Продавец снов

- Томлинсон! Луи с трудом подавил в себе желание втянуть голову в плечи, присесть и спрятаться под скамью. Этой встречи он избегал целый день, ходил по этажам, нервно оглядываясь, даже отключил телефон в надежде, что его не поймают. Но стоило отвлечься на Найла, который тарахтел ему что-то про Зейна и Лиама, и… Круглый тренер факультетской сборной катился по коридору как мячик, сердито хмуря брови-ниточки и испепеляя взглядом Томмо. - Томлинсон, ты осознаёшь, что твоя команда встречается с лингвистами на следующей неделе? – Луи покаянно кивнул. – А что вы все играете как старые перечницы, ты тоже осознаёшь? А то, что я не могу выпустить на поле запаску, потому что они ещё больше кретины, чем основной состав? Ты хоть понимаешь, что мне нужен каждый, кто может адекватно пинать мяч! Лингвисты – размазни, но вы ещё хуже их, так что не смей пропускать тренировки, слышишь?! …Тренировку утром в субботу он всё-таки проспал. И, когда, окончательно проснувшись, перестал метаться по комнате и всё-таки внимательней посмотрел на будильник, понял – идти на оставшиеся полчаса смысла нет. Плюнул в сердцах, спихнул с ноги уже надетую штанину и снова упал на постель рядом с перепуганным Стайлсом. - Опоздал, - буркнул он в подушку. - Ты ведь никуда не спешишь? Вот и сла-а-авно… В итоге они провалялись почти до полудня, до тех пор, пока совсем не надоело спать. Гарри выглядел гораздо лучше. Пусть на щеке остались царапины, но синяков не было, и к нему вернулось его хорошее настроение. В это утро, начавшееся в час дня, Томмо охватило сильнейшее чувство дежавю. Будто вот так всё уже было когда-то, и Гарри сидел на табуретке у окна, поджав под себя ноги, а по кухне витали запахи кофе и подгоревших тостов. Когда Луи разбил в сковородку яйцо вместе со скорлупой, кудрявый, смеясь, оттеснил его от плиты. Томлинсон дулся и возмущался, что его талант не ценят, а Гарри смеялся и уверял, что те, кто не умеет готовить яичницу, не умеют готовить вообще… И было так легко, так по-домашнему уютно, словно они дружили с песочницы, вместе выросли и теперь вместе живут, деля на двоих дом и постель… как будто они знают друг друга сто лет. И это было здорово. Неловкость возникла только в самом конце, когда они, болтая, дошли до магазинчика – Луи настоял на том, чтобы проводить Гарри – и остановились у двери. Смех утих, Стайлс стянул с себя и отдал Томмо его куртку. - Спасибо тебе… - он на секунду запнулся, а потом растянул губы в улыбке, - за всё. - Не за что, - беспечно отозвался Луи. – Только постарайся больше не вляпываться в такие истории, ладно? Лицо Гарри помрачнело, он коротко кивнул на прощание и скрылся за дверью, а Томмо только потом, почти дойдя до дома, вдруг понял, что те парни, приставшие к Стайлсу – его одноклассники. И что встретится Гарри с ними уже в понедельник… - Томлинсон, ты меня слушаешь?! Маленький тренер шипел и плевался ядом как кобра где-то на уровне груди Луи, а тот, очнувшись, лишь кивал и мотал головой, клятвенно обещая, что больше такого не повторится. Фыркнув в усы и нервно дёрнув рукой, словно он хотел оторвать Томмо ухо, тренер наконец удалился, и Луи перевёл дух. - С чего вдруг ор? Мне казалось, вы живёте душа в душу, - Найл словно соткался из воздуха за его плечом, весь такой солнечный и радостный, с конфетой на протянутой ладони. У Луи свело скулы, будто он съел лимон. Почему-то с утра его всё дико раздражало. - Убери от меня эту гадость, как ты можешь такое есть, фу. Он снова украдкой посмотрел на часы, отключаясь от рассказа Хорана. Почти два. За эти шесть часов, что идут уроки, они могли сделать с ним что угодно. - А он такой… - Найл, - быстро перебил он друга. - Прости, дружище, мне нужно бежать, поговорим потом, ты случайно не видел Лиама? Ирландец обиженно сощурился. - Я минут пятнадцать тебе об этом талдычу. Они с Зейном поссорились, Лиам забрал свои вещи из их комнаты и живёт почти у меня под кроватью. Сегодня я наступил ему на руку!.. - Где он сейчас? - Поехал к Дани, нервы успокаивать. - Чёрт, - Луи закусил губу. - Чёрт. Ладно, Найл, спасибо тебе, пока, до скорого, увидимся! - Ты разве не идёшь на пару? - Нет. Пока! И прежде, чем удивлённый Хоран