S.P.Y.

Глава 3. Die another day – Умри, но не сейчас. Поднимать голову с подушки и просыпаться не хотелось вообще. Енгук невольно почувствовал себя маленьким мальчиком, мечтающим прогулять опостылевшую школу и остаться на весь день в кровати. Он зевнул и потянулся, открывая глаза и невольно щурясь. Во рту поселился привкус чего-то приторного и мерзкого, а ссадины на лице, которое вчера заботливо обработала медсестра, отчаянно саднили. Енгук сел на кровати, потирая веки. В голове вихрем пронеслись события последних дней: казино «Золотой Глаз», знакомство с красавицей ЧанДи, драка, ЧанДи оказывается Химчаном, поспешное бегство из отеля в тележке из-под белья, долгий разговор с Дэхёном, затем – беседа с Ифанем, объясняющим им принцип работы нового снаряжения. Оказавшись в машине, управляемой Чонопом, Бан вырубился практически моментально. Сквозь сон он почувствовал, как кто-то втаскивает его в квартиру, матерясь сквозь зубы и стаскивая с него одежду. Потом некто укрыл его одеялом и выключил свет со словами «Доброй ночи, мудак». Енгук потряс головой. Тем самым человеком вполне мог быть Чоноп, но, насколько Бан знал донсэна, он никогда бы не позволил себе сказать что-то подобное в адрес хёна. Значит… Из коридора донеслись осторожные шаги. Бан моментально схватился за стоявшую на тумбочке тяжелую керамическую вазу. Если эта скотина попытается что-то сделать… Дверь с легким скрипом отворилась, и на пороге показался Химчан, держащий в руках поджаристый тост, намазанный вареньем. Енгук сжал вазу в руке и медленно окинул его внимательным взглядом. Ким явно встал намного раньше него. На нем красовалась чистая белая футболка и спортивные шорты, а волосы были слегка влажными. Скорее всего, он недавно принимал душ. Химчан покосился на вазу в руке Бана и миролюбиво поинтересовался: - Решил облагородить комнату букетиком ромашек? - Я просто тебе все еще не доверяю, - Енгук со стуком поставил вазу на тумбочку и откинул одеяло, поднимаясь с кровати. – Мало ли что придет тебе в голову. - Я не люблю драться вазами, я тебя уверяю, - покачал головой Химчан. Енгук подошел к платяному шкафу и, пробежавшись взглядом по полке, достал оттуда новую черную футболку и джинсы. Слегка помедлив, он спросил, засовывая ногу в брючину: - Это ты вчера дотащил меня до квартиры? - Нет это была Фея Драже, - хмыкнул Ким, откусывая кусок от тоста и тщательно его пережевывая. Енгук натянул на тело футболку и закатил глаза: - Я без шуток спрашиваю. – Он повернулся к Киму и серьезно сказал: - Спасибо. Химчан удивленно вскинул брови, явно не ожидая от него слов благодарности. Он прожевал тост и ответил: - Не за что. И, между прочим, у тебя на редкость убогие трусы. Кто носит белые плавки? Это же белье для мальчиков из младшей школы! - Прости, последние стринги в доме сейчас на тебе, - отбил подачу Енгук. Ким проглотил последний кусок тоста и закатил глаза: - Твои навязчивые намеки на мою гомосексуальность весьма и весьма подозрительны. Уж не связаны ли они с тем, что ты сам играешь за другую команду? – Он отряхнул руки и миролюбиво сказал: - Ладно, хватит пикироваться. Надеюсь, ты помнишь, что вечером нас ждут великие дела? Иди умывайся, а потом – завтракать. - Ты приготовил завтрак и на меня? – удивленно спросил Бан, послушно беря в руки полотенце. - Я положил туда яд, так что советую быть поосторожнее, - мило улыбнулся Ким и, прежде чем Енгук успел что-либо сказать в ответ, исчез за дверью. Бан невольно усмехнулся и пошел к выходу. Внезапно на пороге снова возник Химчан и подмигнул ему: - Только вазу с собой возьми, а то вдруг я нападу на тебя в душе. Енгук прицельно кинул в него полотенцем. Химчан ловко увернулся и скрылся за дверью с тихим смешком. Бан покачал головой и направился в ванную, не замечая, что на губах появилась легкая улыбка. Готовил Ким на удивление хорошо. Тосты получились, именно так, как нравилось Бану, с хрустящей корочкой и в меру поджаристыми, омлет с томатами так же оказался весьма хорош, а оладий Бан съел целых четыре штуки. - Если у тебя всегда такой аппетит, то мне жаль твою будущую жену, - присвистнул Химчан, наблюдая за тем, как Бан залпом допивает кофе. Енгук прожевал кусок омлета и ответил: - Мне, если честно, тоже. Ким взглянул на висевшие на стене пластиковые часы и нахмурился: - Уже двенадцать часов дня. Тебе не кажется, что твой коллега Цзытао как-то не слишком торопится? Енгук побарабанил пальцами по столу. Резон в словах Химчана действительно был, и он достал из кармана мобильный телефон, выданный вчера Дэхёном. Набрав номер, он услышал короткие гудки и усталый голос Дэхёна: - Алло. - Дэхён, когда ты последний раз разговаривал с Цзытао? – выпалил Енгук, неожиданно чувствуя подступающую тревогу. Химчан довольно сильно стукнул его ногой в голень и прошипел: - А поздороваться не хочешь? - Да, здравствуй, Дэхён-а, - исправился Бан, почему-то ощущая себя нерадивым сыном, отчитанным строгой матерью за плохое поведение. - И тебе