S.P.Y.

Глава 4. Another Day to Die – Другой способ умереть. - Я и не знал, что у корейской разведки так херово с деньгами, - Химчан окинул скептическим взглядом ржавые железные скамейки и брезгливо провел пальцем по покрытому чем-то липким шаткому пластиковому столику. – Как, говоришь, называется это очаровательное судно? - «Осьминожка», - Енгук накрыл скамейку пиджаком и, поколебавшись, сел сверху. В конце концов, лучше ежиться от пронизывающего насквозь ветра, чем морозить задницу на влажной от морской влаги скамейке. – И ты прекрасно понимаешь, что при желании Бюро могло бы снять нам хоть «Титаник». Просто судно должно было вписываться в наше прикрытие. - Почему мы не могли изображать эксцентричных миллионеров на каком-нибудь роскошном корабле? – скорбно вздохнул Ким, усаживаясь рядом. – Швырялись бы деньгами направо и налево, занимались сексом с красивыми продажными девушками и блевали черной икрой прямо за борт. - У кого-то просто давно не было секса, - не удержался от подкола Бан. Он огляделся и прищурился: вокруг то тут, то там было пришвартовано немало кораблей разной степени дороговизны и статуса. - Петтинг был, - хмыкнул Ким, толкая его локтем в бок. – В гостинице «Золотой глаз», недалеко отсюда, с одним ебанутым парнем в его пентхаусе. - Ты не помнишь, Сехун не говорил тебе название яхты? – Бан сделал вид, что не услышал его слов. Химчан покачал головой: - Он только сказал, что это будет вечером и что встреча состоится в бухте Коулан. - Должно быть что-то, что поможет нам определить, на каком судне состоится встреча, - Енгук выудил из чемодана оптический бинокль и фляжку с виски. Сделав большой глоток, он помотал головой и почувствовал, что продрогшее от холодного морского ветра тело потихоньку начинает согреваться. Он протянул фляжку Киму: - Будешь? - Спасибо, – Химчан взял ее в руки и сделал глоток, выдыхая и выпуская в воздух облачко пара. Енгук машинально проследил за движением его рук и остановился взглядом на красиво очерченных губах. Даже сейчас, без красной блестящей помады, они выглядели чертовски притягательно и маняще. Енгук вздрогнул, пытаясь выгнать из головы странные навязчивые мысли и образы. Чертов Ким Химчан, он заставляет его вести себя глупо и иррационально. - Символом их группировки является белый волк, - неожиданно сказал Ким. Он повернулся к Бану лицом и уставился на него в упор лихорадочно блестящими глазами. – Зная любовь ребят из триады к громким эффектам и роскоши, думаю, что яхта будет как-то с этим связана. Он приложился губами к горлышку фляги, отпивая глоток и ежась на пронизывающем ветру. Енгук подавил смутное желание обнять его за плечи и развернул к себе бинокль. Сквозь мощные линзы обзор на выстроившуюся флотилию морских суден открывался замечательный. Маленькие лодочки, обшарпанные, старые подобия катеров, на одном из которых сейчас находились они с Химчаном, дорогие, роскошно отделанные на заказ яхты. «Белая Ночь», «Мария», «Закат над Востоком», «Фея Ночи», «Снежная Волчица»… Бинго! - Мафиози так любят громкие эффекты, - хмыкнул Енгук, передавая бинокль Киму. Тот покорно взял его в руки и непонимающе завертел головой: - Я не вижу! Здесь столько этих гребанных суден, что ничего невозможно понять! - «Снежная волчица», - тяжело вздохнул Бан. Он коснулся пальцами шеи Кима и настойчиво повернул его голову в сторону яхты. – Вот, теперь видишь? - Вижу, - каким-то странным, севшим голосом ответил Ким и поспешно подался вперед, крепко сжимая бинокль в руках. – На редкость идиотское название. Енгук заметил, что щеки Химчана порозовели. Неужели это из-за его прикосновения? Он невольно усмехнулся: так, значит, у Кима эрогенная зона – это шея? Енгук наклонился к Химчану и прошептал, обдавая молочно-белую кожу жарким дыханием: - И что ты там видишь, Ким Химчан? Тот вздрогнул и дернулся, резко оборачиваясь: - Эй, ты что, маньяк?! Енгук расхохотался и осторожно провел кончиками пальцев по изгибу его шеи. Химчан втянул носом воздух и рвано выдохнул. - Так, значит, у кого-то очень чувствительная шея? – вкрадчиво спросил Енгук. - Так, значит, у кого-то есть ненужный хуй, раз ты так нарываешься на то, чтобы я его оторвал? – сердито отозвался Химчан, заливаясь краской. – Мы, если ты помнишь, находимся на задании, а не на пляжной вечеринке! Он сердито фыркнул и развернулся спиной к Бану, устремляя взгляд в окуляры бинокля. Енгук продолжал посмеиваться, выуживая из чемодана второй бинокль. Он знал Химчана без малого несколько дней, но почему-то не чувствовал рядом с ним себя некомфортно или неловко. Даже несмотря на то, что их знакомство произошло при весьма смущающих обстоятельствах. С Кимом ему было удивительно хорошо. Химчан не обижался на его грубые шутки и пересыпанную матом и сарказмом повседневную речь, достойно отвечая на его выпады и не высказывая ни малейшего удовольствия. А еще для Бана он был самой настоящей загадкой. Несмотря