Трансформеры Прайм - Моя версия

– Наиглупейшая идея – отправиться в погоню вместе с Бамблби! Ведь он находится сейчас не в лучшем состоянии! – Ретчет гневно ткнул пальцем в толстую броню Балкхеда. – Он импровизировал, – растерянно провентилировал рекер, поглядывая через плечо автоботского медика, где, на подогнанной к стене плите лежал в отключенном состоянии его желто-черный соратник. – Думаю, тут я больше виновата, чем Балкх, – спрыгнув с насиженного на лестнице местечка, уверенно отчеканила Найра. – Это я надоумила Би, чтобы ни случилось, не сдаваться и рассчитывать на себя. И мы все знаем, что мало кого из нашей компании можно переубедить, возьми мы что себе в процессор. Пока он сидел смирно и пожирал себя самокритикой, было проще… – экс-генерал с усилием выгнула спину, расправляя усталые плечи и где-то внутри смеясь над тем, что после спарринга с нею, этот «калека» спустился в общую залу и, под шумок-таки уломал Балкхеда взять его с собой на задание, в ходе которого и навернулся с отвесного хребта. – Эй! Би приходит в себя! – возвестил Рафаэль, не отходивший ни на шаг от своего друга с того момента, как Балкхед принес его бесчувственного на базу. Большие светлые окуляры разведчика засветились. Издав похожую на барабанную дробь серию сигналов, колесник сел на плите. – Ты уже лишился вокалайзера и Т-шестерни, – всплеснул манипуляторами Ретчет. – Ты что, хотел утратить еще и искру?! Желто-черный мех лишь устало прогудел, пряча взгляд. – Не говори так, Бамблби, – возмутился Раф. – Ты не бесполезен! «Бесполезен,» – Найре много раз приходилось слышать подобные заявления, и каждый из них становился для нее точкой кипения. Только что вернувшись с задания по изучению странного сигнала и напоровшись на отряд десептиконских сикеров, фем не была в настроении слушать чье-то нытье. Вражеские летуны, видимо посланные с той же миссией, крепко сели на хвост и упорно держались там. Перебежчице пришлось сбить всех. Найра очень не любила подобные исходы. Вдобавок, сигнал, разыскиваемый всеми, оказался еще одной ловушкой человеческой организации «МЕХ», которая не сработала. Издав короткий звук, схожий со сдавленным рычанием, серебристая сикер досадливо зажала сопряжение пальца между дентопластин и отвернулась. – Чего ты? – обратился к ней Балкхед. – Да так. Просто мысль, – отмахнулась фем. – И какая? – Не-е... – Да говори уже! – вспылил рекер. – Просто не думала, что наш Бамблби из тех самых идеалистов, мнящих, что если они не совершают невозможного и, как говорят здесь, не хватают с неба звезд, то они ни на что не способны, – смешливо проговорила экс-десептикон. – Если не выделяются чем-то, то – никто. – она развернулась и одарила удрученного разведчика уничижительным взглядом. – Если он собирается так ныть все оставшееся время, то давайте просто его пристрелим. Все присутствующие воззрились на Найру с ошарашенным негодованием. – Что?!! – выкрикнули одновременно Раф с Мико. – Ну, так и нам шестерню искать не придется, и он трепать нейросети, в том числе свою, перестанет. А делов-то – шмальнуть разок. Нет, я серьезно, – фейслист сикерши вместе с вокалайзером выдавливали из себя все, что только можно, чтобы свести все сказанное той в шутку и хоть как-то перекроить ее жесткий, рациональный ход мыслей бывшего генерала на автоботский манер. – Он сам утверждает, что он бесполезен, а значит, он обуза для команды… Бамблби вскочил, просигналив так громко и звонко, что у стоящего рядом Рафаэля заложило уши. Найра так же резко, одним движением, схватила того за плечи и посадила обратно, сев на колено напротив. Теперь ее темно-синий окуляр и бледный – неработающий зависли в дециметре от крупной голубой оптики разведчика. – То, что стряслось с тобой – вообще не проблема! Сколько можно себя жалеть?! Просто смирись уже и начни адекватно оценивать свои возможности. Я тысячи раз водила армии в бой и половину из них делала это с испорченными крыльями потому, что во вторую – целую половину, к концу почти каждого боя мне эти крылья гнули, ломали, отрубали или вырывали вместе с креплениями! Это же касается и всех остальных конечностей. Если бы я сдавалась после каждого раза, меня бы уже давно раздавили! Я знаю, какого тебе сейчас. И все равно, можно жить и без обоих манипуляторов, без ног или Т-шестерни. Потерял что-то? Отпусти! Используй того, у кого это есть. Но если ты себя угробишь, или подставишь товарищей по команде, которые и без того вон из брони лезут, хватаясь за любую возможность, чтобы тебя починить… – она встала и глянула на него сверху вниз, – кому ты такой нужен?.. Просто сиди смирно, не мешай нам и жди дальнейших приказов. – Найра, – Балкхед почти подскочил к сикерше, собираясь возразить, но та с готовностью вперила в него свою дефектную оптику. – Проблема не в том, что он чего-то может или не может. Проблема в том, что он уже сам подписал себе приговор. Он отказывается приспосабливаться. Не дожидаясь продолжения бурной реакции на ее речь, фема развернулась на пятках и покинула общую комнату.

***

Поцвирикание местных насекомых и отдаленно доносившийся шум из пригорода наполняли утреннюю зорьку, начиная новый день. Вчера, с какой-то десяток циклов назад, эти места являли собой настоящий ад для тех, кому повезло здесь оказаться. Но мир не рухнул, даже когда на него с неба посыпались боеголовки и полилась кислота. Жизнь продолжалась. Сейчас об ужасах прошедшей ночи напоминали лишь разрушенные строения, выпускающие тонкие струйки дыма в располосованное огнями небо. Глядя на это небо широко распахнутой синей оптикой, Найра опустилась на разбегающийся под легким движением ветерка песок, поймав облупившиеся наколенники обоими манипуляторами, и проговорила: – Алмера с Ревудом пошли к ближайшему поселению за едой. Лежащий рядом с фем алый мех, коротко кивнул. Их союзники – крыланы, все же относились к органикам и нуждались в регулярном пополнении «топлива». Все они не ели со вчерашнего утра, и у всех от голода поводило животы. – Не думаешь, что они могут найти там себе неприятностей? Твоя работа защищать их. – Скайфаер подложил манипуляторы под шлем, устремив взгляд в даль. – Защищать, а не нянчиться, – улыбнулась сикер. – Когда они избавились от своего дорогого убранства их стало не отличить от обычных горожан. – Надеюсь, броню они снимать не стали. – Конечно. Спрятали под рубахами и в рукавах. Как обычно. Не стоит же Алмере свистеть своими протезами. – Как Капсор? – Ему лучше. Мисота крутится вокруг него, без остановки, а Лаул путается у нее под ногами. – Хах, надеюсь этот балбес заслужит свое прощение раньше, чем его все же решат казнить. Согласившись с утверждением своего соратника, Найра проследила за его взглядом и сладко провентилировала. Перед ними, бесконечной гладью раскинулось кислотное море – единственное место, где зеленая все проедающая жидкость не проходила сквозь почву, а оставалась, скапливаясь в огромной чаше. На горизонте забрезжил рассвет. Бегущие к берегу волны играли в его свете бликами, собираясь в барашки и разбиваясь о берег. – Какая занятная планета, да? – сикер вальяжно откинулась назад, опершись на подставленные локти. – Технологии развиты достаточно хорошо, но бытуют расовые предрассудки. Они летают на кораблях на другие планеты, но прислугу заставляют взбираться по длиннющим лестницам. Есть море, но в нем не искупаешься. Хотелось бы увидеть все это, после того как все конфликты разрешатся. Когда все кончится… Я определенно вернусь сюда позже. Алый мех слушал ее, все мрачнея и мрачнея. Когда фем замолкла, удивленно глядя на своего сослуживца, он сел, вперил взгляд в песок и произнес: – Уже не вернешься.