успел сказать что-то ещё, Томмо быстро обнял его и помчался к лестнице, на ходу отправляя смс-ку Пейну. Может быть, он всё-таки прикроет его на лекции. *** В воскресенье Луи ездил к маме и девочкам, и всё время, пока он был с семьёй, пока близняшки, вереща и смеясь, таскали ему своих кукол, пока мама выспрашивала, что и как в институте, Стайлс не шёл у него из головы. Казалось бы, он должен был думать только о своих рыцарских похождениях и драконе. Да кто бы ни думал, кто бы ни хвастался сам себе? Но эти парни, напавшие на кудрявого, просто выводили Томмо из себя, и он постоянно ловил себя на мысли, что волнуется за Гарри. И откуда в нём вдруг появилось столько благородства и отваги? Откуда столько сострадания и желания помочь? Луи не знал, но склонялся к мысли, что сны имеют ко всему этому самое что ни на есть прямое отношение… Вернувшись домой, он первым делом попытался найти школу, в которой учится парень по имени Гарри Стайлс. Это оказалось проще простого: первая же ссылка в поисковике вывела на экран турнирные таблицы соревнований по настольному теннису среди старшеклассников всего города. Стайлс упоминался там раз сто и, судя по всему, он напобедюкал там всех и вся. …И теперь Томлинсон стоял у входа в здание, вглядываясь в толпу и нервничая ещё сильнее, чем раньше. Знакомых кудряшек не было видно, хотя в расписании Гарри числилось шесть уроков, а звонок прозвенел уже давно. Чем дольше Луи стоял, переминаясь с ноги на ногу, тем больше чувствовал себя идиотом. Неужели у парня не может быть никаких дел после уроков? Вдруг он пишет сочинение в библиотеке, или остался поесть в столовой, или у него тренировка, раз он такой чемпион? Или он ушёл на урок раньше, или вообще не был в школе – откуда ему, Томмо, знать? Позвонить и сказать «привет, я жду тебя у школы, где ты?» казалось ещё более тупой идеей, чем идея вообще сюда прийти. С одной стороны ворчала «зона комфорта», которой порядком досаждали заинтересованные взгляды школьников и школьниц, сырой холод, забирающийся за воротник, и осознание нелепости ситуации. В самом деле, ну что за бред. Свалить с пары только для того, чтобы проверить мальчишку, который ему не сват и не брат, с которым его связывает только ничего не значащее объятие ночью – зачем вообще? Гарри уже не маленький, у него есть друзья, родители, в конце концов, разберётся как-нибудь сам… А ещё мальчишка только позавчера признался ему, что предпочитает девушкам парней, и как он расценит такой рыцарский поступок Луи? Влюбится вдруг, как принцесса в прекрасного избавителя… Эти мысли были… неприятные. Скользкие, серые, старающиеся побыстрее ускользнуть, спрятаться, подленько, по-крысиному. Томмо не хотел думать так. Но ему думалось, и он ничего не мог с этим поделать. …А с другой стороны его подпинывало что-то, что вживилось в его душу и пустило там корни – пусть и с трудом, но, видимо, очень крепко. У этого эфемерного, неуловимого нечта не было названия, но были зубы и когти, и оно терзало Луи изнутри, хотело, чтобы он проверил мальчишку, убедился, что с ним всё в порядке. Школа большая, и наверняка в ней полно закоулков, куда можно затащить человека и поиздеваться вдоволь. Двадцать минут перемены – простор для фантазии!.. Через полчаса поток школьников иссяк совсем, и Томмо почти перестал чувствовать пальцы рук. Наверное, всё-таки стоило позвонить. Пусть это и выглядело бы глупо, но разве не глупее вот так стоять и ждать неизвестно чего? Негнущимися пальцами Луи полез за телефоном. После третьего «Абонент временно недоступен» сердце начало проваливаться в воздушные ямы. Спокойно, уговаривал себя Томлинсон, набирая номер снова, он просто сидит на дополнительных, или оставил телефон в раздевалке. С ним всё в порядке. А перед глазами стояло алое пятно на щеке, россыпь синяков вокруг горла… и тот парень с расстёгнутым ремнём. Что было бы, если бы Томмо вышел чуть позже, или вообще не вышел на лестницу?.. И ведь он, Луи, теперь не сможет помешать. Его даже не пустят в школу – если кудрявый всё ещё там – а где искать ещё, он не знал. Отчаяние было почти таким же сильным, как тогда, во сне, когда дракон отказывался выходить из ущелья. Томмо в бессилии кусал