. - То есть, ты думаешь, что за этим стоят торговцы купидиумом, - пробормотал Бан, залпом выпивая большой глоток крепкого черного кофе и морщась. Кофе он ненавидел. Любой, даже самый дорогой и элитный, он вызывал у него настоящее отвращение. Зато он всегда помогал Енгуку взбодриться. Вот почему сейчас, сидя в кабинете Дэхёна и несколько часов кряду допрашивая Химчана, Енгук допивал уже третью кружку, которую ему услужливо поднесла секретарша Дэхёна Сонхва. Сонхва была красивой и очень приветливой девушкой. Но ее кофе по вкусу напоминал блевотину. Химчан отпил из своей кружки и закашлялся: - Вот черт, похоже на блевотину, - прохрипел он, выплевывая кофе обратно в кружку. Енгук невольно улыбнулся: значит, не одного его воротило от бодрящего напитка в исполнении Сонхвы. Химчан вытер губы салфеткой и прищурился: - Как ты сказал? «Купидиум»? Что-то очень знакомое… Разве это не новейший наркотик, который стал очень популярен среди азиатской «золотой молодежи»? - Вы занимались его распространением? – быстро спросил Дэхён, оживляясь. Ким покачал головой: - Нет, но Сехун что-то говорил о нем. Он объяснял, что Енгука надо устранить до субботы, потому что именно на этот день у них назначена встреча с дилерами купидиума. - То есть они знали, что я агент разведки и попытаюсь сорвать сделку? – Бан почувствовал, как сердце начало предательски быстро колотиться в груди. Химчан пристально на него посмотрел и поставил кружку на стол. - Не просто знали, Бан, - ответил он, складывая руки на груди. Енгук невольно отметил, что кисти у него очень изящные, с длинными тонкими пальцами. Пусть и без длинных накладных ногтей. - У меня было полное досье на тебя, - продолжил Ким, не сводя с него пронзительного взора. – Твои фотографии, адрес отеля, в котором ты остановился, твои предпочтения и привычки. – Он увидел, как резко бледнеет Бан, и закусил нижнюю губу. – Словом, такие вещи, которые… - Которые может знать только тот, кто лично знаком со мной, - докончил за него Енгук. В кабинете воцарилась тишина, прерываемая лишь нервным постукиванием ручки Дэхёна по столу. Чон устало поморщился и тяжело вздохнул: - Так значит, среди нас есть «крыса». Некто, кто в курсе того, что и как творится в Бюро, кто знаком лично с хёном и тот, кто знает о нашей операции с купидиумом. – Он взъерошил и без того спутанные и стоящие дыбом волосы и обхватил голову руками. – Черт возьми, как такое возможно?! - Кто помимо нас с тобой знает о моем задании? - тихо спросил Бан, ощущая, как воздух в комнате потяжелел и сгустился до состояния смрада. Почему-то стало тяжело дышать, а нутро наполнилось липкой яростью. Кто, черт возьми, мог предать Бюро? Кто мог так просто взять и воспользоваться их секретными данными для достижения цели? - Я, ты, - Дэхён прищурился. – Ендже, Чоноп, Джело, Крис… - Эти ребята вне подозрений, - покачал головой Бан. – Крис не вылезает из компьютерной лаборатории, донсэны скорее откусят себе язык, чем причинят нам с тобой вред. - Ого, семейные узы! – присвистнул Химчан. – Я думал, что у правительственных шавок все готовы перегрызть друг другу глотки, а вы, оказывается, один за всех, и все за одного! - Пошел ты на хуй, - ласково отозвался Енгук. Химчан шмыгнул носом и протянул: - Так значит, тебе все-таки этого хотелось, любитель БДСМа с ремнями? – Он насмешливо хмыкнул и закинул ногу на ногу, глядя на Бана с вызовом. Почему-то темная липкая ярость, наполняющая его нутро, стала медленно испаряться. Енгук невольно почувствовал себя лучше и