***

Гринмен наблюдал за парочкой сидящих на берегу сикеров из иллюминатора шаттла, стукнувшись лбом в армированный слой толстого стекла и глядя на них исподлобья. Они – командирский состав, вместе пережили славный бой, и все равно фемка пошла поболтать не к нему, а к этому красноперому дурачку. Ну, как дурачку? Просто ему слишком везло. Было ясно, что Скайфаер и сам ожидал этой встречи тет-а-тет, и именно по этой причине дал указание Йормусу отчитаться перед прибывшим Теилхардом вместо себя. Последовав его примеру, Гринмен наделил теми же полномочиями Броука, выиграв для себя несколько приятных мгновений одиночества. Так он ждал, блуждая в своих мыслях, до тех пор, пока серебристая фигурка на горизонте вдруг резко не вскочила с песка и не выкрикнула что-то, от чего, алый силуэт рядом весь сжался. Затем он что-то ответил, поднялся, и они оба направились к опущенному трапу их корабля, с трудом сдерживаясь, чтобы не перейти на бег. Им явно было, что обсудить там, где их не услышат. Гринмен отпрянул от окна и потер окуляры, поймавшие несколько солнечных зайчиков разыгравшегося в полную силу рассвета. Зелено-оранжевый колесник уже подумывал, не направиться ли этой парочке на встречу, дабы, якобы случайно, испортить предполагаемое свидание, как у соседнего, припаркованного вплотную к ним корабля опустился трап. Оттуда появился хозяин судна – Теилхард. Донельзя раздосадованный чем-то он, с трудом сдерживая свои подергивания, направился туда же, где только что скрылись серебристый и алый сикеры. Это не могло не привлечь внимание десептиконского разведчика. Вслед за озлобленным мехом на корабль почти вбежал Броук, пытаясь тому что-то объяснить. Спустя наноклик из шаттла Теилхарда вылетел Йормус, но видя, что его просто игнорируют, сложил манипуляторы на грудной платине и снова скрылся в корабле, решив предоставить разборки командующих им самим. Вот тут Гринмен прекрасно понял, что произошло. Теилхард отказался принимать отчеты о проведенном сражении у простых ефрейторов, пусть их на это назначили сами командующие. И сейчас этот выскочка направлялся высказать свое «фе» тем, кому взбрела в процессор такая «отвратительная» идея. Уголок топливоприемника колесника довольно пополз вверх. Испортить свидание дружку было бы забавно, но этот Теилхард уже здорово начинал его раздражать. Зелено-оранжевый десептикон вышел в коридор, затворив дверь в свой отсек и быстрым, бесшумным шагом направился вдоль ветки коридора, ведущей к центральному проходу. Перед поворотом он остановился и точно расслышав, как за Найрой и Скайфаером закрылась дверь отсека мечника. Колесник молча ухмыльнулся и, развернувшись в противоположном направлении, ускорил свое движение навстречу Теилхарду. Расслышав шаги командующего за два поворота, Гринмен резко сбросил темп, придавая ему характер прогулочного и, уже собираясь обогнуть последний угол, встал, чуть не столкнувшись с массивным и очень сердитым синим сикером. Тот, не ожидавший такой скорой встречи, сжал дентопластины. – Ты… – Командующий, – причмокнул Гринмен, словно отвечая на негласное приветствие и подмечая, что этот мех не просто хочет выплеснуть здесь свое негодование. Будь это так, разведчик бы уже оказался под кипящей струей упреков, а тут глава миссии даже смутился. Теилхард пришел сюда с какой-то определенной целью. – К-какого Юникрона ты отправил мне этот сброд?! – процедил сикер. – Сброд? – зелено-оранжевый мех улыбнулся, видя, что его собеседник решил вернуться к первой, безопасной, теме. – Неужели ты так велик, что не можешь себе позволить и с простым воином переговорить? – Чтобы я больше такого не видел! Отчетность об операциях – ваша задача, и не смейте ее ни на кого перекладывать!.. Не важно. Я здесь не за этим… – Да ну? – вот тут Гринмен действительно удивился. – Мне нужна Найра, – твердо заявил Теилхард. «Так просто?! Как-то ты быстро решил раскрыть все карты, – колесник уставился на него с еще большим подозрением. – Куда ты торопишься?» Он потер надбровную дугу, силясь не потерять своей наигранной веселости. – О как! Знаешь, мне она тоже нужна, и Старскриму, а уж как Скайфаеру нужна… – Прекрати паясничать! – синий мех сдвинулся, желая обойти преграждающее ему путь препятствие. – Ну и зачем же тебе эта фемочка? – поинтересовался колесник, сдвинувшись одновременно с Теилхардом. – Если что важное, ты только скажи, я ей все передам… – Она хоть и справилась со своим заданием, и никто из сената не погиб, но мы уже не можем утверждать, что власть находиться только в их руках. – Да-да. Кто бы мог подумать, что защищать верхушку придется от своих же. Верно? – Поступили сведения, что у нее на этот счет были личные интересы. Ваша компания мне сразу не понравилась. – У-у интересы? И откуда же они поступили, эти сведения? – Не твоего процессора дело, исчезни! Сине-серая масса нависала над колёсником все больше. Тот понимал, что стоящему перед ним достаточно просто трансформироваться и ударить по газам, чтобы в один клик уничтожить его, но упрямо продолжал гнуть свою линию. – Ну-ну, командующий, это все, конечно, очень интересно... – Генерал сейчас на корабле? – Теилхард наклонился вперед так, что чуть не уперся с ним лоб в лоб. Такого сближения Гринмен не ожидал, не столько из этических соображений, сколько из-за исключения возможности множества стандартных атак при такой короткой дистанции. – Да, они сейчас в каюте Скайфаера, – сплюнул он, чуть понизив вокалайзер и понимая, что сам начинает нервничать. Затем, сглотнул, привычным усилием подавив это чувство, и снова расслабился, окончательно бросив затею понять, чего ожидать от находящегося перед ним субъекта. Зелено-оранжевый колесник выпятил грудную пластину вперед, язвливо улыбнулся: – Парочке надо пошептаться. Не стоит им мешать, – и заговорщически подмигнул.

***

– И ты не сказал мне раньше об этом?! – воскликнула Найра, хлопнув себя манипуляторами по гидробакам. – Хр-р, почему последнее время все что-то мне недоговаривают?! – Я надеялся найти решение! – просительно произнес Скайфаер. – И все почти получилось… до того, как на простых жителей с неба посыпались обломки боевых кораблей! – Я тоже один раз уже понадеялась, и это плохо кончилось. Скайфаер, изменившись в фейслисте, удивленно глянул на свою подругу. – Ты о той автоботке?.. Найра коротко кивнула. Скайфаер уселся на плиту, сцепив пальцы в замок. – Я пытался намекнуть Мегатрону с помощью турнира. Теперь же, он не намерен разбираться с подобного рода проблемами. «Они много знают о нашем новом вооружении» – сказал он. Оставлять следы для ботов мы права не имеем. – В итоге, не важно, кто победит в этом перевороте, – подытожила фем. – Что крыланы, что дофусе или миниконы – их всех уничтожат. – Переворот даже не успеет закончиться. Наши основные силы уже получили приказ о передислокации, через два дня по времени этой планеты.

***

– С дороги, – просипел Теилхард, не столько не желающий применить силу, сколько – потом объясняться перед начальством, и еле сдерживая себя, чтобы не открыть по наглецу огонь. Гринмен же упрямо стоял на своем – во всех смыслах этого выражения. – Ты же сам сказал: все мы – одинаковые болваны. За любую глупость готовы стоять до конца. Это была последняя капля. – Неужели? – синий мех опустил манипулятор и вытащил из клапана на ноге уже знакомый им инструмент. Гринмен с трудом подавил желание отшатнуться. По уставу он не имел никакого права ни только перечить – что, собственно, сейчас и делал, – но и как-либо вредить своему командующему физически, во время миссии. То есть, даже за мягкую оплеуху с него снимут голову. И что делать, когда запрещено защищаться? Зелено-оранжевый колесник уже ожидал удара шокером, как два разветвленных конца, выдвинутых из параллелепипедообразного устройства спрятались и их место заняла тонкая и острая металлическая пластина. Оказалось, что синий сикер выбрал другую функцию своего карманного прибора и теперь сжимал в манипуляторе короткий кинжал. Это все здорово упрощало дело. Гринмен всей своей искрой ненавидел, испытанную им самим во всей красе, пытку электричеством. А вот подобная игрушка была для него просто смешна. Гладкое, блестящие острее уперлось в лобную пластину меха. – Я последний раз предупреждаю, – скрипнул дентами Теилхард. – Уйди с дороги. – В его окулярах мелькнули искры безумия. Этого было достаточно, чтобы упрямство колесного кона распалилось еще сильнее. – Спорим, что и с места не сдвинусь? – улыбнулся он с еще более безумным азартом. Манипулятор синего сикера дрогнул. Острее вошло в мягкий металл лицевой пластины, обжигая окончания поврежденных нейросетей болезненными сигналами, тут же отдаваемыми в процессор, уже сигналящий всему корпусу об опасности. Гринмен с легкостью подавил эти сигналы, оставаясь там же, где и стоял, чуть наклонившись вперед и опустив манипуляторы на бедренные сегменты. Медленно, с каждой наносекундой все больше ожидая, что нахальный юнец отстранится, Теилхард стал опускать руку с кинжалом, скользя лезвием между его надбровных дуг. Он ждал: вот сейчас, этот колесник отскочит назад, выругается, зажмет рану, извозив в собственном энергоне манипуляторы, побежит в мед отсек, даст сдачи, в конце концов! Но ничего этого не происходило. Вообще ничего. Лезвие прошло между оранжевых окуляров, следуя за сгустком голубой жидкости, возглавляющей ручеек, сбегающий вниз по фейслисту меха. Гнев и раздражение сменились на фейслисте командующего недоумением, а потом и заметным страхом. Вокруг вперенных в него оранжевых окуляров не дрогнул ни один сервопривод. Стоящий перед ним трансформер игнорировал происходящее так, словно ему каждый день пополам разрезают лицевую пластину. Теилхард опустил кинжал и сам отступил назад. Гринмен показал глоссу и, подчерпнув собравшийся над верхней губой энергон, облизнулся, размазав его вокруг топливоприемника. Сикера передернуло от этого жеста. Он сплюнул колеснику под ноги и удалился. Сквозь озаренную дневным светом арку главного шлюза Гринмен смог заметить, как тот возвращается в свой шаттл.

***

– Два дня… – Найра сокрушенно опустилась рядом со Скайфаером. – Были бы здесь Мидари, Шайн Армор. – Не бойся, мы все еще не одни… – нежно улыбнулся ей в ответ алый мех. – Ты так бережно носишь его щиты. – Похоже, мы впутались во что-то, где нас о приоре не должно быть. – И я, похоже, знаю, что буду делать, – произнес мечник. – Что же из того выйдет? Если со мной что-нибудь стрясется, хочу, чтобы он остался у тебя. – он кивнул на рукоять своего алого меча, твердо сидевшего у него за спиной. – Ты найдешь ему достойное применение. – О, Скайфаер, – сладко и глубоко провентилировала Найра. – Раз так, я ни в коем случае не хочу получить его… Пф, я бы предложила тебе что-то взамен, но мои клинки и винтовка – часть меня. Если мне не повезет, они, скорее всего, придут в негодность. Так что, доносишь подарки Мидари и Шайн Армора за меня. – Как мило, – Гринмен стоял, привалившись к косяку только что открытой им снаружи двери. Его фейслист был рассечен глубоким шрамом вдоль, через окуляр. С подбородка стекал струйкой энергон. – В таком случае, свою косу я не отдам никому.