привет, хён, - сдавленно пробормотал Чон, и в его голосе даже на другом конце провода Бан уловил нотки веселья. Действительно, они с Кимом ругаются как престарелая семейная пара. - Как давно я связывался с Цзытао? – Дэхён посерьезнел. – Еще в восемь утра по местному времени. Он сказал, что собирается к вам выезжать и скоро будет. Енгук невольно повернулся к Киму и встретился с ним глазами. Химчан нервно облизал пересохшие губы и протянул: - Что-то я сильно сомневаюсь, что в Гонконге такие безумные пробки. - Ты должен срочно ему позвонить! – Енгук и сам не заметил, как стал разговаривать на пару тонов выше. – Он не может столько добираться. Если только… - Он осекся. - Если только за ним не идет погоня, - закончил за него Химчан. - Вот блядь! – выругался Бан. Дэхён в трубке испустил тяжелый вздох и мрачно сказал: - Я не могу ему звонить. Ты же знаешь правила: когда агент начинает миссию, он обязан сам связываться с руководством. Чтобы не оказаться под угрозой разоблачения в самый неподходящий момент… - Да положить на кодекс! – Енгук чувствовал себя так, будто вот-вот взорвется! – Ты же сам прекрасно понимаешь, что он и так уже висел на крючке у триады! Они были на грани его разоблачения, и он собирался выходить из-под прикрытия! И, если он до сих пор не пришел, это значит… Он замолчал, отчаянно не желая говорить то, что казалось ему очевидным. Кто-то слил триаде информацию о том, что Цзытао – агент под прикрытием. Скорее всего, та же крыса, что в сговоре с торговцами купидиума. Та сволочь, которая заказала Бана Химчану. Он перевел взгляд на напряженного Кима, который вертел в руках кухонный нож. Внезапно Химчан с силой вонзил лезвие прямо в гладкую поверхность стола. Нож с громким скрипом вошел в твердую древесину. - Дэхён-ши, ты же понимаешь, что они могли не просто его убить? – Резко спросил Ким, наклоняясь к трубке. – О нет, триада не стала бы убивать такой ценный источник информации. Они, скорее всего, станут пытать его до тех пор, пока он не расскажет им все, что ему известно. О деятельности вашей конторы, об операциях по борьбе с наркотрафиком, о том, - он побледнел и сжал зубы, – о том, что мы с Баном живы и скрываемся здесь… Он замолчал, сложив руки на коленях. Ничего не говорил и Енгук, мрачно смотрящий на дорогой смартфон в своей руке. Внезапно воцарившуюся тишину прорезал резкий звонок в дверь. Бан вздрогнул и молниеносно опустил руку на пояс, вытаскивая из кобуры револьвер и щелкая спусковым крючком. Химчан выдернул нож из столешницы и крепко сжал рукоятку в руке. Темные глаза сощурились, и он повернулся к Бану, выставив руку с ножом вперед. Химчан ничего не говорил, но Енгук понял его без слов. За ними кто-то пришел. А значит, надо быть готовыми к тому, чтобы дать отпор. - Что случилось? – в трубке раздался взволнованный возглас Дэхёна. – Что это за звон? Хён, отве… Бан нажал на кнопку «отбоя» и осторожно положил телефон на стол. Затем он бесшумно поднялся со стула и кивнул Химчану. Тот неслышно соскочил со своего сидения, крепко сжимая в руке нож. Темные глаза сузились, а красивое породистое лицо наполнилось холодной решимостью. Сейчас перед Баном стоял не Ким Химчан, любитель дурацких шуток и тостов с апельсиновым джемом. Это был Ким Химчан, профессиональный убийца со стажем, готовый в любой момент перерезать глотку противнику. Прозвучала еще одна трель звонка, но короткая и какая-то отрывистая. Казалось, незваный гость жмет на кнопку из последних сил, буквально вдавливая в нее кулак. Енгук осторожно прокрался в прихожую, крепко сжимая в руках пистолет. Сердце стучало так, будто вот-вот вырвется из груди, и Бан глубоко выдохнул, чувствуя, как кровь буквально закипает от резко подскочившего уровня адреналина. - Открывай дверь, только резко и быстро, - одними губами сказал ему Химчан, вскидывая руку с ножом. – Я нападу на него с другой стороны и постараюсь обезвредить. Он встал практически вплотную к двери и прижался к стене, так что с порога его было невозможно увидеть. Ким кивнул головой в сторону пистолета в руках Бана и еле слышно прошептал: - Если что-то пойдет не так - стреляй. Больше всего Енгуку хотелось заорать, что он на это не согласен. Что это он, как и подобает профессиональному агенту национальной безопасности, должен обезвреживать противника, а не… А не Ким Химчан, который впервые за долгое время набил ему, Бан Енгуку, морду до синяков. Соглашаться не хотелось, но умом Бан понимал, что спорить нет ни смысла, ни времени. Он, поколебавшись, кивнул в ответ и подошел к двери. Щелкнув замком, он медленно нажал на ручку и, покрепче перехватив пистолет, резко распахнул дверь. И замер. На пороге не оказалось до зубов вооруженных головорезов триады с пушками наперевес. Не было и людей Хангена, и наркодилеров купидиума. Расширившимся глазами Бан смотрел на державшегося за косяк побелевшими пальцами Цзытао, прижимающего окровавленную руку к груди. Тао сфокусировал на Енгуке мутный взгляд и прохрипел: - Гэгэ… Я… они