подумал, что, как ни странно, своими идиотскими шуточками киллер смог поднять его настроение. Он заскользил взглядом по сидящему напротив Химчану. Сейчас, когда на его лице не было ни грамма косметики, а вместо платья на Киме красовались темные джинсы и черная футболка, он совсем не походил на обольстительную красотку ЧанДи. Без румян и тонального крема скулы стали острее, а линии лица – мужественнее. Черные глаза без подводки и толстого слоя туши, потеряли томную привлекательность и наполнились холодной жестокостью. У милашки ЧанДи был взгляд вдохновленной дурочки, не отягощенной особыми проблемами и трудностями жизни. У Химчана были глаза повидавшего жизнь безжалостного убийцы. И, как ни странно, это делало его намного привлекательнее его женской ипостаси. Бан кожей чувствовал исходящую от него мощную опасную энергетику, делавшую Кима похожим на хищного зверя. Химчан был полон пороков, грехов и внутренних противоречий. Настолько, что хотелось опуститься на самую глубину его темной души и узнать, есть ли у бездны конец. - Об операции знал Тао, но в его алиби я уверен на сто процентов, - медленно сказал Дэхён. - Во-первых, он работал под прикрытием на мафию еще до появления первых партий купидиума и ни разу не показал себя с плохой стороны. Во-вторых, последние несколько дней он безвылазно провел в Пекине, где за каждым его шагом следили наши подставные агенты. Он просто не смог бы передать информацию без нашего ведома. - А в-третьих, Крис, - хмыкнул Бан. – Ты забыл о главной причине, из-за которой наш суровый агент Хуан Цзытао превращается в сопливую девчонку. Дэхён закатил глаза: - Ты чертов гомофоб, хён! - Насчет этого лично у меня есть сомнения, - начал было Ким и ойкнул, когда Бан ощутимо пнул его ногой по колену. - Еще часть бумаг готовила Сонхва, но я сильно сомневаюсь, что она могла иметь к этому хоть какое-то отношение. – Дэхён поморщился. – Она слишком слабая и ведомая для того, чтобы быть замешанной в таких вещах, как наркоторговля. - Единственное, что можно ей вменить – это на редкость гадостный кофе, - кивнул Енгук. Дэхён покусал нижнюю губу и неожиданно побледнел. - Шиндон-хён, - медленно сказал он. – Я обращался к нему за консультацией. Они с Хёсон как-никак эксперты в области химии и органических веществ. - Ты считаешь, что к этому может быть причастен Шиндон-хён? – Бан потряс головой. Вот уж кого не хотелось видеть в роли потенциального предателя. Шин ДонХи по прозвищу Шиндон работал в научном отделе Бюро и занимался изучением нарколептических и наркотических веществ и создания к ним антидотов и противоядий. Немного несуразный и нескладный, Шиндон заставлял улыбаться даже сурового и неразговорчивого Бана. Он ухитрился подружиться со всеми коллегами, невзирая на то, что в Бюро, как правило, не было принято поддерживать теплые и доверительные отношения. Прекрасный специалист и просто хороший человек, он являлся настоящим экспертом в своей специализации. Именно благодаря исследованиям Шиндона ученые Бюро смогли существенно продвинуться в поисках детоксных препаратов для лечения наркотической зависимости. Несмотря на свое телосложение, далекое от корейских стандартов красоты, Шиндон всегда пользовался большим успехом у противоположного пола. Поэтому никто не удивился, когда он женился на Чон Хёсон, одной из сотрудниц лабораторий, красавице, редкостной умнице, имеющей ученую степень в области органической химии. И Шиндон, и Хёсон были друзьями Енгука. Иногда в редкие часы, свободные от работы, он приезжал в их