***

Окинув главный отсек базы внимательным взглядом и глубоко провентилировав, Арси развернулась и подошла к Прайму, стоящему у компьютерной панели, рядом с Ретчетом. – Оптимус, тебе не кажется, что Найра слишком… – синяя двухколесница запнулась, потеряв нужное слово. – Жестка с Бамблби? – обернулся к ней автоботский лидер. – Да. – Не более, чем с самой собой, – совершенно спокойно, словно речь шла о шалостях человеческих детей, проговорил Ретчет, не отворачиваясь от экрана. Прайм опустил на двухколесницу тяжелый взгляд. – Она сказала это не потому, что была десептиконом, в чьих рядах только такая логика и способна существовать. А потому, что имеет опыт работы медиком и знает, что гнев куда лучше отчаяния. – Часто, получив серьезное повреждение, – продолжил за него красно-белый медик, – бот настолько замыкается в себе, что вывести из этого состояния может только упертый в шлем ствол или мощный разряд электричества. – И это как бы говорит пациенту... Автоботы, разом развернувшись на источник знакомого вокалайзера, встретились оптикой с Найрой, привалившейся к стене у входа. После их спуска в «Вектор Сигму» затянутые шпоры фемы больше не звякали, и было довольно трудно привыкнуть, что она ходит бесшумно. Самой сикерше это даже доставляло некое удовольствие. – Хей, дружек, – продолжала она. – Да никто и не говорит, что все хорошо! Все – отвратительно! Но будет еще хуже, если ты не будешь бороться за свою искру… Ему должно быть страшно, он должен хотеть выкарабкаться. – И ты, не желая доводить до крайности, решила просто предупредить, – приподнял надбровную дугу Ретчет, искоса глянув на серебристую фем через наплечник. – Найра, – Прайм сделал шаг к сикерше, и она подошла ближе. – Ретчет намерен передать Бамблби свою Т-шестерню. Красно-белый мех настороженно воззрился на серебристую фем, наблюдая за ее реакцией. – В этом есть смысл, – спустя недолгую паузу отчеканила та. – Хотя, лично я думаю, разведчик наш еще не заслужил такого подарка. Кто будет оперировать? Прайм, Ретчет и Арси синхронно переглянулись, округлив окуляры. – Кто? – переспросил медик, не совсем понимая вопроса. – Ну, я-то не могу, с таким манипулятором, – Найра продемонстрировала ботам свой правый, закованный в каркас-тренажер манипулятор. – И еще несколько орн не смогу. Надо дать восстановиться окончаниям нейросети.

***

Лаул сидел на коленях рядом с импровизированной постелью Капсора, изредка поднимая взгляд на своего повелителя. Король крыланов восседал на плите, как обычно, статно выгнув спину и задумчиво опустив веки. Стараясь не задеть свежие повязки, он медленно один за другим отправлял кусочки нарезанных Мисотой фруктов в клюв. Та, стоя здесь же, молча и искренне радовалась, что Капсор, несмотря на его ранения, не потерял аппетита. Примостившийся рядом на стопку ящиков Спектра помогал уничтожать принесенное Алмерой и Ревудом угощение. Обнаружив, что его кейс из-под энергонного куба, выделенный им десептиконами для удобства, опустел, он потянулся к «тарелке» отца, но вдруг почему-то остановился и отдернул руку. Так и не поняв, что же ему помешало продолжить трапезу, наследник весь съежился и, подобрав под себя ноги, уставился в дверной проем, откуда можно было разглядеть работающих на мостике кибертронцев. Скайфаер и Гринмен стояли за разными панелями управления в противоположных концах освещенного холодным фиолетовым светом помещения. Алый сикер проверял боеготовность корабля и отдавал команды системам, о перезарядке основных орудий. Зелено-оранжевый колесник занимался коммуникационными настройками шаттла. Оба, недавно узнавшие от своих подчиненных, с каким пренебрежением их отшил Теилхард, и недовольные этим несказанно, вкладывали больше сил, чем было нужно, при нажатии на каждую кнопку. В воздухе висел недовольный треск клавиш. Тут, разбив эту незатейливую мелодию, канареечкой запел другой, более высокий сигнал. Гринмен ткнул на появившуюся иконку, заставив его заткнуться. Затем, десептикон всмотрелся в развернувшееся перед ним окошко, исписанное знакомого вида закорючками, приподнял надбровные дуги и гаркул на весь салон: – Ревуд! А ну, жми сюда! Крылан, дремавший на брошенной прямо на пол подстилке, подпрыгнул на месте, затем разлепил сонные веки, огляделся, поднялся, осторожно переступил через лежавшего рядом с ним Алмеру, обошел плиту Капсора и, покачиваясь, поплелся к колеснику. – Если это что-то неважное – я тебя прибью, – с деликатной расстановкой предупредил он, занимая уступленное ему перед монитором место. Заинтересованный происходящим Скайфаер, решил послать никак не желающие калиброваться хвостовые орудия на время к Юникрону и тоже подошел к так занимающему всех экрану. Ревуд нашел мечущимся взглядом начало развернутого перед ним сообщения, прочел заглавие, не понял, почему ему так легко удается разбирать кибертонские символы, когда в языкознании он никогда хорош не был, оперся локтями о столешницу, так и манящую облокотиться на нее и снова заснуть, снова воззрился на табло и вдруг сообразил, что письмо написано на его родном языке. Остатки сна словно смыло. Ревуд быстро пробежал все больше округляющимися глазами строчку за сточкой до конца, выпрямился и, сорвавшись с места, буквально вылетел с мостика, вернувшись в помещение, где спал. – Что, не прочтешь нам? – усмехнулся ему вдогонку Гринмен. Крылан остановился перед Капсором, продолжающим не спеша поглощать фрукты, вытянулся в струнку и отчеканил: – Мы получи сообщение из дворца, мой король! – глава правящего «круга» поднял глаза, – От одного из моих воинов. Ручаюсь, ему можно верить. – продолжал Ревуд. – Он заверяет, что там все закончилось. Часть бунтовщиков с помощью слуг «металлических посланников» удалось зажать в кольцо под дворцом и с незначительными потерями ликвидировать. Оставшиеся скрылись. Сейчас все силы брошены на восстановительные работы в центре города. – С помощью слуг «металлических посланников»? – Гринмен с подозрительным укором воззрился на вставшего рядом с ним Скайфаера. Тот лишь пожал наплечниками. – Я отдал своему отряду приказ, при необходимости оказать поддержку крыланским воинам с воздуха. Что такого? – Нам нужно вернуться в столицу, – произнес после некоторого промедления Капсор и тихонько поднялся. Кейс с фруктами, занимавший его руки, он молча поставил на колени сидящему рядом Спектре. – Что вам там делать? – вдруг поинтересовался Старскрим, стоявший прямо за спинами десептиконов. Алый сикер и зелено-оранжевый колесник так и шарахнулись в сторону от неожиданности. – Ты как тут образовался?! – сплюнул Гринмен, отпуская схваченную им на инстинкте рукоять косы. – Спроси у того, кто оставил открытым главный шлюз, – чуть понизив вокалайзер, быстро проговорил серый мех, даже не взглянув на своих союзников. Внимание его было приковано к правителям Дардвельда. – Нам нужно быть там сейчас, – твердо произнес Капсор. Скайфаер, легко улыбнулся, вспомнив, что после их разговора Найра выходила, чтобы связаться со своими вехиконами, развернулся, оставив диалог с крыланами Старскриму с Гринменом и вернувшись к панелям управления, нажал на клавишу, затворившую за фемой дверь. Он перешел на внутреннюю связь: – «Триста пятнадцать», прием, – и вкратце оповестил фем о пришедшем сообщении, переслав ей его на личный датапад. Та, лишь сумела подметить, что набор представленных в нем символов отличается от используемых знаков в основной общедоступной базе данных. Похоже, у военных этой планеты имелся свой собственный язык. – Они хотят снова передислоцироваться в замок. Говорят, там все стихло, – добавил алый мех, расслышав голоса ведущих дискуссию кибертронцев с крыланами. – Я – за, – коротко ответила Найра. – Спроси у остальных, и принимайте окончательное решение. В любом случае, нам нужно привести в порядок наши войска, раз уж всем скоро покидать это место, а по рации это довольно неудобно. Мне нужно перезарядиться. Следующие два цикла прошу меня не трогать. Возвращайтесь. Скучно нам там не будет.

***

Решение было принято единогласно. Округлый берег кислотного моря с ленивой неспешностью повернулся и расплылся, обратившись в тонкую блестящую полоску на линии горизонта. Скайфаер глядел на провожающие их шаттл блики до тех пор, пока те совсем не исчезли. Затем он принялся прикидывать в уме расстояние от своего текущего положения до острия ближайшего горного хребта. Те были довольно далеко и сменяли друг друга с завидной скоростью и постоянством. Быстро заскучав, он начал ловить оптикой и считать пробегающие мимо его иллюминатора разбросанные кучками одноэтажные строения. – Ты как будто в масло опущенный, – прозвучало над его аудиосенсором. Скайфаер, все так же опираясь на узкий подоконник, повернулся к зелено-оранжевому меху, чуть отступившему назад и теперь занимавшему центр соединительного коридорчика, где они оба сейчас находились. При льющемся из окна теплом дневном освещении, бледная полоска не зашпаклеванного шрама, разбивающая фейслист колесника на две половинки, отбрасывала слишком отчетливую тень. Скайфаер прижал дентопластинами нижний краешек собственного топливоприемника. – Спасибо, что прикрыл нас, – пробубнил он, словно все еще находясь где-то не здесь. – Хах, когда это тебя интересовала подобная ерунда?! – хмыкнул Гринмен. Он подскочил к своему дугу и сопернику, заняв то же положение у окна, и пихнул его кулаком в наплечник. – В чем на самом деле проблема? Алый мех бросил короткий и острый взгляд на вмонтированные в углу помещения камеры и, убедившись, что происходящее здесь до черных ящиков и главного компьютера не дойдет, словно сбрасывая с себя тяжелый груз, провентилировал: – Я рассказал Найре правду. – О, – колесник лишь выпучил оптику. Он знал, что Скайфаер так или иначе, рано или поздно сделает это, но то, что этот сикер так просто поделится этим с ним, приятно его ошарашило. Скайфаер же глядел на своего собеседника, не ища ничего, кроме понимания. – Она все время твердила, что эти крыланы очень похожи на нас. Я в толк не возьму: почему? Гринмен сдавленно усмехнулся. – Потому, что перед самым началом войны на Кибертроне, наш сенат так же прессовал простых рабочих, а потом Мегатрон поднял восстание, и началось... Найра сравнивает сенат с правящим «кругом», а притесненных рабочих с дофусе и миниконами. Теперь настал черед алому сикеру удивленно присвистнуть, глядя на своего сослуживца. – Откуда ты?.. – Историю знать нужно, или хотя бы вспоминать иногда, а не только мечом размахивать. – Прилетим домой, плотненько займусь этим, – пообещал себе Скайфаер, опустив грудную пластину на сложенные на подоконнике манипуляторы. Бойцу из элиты было смешно слышать такое обещание, однако, высказав вслух свое предположение о Дардвельдилианцах, он начал продумывать исход, и на его оранжевую оптику легла темная теневая полоска. – Только вот, в нашем случае, разрыв в силах слишком велик, и если нелетающее выступят против власти подобно десептиконам, то их, почти со стопроцентной вероятностью подавят в первые несколько месяцев, – понизив вокалайзер, заключил он. Это-то как раз было прекрасно известно алому десептикону. – Найра, ничего не зная, уже извелась вся, пытаясь выход придумать. А теперь… – Как нелегко оказалось разбираться в чужих проблемах, – улыбнулся зелено-оранжевый мех. – И не говори. Но она справится! – без капли сомнения заявил Скайфаер. Его слепая уверенность всегда была смешна Гринмену. – Да ладно, – ухмыльнулся разведчик. – Наша фемочка. Иногда мне кажется, смотря на нее, ты видишь лишь ее броню. Хоть размер ее пушки и увеличился, она все еще та смешная, милая фема, которой нужна защита и поддержка. Ей хочется быть хрупкой. Колесник и сикер вновь пересеклись взглядами, и у последнего в оптике вспыхнул озорной огонек. – О нет. Она невероятно сильна, Гринмен. Быть хрупкой? Она никогда себе этого не позволит. Давно пора смириться, что она сильнее нас обоих вместе взятых. И я говорю не про огневую мощь. Просто давай сойдемся на том, чтобы сейчас приложить все возможные усилия, к тому, чтобы ей пришлось пользоваться этой силой как можно меньше. – И при этом не наделать глупостей.