губы. Как ему хотелось, чтобы проблему можно было решить, проглотив таблетку-сон… Он прижал её – последнюю, жёлтую, которую зачем-то таскал в секретном кармане куртки – к себе ладонью, но знакомой тревожной пульсации не почувствовал. Дурак. Как будто Стайлсу можно помочь во сне. Ноги понесли его сами, потому что сил просто стоять уже не осталось, и он не мог этому противиться. Он почти бежал, мчался, едва переводя дыхание, к единственному месту, которое могло его успокоить – или удвоить страдания. Табличка «открыто» на двери вызвала у Луи нервный тик и желание кого-нибудь придушить. Уже во второй раз в своей жизни он яростно рванул на себя ручку этой двери и, оглушённый звоном колокольчиков, влетел в магазинчик. И тут же в его лёгкие будто вернули кислород, и, захлёбываясь им, он пошатнулся и оперся о стену. Стайлс, даже не обернувшись на грохот и хриплый кашель, продолжал, насвистывая, тянуть что-то очень громоздкое с самой верхней полки стеллажа. Он балансировал на стуле и на вытянутых руках осторожно и мягко спускал большой, хрустящий полиэтиленовый пакет. Силы у Луи закончились – всё ушло в нервы, и он просто стоял и наблюдал, как кудрявый ставит на стол эту шуршащую фигню. Только когда она прочно угнездилась на столешнице, Гарри изволил его заметить. - Привет, - он радостно улыбнулся, морща нос от пыли. - Я тут кое-что обнаружил, не хочешь… - Почему ты не был в школе? – перебил его Луи, шагая ближе. Улыбка сбежала с лица Стайлса, как смытый водой песок. - Не захотел и не пошёл, - угрюмо ответил он, опуская голову и принимаясь стаскивать пакет. - А откуда ты знаешь? - Знаю, - отрезал Томлинсон. - Если ты будешь бегать от проблем, то… В этот момент Луи даже испугался. Потому что Гарри резко вскинул голову, и если бы взглядом можно было убить, Томмо бы уже лежал с раскроенным черепом. На красивом лице отразилась такая злоба, таким холодом блеснули зелёные глаза, что выстоять и не отшатнуться смог бы не каждый. Луи выстоял. - Ты тоже собрался учить меня, что и как мне делать, да? До чего же мне надоели нравоучения! Каждый день одно и то же, думаешь, хоть кто-то из вас страдает оригинальностью? «Ты должен ходить в школу, ты должен учить уроки, ты должен думать, куда поступать потом, ты должен, ты должен»! Надоело!! Он с трудом перевёл дыхание, а потом спросил едва слышно: - Какого чёрта тебя-то это волнует? От неожиданной горечи в его голосе у Луи в глотке комом застряли все те фразы, которыми он собрался гасить этот поток красноречия. Тихонько шуршал потревоженный пакет. Прерывистое дыхание Гарри гоняло в воздухе пыльные паутинки. Томмо смотрел на него, приоткрыв рот. - Я тебя искал, - брякнул он первое, что пришло в голову, и тут же пожалел об этом. - Ты искал меня в школе? – недоверчиво спросил Стайлс. - Зачем? - Волновался. – Коротко пояснил Томлинсон, злясь на самого себя. До чего же неловко. - Зачем? – продолжал допытываться мальчишка, и – господи, сколько можно… - Боялся, что к тебе опять пристанут эти… - Луи мотнул головой. - Мудаки. Гарри смотрел в его глаза, и злая складка между его бровей медленно разглаживалась, черты лица смягчались. А потом в улыбке приподнялись уголки губ: - Так ты не пытаешься меня поучать. - Нет. Улыбка снова померкла. - И ты считаешь, что я прогулял школу потому, что я их боюсь? - А что мне ещё остаётся делать? - Всё не так, - покачал головой Гарри. – Всё совсем не так, как ты думаешь. И одновременно с его вздохом Луи, косея от собственной смелости – или глупости? – еле слышно выдавил: - Так расскажи мне. Повисла тишина. Томлинсон считал пульс, грохотом отдававшийся в ушах, и ждал. Тайна, вот-вот готовая раскрыться, щекотала нервы, заставляла сжимать ладони в предвкушении. Стайлс покусывал губу, склонив голову к плечу, и в его глазах плескалась и била крыльями озорная улыбка. - Я почти не хожу в школу, Лу. Мне просто там не интересно. Луи не сдержал разочарованного выдоха, и Гарри, услышав это, рассмеялся, откидывая голову назад. - Я тебя когда-нибудь убью, - процедил Томмо сквозь зубы. – Ты иногда такой несносный, что меня от тебя тошнит. - Я знаю, - весело отозвался кудрявый. – А теперь, раз уж ты пришёл, не поможешь мне с ящиком?..