уютный загородный коттедж и пил крепкий чай с восхитительным домашним печеньем Хёсон. На какое-то мгновение в душе Бана появлялось теплое, греющее нутро чувство и возникало ощущение того, что он наконец-то дома. Не в своей серой и неуютной квартире, выделенной ему руководством Бюро, не в очередном дорогом отеле, казино, ресторане, захолустном пабе и в других местах, куда его заносила опасная служба. И тогда он начинал немного завидовать Шиндону. Потому что это здорово, когда дома тебя кто-то ждет. Иногда он начинал думать, что такая вот спокойная и размеренная жизнь – это не так уж и плохо. Высокооплачиваемая работа, пусть и связанная с правительственными секретами, но не предполагающая риск для жизни, красивая жена, уютный дом, две машины миддл-класса. Идеальная жизнь без погонь, постоянной смены места дислокаций, пулевых ранений и пятен крови на асфальте. Жизнь, которой Енгук никогда бы не смог наслаждаться, даже если бы захотел. - Надо обязательно нанести визит Шиндон-хёну и хорошенько его расспросить, - усталый голос Дэхёна ворвался в сознание, отчего Бан вздрогнул и машинально отпил глоток остывшего кофе из кружки. – Я, конечно, сильно сомневаюсь, что такой хороший и миролюбивый человек может быть в этом замешан… - Зря, - неожиданно жестко ответил Химчан. - Никогда и никому не следует доверять. Внешность обманчива, знаете ли. – Он хмыкнул и закинул руки за голову, вытягивая ноги вперед: - Одним из лучших агентов в «Clown Mask» был мой хубэ, МинКи. Внешне, если честно, напоминает настоящего ангела во плоти – хрупкий, тонкокостный, с девичьим личиком и облачком белокурых волос. – Он покосился на Бана и язвительно добавил. – И в женском платье он смотрится даже привлекательнее меня. Дэхён подавился кофе и закашлялся, пытаясь скрыть улыбку. Енгук почувствовал, как к лицу приливает краска, и неловко парировал: - Это определенно повод для гордости. - Так вот, МинКи, или как мы его зовем, Рен, - продолжил Химчан, ероша темные короткие волосы на макушке. В голове Бана невольно промелькнула странная мысль: наверняка они жесткие и не такие блестящие, как искусственные пряди красотки ЧанДи. Настоящий Химчан, без искусственного грима и фальшивого эгье, напоминает ощерившегося волка. Темные глаза смотрят на тебя, выжидая, обманчиво слабые руки в любой момент готовы вцепиться тебе в глотку, чтобы сломать тонкие кости. Это пугает. Это завораживает и почему-то привлекает. - … Он управляется с холодным оружием как заправской мясник, - Химчан невольно поморщился. – Я как-то видел, как он перерезает человеку горло. Ни один мускул на лице не дрогнул, как будто резал яблоко на кусочки. Дэхён кашлянул. Ким перевел на него тяжелый взгляд: - К чему я сейчас тут сижу и разглагольствую? К тому, что никогда не надо терять бдительность. Врагом может оказаться именно тот человек, на которого вы меньше всего думаете. - Например, Сонхва, - пошутил Енгук. Дэхён прыснул, но лицо Кима осталось неподвижным. - Сонхва не тянет на организатора – способностей явно не хватает, да и мужества. - Он вздохнул и покосился на едва тронутую чашку кофе. – Не спрашивайте, почему я так думаю, - шестое чувство. А вот вашим Шиндоном я бы занялся вплотную… - Мы поговорим с ним, - прервал его Чон. Он повернулся к Бану и громко сказал: - Сейчас я отпускаю вас обоих. Выспитесь и поешьте хорошенько, Чунхон отвезет вас на место. Но вот завтра… - Он побарабанил пальцами по столу. – Завтра у нас суббота, а значит, должна состояться встреча триады и дилеров