меня… Я сумел уйти, но… Не договорив, он резко закатил глаза и рухнул прямо к ногам замеревшего Бана. Енгук перевел взгляд на безжизненное тело и увидел, что на спине расплылось бордовое пятно. Он быстро наклонился и осторожно подхватил Тао подмышки, втаскивая внутрь. Химчан выронил нож и выдохнул: - Господи. Бан резко захлопнул ногой дверь и, уложив Цзытао на пол, огрызнулся: - Не строй из себя кисейную барышню, как будто ты никогда не видел умирающих людей. - Видел и не раз, и, поверь мне, это отнюдь не приносит мне удовольствия, - Голос Кима зазвенел от холодной ярости. Он наклонился к Тао и положил руку на шею: - Пульс есть, но слабый. – Ким поднял глаза на Бана и отрывисто велел: - Быстро закрывай дверь и звони Дэхёну. Тут потребуется профессиональная помощь, он едва дышит. Несмотря на то, что больше всего на свете Бан ненавидел подчиняться другим, он покорно загремел замками, параллельно доставая из кармана телефон. - Дэхён, у нас проблема, - коротко сказал он, услышав голос Чона. – Цзытао у нас, и он тяжело ранен. Срочно нужны медицинские специалисты. - Понял, - моментально ответил Чон. – Сейчас же высылаю бригаду. Енгук нажал на отбой. Химчан успел аккуратно снять с Цзытао рубашку и теперь осторожно касался ладонью окровавленной груди. - Пуля прошла рядом с легким, но, похоже, его не задела, - тихо пробормотал он, вскидывая нож. – Но пулю надо вытащить как можно скорее, она перекрывает артерию. Принеси мне антисептик из аптечки и что-нибудь алкогольное с кухни, пожалуйста. Бан кивнул и стремительно ринулся в ванную. Пошарив взглядом по полкам, он не нашел ничего, кроме принадлежностей для бритья, шампуня и геля для душа. Он дернул на себя один из ящиков, который с явным трудом подался вперед. Енгук ругнулся и выдернул его из креплений, переворачивая содержимое на пол. Не обнаружив там ничего, кроме швейного набора и одноразовых полотенец, он рванул на себя второй ящик. Внутри, к счастью, оказалась небольшая пластиковая коробочка с красным крестом. Пошарив внутри, Бан нашел пластмассовый тюбик с антисептиком и бинты. Невольно испустив облегченный вздох, он вскочил на ноги и бросился прочь из ванной, крепко прижимая к себе аптечку. В голове невольно промелькнула мысль, зачем Киму понадобилась водка, но она моментально испарилась, когда Ким заорал из прихожей: - Скорее, пульс замедляется!!! Енгук рванул на кухню и, вытащив из холодильника ледяную бутылку, бросился в прихожую. Химчан, крепко сжимающий в руке нож, выдохнул: - Слава Богу! Давай сюда антисептик. Енгук бухнулся рядом на колени и трясущимися пальцами отвинтил крышку от флакончика. На своей памяти он видел немало трупов, но почему-то вид бледного, еле живого Цзытао пугал его до дрожи. Он словно был напоминанием тому, что на их службе подобное не редкость. Что старуха с косой найдет тебя, где бы ты ни находился. Если тебе суждено умереть сегодня, значит, ты умрешь. Химчан щедро полил антисептиком окровавленную грудь там и тщательно протер смоченной в прозрачной жидкости тряпкой нож. Выхватив из рук Бана бутылку, он глубоко вздохнул: - С Богом! – И залпом выпил половину. Бан невольно вытаращил глаза. Химчан помотал головой и осторожно прикоснулся к ране на груди Тао: - Прошла через спину и застряла в мягких тканях ориентировочно где-то… - Он коснулся пальцами правой стороны груди. – Здесь. Надеюсь, жизненно-важные органы не задеты. С этими словами он вонзил нож в плоть Тао и сделал глубокий надрез. Енгук прикусил нижнюю губу до крови и выругался: - Блядь! - Боишься вида крови, трусишка? – Химчан прошелся ножом глубже, углубляя надрез. – Держи за края раны, я попытаюсь извлечь пулю. - Не боюсь, просто это мерзко, - огрызнулся Бан и приложился к горлышку бутылки, отпивая большой глоток. Горячая жидкость огнем прошлась по пищеводу, но голова парадоксальным образом прояснилась, и тошнота отступила. Енгук осторожно протер руки антисептиком и положил руки туда, где сказал ему Ким, придерживая края раны. - О, я вижу в аптечке щипцы, это то, что нам нужно, - пробормотал Ким, надавливая глубже. – О, вот и пуля! Енгук смотрел на то, как осторожно он придерживает лезвия, контролируя каждое свое движение. В Ким Химчане явно пропал талантливый хирург. - Ты действуешь так, как будто уже делал это раньше, - не удержавшись, сказал он. На мгновение Ким замер, затем осторожно подцепил рукой щипцы и, вытаскивая из раны нож, тихо ответил: - У меня есть опыт. Пытался спасти родителей. Он замолчал, наклоняя голову и дезинфицируя щипцы. Енгук понял, что дальше лучше не спрашивать, и поспешно сказал: - Если мы вытащим пулю, то все будет не так страшно? - Я надеюсь, - Ким осторожно извлек пулю щипцами из раны и скривился. – Британская. Редкостное говно. – Он кинул пулю в аптечку и достал швейный набор: - Теперь надо зашить и перебинтовать. - Блядь, это отвратительно, - Енгук уставился на свои окровавленные руки и скривил лицо. Химчан помахал у него перед лицом своими красными от