***

– У Оптимуса манипуляторы тверже, – боясь шелохнуться, тут же оттарабанила Арси, как только Ретчет, желающий выбрать себе замену на грядущую операцию, назвал ее имя. – Тверже и гораздо крупнее, – парировал доктор. – Так что он не может оперировать. Синей фем осталось лишь, опустив голову, смириться с неизбежным и откланяться. – Арси, ты справишься! – постарался поддержать отошедшую в сторону подругу Джек. – Ты ни в чем им не уступаешь. Автоботка, внутренне содрогавшаяся от груза возложенной на нее ответственности, лишь закатила окуляры на эту невинную попытку. – На поле боя, но не в операционной, – с расстановкой проговорила она. – Ты хорошо владеешь ножом, – твердо заявил подросток. – Ты справишься. Двухколесница лишь с глубокой тяжестью провентилировала. – Это значит, что Бамблби будет превращаться скорую помощь, и постоянно ворчать? – попыталась пошутить Мико, но, видя, что никто не в состоянии сейчас оценить ее стараний, разочарованно уперла кулаки в бока. – Было бы странно. Спустя короткое время все было готово к началу операции. Оба пациента: Бамблби и его героический донор лежали на установленных друг за другом плитах, подключенные к разнообразным аппаратам. – Погружаю в стазис, – возвестила Арси, сжимая ручку датчика давления куда крепче, чем нужно, словно пытаясь раздавить свою неуверенность. – Не переживай. Если что, я тебя скорректирую, – Найра присела рядом с нею на одно колено и с легкой улыбкой кивнула автоботскому медику. Бамблби чуть приподнялся и, обращаясь к Ретчету, пропищал что-то почти ласковой трелью сигналов. – Да, поблагодаришь меня потом, когда все закончится, – выдавил из себя Ретчет, уже отключаясь под действием работающего оборудования, и потушил оптику. – Ладно, Бамблби, твоя очередь, – стоило проговорить синей автоботке, как за ней, из компьютерных динамиков раздался тревожный сигнал. Все были в ощутимом напряжении, настолько сконцентрировав все существующее внимание на операции, что этот простой и привычный звук заставил кибертронцев вздрогнуть. Колесники один за другим повернулись к экрану. – Что это? – тревожно спросил Рафаэль. – Сердце отказывает! – схватилась за голову Мико. – Нет! – прикрикнула на нее Арси, не позволяя ни себе, ни кому-то еще вдаваться в панику. – Это радиомаяк «Иакона», – окончательно успокоил всех Оптимус. – Это значит, что десептиконы только что раскопали еще один артефакт, – прогудел Балкхед. – Автоботы, готовимся к отправлению! – скомандовал Прайм. – Да! – тихо воскликнула Арси, не скрывая радости. Она настолько переживала на счет грядущей необходимой операции, что не могла представить сейчас большей удачи, чем хоть немного ее отложить. Бамблби, вскочив почти с той же радостью со своей плиты, нетерпеливо попрыгал на месте и вмазал пару хуков по воздуху, перед собой. – Все, за исключением наших пациентов, – охладил его пыл автоботский лидер. Би, расстроено опустив взгляд, уселся обратно. – И лучше вывести его из стазиса, – продолжил красно-синий колесник, переключив свое внимание на покоящегося на плите Ретчета. Арси повернулась к панели управления, принимаясь выполнять полученный приказ.

***

– Ну что, пойдем прогуляемся, – почти весело предложил Гринмен, когда шаттл полностью остановив свое движение, опустился на пустырь позади дворца. Он глядел на экраны выведенных на обшивку корабля камер, демонстрирующих текущее плачевное состояние улиц, домиков и прочих архитектурных форм, после вчерашнего ужаса. Мимо проходили и пробегали, шарахаясь от корабля, дофусе. Если раньше в них, при виде необычного устройства, вскипал интерес, то теперь их действия руководствовались ничем не прикрытым страхом. Крыланов, видимо боявшихся или ленящихся высовываться в столь ранний час, было почти не найти. Звонко зевнув, и как бы заявив этим о своем возвращении, на мостик поднялась Найра. – Пойдем, – мягко согласился с зелено-оранжевым колесником Скайфаер и направился к фем. Они вдвоем вышли из комнаты. Пару раз тюкнув по клавишам под экраном Гринмен поспешил за ними, затем тормознулся у самого выхода в коридор и бросил окуляры в сторону молча стоявшего у главного компьютера и сложившего манипуляторы на груди Старскрима. – Ты остаешься? – спросил он. – Кто-то же должен присмотреть за кораблем, – с безразличием отозвался серый сикер. – Пх, легко тебе, – язвливо усмехнулся колесник. – Оставил своих летунов с Теилхардом и болтаешься тут без дела, словно вынюхиваешь что-то. Даже можно подумать, что ты не на нашей стороне. – Вот уж кому-кому, а тебе не стоит учить меня продуктивности работы, – наконец удостоил его взглядом Старскрим. – Нет никаких сторон, дефектный! Мы просто делаем одно дело. – О, ну раз так… – Гринмен по-дружески махнул ему раскрытой ладонью и исчез, с мыслью по возвращению при первой же возможности переустановить основную программу главного компьютера и проверить весь корабль на жучки и прочие возможные сюрпризы. Ускорившись, он поспешил догнать Скайфаера с Найрой, шагающих к центральному шлюзу, где уже с нетерпением ждали их Дардвельдилианские друзья. Старскрим удовлетворенно вслушался в наступившую вокруг него тишину. Когда аудиосенсоры десептикона уловили характерный щелочек закрывшегося за его сослуживцами шлюза, он опустился на корточки и, не отрывая вытянутый вверх манипулятор от панели управления, вслепую набрал условный код. Машина, послушно выдвинула ему по ноги из недр стены плоскую подставку, на которой стояло четыре абсолютно одинаковых черных параллелепипеда, плотно подогнанных друг к другу и испещренных разнообразными разъемами. Выбрав на одном из них помеченное синей пломбой отверстие, серый сикер запустил под нее длинные тонкие пальцы и, аккуратно отогнув, вставил микроскопического размера карту памяти. «Черный ящик» с готовностью проглотил найденное устройство. Экраны отобразили установку новой программы. Старскрим вернул пломбу на место, и ящики медленно погрузились обратно в стену. Мех в пару кликов уничтожил все всплывшие уведомления о поступившей с его устройства информации и, ради эксперимента громко кхекнул в кулак. Спустя пол клика, из его багажного отделения раздался тот же звук. Старскрим вынул свой датапад, убрал громкость и переключил программку на режим записи, довольный результатом. «Фм, я и не думал, что все будет настолько просто. Найра-Найра… А ведь Теилхард был прав. С тобой, да и со всей вашей компанией, действительно, все уже кончено».