купидиума. Мне, конечно, безумно не хочется, чтобы ты туда ехал, но… - Я понимаю, - прервал его Енгук. – Миссия есть миссия. - Ты говорил, что один из заказчиков убийства Бана называл тебе приблизительное время встречи, - Чон устремил взор на Химчана. – Он говорил, где она примерно состоится? Химчан наморщил лоб и потер пальцами виски. Он неожиданно громко зевнул и пробормотал хриплым голосом: - Простите, просто вторые сутки на ногах… Он что-то говорил про бухту Коулан и про то, что они арендуют яхту. Скорее всего, планируют провести встречу там, подальше от людских глаз. - Я думал, что обсуждение сделки состоится в казино, - Енгук цокнул языком. – Как-никак, наверняка у них там есть тайная комната, предназначенная для таких вещей. - Это вряд ли, - покачал головой Дэхён. – На яхте у них намного больше возможностей на случай, если обсуждение пойдет в неудобном ключе. - В каком смысле? – Вязкий туман застилал голову. Енгук чувствовал себя совершенно разбитым и больше всего на свете хотел оказаться в теплой постели, чтобы наконец-то заснуть. - Трупы можно скинуть прямо в залив, - спокойно ответил Химчан. Дэхён щелкнул пальцами: - Профессионала сразу видно. - Тем более, это нам даже на руку, - продолжил Чон. – Потому что после пожара, устроенного нами в пентхаусе отеля казино, попасть туда было бы намного тяжелее. А так вы двое вполне сможете арендовать катер и… - Погоди, - медленно протянул Енгук. – Что значит «вы двое»? - Трое, - поправился Дэхён. – Я забыл упомянуть, что к вам присоединится Цзытао. Он недавно со мной связывался и сообщал, что среди членов триады пошел слух, что он связан с легавыми. Пора выводить его из игры, тем более что узнал он достаточно… - Кто будет третьим? – прервал его Бан. Неожиданно он вытаращил глаза и воскликнул, показывая пальцем на Химчана. – Ты же не имеешь в виду его?! - А что ты прикажешь мне с ним сделать? – развел руками Дэхён. – Убить его? Спрятать в тюрьму? Нет, потому что нам надо как можно скорее прикрывать лавочку дилеров купидиума, а он, похоже, является одним из наиболее ценных свидетелей. - Но он же киллер, черт возьми! – заорал Бан, начисто теряя терпение. – Он, блядь, пытался меня убить! Ты предлагаешь мне сидеть в засаде с киллером со стажем? - Вообще-то теперь мне нет смысла тебя убивать, - спокойно парировал Химчан. – И потом, разве ты не забыл, что те же самые люди теперь опасны и для меня? В моих же интересах, чтобы их поймали как можно скорее. - То есть ты согласен помогать Бюро? – обрадованно спросил Чон. Ким отсалютовал ему и фальшиво бодро продекламировал: - Служу Республике Корея! - Пиздец, - выдохнул Енгук и уставился на Кима тяжелым взглядом. Тот в ответ пожал плечами и издевательски улыбнулся: - Ну что, будем работать вместе, партнер? Дэхён отвернулся и сдавленно пробормотал: - Я думаю, вы отлично сработаетесь, хён. Тем более что вы уже успели… познакомиться поближе. Он развернулся к стене, но по мелко подрагивающим плечам Бан понял, что руководитель отдела буквально погибает от хохота. - О да, - Химчан послал ему воздушный поцелуй и кокетливо подмигнул. – Я бы даже сказал, очень близко. - Это секретная разведывательная организация или приют для неудачливых комиков? – мрачно отозвался Енгук, подавляя навязчивое желание впечатать Кима носом в подлокотник кресла. Ким хмыкнул и зевнул, аккуратно прикрывая рот рукой. Бан устремил тяжелый взгляд на Дэхёна и отрывисто спросил: - Когда и как нам связаться с Цзытао? - Я постараюсь связаться с ним сегодня же, - резко стал