чужой крови ладонями и скептически сказал: - Да что ты такое говоришь. – Он тщательно вытер руки и выдохнул: - Продолжай держать, только осторожно. Блядь, эти ублюдки из Бюро когда-нибудь приедут? - Может они попали в пробку? – пожал плечами Енгук, невольно задаваясь тем же вопросом. Действительно, почему они так долго? Насколько он знает ребят из Бюро, они всегда приезжали буквально через пять минут после сигнала. Что сейчас они делают так долго? - Ага, или заскочили по дороге в бар, пропустить пару стаканчиков темного пива, - подхватил Ким, продевая иголку через кожу и делая первый стежок. Это зрелище казалось Бану отвратительным, но, как ни странно, он не мог отвести взгляда от рук Кима. Было что-то завораживающее в том, насколько уверенными и четкими были его движения. Химчан не пугался, не терялся и не жаловался. Он просто делал все возможное, чтобы спасти жизнь малознакомому человеку. Киллер с большим сердцем – разве такое бывает в реальной жизни? Ким затянул узел и облегченно выдохнул, вытирая со лба выступивший пот: - Похоже, все. Бан убрал руки и с отвращением схватился за бутылку водки: - Мне безумно хочется сейчас нажраться. - Еще не время, - ответил Ким, вытирая руки салфеткой и щупая шею Цзытао. - Сначала позвони Дэхёну и спусти с него три шкуры за то, что ваши мудаки до сих пор не приехали. Енгук кивнул и, по пути вытирая руки, пошел за забытым на кухне мобильным телефоном. В голове крутилось множество сумбурных, лихорадочных мыслей, и Бан зажмурился, силясь справиться с подступающим спазмом. Кто же, черт возьми, та крыса, которая сливает дилерам купидиума секретную информацию? Бан испытал невероятное желание поймать хитрого и очень осторожного предателя, который задался целью убрать их с дороги, дабы убить своей синтетической наркотой несчетное число народа. Он взял в руки смартфон и начал было набирать номер Чона, как вдруг из коридора раздался пронзительный крик Кима: - Блядь, блядь, блядь, нет!!! Енгук выронил телефон и бросился в прихожую. Химчан сидел на коленях и делал непрямой массаж сердца Цзытао, который бился на полу в конвульсиях, хрипя и задыхаясь. Увидев Бана, Ким, не прекращая своих лихорадочных движений, закричал: - Блядь, он пришел в себя, и я было обрадовался, что все, пронесло! Но тут он начал задыхаться и биться в конвульсиях, и я, мать твою, вообще не понимаю, что происходит! При такой ране он вообще не должен был приходить в сознание! Бан опустился на колени и приложил руку к сонной артерии. Пульс был резким и слабым. - Они явно накачали его чем-то перед уходом, - медленно пробормотал он, убирая ладонь. – Каким-нибудь своим ебанным снадобьем! - Она… - неожиданно прохрипел Тао. – Он… Бюро… Она… Он… Предатель… Купидиум… Он закатил глаза и обмяк. Черты лица заострились, а тело перестало дрожать. Химчан испустил сдавленный вопль и принялся давить на его грудь с большей силой: - Нет, блядь, нет! - Ох, черт, - выдохнул Бан. Он не мог поверить в то, что Цзытао только что умер у него на глазах. Енгук осторожно коснулся смуглой, влажной от пота и крови кожи, которая все еще хранила живое тепло. Они с Тао никогда не были близкими друзьями. Енгук не любил привязываться к людям, стараясь оградиться от окружающих неким незримым барьером, чтобы не связывать себя ненужными чувствами. Но парадоксальным образом Тао был ему симпатичен. Как хороший человек, как отличный специалист и просто как молодой, полный жизни парень, для которого все еще начиналось. - Пульс есть, но очень слабый, - внезапно сказал Химчан, держа руку на запястье Цзытао. – Еще можно было бы попытаться что-то сделать. – Он ударил кулаком по полу и простонал: - Блядь, были бы у нас инструменты! Почему-то при виде сломленного, готового вот-вот пустить слезу Кима, голова Бана стала проясняться, а болезненное чувство в груди начало утихать, уступая место решимости и адреналиновому возбуждению. - Можно попробовать открытый массаж сердца и стимуляцию током, - сказал он, глядя на Кима в упор. – Чтобы возобновить сердечный ритм. - Блядь, где ты здесь возьмешь дефибриллятор? – заорал Ким. – Мы заперты в чертовой квартире, без всего, пока твои сраные шпионские крысы шляются непонятно где! - Я, мать твою, это знаю! – закричал Бан. – И если бы у нас были сраные электроды… - Постой, - внезапно бледное лицо Химчана вытянулось. – Шокер Ифаня! Тот самый, который он дал тебе вчера! Это было гениально! Настолько гениально, что стало немного обидно оттого, что это придумал не он, Бан. Он метнулся в спальню и достал из темного кейса со снаряжением для миссии небольшой темный прямоугольник. Как сказал Ифань, стоит нажать на кнопку, как оттуда моментально пойдет регулируемый с помощью тумблера сбоку разряд. Енгук бросился в прихожую. Увидев шокер в его руках, Химчан растерянно пробормотал: - Тут нужны электроды. Они должны быть увлажненные и плотно прижатые к груди. Ты разбираешься в технике? Енгук отломил крышку от электрода и взял оставленные на полу