***

Шум просыпающегося города, после глухой тишины корабельных коридоров приятно ласкал аудиосенсоры. Найра, Скайфаер и Гринмен вместе с правящим «кругом» в полном составе шествовали по окружной дороге. Попадающиеся на их пути местные старались поскорее освободить его и убраться подальше от такой компании, что было определенно на руку и десептиконам, и крыланам. Дорога была уже расчищена, но по сторонам ее все еще россыпями лежали обломки строений, пустые гильзы, а кое-где и начинающие разлагаться трупы. Дофусе под руководством крыланов потихоньку разбирали эти уродливые завалы. Все, так или иначе, занимались ликвидацией последствий прошлой ночи, не особо обращая внимания на скопившихся у шахт вехиконов, некоторые из которых тоже взялись за перестройку и уборку своего района на ровне с местными, больше ради интереса, чем пользы. Согласно приказу, за время всей стачки, к шахтам они никого не подпустили и сейчас, в основном от нечего делать, оттаскивали от себя автоботские безжизненные корпуса. Выстроенные ровными рядами вагонетки, наполненные энергонными кристаллами и рудой, говорили об их готовности отбыть по первому же слову командующего. Из одних пещер все еще доносились звуки подходящей к концу работы, входы других уже зашивались листами материала. Перекинувшись несколькими короткими фразами с остановленным им крыланом, Ревуд выяснил, что армия, в большинстве своем, сейчас отдыхает в центральном корпусе замка, где она заперлась во время атаки, не пропустив туда никого из повстанцев. – Я не имел права их оставлять! – зло проскрежетал клювом крыланский воин, чуть не упершись лбом в фейслист Скайфаера. – Вот именно. Помри ты там, уже к ним не вернулся бы, – с расстановкой проговорил алый сикер, соглашаясь, – К тому же, ты ведь защищал короля, – и заговорщически подмигнул дардвельдилианцу. Здесь было решено разойтись. Капсор, Мисота, Спектра, и Алмера с Ревудом направились наводить порядок в замке. Десептиконские командующие поспешили вернуться к своим отрядам. – Есть потери среди наших? – осведомился алый мечник, едва найдя среди многочисленных фиолетовых шлемов, своего заместителя. Тот сперва странно стушевался, а потом выпрямился и выдохнул: – Есть. Найра и Скайфаер переглянулись и воззрились на замешкавшегося рядом с ними Лаула с таким гневом, что тот пожелал сейчас же провалиться сквозь землю. – Эм, местные к этому отношения не имеют, – примирительно поспешил заверить командующих вехикон. Лаул, в конец перепуганный, тут же воспользовался возможностью убраться от них подальше, и вернуться к своим обязанностям прислуги во дворце. После всего случившегося, это было единственным, чего он хотел. – Мы потеряли один наш корабль, с командой из семи солдат, – продолжал свой отчет вехикон. – Все они были техниками. – Плохо, – скорбно выпустил воздух Скайфаер. – Во время нашей битвы с автоботами, площадь, где стоял шаттл, просто ушла под землю. Никто ничего не успел сделать. Найра, напрасно надеявшаяся, что выгодное положение тектонических плит обезопасит их подчиненных, поймала пальцами кончик своего смыкающегося на подбородке шлема. – Возможно, площадку промыли изнутри подземные воды. Тут достаточно таких потоков. Кислота сделала все остальное. – Мы еще не проверяли, но верхний шлюз шаттла остался над уровнем песка. Тогда его залила под горлышко кислота, но теперь она сошла и туда вполне можно пролезть. Возможно, если бы они смогли заблокироваться изнутри в багажных отсеках или шахтах между уровнями… – Ты клонишь к тому, что техники могли выжить? – с заинтересованным удивлением произнес алый мех. Сикер кивнул, видя, что командующего порадовало это его предположение. Тут совсем рядом прозвучал грозный и донельзя сердитый вокалайзер Гринмена. – Простите! – вторя ему, почти жалобно воскликнул десептиконский колесник. – Простите?! – командующий вскипел. – Я дал простое задание: убрать оторвавшийся автоботский отряд. Как вышло, что вас отбросили с потерей равной пятидесяти процентам?! – голос меха звучал уже угрожающе. – Позвольте я, – начал вехикон, мелко жестикулируя. Тут длинные серые пальцы зелено-оранжевого колесника плотно сжали его когти на одном манипуляторе. Гринмен наклонился к вехикону поближе, сверля его мерцающей оптикой, и тот, с трудом подавив дрожь, понял, что одного лишнего движения с его стороны сейчас достаточно, чтобы остаться без манипулятора. Ломать чужие суставы командующий Гринмен умел и любил. Это знали все его подчиненные, кому хоть раз пришлось в чем-то перед ним провиниться. – Позвольте перегруппироваться и… – И что? – И я либо всех их уничтожу, либо сам там лягу! Попытки оправдаться и обещания того, что вовсе могло не произойти, порядком надоели десептиконскому командующему, но это высказывание его приятно удивило. – Нам сейчас меньше всего нужны бездумные жертвы, верно? – изрек, пережевывая каждое слово, Гринмен, подняв сжатую им, подрагивающую руку на уровень фейслиста и, выдержав весомую паузу, медленно разжал пальцы. – В этот раз я сам поведу отряд, выстраивай всех. Вехикон инстинктивно подтянул к себе выпущенную мехом конечность и, погладив ее свободным манипулятором, словно проверяя: на месте ли? – выдохнул с облегчением: – Так точно! – он почти бегом бросился выполнять поручение. Проводив его взглядом, Найра подошла к Гринмену. Увидев подругу, колесник простодушно усмехнулся: – Если этот мех всегда с таким настроем работает, то среди автоботов у нас действительно появился серьезный противник. – Уверен, что тебе стоит разбираться с этим в одиночку? Тем более, что вас осталась всего половина… Гринмен лихо развернулся к ней. – А вас, сикеров, осталось больно много?! Уничтожать автоботов – это мое задание, Найра. Я хочу разобраться сам. А ты занимайся защитой пернатых. – он, было, направился к палаткам, где уже собрался его отряд, вдруг вновь обернулся к ней и играючи подмигнул вместо прощания. Этот жест был вполне привычен для этого меха, но Найра почему-то ощутила, как по спине у нее пробежал холодок. Серебристую фему вновь обуяло нехорошее предчувствие и, когда, подойдя к ней, Скайфаер приобнял ее за плечи, сикер невольно дернулась в сторону. – Все в порядке, – с улыбкой ответила она на вопросительный взгляд алого десептикона, скорее, чтобы успокоиться самой, нежели убедить в этом его. – Ты точно перезаряжалась достаточное количество циклов? – нежно уточнил он, глядя на ее подрагивающие манипуляторы. – Возвращайся-ка в наш шаттл. – А как же?.. – Что? С потонувшим кораблем я разберусь. Правящий «круг» – в безопасности, во дворце. – Один пойдешь? – Не один. Ревуда возьму с собой. Он давно нарывается на приключения. Найра искренне рассмеялась, но вдруг вся веселость, словно нажатием кнопки, исчезла из ее темно-синей оптики. – У нас осталось меньше двух дней, – мертвенным вокалайзером просипела она. Скайфаер, так же посерьезневший, молча кивнул.

***

Поднимаясь по опущенному трапу, Найра с удивлением обнаружила, что рядом с ними приземлился корабль Теилхарда. От шахт к серому кольцу стоявшего на пустыре Космического Моста протянулась цепочка рабочих - вехиконов с наполненными вагонетками. На второй луне сейчас находился грузовой корабль, и все они, исчезая один за другим в зеве телепорта и возвращаясь, спустя короткое время, уже без синей руды, переправляли добытое ими сокровище туда. «Неужели осталось так мало времени, – с горечью подчеркнула про себя серебристая фем. – Что же я могу сделать теперь?» Она прошла вглубь корабля. Двери отсеков коридора открывались и закрывались за нею, а фем задумчиво глядя перед собой, блуждала в собственных мыслях. Тут, круто повернув из боковой двери, ей на встречу вышел серый сикер, продолжая движение прямо на нее. Крепко закопавшейся в путающихся идеях и предположениях Найре пришлось пару раз сморгнуть и помотать головой, чтобы сообразить, кто перед ней. – Старскрим? Старскрим, уже прошедший мимо серебристой фемы и направляющийся к шлюзу, ведущему на его присоседившийся к ним корабль, остановился и спустя короткую паузу произнес: – Найра, я улетаю. – Ты тоже, – коротко провентилировала сикер. – Не хочешь поглядеть, чем все тут кончится? Легкая ухмылка пролегла через фейслист Старскрима. Он повернулся. – Знаешь, твое стремление сохранить этот мирок сравнимо с прихотью маленькой беты. Любой, без раздумий, выбросит два старых бластера, если у него есть еще. Но, останься такой бластер один, будешь его хранить и беречь, в каком бы состоянии он ни был. Когда мы прыгали с планеты на планету, воевали сразу с несколькими народами, тебе и дела до них не было, а теперь, когда присмотрелись к одной единственной поближе, ты вдруг заинтересовалась. До сих пор Найра старательно отметала все попытки своего подсознания вдуматься в происходящее. Она просто пыталась решить проблемы, не называя вещи своими именами. Но теперь, произнесла это вслух, наконец до конца поняв и приняв смысл сказанного. – Ты прав, – горько усмехнулась она. – Дардвельд действительно стал чем-то большим для меня. Наверное, надеждой… Чем-то, что я могу изменить... Они настолько похожи на нас, и это невероятно. И если сравнивать наши и их роли… – Сейчас ты пытаешься воздействовать на «сенат», чтобы «десептиконского восстания» никогда не произошло? – Можно и так сказать. Я хочу, чтобы хоть где-то после нас все изменилось в лучшую сторону, – проговорила она, а в мыслях добавила. – «Похоже, я наконец поняла, чего хочу». – Предательница, – смешливо бросил ей в след Старскрим. Шлюз отворился, и он шагнул внутрь. Фем, не оборачиваясь, махнула десептикону манипулятором. – Это не помешает мне занять твое нынешнее место, когда ты станешь новым лидером десептиконов, Лорд Старскрим, – отметила она с той же издевкой. Эти двое имели свои цели, но привыкли друг к другу настолько, что, казалось, знали друг друга наизусть. Зашипели механические поршни, закрывающие люки, и каждый сикер ушел в свою дверь.