на то, что на красивом лице Кима почти всегда играла белозубая улыбка, Енгук чувствовал, что за красивым радужным фасадом скрывается иной человек, который не так прост, как кажется. Жестокий киллер, на чьем счету немало загубленных жизней… который едва не плакал, когда малознакомый ему Цзытао впал в состояние клинической смерти. Подонок или все-таки хороший парень? Енгуку безумно хотелось это узнать. - Смотри, похоже, они собираются кого-то встречать! – Химчан резко схватился ледяными пальцами за его плечо. От неожиданности Бан дернулся и коротко выругался. Покрутив регулятор близости, он устремил взгляд туда, куда показывал палец Кима. С причала «Снежной Волчицы» спустилось несколько людей в черных костюмах. Впереди шел высокий пожилой китаец, который, судя по тому, что остальные держались от него на небольшом расстоянии, явно не был простой «шестеркой». - Смотрите-ка, сам Старый Ли, - впечатленно присвистнул Ким. Енгук оторвался от бинокля и посмотрел на него с непониманием. Химчан, будто почувствовав этот взгляд, ответил на немой вопрос Бана: - Ли Ву, владелец «Золотого Глаза» и один из старейших и могущественнейших членов триады, - он покачал головой. – Видимо, сделка и вправду имеет очень и очень большое значение, раз он лично пожелал присутствовать на встрече. Енгук вновь посмотрел в окуляры бинокля. Чуть поодаль от Ли стоял высокий молодой парень с вытравленными в светлый цвет волосами. - Похоже, тот блондин со странным выражением лица – кореец, - сказал Бан, толкая Химчана в бок. – Знаешь его? Ким пригляделся и воскликнул: - Черт возьми, да это же Сехун! Тот самый парень, который заказал Хангену тебя! Он приносил снимки, досье и деньги. Енгук невольно вздрогнул и повнимательнее посмотрел на озирающегося вокруг Сехуна. Его спокойное и совсем юное лицо казалось ему совершенно незнакомым. Бан напряг память, пытаясь вспомнить, встречались ли они где-то. Почему-то подсознательно ему казалось, что где-то когда-то они уже сталкивались. Где-то он уже видел эти холодные прищуренные темные глаза, безжалостные и жестокие, как у дикого волка. Но, как он ни старался, Бан никак не мог понять, где и как они могли встретиться. Этот О явно откуда-то хорошо его знает. Настолько хорошо, что сумел раздобыть подробное досье на агента секретной службы безопасности. К причалу подъехала дорогая темная машина с тонированными стеклами. Сердце невольно пропустило удар: вот они! Вот они, те самые подонки, которые производят и распространяют чертов купидиум. Енгук покрепче ухватился за бинокль, наклоняясь вперед и лихорадочно наблюдая за тем, как распахивается дверь машины. Из автомобиля вышел высокий и плечистый молодой человек в дорогом черном костюме. Он почтительно распахнул заднюю дверь машины. Енгук слышал напряженное дыхание Кима и невольно сам судорожно выдохнул, чувствуя, что руки покрываются липким потом. - Черт подери, да выходи ты уже! – в сердцах прошипел Ким, сплевывая. – У меня, блядь, от напряжения скоро голова взорвется! Бан не сдержал сдавленный смешок. Из другой дверцы машины тем временем вышел еще один здоровяк в темном костюме, крепко прижимая к себе автомат и настороженно оглядываясь по сторонам. Второй охранник посторонился, выпуская из автомобиля еще одного пассажира. Енгук не сдержал разочарованного вздоха: незнакомец был закутан в длинное, доходящее до земли дорогое темное пальто, а на голове у него красовалась черная шляпа с широкими полями. Невысокого роста, щуплая, закутанная в плотное пальто фигура ничем не выдавала пол и возраст владельца. Телосложение казалось немного хрупким для мужчины, но для женщины наркодилер был слишком уж широкоплечий. Бан внимательно пригляделся к рукам: те были небольшими и достаточно изящными. - Трансвестит чертов, - выругался Ким, судя по всему, тоже не сумевший определить пол незнакомца. Бан невольно хмыкнул: - Не тебе об этом говорить. Тем временем незнакомец и Старый Ли обменялись почтительными поклонами. Китаец что-то сказал наркодилеру, на что тот согласно кивнул и сделал жест рукой в сторону своих охранников. Те синхронно кивнули, и вся компания двинулась к причалу, что-то обсуждая по дороге. Сехун ненавязчиво положил руку на бедро, скрытое длинным пиджаком. Жест казался совершенно естественным, но Бан сразу понял, что О держит руку на спрятанном под верхней одеждой оружии. Триада явно готова к жарким переговорам. - Нам надо каким-то образом попасть на корабль, чтобы услышать, о чем они говорят, - сказал Енгук, откладывая бинокль в сторону. – Мы можем бесконечно пытаться увидеть что-то в бинокль, но ты понимаешь, что это бесполезно. Ким согласно кивнул и поежился на холодном ветру: - Предлагаю подплыть поближе и пришвартовать нашу посудину неподалеку. Мне, правда, пока сложно понять, как мы ухитримся туда забраться: там явно дохера вооруженной до зубов охраны. - С бокового борта, - медленно сказал Бан, нашаривая