щипцы. - В академии у нас была физика и основы технических наук, - ответил он, осторожно отодвигая щипцами провода. – Кажется, это то самое. Он осторожно вытащил два металлических провода и прижал их концами к груди Цзытао. Химчан покосился на него с сомнением: - Думаешь, получится? - У нас нет времени об этом думать, - ответил Бан, щелкая на рычажок тумблера. Он напряг память, вспоминая то, чему учил его подполковник на уроках оказания первой помощи и основах полевой медицины. Кажется, первая стадия должна была проходить при напряжении около четырех киловольт. Установив нужное значение на регуляторе, он осторожно взял электроды в руки и приложил концы к груди Тао. - Погоди! – вскрикнул Ким. – Они же должны быть влажными. Он щедро полил руки водкой и осторожно смочил концы электродов. Затем коснулся ладони Бана и нервно сказал: - Давай я буду держать, а ты – нажимать на кнопку. Так вероятность того, что… Он замолчал, но Бан понял его без слов. Вероятность того, что тебя убьет разрядом тока, будет немного меньше. Все происходящее больше всего на свете напоминало ему сцену из дешевого голливудского фильма. Он сидит посреди прихожей маленькой квартирки на окраине Гонконга, держит в руке разобранный шокер и вместе с покушавшимся на его жизнь киллером пытается спасти жизнь полутрупа. Как в черной комедии. За всю свою карьеру шпиона международного класса Бан пережил немало экстремальных ситуаций, но последние несколько суток были форменным дурдомом. Как катание на карусели под градусом. - Давай! – заорал Ким и приложил электроды к груди Цзытао. Енгук с силой нажал на тумблер. Тело Тао дернулось под воздействием сильного напряжения, но грудь по-прежнему оставалась недвижимой. - Еще раз! – Ким вдавил концы проводов с такой силой, что на коже появились темно-фиолетовые синяки. Они проделали подобные манипуляции несколько раз, и Химчан приложил голову к груди Тао. - Бьется по-прежнему еле слышно, - он вытер со лба пот и велел Енгуку. – Увеличь напряжение до пяти тысяч. А лучше до шести. - Откуда ты знаешь, как обращаться с дефибриллятором? – не удержался от вопроса Бан. – Такое впечатление, что ты делаешь что-то подобное не в первый раз! Химчан сдул волосы с влажного лба и хмыкнул: - Поверь мне, я целыми днями только и занимаюсь, что вытаскиваю пули из малознакомых китайцев и провожу с ними опыты в стиле Франкенштейна. – Он прижал провода к груди и сконмандовал. – Разряд! Енгук с силой повернул тумблер. Тело Тао начало конвульсивно дергаться, но глаза оставались закрытыми, а грудная клетка – неподвижной. - Держи разряд, держи, - сжав зубы, сказал Ким, крепко прижимая провода к коже. Внезапно Тао издал сдавленный хрип и резко дернулся. Глаза резко распахнулись, и китайский агент судорожно глотнул ртом воздух и затих. Он рвано выдохнул и закрыл глаза. Химчан одернул руки и приложил ладонь к сонной артерии. Помедлив, он поднял глаза на Бана и нервно пробормотал: - Блядь, в это сложно поверить, но, похоже, пульс в норме. – Внезапно он схватил Бана за руку и истерично рассмеялся. – Блядь, Бан, мы это сделали! Сделали, блядь, с помощью водки и долбанного шокера Ифаня! - Мать твою, не хватай меня так резко за руку, у меня все еще шокер в руке! – Енгук оттолкнул ладонь Кима, осторожно кладя устройство на пол. – Ты что, хочешь, чтобы нас херакнуло током? Кто нас тогда будет откачивать? Вытащенный с того света Тао? Несмотря на сердитый тон и деланно безразличный вид, в душе Бан чувствовал настоящую эйфорию. Он потянулся к стоящей сбоку полупустой бутылке и сделал добрый глоток. Затем отсалютовал Киму и усмехнулся: - За нас! Химчан забрал у него бутылку и приложился к ней губами. Осушив ее до дна, он вытер влажную от пота шею салфеткой и выдохнул: - За нас. Он покосился на равномерно дышащего Тао и осторожно взял его за руку. - Надо бы перетащить его на кровать. Мне кажется, это не самое лучшее место для того, чтобы восстанавливаться после клинической смерти. Енгук оглядел прихожую. На грязном окровавленном полу то тут, то там валялись испачканные салфетки, инструменты и бинты. Он хмыкнул и пнул ногой пустую бутылку: - Мало похоже на санаторий. Пойдем, перенесем его в мою спальню… Он было подхватил Тао за плечи, как вдруг раздался резкий звонок в дверь. Химчан дернулся и схватился за окровавленный нож. - Триада? – шепотом спросил он, моментально поднимаясь и прижимая к себе оружие. Бан огляделся вокруг и, не найдя ничего, отдаленно напоминающего оружие, поднял с пола шокер. - Не знаю, - помедлив, сказал он и осторожно, практически бесшумно двинулся к двери. – Если это они, то наши дела обстоят очень и очень хуево. Он подошел к двери и, помедлив, заглянул в отверстие «глазка». Химчан округлил глаза и сердито прошипел: - Мать твою, Енгук, ты что, совсем идиот? Тебе запросто могут прострелить глазницу! Такое впечатление, что ты только вчера родился! Вам на ваших уроках шпионского дела не объясняли такие элементарные вещи? - Спокойно, - Енгук швырнул