серьезным Дэхён. – Надо и его как можно скорее вытаскивать оттуда, ибо он попал под подозрения в шпионаже, а с предателями в триаде разбираются моментально. Он посмотрел на часы и тяжело вздохнул: - Мы арендуем для вас катер, ключи получите с утра. Тогда же к вам на квартиру подъедет Цзытао, и с ним вы обсудите детали операции. - Что насчет оружия? – деловито поинтересовался Химчан. – Я неплохо обращаюсь с ножом, но стреляю намного лучше. - Как Крутой Уокер? – не удержался Бан. - Скорее как Кайт или Матильда из «Леона», - Химчан улыбнулся, но Бан успел заметить, что глаза его потускнели и наполнились тоской. Бан напряг память. Матильда и Кайт. Двое детей, потерявших семью в юном возрасте и ставших волей судьбы профессиональными убийцами. Он украдкой покосился на Кима, который оживленно обсуждал с Чоном различные модели винтовок. Ким Химчан. Интересно, что же заставило тебя встать на кривую дорожку? - Я сейчас наберу Ифаня и попрошу, чтобы он снабдил вас необходимым оружием и оборудованием. – Дэхён неожиданно приветливо улыбнулся Химчану. Енгук невольно изумился: Чон отнюдь не был любителем неформальных сантиментов, тем более, с пойманными преступниками. «Хитрая сволочь Ким, - подумал Бан, засовывая руки в карманы брюк и тяжело вздыхая. – В платье или без него умеешь же ты втираться людям в доверие». Он громко кашлянул и хрипло спросил: - На этом все? - Да, - Дэхён кивнул ему и устало улыбнулся. – Можете идти. В приемной вас уже ждет Чунхон. Он сначала проводит вас к Ифаню, а потом отвезет в место, где вы сможете спокойно отдохнуть. Он подошел к столу и нажал на кнопку коммуникатора: - Сонхва-ши? - Да, Чон-сонбэнним? – раздался в комнате бодрый девичий голос. - Соедините меня с Ифанем. И скажите, что это срочно. - Да, одну секундочку. Химчан вежливо поклонился и выжидательно уставился на Бана. - Подслушивать нехорошо, - назидательно заявил он и поднял вверх указательный палец. - Убивать людей за деньги – тоже, - парировал Бан, хватая его за локоть и грубо дергая на себя. – Шевелись, я спать хочу. - Я тоже,- Ким дернулся, резко ударяя Бана локтем в живот. – И советую тебе сбавить обороты и перестать вести себя как конченный мудак. Я, конечно, понимаю, что это против твоей природы, но все-таки… Енгук скрипнул зубами, но промолчал. Не было никаких сил, чтобы начинать свару. На пороге он обернулся и, поколебавшись, сказал: - Дэхён-а. Попытайся хотя бы немного поспать. Я знаю, что ты тоже устал. Он вышел за дверь и устало прикрыл глаза. Химчан рядом присвистнул и хмыкнул: - Как неожиданно! Оказывается, наш суровый Енгук способен на нежность и заботу. Несмотря на явный сарказм, в его голосе не было злобы или желания оскорбить. - Тебе ли это не знать, я лично лапал тебя за все интимные места и делал это очень нежно, - отбил подачу Енгук. Он вежливо кивнул Сонхве и быстрым шагом направился в сторону коридора. От усталости сильно кружилась голова, к горлу подступала тошнота, и до боли хотелось наконец-то заснуть и забыться. И хоть немного не думать о том, что завтра ему предстоит сидеть в засаде в компании Цзытао и чертова киллера Химчана. Внезапно за его спиной послышался знакомый хриплый голос: - До свидания, Сонхва-а. - Откуда вы знаете мое имя? – изумленно воскликнула девушка. - Я маг-экстрасенс, - любезно отозвался Ким. – И, кстати, кофе вы готовите просто на редкость хуевый. Сонхва не сдержала негодующего вопля. Енгук ухмыльнулся и невольно подумал, что Химчан не так уж и плох. По крайней мере, у него есть чувство юмора.