стоящий рядом чемодан со снаряжением Ифаня. – Мы можем подняться с помощью его пневмогарпуна. - Пневмогарпун? – хмыкнул Ким. – Ты имеешь в виду ту странную штуку, похожую на пулемет, стреляющую веревкой с крепкой присоской? - У Ифаня всегда была склонность называть свои творения дурацкими именами, - Енгук достал пресловутый гарпун из чемодана. – Ты, надеюсь, не боишься высоты и имеешь какой-то опыт в скалолазании. С этими словами он достал пистолет и кинул его Киму. Тот ловко поймал его на лету и щелкнул затвором, проверяя наличие пуль. - Блядь, Бан, только не говори, что ты собираешься залезть наверх, стрельнув этой херней с присоской на борт корабля и используя ее в качестве страховки. - У тебя есть другой вариант? – Бан засунул за пазуху заряженный пистолет и надел на палец кольцо с ядовитым шипом. – Предлагаешь прикинуться доставщиками пиццы и спросить их, не заказывали ли они «Маргариту» или «Четыре Сезона»? - Вообще-то у меня была идея переодеться в бабские платья и прикинуться элитными шлюхами, - Химчан положил в карман пиджака шокер и подмигнул Бану. – Сам знаешь, у меня огромный опыт в таких делах. Енгук не удержался от смешка. Осторожно закрыв чемодан, он выдохнул и кивнул Киму. - С богом. - Я не верю в бога, - неожиданно сказал Химчан странным голосом. – Если бы он на самом деле существовал, то он не позволил бы совершиться многим ужасным вещам. Енгук замер и внимательно посмотрел на Кима. Тот опустил глаза в пол и засунул руки в карманы брюк, зябко ежась: - Иди уже к штурвалу, Бан. Сейчас явно не время для разговоров о высоком. Енгук подчинился, разворачиваясь к нему спиной и медленно идя по направлению к носу корабля. Нажав на нужные кнопки на приборной панели, он запустил мотор и, не удержавшись, украдкой покосился на Кима. Тот неподвижно стоял, опустив голову и не поднимая глаз. Внезапно он вытащил руки из карманов и обхватил себя за плечи, будто отчаянно пытаясь согреться. Было в этом жесте что-то настолько отчаянное и беззащитное, что Бан едва сдержался, чтобы не подойти и не сказать Киму что-нибудь хорошее и ободряющее. Вместо этого он тяжело вздохнул и, повернув рычаг, направил яхту в сторону возвышающейся над блекнущими в тени ее роскоши суденышками «Снежной Волчицы». Сейчас действительно не время для разговоров по душам. Но почему-то Бану безумно, до царапающего внутренности болезненного чувства внутри хотелось узнать, что же гложет Ким Химчана настолько сильно, что он, не терпящий сантиментов и слабостей, позволяет себе терять лицо и показывать Енгуку свою слабую и чувствительную сторону. Он не привык лезть людям в душу, но почему-то ему хотелось знать о Химчане больше, чем о ком-либо еще. Все-таки не каждый мужик засовывал ему язык в глотку по самые гланды и затем пытался перерезать ему горло острым ножом. Такие вещи, как-никак, сближают. Енгук подавил усмешку и развернул руль влево. Судно сделало крутой поворот и с ревом двинулось в сторону причала, разрезая холодные темные воды залива. Несколько капель попало на лицо Бана, отчего тот невольно поморщился. - Что будем делать в случае, если нас поймают? – раздался над ухом хрипловатый голос Химчана. Погрузившись с головой в свои мысли, Бан не заметил, как Ким подошел к нему практически вплотную. Он облизал пересохшие губы и ответил, ловко разворачивая судно и сбавляя ход: - Попытаемся сесть на «Осьминожку» и уплыть на ней куда-нибудь подальше. - Опасно, - коротко сказал Химчан, наблюдая за тем, как Бан наклоняется и достает канат, дабы пришвартовать судно к причалу. – Пока мы отвяжем канат, пока заведем мотор… Они уже несколько раз успеют нас застрелить и утопить наши тела где-нибудь в заливе. - И что ты предлагаешь? – пропыхтел Бан, царапая руки шершавой поверхностью каната и еле слышно чертыхаясь. Он затянул узел потуже и вытер со лба выступивший пот. – Можно, если что, уехать на нашей машине, она припаркована не так уж далеко. - На всякий случай возьми с собой ключи , - Ким подошел к краю лодки и, перегнувшись за борт, тщательно ощупал сделанный Баном узел. Енгук хмыкнул: - Не доверяешь мне? - Просто проверяю, - пожал плечами Ким. – Почему-то мне кажется, что у тебя руки растут из… Внезапно он резко осекся на полуслове и замер. Бан напрягся и полушепотом спросил: - Что-то… - Они идут сюда с яхты! – прошипел Ким, срываясь с места и бросаясь на палубу. – Быстро, нужно попытаться усыпить их бдительность. Выучка профессионального агента дала о себе знать: в мгновение ока Бан оказался рядом с Химчаном на промокшей лавке. Он затолкал чемодан со снаряжением ногой под стол и достал из стоящего рядом мини-холодильника початую двухлитровую бутыль виски и большую упаковку жареных креветок. Судорожно вылив себе в рот немного алкоголя, он подрагивающими руками передал бутыль Киму и громко заорал, старательно изображая пьяного вдрызг гуляку: - О, послушай, мальчик, моя первая история