шокер на пол и облегченно выдохнул. – Можешь опустить нож. А хотя, - он загремел замком. – Я был бы не против, если бы ты порубил в лапшу парочку этих тормознутых мудаков. - Я так понимаю, это не наркодилеры, - медленно сказал Ким, послушно кладя оружие на пол. Енгук распахнул дверь. На пороге показался запыхавшийся, всклокоченный Дэхён. За ним маячило сразу несколько человек, среди которых возвышался бледный до синевы Ифань. Увидев окровавленное тело Тао, распростертое на полу, он что-то отчаянно выкрикнул на китайском и, толкнув Чона в сторону, бросился в квартиру. Химчан замахал ему рукой и закричал, показывая на Тао: - Спокойно, все хорошо, он живой! – Он устремил на Дэхёна и спасательную бригаду холодный, полный немой ярости взгляд. – Хотя твои коллеги-мудаки сделали все возможное, чтобы его угробить. - В чем дело? – Енгук пропустил в прихожую медиков и сердито уставился на бледного Чона. – Какого хуя вы так долго ехали? Дэхён не обратил никакого внимания на его грубость. Он испустил сдавленный вздох и, наконец, сказал: - Кто-то дал оперативной группе неправильные координаты. Они поехали не по нужному адресу и заблудились. – Он устремил взгляд в прихожую, где медики уже укладывали Тао на носилки, а Химчан что-то говорил бледному Ифаню, успокаивающе гладя его рукой по плечу. – Когда они мне позвонили и назвали не тот адрес, я ужаснулся и выехал на место. Я ни черта не понимаю, как такое вообще могло произойти. - Крыса показала свои острые зубы, - медленно сказал подошедший Химчан. – И тем самым явно продемонстрировала нам, что имеет доступ даже к той информации, которой владеют только избранные. Дэхён перевел на него взгляд и ахнул, прикладывая руки ко рту: - Черт возьми, ну у тебя и вид! Химачан и вправду напоминал сбежавшего из темницы маньяка. Бледное, измученное лицо было заляпано чужой кровью. Алые пятна покрывали и одежду, и руки Кима. - Енгук выглядит не лучше, - заявил Ким и, послюнявив пальцем, вытер засохшую кровь с ключицы Бана. Тот скорчил гримасу и выругался: - Блядь, что ты творишь?! - Я делаю тебя хоть чуточку прекраснее, - пожал плечами Химчан. – Ты должен быть благодарен. - Чем вы вообще здесь занимались?! – внезапно заорал Чон. – Вы что, избивали друг друга до крови, пока у вас в прихожей подыхал Цзытао?! Внезапно Ким размахнулся и отвесил ему крепкую пощечину. Дэхён дернулся и затих, держась за покрасневшую щеку. - Прекрати истерить и нести бред, - спокойно сказал Бан, мысленно аплодируя Химчану. – Чем мы занимались? – Он посмотрел на свои испачканные руки и цокнул языком. – О, это очень интересная история… ***** - Значит, вы использовали мой шокер в качестве дефибриллятора? – медленно переспросил Ифань, округляя глаза. Химчан кивнул. - Это очень крутая идея, - в обычно безэмоциональном голосе Ву послышались нотки восхищения. - Вытащить пулю, зашить рану, а потом еще и провести реанимацию в полевых условиях, - Дэхён цокнул языком. – Ребята, это высший пилотаж. - Нам бы не пришлось делать ничего этого, если бы твои люди приехали вовремя. – Химчан никак не отреагировал на его комплимент и скрестил руки на груди. – То есть ты утверждаешь, что вместо адреса нашей с Баном квартиры им поступили другие координаты? - Я ничего не понимаю! – развел руками Дэхён. – Я четко сказал Сонхве передать информацию медицинской бригаде. Может быть, она случайно перепутала? - Или это было не случайно, - медленно произнес Ифань, нахмуриваясь. – А нарочно, чтобы дать ценному свидетелю умереть. Он вздрогнул и болезненно поморщился. Химчан побарабанил пальцами по подлокотнику кресла: - В этом есть резон. Она – твоя секретарша. Кто, если не она, имеет доступ к твоим файлам с информацией? Она вполне могла «слить» наркодилерам данные на Бана, раскрыть триаде личину Тао и попытаться помешать спасти смертельно раненого Цзытао. - Но зачем ей это делать? – Енгук помассировал пульсирующие от боли виски. Перед глазами возник образ солнечно улыбающейся, радостной Сонхвы. Она всегда была чудесной девушкой: доброй, веселой, немного наивной и очень дружелюбной. Она крепко дружила с сотрудницей оперативного отдела Джиын, старшим криминальным экспертом Ханой и особенно была близка с Хёсон. Настолько, что даже была подружкой невесты на ее свадьбе. Меньше всего Сонхва походила на хладнокровную убийцу, способную заняться производством и распространением смертельно опасного наркотического вещества. - Ты думаешь, это она стоит за организацией поставок купидиума? – Он перевел взгляд на напряженного Чона. Тот закусил нижнюю губу и отрицательно покачал головой: - Она слишком наивная и слабохарактерная для чего-то такого. – Он немного замялся. – И я бы назвал ее… - Глуповатой, - закончил за него Ифань. – У Сонхвы просто не хватило бы мозгов на что-то подобное. - Но у кого-то другого мозгов могло быть предостаточно, - Химчан сощурил глаза, став похожим на готовящегося к атаке дикого лиса. – Кого-то намного более умного, хитрого и беспощадного. Кого-то