***

И опять тишина. Не желая возвращаться в свой отсек, где за стеной шебуршали еще четыре пленных автобота, Найра опустила трап бокового выхода и, усевшись на эту наклонную плоскость, как на лесенку, достала свой датапад и сделала вызов. «Может, этим стоит рассказать, о скорой гибели их планеты?» В оптику ей бросилась кучка из десятка миниконских корпусов, сваленных под темной стеной убегающей вверх высокой башни. В нескольких метрах от них высилась подобная кучка из тел дофусе. У кого-то угадывались сквозные ранения из бластеров стражи дворца, кому-то обломками размозжило голову. «И куда это все? На что они рассчитывали, пытаясь сопротивляться правительству в такой момент? И все же, так жаль…» Экран лежащий на ее коленях зашипел, и серое неразборчивое изображение преобразилось в уже знакомого фем миникона. – Чем удивишь на этот раз? – выплюнул он, еще более мрачный, чем в момент их последнего разговора. Этот вопрос вдруг взвинтил злобу фемы до максимума. Она с усилием подавила желание тут же раздолбить свой датапад, а после, отследив последнюю передачу, прилететь в миниконский штаб и перебить там всех, но в окулярах ее зазвенел безумный огонек. – Удивлю? Я-то вряд ли! А вот вы меня просто поразили! Что это, Юникрон вас побери, за подобие восстания было?! Потрудитесь мне объяснить! Мы верно в тот раз друг друга неправильно поняли. Так я могу поймать пару ваших передач и действительно поискать ваши энергонные шахты, которых нет! Мех на мгновение вжался в свое кресло, а затем схватился обоими манипуляторами за рукояти своего сидения и почти спокойно произнес: – Легко тебе говорить, когда за спиной целая армия. Вроде заявляла, что понимаешь, что к чему, а как пришел час битвы, атаковали нас! – спокойствия этого хватило лишь на пол предложения, и к концу он сорвался на крик. Найра смешливо приподняла надбровную дугу. – Битвы? Не льстите себе! Это была не ваша, а наша с автоботами битва. Наши солдаты атаковали лишь тех, кто пытался навредить шахтам. Ваши силы разбили сами крыланы, без какой-либо сторонней поддержки. Единственным, кто занимался защитой правящего «круга» была я, действуя в рамках своего приказа. И вы все еще думаете, что сдюжите открытую войну? – Так ты за них?! – оскалился капитан миниконов. Фем прияла картинно задумчивый вид. Она и сама была бы рада теперь знать точный ответ на это вопрос. – Сколько же я ваших пристрелила? Штук шесть - семь. – Замолчи! – Не я же вручила необученным гражданским оружие и отправила умирать под пули! Так что, считай их энергон и кровь на твоих манипуляторах, дружище. Колесник опустил голову. – А ты думаешь, их было возможно остановить?! – Это сопротивление срезало количество населения чуть ли не на треть. Не будь вашей возни, погибло бы куда меньше! – Нашей… Сикер пожала наплечниками. – Вы сделали свой выбор. Отказавшись присоединиться, вы получили слишком сильного врага, который не станет считаться с вами, потому что вам так хочется. Да и будь вы союзниками, никто бы вам не позволил вот так безнаказанно уничтожать местных. Тут миникон снова вскипел. – Прекрати рассуждать так, будто видела всю нашу мощь! Десептикон отступать не желала. – То, что я видела, было отчаянной попыткой неподготовленных гражданских покачать свои права. Это нельзя назвать военной силой. Добавили же вы проблем, вооружив еще и дофусе, – она одарила своего собеседника усталою и надменною улыбкой, показав узкую полоску дентопластин. – Да, было грамотно бежать с Кибертрона на боевом крейсере, набитым оружием. Не сомневаюсь, что вы что-то припасли на финал. – Будь уверена, я вам его покажу! – столешница, перед которой сидел миниконский капитан, содрогнулась от опущенных на нее кулаков. – Ты винила нас в слабости. Что ж время пришло! Мы не рискнули биться за Кибертрон, но завтра, когда взойдет первая луна, мы выйдем и решим, кому принадлежит Дардвельд. – Не забывай, что десептиконов это не касается, – холодно напомнила Найра. – Плевать! Кто бы ни был. – Другого выхода нет… – И быть не могло! – Да будет так. Миникон нажал на кнопку контрольной панели и связь отключилась. Найра опустила голову в ладони. – Как же я легко стала раздражаться, – с усмешкой пробубнила она, словно проверяя, принадлежит ли ей ее собственный вокалайзер. – «Когда взойдет первая луна,» – сказал он. Это – завтра ночью, – в процессоре что-то болезненно щелкнуло, и только что обретенное спокойствие снова испарилось. – А наши корабли улетят еще раньше. Мы ничем не сможем помочь Капсору!