любви! - Блядь, Енгук, SNSD! – простонал Ким, морщась, как от зубной боли. – А почему сразу не Бритни Спирс или Майли Сайрус? - Он прокашлялся и фальшиво затянул: - Мой ангел! - Ауууу-ауууу, - подхватил Енгук, размахивая бутылкой и краем глаза наблюдая за тем, как к их судну медленно приближаются два здоровых широкоплечих парня в темных пальто. - И девчонки! – заливался Ким, пьяно хихикая и размахивая руками. – Мой солнечный свет* - Ау-ау, вперед! – фальцетом пропел Енгук, разражаясь лихорадочным хохотом и обнимая Химчана за плечи. – Давай, брат, зажигай! Поднявшиеся на борт головорезы некоторое время молча слушали, как они с Кимом на пару исполняли нетленные хиты SNSD. Наконец Химчан развернулся в их сторону, демонстративно округлил глаза и пролепетал заплетающимся языком: - О, парни, а вы кто? Вы принесли нам пиццу? Кибом, мы заказывали пиццу? - Н-н-не помню, - прозаикался Бан, открывая рот и морщась. – Р-ребята, вы принесли нам «Маргариту» и «Четыре сезона»? Более молодой и низкий парень засмеялся в голос и ткнул своего напарника в бок: - Да они просто пьяные в стельку! Ты только посмотри на них! - Я вижу, - холодно ответил второй, глядя на Бана проницательным внимательным взглядом. Енгук почувствовал, как по телу прошел легкий холодок и невольно поежился. Этот парень явно намного опытнее и умнее, чем его коллега. Тот, скорее всего, совсем новичок, только недавно вступивший в триаду и даже не получивший определенного статуса. Енгук громко икнул и, взмахнув виски, невнятно продекламировал: - Кто пьян? Я совсем не пьян! Он неловко дернул рукой и вылил содержимое бутылки прямо на ноги Кима. Тот, не ожидавший такого, невольно вздрогнул, но, быстро сориентировавшись, выпучил глаза и закричал: - Блядь, Кибом, какого хрена ты хуячишь алкоголь направо и налево?! Это была последняя бутылка! Он развернулся лицом к Бану и вопросительно уставился на него. Енгук незаметно кивнул и, издав громкий стон, ответил: - Не злись, Тэмин-а, а не то я верну тебе твой вагон обратно! - Засунь его себе в жопу! – Химчан попытался пнуть его по ноге, но потерпел неудачу и неуклюже приземлился на колени. Якобы с трудом поднявшись на ноги, он вплотную подошел к невысокому громиле и, ткнув его пальцем в грудь, невнятно спросил заплетающимся языком, широко распахивая темные глаза и хлопая длинными иссиня-черными ресницами: - Так, вы привезли нам пиццу? Наемник рассмеялся и повернулся к своему напарнику: - Гэгэ, пойдем отсюда! Эти алкаши совершенно не опасные! - Я не алкаш! – возмутился Химчан и, споткнувшись, практически упал на него, неловко хватаясь руками за темное пальто. – Я – бизнесмен! Он выглядел настолько естественно, что Енгук невольно восхитился его актерским талантом. Старший головорез болезненно поморщился и покачал головой: - Не положено. Босс четко сказал, что рядом с яхтой не должно быть ни одной живой души. – Он повернулся к Бану и приказал командным тоном: – Проваливайте отсюда. - Это еще почему?! – громко возмутился Енгук, поднимаясь на ноги и, шатаясь, пошел по направлению к высокому наемнику, размахивая бутылкой. Бан смотрел на него расфокусированным взглядом, но в голове лихорадочно раздумывал о том, как бы найти у него слабое место. Плечи широкие, это видно даже под мешковатым пальто. Широкая грудная клетка, сильные ноги – в бою его вырубить вряд ли получится. Значит, надо уповать на эффект неожиданности. Он приблизился к нему практически вплотную и, насупив брови, прохрипел: - Это бе-з-з-зобразие! Эта з-з-земля общая для вс-с-сех! Где демократия и справедливость?! Второй наемник захохотал в голос, пытаясь отлепить от себя виснущего на нем Химчана с закрытыми глазами. Высокий парень устало закатил глаза и грубо схватил его за воротничок рубашки: - Я кому сказал, что вам надо отчаливать! Мне что, вышвырнуть вас отсюда… Пора. Енгук резко дернулся и, хватая явно не ожидающего подвоха парня за запястье, с силой ударил его кулаком в нос, стараясь попасть по слабой точке. Головорез слабо дернулся и, всхлипнув, закатил глаза и рухнул прямо на покрытый морской влагой пол. - Что ты творишь? – закричал было его напарник и ринулся к Бану, но Химчан, все это время виснувший на нем в полубессознательном состоянии, быстро открыл глаза и, схватив его за руку, коротко ударил по шее. Парень дернулся и обмяк, падая рядом со своим товарищем по несчастью. Тяжело дышащий Енгук перевел дыхание и, кивнув в сторону неподвижно лежащего тела, коротко спросил: - Ты его убил? - Только вырубил, - ответил Химчан, наклоняясь и доставая из-под лавки крепкую бечевку. – Где-то через полчаса очухается. Енгук закусил губу и, поколебавшись, спросил: - За борт? Химчан поморщился и покачал головой, поднимая кулак с бечевкой: - Ради Бога, только давай не будем оставлять после себя горы трупов. Давай просто свяжем их и оставим внутри. Если что, то сможем их потом допросить, они явно что-то знают о деятельности своей