такого, кого она хорошо знает и кому бесконечно доверяет. Настолько, чтобы выдать ему секретную информацию, не предназначенную для посторонних. - Это может быть Шиндон, - медленно сказал Енгук, встречаясь с ним взглядом. – Она дружит и с ним, и с его женой Хёсон. Сонхва вполне могла рассказать ему то, что требуется, если бы он попросил. Тем более что он сотрудник Бюро, а значит «свой». - Не сбрасывайте со счетов эту Хёсон, - заявил Химчан, указывая на Бана пальцем. – Если вы считаете, что из-за того, что она женщина, она не может быть организатором преступления, то вы глубоко ошибаетесь. Красивые девушки могут быть намного опаснее, чем кажутся. - Сразу видно, что у кого-то был печальный опыт, - не удержался от подкола Бан. – Жаль тебя огорчать, но Хёсон не могла сделать ничего подобного. - Это твоя бывшая пассия? – Ким насмешливо прищурился. – Покрываешь бывшую подружку, которая теперь милуется с другим? Перед глазами возник ее образ. Она в прекрасном свадебном платье подходит к нему, ослепительно улыбаясь. Она, сдавленно шепчущая ему на ухо полные отчаянных чувств слова. Она, смотрящая на него в упор залитыми слезами глазами. В груди болезненно кольнуло. Енгук отвернулся, крепко сжав зубы. В комнате воцарилось молчание, нарушаемое лишь его тяжелым дыханием. - Хёсон беременна и находится в декретном отпуске, - нарочито громко сказал Ифань. – Она уже на шестом месяце. Купидиум стал активно распространяться всего четыре месяца назад. Навряд ли мучимая токсикозом беременная женщина стоит за этим. - Ладно, значит, ее можно вычеркнуть из списка подозреваемых, - Енгук чувствовал, как Ким буравит его тяжелым внимательным взглядом. – Кстати, Ифань, ты тоже под подозрением. Ты ведь также имеешь доступ к закрытой информации. - Вами двумя я бы пожертвовал без особых сомнений, - без тени улыбки в голосе заявил Ву. – Но подвергать опасности жизнь Цзытао я бы не стал ни за что на свете. - О, погоди, - Химчан присвистнул и усмехнулся. – Я вспомнил, ты тот самый гомосексуальный друг Бана. - То, что он так акцентирует внимание на моей ориентации, подозрительно, не находишь? – Ифань улыбнулся в ответ. - Это явно признак тщательно скрываемой и подавляемой гомосексуальности, - скорбно вздохнул и подмигнул Ифаню Ким. Тот разразился смехом и отсалютовал ему. Енгук невольно поперхнулся и вытаращил глаза. Ифань был холодным, закрытым и необщительным человеком, не любившим открыто выражать эмоции. Видеть его смеющимся и улыбающимся малознакомому Химчану было по меньшей мере странно. Чертов Ким, против его флюидов не смог устоять даже Ифань! - Все ваши идиотские шуточки об ориентации… - пробормотал он. Химчан повернулся к Ифаню и громко заявил: - Он меня целовал! И лапал! - О, ужас! – Ву прижал руку ко рту в притворном шоке. – Как знать, Бан-ши, может, ты и ко мне будешь приставать? - Блядь, Ифань, и ты туда же! – выругался Енгук с нескрываемой досадой. Ву засмеялся и триумфально дал «пять» Химчану. - Я сегодня же вызову к себе Сонхву и допрошу ее, - медленно произнес Дэхён, нарушая атмосферу всеобщего веселья. – И мы обязательно навестим Донхи-хёна и зададим ему пару вопросов. - Он сейчас в Корее? – Ифань откинулся на спинку кресла и вытянул вперед длинные ноги. - Вчера я звонил ему, и он сказал, что в Сеуле. Потому что Хёсон без него одиноко, а он потакает капризам беременной жены, - ответил Дэхён, скрещивая руки на груди. Химчан вздохнул: - Сеул, Сеул… Как же давно я там был последний раз. В комнате воцарилось молчание. Чуть поколебавшись, Енгук покосился в сторону нахмурившегося Ифаня и тихо спросил Дэхёна: - Как Цзытао? - Медики говорят, что он пока без сознания, но его жизни уже ничего не угрожает, - Чон помолчал и добавил, расплываясь в легкой улыбке: – Все благодаря вашим хирургическим манипуляциям. – Врачи позаботятся о том, чтобы он скорее пришел в себя. Но сегодня он вряд ли сможет участвовать в операции в заливе. - То есть мы будем с Химчаном вдвоём? – уточнил Енгук, втайне надеясь на то, что Чон направит к ним другого агента. Находиться рядом с Химчаном наедине было немного неловко. После всего произошедшего недоверие Бана постепенно испарилось, уступив место благодарности и искреннему восхищению. Как оказалось, ножом Ким мог не только перерезать кому-то глотку, но и спасать человеческие жизни. И делать это настолько ловко, что Бан не мог его не уважать. Он пробежался взглядом по Химчану, что-то тихо обсуждавшему с Ифанем. Несмотря на то, что темные волосы были всклокочены, а лицо выглядело осунувшимся и уставшим, Ким был чертовски, завораживающе привлекательным. Настолько красивым, что перед глазами возникли картинки из той самой роковой ночи в пентхаусе казино-отеля «Золотой глаз»«Я целовал его, - пронеслось в голове Бана, отчего во рту пересохло, а сердце забилось в учащенном ритме. – Я трогал его, я ласкал его, и, черт возьми, это было горячо…» Внезапно Ким повернул голову и встретился с ним глазами. Енгук невольно вздрогнул и