***

Скайфаер и Ревуд, все сильнее подгибая колени, спускались по выведенному на поверхность песчаной ямы трапу. Коммуникационные системы сикера отметили, что они оба уже с головой погрузились под уровень земли. – Я точно тебе здесь нужен? – желая лишний раз убедится в важности своей роли здесь, переспросил своего союзника крылан, глядя на уродливого вида коррозийные, выжженные кислотой потеки и бороздки, украшающие стены пол и потолок главного коридора шаттла. – А что? – оглянулся на него Скайфаер с какой-то язвитиельной тенью усмешки. Он был рад возможности проверить этого крылана на прочность. – Хоть я и в тугоплавких сапогах, – начал дардвельдилианский воин, – но достаточно лишнюю минуту в кислоте простоять и расплавлюсь. – Ты легкий, летаешь и можешь пролезть туда, куда я не смогу. Мы, как и этот корабль, сейчас находимся в слое мягкой породы. Она очень нестабильна. Так что, это важно. Ревуду осталось лишь согласиться. Песчаную землю вокруг шаттла размыло настолько, что никто не мог ничего подогнать из техники ближе, чем на пол километра. Пока Скайфаер переговаривался с крыланами, перед погружением в эту обмытую кислотой «бездну», вехиконы попытались, с помощью оставшегося у них космического корабля, вытащить «потонувший», но мощности оказалось недостаточно. К счастью, после этой попытки шаттл, где могли остаться выжившие вехиконы - техники, не ушел еще глубже в грунт. Командующий этой операцией получил по аудиосенсорам, и Скайфаер с Ревудом, долетев до места, спустились сами. Коридор, по которому они шли, прервался тупиком. Алый десептикон хлопнул по вделанной в стену справа от входа тускло светящейся панели, и преграждающая им проход перегородка, разделившись крест на крест на квадраты, разъехалась в стороны. Кибертронцу с крыланом предстало нелицеприятное зрелище, полностью разъеденного интерьера небольшой комнаты. Перед ними в двадцатке метров зиял темный проход, ведущий дальше по коридору. Пол этого коридора, как и большую часть комнаты, покрывал, прерываясь на широкие пятачки суши, тонкий слой зеленой вязкой жижи. Все окружающее отдавало резким запахом гнили. Скайфаер, не заходя, нажал еще пару кнопок на панели, и в помещении зажегся свет. Ревуд невольно ахнул. В этой мелкой трясиноподобной жидкости лежали несколько особенно вонючих и уродливых оплавившихся куч металла и проводов, лишь общими очертаниями напоминающих о том, что они тоже не так давно были трансформерами. – Два, три, – хрипло констатировал Скайфаер. Обшаривая окулярами остальной пол, он спустился по трем ступенькам, расположенным у двери, и двинулся вглубь. – Их было семь. – напомнил он Ревуду, мельком глянув на слегка оцепеневшего крылана, пораженного не столько ужасом, произошедшим с вехиконами, сколько самим обыденным и спокойным отношением их командующего, ко всему этому. Стоящее перед ним существо в алой броне было настолько спокойно, что можно было поверить в то, что в таких условиях он себя чувствует даже комфортнее, нежели в безопасности. Комната, в которую они вошли оказалась проходной не только со стороны центрального коридора. Из нее в глубину шаттла вели еще четыре двери. Перепрыгнув со ступеньки на, возвышенный над тонкой лужицей разлитой по полу кислоты, порог ближайшей из них, Ревуд заглянул в открытую рубку. – Четыре, – отрапортовал он, разглядев кучу шлака на месте пилота. Затем крылан глубоко вдохнул, выдохнул, снова наполнил грудь воздухом и прокричал: – Есть кто живой?! Это вышло у него так неожиданно громко, что, нагнувшийся в этот момент к стеллажу Скайфаер, дернулся и стукнулся шлемом о вделанную в нее полку. – Ты что?! – Ну, так же быстрее, – развел руками крылан. Тут из-за последней открытой двери послышались странные скрежетание и скрип. Это нечто двигалось по боковому коридору и, надо было думать, навстречу мечникам. – О чем и речь, – победно улыбнулся воин, готовый встретить взглядом найденных им выживших. Вдруг весь напрягшийся Скайфаер остановил свою оптику там же. Слышимый ими звук совершенно не походил на фон, издаваемый кибертронцем. Спустя пол клика, в дверной проход ввалилось два грязно-коричневых корпуса. Обнаженные части эндоскелетов неприятно поблескивали в свете потолочных ламп. Эти две фигуры, совершенно игнорируя друг друга, раскачиваясь, цепляясь за стены, но, все же, пытаясь стоять вертикально на нижних огарочках, сипя и скрипя, двигались к источнику услышанного ими крика. Ревуд даже не смевший представить, что только что найденные ими на полу кучи мусора могут двигаться, шарахнулся назад, но видя, что Скайфаер не следует его примеру, остановился. Алый мех глядел как эти двое обваренных, но, похоже, все еще живых, корпуса двигаются на инстинкте, вслушиваясь в издаваемые пришельцами звуки. Не ясно, в сознании ли эти несчастные вехиконы, или уже мертвы, и все происходящее лишь набор отработанных за время многочисленного перепрограммирования конвульсий. С трудом, но десептиконскому командующему удалось различить у обоих головы. – Искра Великая, – прошептал он, а затем сделал несколько шагов на встречу искупавшимся в кислоте вехиконам. Схватив ближайшего за плечи, алый сикер повысил вокалайзер. – Хей! Ты как? Слышишь меня? – и почувствовал, как слизь, из расплавившихся проводов, грунтовки и краски потекла по его пальцам. Существо, которое Скайфаер держал, сперва, словно испугавшись, слегка качнулось назад, затем вытянуло неожиданно длинную шею вперед, словно пытаясь вглядеться пустыми глазницами в фейслист командующего. Шея не была длинной, просто позвоночник окончательно оторвался от грудины. Из этой грудины послышался короткий цикл вентиляции. На мгновение десептиконскому мечнику показалось, что тот что-то сказал. Тут бывший вехикон уронил нижнюю искореженную челюсть, и, нырнув головой вниз, вцепился редкими дентами в локтевой сустав сикера. Скайфаер с готовностью сжал манипулятор в локте, сдавив круглую черепную коробку существа. Внутри нее что-то хрустнуло. Алый мех толчком отбросил, от себя этот грязный комок деталей и сервоприводов, который, лишь соприкоснувшись с полом, развернулся, встал на четвереньки и издал угрожающий рык. Второе существо, как бы замершее на все это время, вдруг ожило и, перебирая конечностями, побежало к крылану и сикеру. Скайфаер молча запустил манипулятор в кобуру, и, почти не целясь, дал залп. Зияющая дыра прожгла левое полушарие нападающего. Отдачей его отбросило несколько назад, но спустя клик, оно поднялось снова. – Что ты делаешь?! – поразился Ревуд. – Он же твой соратник. – Он? Я только что раздавил тому мозговой блок. Но, как видишь, ему и так сойдет. Ты не понял, что они просто хотят нас убить? – сикер открыл огонь по отставшему, но желающему наверстать упущенное мертвяку. – Когда меня атакуют – я отвечаю. И мне без разницы, кто это! Ревуд молча вытащил свою пушку и повторил за сикером. Бывшие вехиконы и не думали уклонятся. Что у десептикона, что у крылана бластеры были настроены на тонкий и точный выстрел, радиуса которого не хватало, чтобы целиком раздробить грудную клетку, за которой прятался главный топливный насос, вместе с искрой. Скайфаер вытащил меч и в один прыжок оказался между кусающимися и царапающимися монстрами. Ревуд, готовый в любой клик вмешаться, сжал рукоять своего одноручника и бесшумными шагами стал огибать образовавшееся поле боя. Столкнувшись спиной с последней закрытой дверью, он прислушался, наблюдая как десептикон ловко управляется со своим длинным алым лезвием. Словно в ответ на хриплый рык только что пронзенного насквозь существа, за спиной крылана, за последней металлической перегородкой, что-то завозилось. Ревуд развернулся, выхватил меч и, готовый встретится с последним по счету монстром, распахнул дверь. Ему в клюв тут же уперся треугольный ствол ионной пушки. Крылан ухватил его свободной рукой и, подсмотренным у Скайфаера движением, рывком отвел в сторону. На него, сквозь двухъярусный алый визер удивленно глядел вполне целый вехикон, по всей видимости никак не ожидавший увидеть здесь крылана. – Свои! – выкрикнул Скайфаер, разглядев эту картину через плечо. – Командующий! – обрадовано кхекнул десептикон, вылезая из тесной подсобки, и, превратив пушку обратно в руку, зажал ею предплечье на другом манипуляторе. Вверх по нему с неспешной настойчивостью поднималась такая же коррозийная желчь, что сейчас полностью покрывала напавших на них мехов. Одна тварь рухнула на пол и, издав противный скрип, затихла. Вторая – прыгнула сикеру на спину, и заерзала, цепляясь за его многослойную броню и силясь дотянуться до шеи. – Ревуд, пополам его! – Скайфаер развернулся, поднеся сидящего на нем зверя к крылану. Воин сократил дистанцию со своей стороны и, сощурившись, рубанул снизу-вверх. Клинок проскрежетал по спине меха, звякнув по его алым крыльями. Две остроконечные половинки разрубленного надвое существа, свалились с десептиконского командующего. – Что это такое было? – наконец выдохнул Ревуд во вновь наступившей тишине. Скайфаер забросил свой меч обратно за спину и повернулся к найденному крыланом вехикону. – Значит, если тебя кислотой окотить, ты тоже так кусаться будешь? – Буду, – легко согласился фиолетовый колесник, и его алые визеры при этом странно блеснули. – Кислотой, или грудину пробить, или голову снести, это все равно… – Видя непонимание со стороны своих спасителей, он продолжил. – Мы – экспериментальная серия. Как мехам – техникам, нам сделали огромные карты памяти, для сохранения и пересылки чертежей. Туда же встроили и те рефлексы, что вы только что видели. Как только теряется контроль от головы, включается программа самозащиты и корпус начинает бросаться на все, что издает звуки и двигается. Сделано это в расчете на то, чтобы у врага не было возможности получить наши карты памяти в целом виде или, проще говоря, взять нас живыми. – Жуть, – пораженно крякул крылан. – М-да, неприятно… – прогудел Скайфаер, но это уже относилось к хорошо промоченному в кислотном пару манипуляторе вехикона, предплечье которого тот продолжал сжимать. Десептиконский техник лишь кивнул. – Ну и чего ты терпишь? – вдруг возмутился мех и взмахнул мечом. Вехикон и пикнуть не успел, как только что принадлежавшая ему рука ударилась об пол и, после коротких подергиваний замерла. Алый сикер молча убрал свое оружие обратно за спину. Проглотив неожиданный испуг, колесник отдал мысленную команду своему главному насосу прекратить доступ энергона в только что обрубленную конечность. Хлынувший было из его подрезанного предплечья синий ручеек, быстро превратился в тонюсенькую струйку, а затем вовсе ограничился редкими каплями. Тут пол всего корабля разом вздрогнул. Внизу раздался мощный хлопок, словно под ними лопнул гигантский пузырь. Накрененный на хвост шаттл, вдруг выровнялся, перевалил равное значение уровня и ушел носом вниз, словно из-под него убрали подпорку. – Вот шлак! – выругался Скайфаер, уворачиваясь от едущих на него от противоположной стены коробок и сбитых полок. – Нос вылез, хвост – увяз! Как бы нам совсем тут не засыпаться. – сикер отпихнул носком подкатившийся к нему полуразложившийся труп. Резкие движения и перемещения по комнатам, во время их боя с этими обезумевшими корпусами вехиконов, спровоцировали выхлоп кислотного газа из-под морской плиты. Позади троицы, в проходе, провалившемся теперь ниже, прозвучал еще один хлопок, словно выбили пробку. Мечники и техник как по команде обернулись. Колесник активировал дальний свет, и они обнаружили, что к ним навстречу поднимается со странным бурлением и шипением светло-зеленая пена. – Похоже, кислота, ушедшая глубже в породу, столкнулась с магмой, – стоя, словно ничего не происходит, предположил вехикон. – Или с залежами подземного газа, – добавил алый сикер. – Бежим! – теперь уже командирским тоном прикрикнул на них Ревуд. Никто и не думал ему возражать. Все трое сорвались с места и, взбежав по ступенькам на уровень повыше, влетели в очередной коридор. – Сюда! – Скайфаер, воздев манипуляторы к потолку, вогнал в его обшивку острие алого клинка и нажал. Об пол грохнула потолочная плита, показав крылану и десептиконскому колеснику открывшийся проход. Алый мех молча подсадил обоих. – Ползите вперед! – он подтянулся на руках, забираясь сам. – Это газоотводная система! – выплюнул, стараясь перекричать подступающий к ним снизу грохот, вехикон. – Одна только искра, и нас уже никто по кусочкам не соберет. – Это единственная причина… – крылья алого меха заскрежетали по стенам узкого лаза, – по которой я сейчас не врубил свои двигатели и не выпихнул нас всех отсюда, – хмыкнул тот и, упав на брюхо, пополз по-пластунски. Только что покинутый ими коридор затрясся от наполняющего его пенного давления. Все разом ускорили ход. – А если кислота сейчас поднимается от температуры магмы, то нас тоже сразу взорвет! – предупредил десептиконский техник. Ревуд на клик остановился, с трудом подавив желание пнуть этого однорукого болтуна. – Вот зачем он нагнетает?! – Тогда давайте думать, что это все-таки газ, – с откуда-то взявшейся усмешкой предложил Скайфаер. – Труба выходит на крышку. Должна выходить. Поможет Праймус, скоро наверху будем! – Праймус? – прыснул фиолетовый мех, и вокалайзер его переполнился негодованием. – Где был Праймус, когда нас атаковали?! Где он был, когда корабль ушел под землю, а их всех сварило заживо?! Скайфаер не стал искать ответа. Ревуд, перебирая когтями, быстро двигался по все круче наклоняющемуся проходу, цепляясь за стыки и швы. Вехикон следовал его примеру, насколько это было возможно с одним манипулятором. Чуть не рассчитав силы до следующей опоры, он перебросил ногу на стену, желая закрепиться по горизонтали, но ступня его спорснула и десептикон, съехав назад врезался в ползущего за счет одной физики, почти не имеющего когтей Скайфаера. Алый сикер встретил удар головой, не сдвинувшись ни на йоту назад и, ускорил темп, пихая своего подчиненного дальше. Тут их лаз, трещащий от поднимающейся позади пены, здорово расширился и раздался вверх. С потолка пахнул свежий воздух. Крылан, летун и колесник встали в полный рост и подняли головы. – Поверхность! – почти пискнул десептиконский техник, уже и не надеявшийся когда-либо снова увидеть свет. Над ними находилось длинное прямоугольное окошко, закрытое мощной металлической сеткой. Ревуд подпрыгнул, упершись ногами в противоположные стены и изо всех сил уперся руками в прутья, желая выдавить клеть. – Чтоб, его! Не размахнуться, – Скайфаер глянул на свой меч, вспомнил, что бластер он бросил еще в каюте, и сплюнул. – Была бы здесь Найра со своим паяльником! Труба, из которой они выбрались, задрожала, разнося по маленькой комнатушке бурление подступающей кислотной пены. – Хотите, я рассчитаю по звуку скорость движения кислоты и скажу, сколько у нас времени? – с безучастным отчаянием предложил вехикон. – Можно, когда мы выберемся, я его придушу?! – уже зло проскрежетал клювом Ревуд. – Кибертронцы не дышат, – в один вокалайзер произнесли десептиконы. Пена повернула по газоотводу и показалась в пяти кликах от них, подползая с неумолимой быстротой. Скайфаер, подскочив, повис на прутьях, пытаясь теперь уже выломать их препятствие к свободе, но и это оказалось бесполезно. Тогда он подтянулся, уперся ногами в угол между решеткой и стеной и опустил манипулятор вехикону. Подсадив его, он снова ухватился за решетку, позволяя колеснику висеть на его руке, заняв то же горизонтальное положение. Оказавшись чуть ли не вжатым в клеть, тот заголосил, зовя на помощь. Ревуду ничего не оставалось, как повиснуть здесь же и последовать его примеру. Как только он это сделал, пена из прохода с хлюпаньем вывалилась на пол и стала подниматься вверх. Деваться было уже некуда. – Праймус помоги, Праймус помоги, – зашептал Скайфаер, еще сильнее вжимаясь в клеть. – О, Сфера спаси! – вторил ему Ревуд. – Серьезно?! – выкрикнул вехикон, чувствуя, что злость на этих простаков сильнее его страха за собственную искру. – Два дефектных! Вы… Совсем рядом грохнул взрыв. Стены вновь содрогнулись, и пена вдруг замерла, остановив свое движение в полуметре от них. С краю замершего рядом с ними слоя пены надулся и лопнул небольшой пузырек, разбрызгав зеленые капельки. Все застыло в благоговейном молчании. – Ладно. Теперь я верю в них обоих, – с трудом выдавил в конец ошарашенный техник. Тут ему на голову посыпались искры. Решетка, за которую держались Ревуд и Скайфаер с колесником, дрогнула и, покачиваясь, взлетела вверх, поднимая их над жутким заполненным кислотой коридором. Решетку спилили и подняли на тросах с помощью летающего спидера. Отлетев на безопасное расстояние их опустили на твердую почву. Рядом уже собралось порядочное количество вехиконов. К ним подлетел и трансформировался серебристый истребитель, окинув их придирчивым взглядом. – Говоришь, разберемся сами? – усмехнулась Найра, убедившись, что все трое в порядке. – Обожаю, когда ты так быстро реагируешь на сигналы о помощи, – улыбнулся ей Скайфаер. – Мы дежурили тут все время, – Найра чуть наклонилась, глядя на фиолетового техника. – Как оказалось, не зря. – Про «дефектных» мы с тобой позже прогорим, – заметил вцепившемуся в его броню вехикону алый сикер. Мех тут же разжал хватку и поспешил ретироваться. – Как вы?.. – Ревуд с усилием поднялся на ноги. – Пену тормознули? – поняла его фем. – Просто пробили рядом дырку поглубже. Слышал же о свойстве сообщающихся сосудов? Тот, хихикнув, кивнул и повернулся к Скайфаеру. – И часто вы себе такие приключения устраиваете? – Каждый орн, друг мой. Чуть ли не каждый орн, – рассмеялся, глядя на него, десептикон, не имеющий ни сил, ни желания вставать. К нему подошел медик, и занялся сканированием корпуса сикера. – Что значит, ты не можешь найти Гринмена?! Скайфаер резко обернулся на встревоженный вокалайзер Найры, вставшей чуть поодаль и уже разговаривающей с вехиконом - связистом. – Ни как. Нет сигналов, – скорбно мотнул шлемом тот. – На поле, где он сражался, и мы засекали его последний раз, полно трупов и вражеских, и наших. Но его корпуса мы не нашли и не досчитались как минимум десятка его солдат. От них вообще ничего нет! Просто исчезли. – Ничто никуда бесследно не исчезает! – Мы все проверяли. Все, на что способна наша аппаратура. Ни следов пепла, ни коррозии – ничего… – мех замолчал. Его окуляры на мгновение устремились в пустоту, словно сикер на мгновение заглянул в себя. Потом кон провентилировал, очнулся и воззрился на Найру. – Нам пора отлетать. – Верно, – убито подтвердила фем. – Перешли мне карту проведенных поисков и… – она с видимым усилием проглотила ставший поперек магистралей колючий ком и развернулась, – отрапортуйте, когда прибудете на место. Вехикон понурил голову: – Мне очень жаль. Командующий Гринмен… – Выполнять! – твердо скомандовала сикер, отсекая лишние сантименты. – Есть, – десептикон мгновенно выровнялся в струнку и, трансформировавшись, полетел к шаттлам, где уже начинала загружаться их основная огневая мощь…