группировки. Помедлив, Енгук кивнул головой и опустился на колени, забирая у Химчана кусок веревки и крепко-накрепко связывая запястья неподвижно лежащего наемника. Киллер, который не хочет лишних жертв, это, по меньшей мере, странно и нелепо. Все равно, что проститутка, у которой никогда не было дефлорации, или флорист с аллергией на цветы. Химчан ведет себя как Мать Тереза, и это не может не удивлять. Ким туго затянул узел на лодыжках пленника и взялся за его голени: - Ты бери второго, и давай затащим их внутрь. Енгук согласно кивнул и, подхватив второго наемника под руки, потащил его к двери крытой палубы. Они затолкали продолжавших находиться в отключке головорезов в помещение и плотно закрыли дверь. Енгук повернул ключ в замке и, не удержавшись, громко хмыкнул: - «Не надо лишних жертв!» Иногда мне кажется, что ты учительница младших классов, а не убийца со стажем! Химчан вздрогнул и неловко парировал: - Садись, два, Бан. – Он взъерошил волосы на макушке и спросил: - Ты взял ключи от машины? Енгук кивнул и, похлопав себя по карманам, ухмыльнулся: - Остался только пневмогарпун. С этими словами он положил ключ от каюты в карман и осторожно пошел в сторону скамейки, под которой лежал чемодан со снаряжением. Химчан последовал за ним, ворча: - И почему у вашего Ифаня такая тяга к идиотским названиям? - Он китаец, - пожал плечами Енгук, выуживая нечто, больше напоминавшее пулемет, из чемодана взваливая себе на плечо. – И пидорас. - Ты ебанный шовинист, - Химчан довольно ощутимо пнул его ногой по голени. – И расист к тому же. - А ты носишь бабские платья и красишь губы помадой «Диор», - не остался в долгу Енгук. Химчан округлил глаза и деланно удивленно спросил: - Ты так хорошо разбираешься в косметике? Откуда ты знаешь, что помада была именно Диор? - У меня сестра такой же пользуется, - парировал Бан, спрыгивая с носа корабля и подавая Химчану руку. Тот проигнорировал его галантный жест и хмыкнул, ловко спускаясь на причал: - Оправдывайся, ага. Енгук подавил в себе навязчивое желание дать ему подзатыльник и нащупал во внутреннем кармане пиджака револьвер. - Готов? – тихо спросил он, кивая в сторону возвышающейся «Снежной Волчицы». - Нет, но кому до этого есть хоть какое-то дело? – пожал плечами Ким и, крадучись, двинулся в сторону судна. Стараясь держаться в тени, они медленно приблизились к боковому борту «Волчицы». Енгук внимательно осмотрелся и, прищурившись, устремил взгляд на палубу судна. Казалось, что вокруг не было ни души. Он сделал глубокий вдох и снял с плеча гарпун, разворачивая его к кораблю и прицеливаясь: - Ну, вперед… - Постой, - внезапно резко сказал Химчан. – Давай лучше я. Енгук в сердцах сплюнул и развернулся к нему лицом: - Блядь, ты что, считаешь, что у меня руки растут из жопы?! У меня всегда были лучшие показатели по стрельбе в Бюро! - Я просто хочу пойти первым, - еле слышно сказал Ким. – Я выстрелю и поднимусь, а ты потом полезешь за мной. - У тебя что, комплекс? – завелся Енгук, чувствуя, как в душе поднимается отчаянный гнев. – Тебе что, обязательно надо все делать круче других?! - Я просто боюсь высоты, - еле слышно ответил Химчан, вскидывая голову и глядя на него лихорадочно блестевшими глазами. – Я не смогу спокойно смотреть на то, как ты карабкаешься по этой штуке и потом следовать за тобой. Енгук осекся на полуслове и прищурился, внимательно глядя на Химчана. Тот плотно сжал губы и опустил глаза. Значит, скорее всего, не шутит. Енгук тяжело вздохнул и пихнул Кима в бок, тыкая ему в плечо дулом гарпуна: - Только посмей промазать, мудила. Я тебе лично к херам оторву башку и вставлю ее в жопу. - У тебя какая-то навязчивая страсть к поминанию моей несчастной задницы, - хмыкнул Ким, не сдерживая облегченного вздоха и забирая гарпун у Бана. – Это наводит на определенные подозрения. Он вскинул гарпун вверх и, прищурившись, стал прицеливаться. Енгук поправил воротник пиджака и услышал, как Ким тихо пробормотал: - Спасибо. Почему-то от слов благодарности душа наполнилась теплым, удивительно приятным чувством. Бан неловко вздохнул и пробормотал: - Стреляй уже. А то, пока ты соберешься, нас давным-давно накроют. Пумс! Бечева взмывает ввысь и, перемахнув через борт, приземляется где-то на палубе судна. Енгук впечатлено присвистнул: - Смотрите-ка, и не пиздел, что метко стреляет! - Я еще неплохо умею готовить лазанью, - Химчан дернул за край веревки, проверяя, насколько крепко держится присоска. – Это так, к вопросу о других моих неожиданных талантах. Он судорожно вздохнул и ухватился дрожащими руками за бечеву, подпрыгивая и обхватывая ее ногами. Енгук ощутил укол в сердце и смущенно пробормотал: - Если ты настолько боишься, то… - Заткнись, Бан, - Химчан ловко подтянулся и двинулся вперед. – Я тебе не девочка, чтобы меня утешать и успокаивать. Он рвано выдохнул и стал осторожно подтягиваться по бечеве. Енгук помедлил и, подпрыгнув, обхватил веревку ногами