опустил взгляд, преувеличенно внимательно разглядывая носы собственных ботинок. «Бесит, - раздраженно подумал он, глубоко вздыхая и стараясь выровнять сбившееся дыхание. – Бесит просто до темноты в глазах». Черт возьми, он ведет себя как гребанная девочка-школьница из дорамы. Не хватает еще только начать орать «Оппа!» писклявым голоском и визжать от переполняющих его эмоций. - Я не буду никого к вам прикреплять - это слишком опасно, - покачал головой Дэхён. – Мы же не знаем, кто может оказаться предателем. Лучше постараться не вмешивать посторонних людей. – Он хмыкнул и покосился в сторону Кима: - По мне, так вы отлично сработаетесь. Интуиция подсказывает мне, что вы найдете общий язык. - У тебя на редкость слабая интуиция, Дэхён-а, - парировал Бан. – Больше всего на свете мне хочется открутить этому сладко улыбающемуся козлу голову. - Я тоже люблю тебя, мой сладкий, - скривился подошедший Химчан. – Дэхён-а, вы делали ему прививку от бешенства? - Такое впечатление, что вам по пять лет, - прервал их перепалку Дэхён, качая головой. – Вы ругаетесь как маленькие дети. Он кивнул Ифаню. Тот поднялся с кресла и серьезно заявил: - А теперь поговорим о миссии. Мы прекрасно понимаем, что начало дня выдалось не самым удачным. – Он заметно помрачнел. – Но, увы, мы не можем попросить триаду и дилеров купидиума перенести встречу на другой день. – Он поднял с пола объемистый чемоданчик и подошел к Енгуку. - Здесь нужная вам информация, ключи от катера и некоторое дополнительное снаряжение, которое я успел доработать за сегодняшнюю ночь. Бинокль с большой дальностью видения, пара винтовок с оптическим прицелом и две пары часов с вделанными ядовитыми шипами. - Только не используйте их против друг друга, Бога ради, - влез Дэхён. Химчан закатил глаза, но воздержался от комментариев. - Ваш катер называется «Красный дракон», - Ифань цокнул языком. – Я бы даже не назвал его катером, скорее, это мини-яхта. В случае, если вас обнаружат, в чемодане лежат два поддельных паспорта и водительские права на имена Ли Тэмина и Ким Кибома. - Вы специально подбираете нам имена, как у звезд халлю? – не удержался от вопроса Енгук. Дэхён развел руками: - Мы не специально. - По легенде вы празднуете успешное завершение сделки, - продолжил Ву. – Химчан ака Тэмин продал Бану, или мистеру Кибому, три вагона оптоволокна по выгодным для обеих сторон условиям. Они решили отметить удачное свершение и сняли катер, дабы насладиться крепким алкоголем и прекрасным видом на ночной Гонконг? - А красивые девочки не предполагаются? – быстро спросил Химчан. – Какой праздник на яхте без классных девчонок? - Мы можем переодеть тебя в платье, и ты снова притворишься милашкой ЧанДи, - Бан послал ему воздушный поцелуй. Ким закатил глаза и показал ему средний палец. - Определенно у тебя какая-то ненормальная привязанность к Химчан-ши в платье, - вздохнул Ифань. – Не знал, что ты такой фетишист. - Отправляйтесь через пару часов, - прервал его Дэхён, глядя на наручные часы. – Машина ждет вас внизу, документы на нее и ключи также лежат в чемодане. – Он помялся и неожиданно смущенно сказал: – И да хранит вас сегодня Господь! Он отвернулся и закусил нижнюю губу. Химчан нарушил неловкое молчание, белозубо улыбаясь и пихая Ифаня в бок: - Эй, выше нос, я обещаю, что прикрою тощую задницу нашего мистера Гукки-Гукки! - Блядь, не называй меня так, иначе я выпущу пулю тебе в голову. - Бан забрал чемодан у Ифаня и коротко ему кивнул. Чуть поколебавшись, он пробормотал: - Я надеюсь, что с Цзытао все будет хорошо. Когда очнется, передай ему от меня пожелания скорейшего выздоровления. - Передам, - серьезно пообещал Ифань. Внезапно он неуклюже положил руку на плечо Бана и тихо сказал: - Спасибо вам… за сегодня… - Химчана благодари, - Енгук поморщился. – Если бы не его навыки, мы бы не справились. Дэхён поклонился Химчану и посмотрел на наручные часы: - Нам пора. Еще раз желаю удачи. Тот поклонился в ответ и подошел к Бану, рассеяно вертя в руках пульт от телевизора. Внезапно он вздрогнул и крикнул: - Эй, погодите! Ифань и Дэхён замерли на пороге комнаты. Чон круто развернулся и спросил низким от напряжения голосом: - Что такое? - Перед тем, как потерять сознание, - медленно произнес Ким, наморщив лоб. – Цзытао ненадолго пришел в себя и что-то пытался сказать. Я не помню точно что, но такое впечатление, что он знал предателя. - Она… Он… Бюро… Она… Он… Предатель… Купидиум… - Это точно кто-то из Бюро, - пробормотал Бан, щурясь от возникшего в голове болезненного спазма. – Кто-то, кого он знал лично. Он… Она… Он пытался назвать нам пол, но не смог… В комнате воцарилось тяжелое молчание. Енгук в упор посмотрел на бледного Ифаня и отрывисто произнес: - Никого к нему не пускайте и усильте охрану. Как знать, может, они попытаются устранить его еще раз. Ву кивнул и сжал руки в кулаки. Химчан рвано выдохнул и покачал головой: - Творится какой-то редкостный пиздец. Енгук был согласен с ним как никогда в жизни.