***

Спустя пол цикла Найра остановилась у растворенной двери каюты Скайфаера. И молча, в каком-то исступлении привалилась к проему наплечником. Процессор словно отказывался понимать происходящее, и частые перезарядки уже не помогали. Подвывая шуму в ее аудиосенсорах заводящимися моторами, за окном один за другим отбывали шахтерскрие суденышки. Скайфаер сидел здесь же, на опущенной плите и, пытаясь отвлечься от грустных мыслей, подбирал аккорды на «гитаре». Он поднял оптику на нее и улыбнулся. – Послушай, я пытаюсь придумать припев к «Алый свет…» – он положил пальцы на струны, запел. – Я так не хотел, но выбора не осталось. Я так не желал, но ра… – и остановился, видя ее фейслист, наполненный дикой болью и печалью. – Ну что ты… Алый сикер жестом пригласил серебристую фем присесть рядом. Генерал послушно заняла указанное место, долго молчала, а потом вдруг всхлипнула: – Да что же это такое?! – Найра, – поразился до глубины искры Скайфаер. Да, он испытывал боль от утраты боевого товарища и соперника, но и подумать не мог, что уже испытавшая столько всего кибертронка не сможет сдержать омыватель. – Что мне делать?! – она уперла в него темно-синие окуляры. – Теперь - то что? Сказать крыланам об уничтожении планеты? Или не говорить? Может сначала обрадовать их, что миниконы хотят обрушить на них свою «чудовищную мощь», как только нам настанет время отбывать? И я ведь даже не могу по ним шмальнуть со спутника, чтобы прихлопнуть всех и не вызвать подозрений. Вот тут-то десептиконский мечник понял, из-за чего это все. Он нежно привлек ее к себе. Мокрый, весь в омывателе, носовой конус уткнулся в грудную пластину меха. – Найра… что же случилось?.. Сикер опустила голову, упершись в броню своего друга шлемом. – Просто я вдруг поняла, что не могу ничего поделать… Ни крыланы, ни миниконы не хотят идти на мировую. Не думаю, что их заставит действовать вместе даже страх смерти. Гринмена теперь нет, и… – Тихо, – Скайфаер отодвинул отложенную «гитару» и стал нежно гладить фем по спине. – Ты же всегда поступала так, как следует – правильно. Помнишь, когда нас завалило в шахте, все уже были готовы манипуляторы опустить, а ты одна не сдалась и нашла выход. – Да, – снова всхлипнула она, – но это было совсем другое. Тогда мы жить хотели. Теперь я уже не знаю, ради чего сражаться. Ради чего вообще это все?! Как бы я хотела избавиться от своих жестких дисков, стереть все, что знаю, вернуться туда, где я была несмышленым новичком, верящим, что все в моем мире начинается и заканчивается службой великому лорду Мегатрону, во славу десептиконов! – Тебе нравилось неведение?.. – приподнял надбровные дуги алый мех. Фема отстранилась, выпрямилась и мотнула головой. – Я устала Скайфаер… впервые за всю свою жизнь я чувствую, что смертельно устала от всего. Что-то во мне сломалось, и я больше не могу себя заставлять, выкручиваясь узлами между слоями реальности… Я не знаю куда и зачем бегу… С одной стороны, я пытаюсь спасти кучку симпатичных мне крыланов, с другой – просто мечтаю, чтобы повстанцы этой планеты добились своих целей как можно быстрее. А по факту, там за стеной, а теперь и на нашей базе, находятся сотни моих солдат, на которых отразится любой мой неверный шаг, любая мелочь… Я не хочу ничего. Застыть. Забыться... Я хочу взвыть! Скайфаер охапкой обхватил ее и вновь прижал к себе. – Так взвой! Взвой, чтобы слышали все! «Стало легче. Да, действительно, легче». Найра вдруг рассмеялась. Из глаз катился омыватель, а она смеялась. – Порой меня тоже тревожат подобные вопросы, – выговорил несколько растерянно алый мех. –Ты... ты просто вспомни, ради чего начинала. Все станет на свои места… – Ради чего я начинала? В самом деле… вся моя жизнь. Ради чего? Сражаться я начала, потому, что Дзуа Тер сказал, что я могу. Затем Мегатрон решил, что я пригожусь в войсках, потом Шоквейв посчитал, что я ему буду полезна. После, командование сикеров оставило меня у себя, как командира… позже как генерала. Хах, да я никогда ничего не хотела! Ничего не ждала и не просила! Я просто жила и радовалась тому, что есть. – Да как так?! Ты же для них лидер! Идеал! Пример для подражания! За тобой они идут на смерть! Ты же не хочешь сказать, что все это вышло только… – Потому что, где бы я ни оказывалась, я всегда делала все, что было в моих силах, дабы работа прошла успешно. Смешно, да?! Ничего не изменилось! Сейчас я разрабатываю планы проведения боевых операций с той же тщательностью, что мыла пробирки в лабораториях, и раскладывала скарб по полкам складов, когда-то. Я всегда работала на окружающих… Все, что могла сделать, я делала… до сих пор… – Мы все старались изо всех сил, – отметил Скайфаер с грустью, вновь узнавая свою фем. Найра несмело подняла окуляры. – А ты? – Я? – Ради чего начинал? – Ну, меня активировали уже с мечом в манипуляторах, и решил, что это и есть мое призвание. Я работал, тренировался, задирал планку выше головы, проигрывал, проигрывал и проигрывал. Ты помнишь времена «слета»? Тогда Гринмен стал моей первой достижимой мишенью. Познакомившись со всеми вами, я решил для себя две вещи. Первое – я стану лучшим мечником среди десептиконов, и знаешь, похоже, стал. Второе – я найду того, ради кого буду счастлив прорубить этим мечем путь сквозь что угодно. – И нашел? Его сильные манипуляторы с ласковой нежностью пробежали по ее сложенным на спине в бокс крыльям. – Нашел… – алые окуляры поймали взгляд синих огоньков напротив и всем своим выражением твердили: «Не отпущу». – Знаешь, я понимаю, ты хочешь сделать, как лучше, – произнес он, после паузы. – Но, может, оно как раз и не нужно? Оптика фем чуть расширилась в удивлении. Сикер продолжал: – Мы так долго пытались контролировать ситуацию: я – с нашими, ты – с местными. В итоге, как только мы добивались успеха, все наши усилия стирались, будто бы их и не было, – Скайфаер шумно провентилировал. – В наших онлайн мы оба, ведь, не имели конкретной цели, но кое-чего добились, верно? И с этим не поспоришь. Так, может, стоит отпустить? Найра смутилась. – Пустить все на самотек? – Кто-то умный когда-то сказал: Все происходит так, как должно, независимо от нашего вмешательства… Крыланы, дофусе, миниконы. Никто из них не живет себе в удовольствие. Сколько они еще будут мучить друг друга? Погляди, они же все сопротивляются своему спасению. – Может ты и прав… – В любом случае, нужно нам притормозить и передохнуть. Возможно, ситуация сама рассосется, и все останутся живы. Возможно, мы сами поймем, что следует делать, посмотрев на все отрешенно. Пусть все будет так, хотя бы несколько следующих циклов. Пусть все идет, как идет. Фем кивнула, лежа на его плече и глянула в иллюминатор. В ее темно-синей оптике блеснул лучик восходящего солнца. Она притушила ее и тихонько напела:

Позволь мне один, последний глоток,

И я отпущу, с горем не споря…

– Что это? – шепнул ей в аудиосенсер Скайфаер. – Похоже, я придумала припев к своей…