и руками, медленно двигаясь следом за ним. Он слышал сдавленное тяжелое дыхание Химчана и видел, как по бледной коже Кима градом катится пот. Он машинально продолжал двигаться вперед, мысленно взывая к Киму: только не смотри вниз. Только не сорвись. Сердце почему-то колотилось в бешеном ритме, и Енгуку, который никогда не боялся высоты, было страшно до дрожи. Химчан добрался до края борта и, подтянувшись на руках, буквально рухнул на палубу. Енгук мгновенно перемахнул через борт и опустился рядом с ним, неуверенно касаясь рукой подрагивающих плеч. - Ты в норме? – поколебавшись, шепотом сказал он, осторожно поглаживая Кима по острым лопаткам. Химчан поднял бледное лицо с лихорадочно блестевшими темными глазами и, рвано выдохнув, ответил: - Блядь, я проклинаю тот гребанный день, когда с тобой связался! От тебя одни проблемы, я живу как на пороховой бочке! Он провел руками по лицу и вздохнул, уцепляясь подрагивающей рукой за борт: - Почему Ифань не мог придумать такую же хрень, как в шпионских фильмах? Чтобы потом – раз! – нажал на кнопку и моментально взлетаешь! Почему надо было карабкаться самим? Енгук перегнулся за борт и посмотрел вниз, там, где на причале крепко держался противоположный конец бечевы: - При встрече обязательно передай ему свое «фи». А теперь, - он осторожно огляделся. – Нам нельзя здесь оставаться. Он нащупал в кармане револьвер и на цыпочках двинулся по палубе. На корабле царила мертвая тишина, и почему-то Бану стало немного жутко. Он сбавил шаг и внезапно услышал за углом громкие голоса: - Блядь, куда там запропастились Чанёль и Бэкхён? Ты же совсем недавно послал их проверить ту развалюху, которая пришвартовалась неподалеку! - Не представляю, кто вообще может покупать подобное дерьмо, - Кто-то меланхолично хмыкнул. – Разве что для того, чтобы покончить жизнь самоубийством и утопиться прямо на этом шлепанце. Второй человек радостно захохотал. Енгук обернулся к замеревшему Химчану и приложил палец к губам. Ким наклонился к нему и, обдавая кожу горячим лихорадочным дыханием, еле слышно зашептал: - Тот, который сказал про нашу лодку, - это Чонин, он на хорошем счету у Старого Ли. Второй – Сехун, я его уебскую манеру растягивать гласные узнаю везде. Тем временем Чонин тяжело вздохнул и лениво протянул: - Твою мать, ну что они так долго! Я думал, условия контракта уже давным-давно оговорены! - Это тебе не телку выебать, тут дело на не один миллион баксов, - осадил его Сехун. Енгук услышал щелканье зажигалки и шорох бумаги: О явно доставал сигарету из пачки. Сехун шумно выдохнул и продолжил наставительным тоном: - Этот купидиум – на редкость забойная штука. Босс говорит, что наркоши подсаживаются на него практически моментально, так что потом соскочить нереально. Он собирается сбывать его по всей Азии, а потом – выйти на международный рынок. Енгук закусил нижнюю губу, стараясь не дышать. О Сехун, сам того не подозревая, выкладывал сейчас на блюдечке просто бесценную информацию: - Начать он планирует в нашем казино. - В «Золотом Глазе»? – Чонин присвистнул. – Да там же такая пафосная публика! Ты уверен, что они захотят травиться этим говном? - Как будто им кто-то скажет! – О рассмеялся. – О, нет, они подсядут на купидиум, сами того не зная! На палубе воцарилась тишина. Чонин неуверенно спросил: - Ты хочешь сказать, что их ширнут насильно? Приставят пистолет к башке и заставят принять первую дозу? - Иногда я не понимаю, почему босс называет тебя перспективным, хён, - Сехун издал тяжелый вздох. – Не неси ерунду. Они просто сами не будут знать, что попробуют первую дозу. - То есть, ты хочешь сказать… - Босс как раз планирует устроить грандиозную вечеринку в казино в ближайшее время, - Сехун вновь зашуршал пачкой. – Будет целая толпа народа, сливки общества. Только вот повод пока еще не придумали, но за этим дело не встанет. Какой-нибудь День Красного Дракона или Праздник Единения. Енгук еле удержался от возгласа. Позади него Химчан тяжело выдохнул и еле слышно пробормотал: - Вот черт… Ситуация оказалась еще дерьмовее, чем они только могли предполагать. Китайская мафия не просто планирует торговать купидиумом. Она собирается сбывать его практически немедленно. Нужно прикрывать производство как можно скорее, пока ситуация не вышла из-под контроля. Найти их главаря и остановить его до того, как купидиум распространится по всему миру. - Черт возьми, босс реально крут, - восхищенно выдохнул Чонин. – Мы же сможем наварить на этом кучу бабла! Он… - Погоди, - внезапно резко прервал его Сехун. – Ты ничего не слышишь? Енгук невольно дернулся назад и услышал сдавленный вздох Химчана. Вот блядь! Он было развернулся, чтобы начать бежать, как услышал за спиной громкий окрик: - А ну, стоять! Подними руки вверх, иначе я выпущу тебе мозги! Блядь, он не успеет выхватить пистолет. Енгук послушно поднял руки вверх и развернулся. Позади стоял Сехун, цепко держа в руках пистолет на вытянутых руках. Увидев его лицо, он поперхнулся и протянул: - Так-так-так, посмотрите, кто сюда пожаловал! Он перевел взгляд за спину Бана и присвистнул: - Еще один восставший из мертвых! Вот будет сюрприз для Ханген-хёна! - Я думаю, он будет просто в восторге, - спокойно отозвался Химчан, поводя плечами. Подбежавший к О Чонин выхватил из кармана пистолет и направил его на Кима: - И ты, руки вверх! И вообще, сдавайте свое оружие. - Сейчас, - медленно произнес Бан, осторожно косясь в сторону Кима. – Одну секундочку. Ким продолжал невозмутимо смотреть прямо на насупленного Чонина. Внезапно он резко стрельнул глазами в Бана и встретился с ним взглядом. Пора. Енгук резко развернулся на каблуках и стремительно бросился к борту яхты. - А ну, стоять! Раздался звук выстрела, и плечо пронзила резкая боль. Бан невольно споткнулся, но продолжил бежать, чувствуя, как руку пронзает болезненный спазм. Мимо просвистела еще одна пуля. Енгук оттолкнулся от пола и прыгнул вниз, в ледяную воду. Плечо моментально пронзила резкая боль. Енгук крепко сжал зубы и открыл глаза, стараясь привыкнуть к обжигающе холодной воде. Спазм распространялся по всему телу, и Бан ощутил, как от боли сознание начинает затуманиваться. Кто-то резко схватил его за здоровую руку и потащил за собой. Енгук распахнул глаза и увидел Химчана, который быстро орудовал ногами и руками в толще воды, поддерживая его за плечи. Ким показал пальцем вверх. Бан понял, что он предлагает всплыть на поверхность, чтобы набрать воздуха в легкие. Он слабо кивнул и оттолкнулся ногами, стремительно поднимаясь вверх. В ушах гулом отозвался пронизывающий насквозь ночной ветер. Енгук жадно вдохнул воздух, чувствуя, как тело сотрясает мелкая дрожь. - Очень больно? - Он услышал хриплый голос Химчана. Он кивнул головой и с усилием повернулся Киму. Тот улыбнулся синими от холода губами и кивнул в сторону берега: - Осталось чуть-чуть. Догребешь? - Нет, пойду ко дну, - просипел Енгук. – Набирай воздух и плыви, а не то твой ебанутый дружок Сехун и его тупорылый напарник сделают из нас Эмменталь! Он крепко сжал зубы и, морщась от пульсирующей боли в плече, вдохнул побольше воздуха и вновь нырнул в ледяную воду. Химчан покрепче перехватил его за плечо и поплыл рядом, старательно работая ногами и руками. Когда они, наконец, доплыли до берега, Енгук чувствовал себя так, будто вот-вот потеряет сознание. Легкие жгло от нехватки кислорода, плечо ныло, а ноги практически не держали своего хозяина. Вот черт, Енгук. Не будь девчонкой и соберись. - Ты в норме? – хрипло спросил его Ким, пытаясь отдышаться. Енгук выплюнул соленую воду изо рта и ответил сиплым голосом, держась рукой за окровавленное плечо: - Я готов петь и танцевать! - Они не могли далеко уйти! Найдите и приведите их ко мне! – раздался неподалеку наполненный яростью низкий голос Сехуна. - Блядь! – выругался Химчан и, тяжело поднявшись с колен, схватил Енгука за руку. – Бежим! Енгук стиснул зубы и со всех ног бросился бежать следом за ним. Ким выхватил кармана пистолет и обернулся к Бану: - Нам надо как можно скорее добраться до парковки с тачкой. Постарайся не окочуриться по дороге! Они оказались возле запрошенных рыболовецких сараев. Химчан приложил палец ко рту и, крадучись, двинулся вдоль стен. Енгук следовал за ним, чувствуя, как Ким крепко держит его руку теплой влажной ладонью, и практически теряя сознание от боли. Внезапно из-за угла выскочил парень в темном костюме. Увидев их, он вытаращил глаза и открыл рот, явно собираясь закричать и оповестить остальных, но Химчан вскинул руку с пистолетом и быстро нажал на спусковой крючок. Раздался тихий щелчок, и парень рухнул на землю как подкошенный. - Дерьмо, - пробормотал себе под нос Ким. Откуда-то сбоку послышались тихие голоса: - Они не могли далеко уйти, ищи их здесь! Ким беспомощно отступил назад. Енгук огляделся и увидел, что в стене одного из сараев зияет довольно широкая дыра. Он дернул Химчана за руку и ринулся к проему, осторожно протискиваясь между полуистлевших досок. Не удержавшись на ногах, он рухнул на колени, чувствуя, как сзади на него валится Химчан. Ким обдал его кожу жарким дыханием и лихорадочно зашептал: - Скорее, надо где-то спрятаться. Енгук огляделся и показал пальцем на рыболовную сеть, валяющуюся в углу, позади пустых ящиков из-под рыбного корма. Химчан по-пластунски пополз в сторону сети, практически таща его за собой. Возле проема послышался чей-то хриплый голос: - Стой, может, эти ублюдки спрятались здесь? Я пойду загляну. Ким резко дернул его на себя, крепко прижимая к себе рукой и молниеносно накрывая их обоих воняющей тухлой рыбой сетью. Енгук уткнулся лицом в пахнущее морем теплое плечо Химчана и задержал дыхание. У стены раздался громкий шорох, треск и невнятная ругань. Енгук невольно сжал руку Химчана крепче, чувствуя его жаркое лихорадочное дыхание на своей коже. Ким опустил голову так, что их лица были практически на одном уровне и встретился с ним взглядом. Несмотря на то, что легкая одежда Бана была насквозь мокрой от ледяной морской воды, стало невыносимо жарко так, что было тяжело дышать. Боль в раненом плече, страх из-за того, что их вот-вот могут обнаружить, - все стало казаться каким-то незначительным и глупым. Енгук смотрел в антрацитовые глаза Кима и ощущал, как бешено колотится в груди его сердце. Человек прошел по помещению, пнув ногой несколько пустых ящиков. Химчан вздрогнул и закусил губу. Енгук сжал его ладонь в своей руке, осторожно поглаживая её по костяшкам пальцев. - Похоже, пусто! – хриплый голос преследователя раздался буквально в паре метров от них. Енгук невольно задержал дыхание и замер, боясь пошевелиться. Возле стены послышался скрип и шорох. Голоса стали потихоньку удаляться. Некоторое время они продолжали неподвижно сидеть под сетью. Химчан поморщился и шепотом сказал, почти касаясь губами щеки Енгука: - Похоже, они ушли. Бан кивнул и откинул тяжелую сеть, с наслаждением вдыхая воздух: - Блядь, до чего же кошмарно воняет! - Все это время я держал руку на пушке, – неожиданно сказал Ким. – Если было бы нужно, то я бы выстрелил в любой момент. Енгук скосил глаза: ткань на правом плече потемнела от выступившей крови. Он сжал зубы и поморщился. - Просто не хотел подвергать тебя опасности, - Химчан встал на ноги и протянул ему руку. В его голосе Енгук не уловил ни намека на фальшь или сарказм. – Когда ты в таком состоянии… О нем волновались и заботились. Енгук почувствовал, что нутро наполняется болезненным смущением и чем-то еще, заставляющим кровь прилить к испачканному и влажному от пота и морской воды лицу. За все те годы, что Енгук служил на благо Республики Корея, ни один из его напарников не заботился о нем по-настоящему. В Академии в них старательно вбивали основное правило шпиона: главное – это успешное выполнение миссии. Человеческая жизнь не стоит ни гроша. Всегда ставь цель задания выше, чем благополучие напарника. Если нужно – стреляй. Если того требует миссия – убивай. Ты не имеешь права на тоску, жалость или минутную слабость. Ты – машина для осуществления приказов вышестоящего начальства. Он не раз оказывался в таких ситуациях, когда жизнь висела на волоске, и казалось, что все, конец, ему любезно открывают дверь в иной мир, чтобы захлопнуть ее с другой стороны уже на веки вечные. И всякий раз ему приходилось рассчитывать только на собственные силы, потому что для напарников намного важнее была их собственная безопасность. Он не обижался на них, потому что хорошо понимал, что таковы правила игры. В шпионском мире нет места для дружеского расположения или привязанностей. Чертов Ким Химчан. Киллер с ножом наперевес, который ворвался в его жизнь подобно урагану, перевернув все с ног на голову и впервые за долгое время заставив его почувствовать себя слабым. Енгук ненавидел ощущение собственной беспомощности, но почему-то с Кимом это казалось чем-то нормальным. Ким Химчан за этот вечер несколько раз спас его жизнь, таща его на себе сквозь пули триады и выплыв с ним из ледяного залива. Ким Химчан затащил его в вонючий рыболовецкий сарай и держал руку на револьвере, чтобы в любой момент прошибить преследователю голову, чтобы защитить его, шпиона-неудачника Бан Енгука. Черт возьми, впервые он чувствовал себя рядом с кем-то в безопасности. Настолько, что мог доверить ему даже свою собственную жизнь. Енгук оперся на руку Ким и неуклюже встал на ноги. Помедлив, он хрипло произнес: - Ты спас мне жизнь. - Я пытался тебя убить. - Он не мог четко видеть лица Кима в темноте, но чувствовал, что тот смущен. – Теперь мы в расчете. Воцарилось неловкое молчание. Химчан одернул на себе мокрый насквозь пиджак и зябко поежился: - Сейчас не время разводить сантименты. – Енгук ощутил, как плечо болезненно запульсировало, и не сдержал громкого вздоха, морщась и хватаясь за поврежденную руку. – Парковка недалеко. Нам надо поскорее добраться до тачки и доехать до дома. – Химчан обхватил его за плечи, поддерживая. – Дойти сможешь? Дом. Енгук хотел сказать, что обставленную стандартной мебелью из ИКЕА, лишенную каких-либо памятных мелочей и деталей интерьера тесную квартирку в спальном районе Гонконга никак нельзя назвать «домом». Ни тебе камина, ни кактусов-фикусов, ни какой-нибудь фаянсовой собаки у входа. Но вместо этого Енгук прислонился поближе к теплому телу Кима и пробормотал: - Если надо – доползу. Рана, в конце концов, не особо тяжелая. - Я просто разведываю обстановку. Если ты окочуришься по дороге, то мне будет не очень весело тащить твой труп до машины. Енгук глубоко вздохнул и не сдержал сдавленного смешка: - Похорони меня в таком случае на «Осьминожке». – Он толкнул Кима в бок, и они осторожно, крадучись, зашагали в сторону проема. – И спой «Gee» на моих похоронах. Я передумал насчет AC/DC… *исковерканный текст SNSD - Gee