Grace Notes

Солана Вакариан/Наксус Федориан, Pre-ME1, после главы Warden из Just Like Old Times Дверь издала негодующий сигнал, давая Солане знать, что по ту сторону кто-то был и заходил внутрь, хотела она того или нет. Времени хватало на то, чтобы схватить пистолет и припасть на одно колено за скудным укрытием, что предоставлял потертый стол в комнате отеля. Голова пульсировала от самого отвратительнейшего похмелья на ее недавней памяти – а в последнее время она испытала немало монументальных похмелий – но она заставила себя сосредоточиться. Будет вполне в духе ее удачи пасть жертвой какого-нибудь неумелого ограбления. Бесславный конец Соланы Вакариан. Пистолет трясся. Ну, точнее, ее рука тряслась. Тоже спасибо похмелью. Наксус едва не словил пулю в голову, когда вышел из-за угла, и лишь то, что она узнала его голос, выкрикнувший ее имя, остановило ее палец у курка. - Духи, Наксус! – выпалила она. – Как насчет того, чтобы в следующий раз постучаться? Или послать сообщение? Ну, знаешь, чтобы я не убила тебя по ошибке? Она не знала, чего ожидала, но не облегченного восклицания, и не того, что Наксус бросится перед ней на колени, заключив ее в свои сильные руки с отчаяньем утопающего. Рой противоречивых эмоций забушевал в ее голове, временно сменяя боль похмелья. Но объятия длились всего мгновение, и прежде чем она успела поднять руки, чтобы ответить на жест, он отстранился, тяжело осев на пол, руки повисли, как у марионетки с оборванными нитями. Каждый выдох сопровождался низким стоном горя и страха в его субгармониках. - Наксус, - сказала она тихо, отложив в сторону пистолет и неуверенно потянувшись к нему рукой, - ты… все в порядке? Он отбросил ее руку, прежде чем она успела к нему прикоснуться. Уязвленная, она сжала пальцы в кулак и прижала к груди. В полной растерянности. - В порядке ли я, спрашивает она. В порядке ли я? – Его мандибулы разлетелись в стороны, глаза были широко раскрыты, и он отодвинулся от нее, насколько позволила стена. Сжавшись, он спрятал лицо в ладони, каждый его вздох сбивался на пике. Она знала его многие годы, он был ее лучшим другом многие годы, и она никогда не видела его таким расстроенным. Он был спокойным, здравым, уравновешенным. Глядя на него сейчас, дрожащего и разбитого, она осознала, что всегда воспринимала это как само собой разумеющееся. – Ты даже не знаешь, не так ли? Ты даже не помнишь. В порядке ли я? – Снова подняв голову, он хлопнул ладонями о пол по бокам от себя. С силой. Она сочувственно передернулась, но он, похоже, не заметил боли. – Нет, Солана, я, ***дь, не в порядке. - Наксус, - снова начала она сбивчиво. – Я… прости. Я… что бы ни произошло, я… Его омни-тул вспыхнул оранжевым светом, и после нескольких секунд яростных поисков он развернул руку так, чтобы она видела найденные им сообщения. Она прочла несколько предложений, прежде чем воспоминания нахлынули волной вместе с вымоченным в алкоголе стыдом. На языке чувствовался призрачный привкус наркотиков, хотя она знала, что E82 уже вышел из ее организма. Она ощущала такую безнадегу, когда сидела в Логове Коры, уже опрокинувшая в себя дюжину стаканов, зная, что всей выпивки мира не хватит, чтобы утопить то, от чего она сбегала. Может, пора перестать убегать, написала она. Со множеством опечаток. Прости, Наксус. Прости. Дело не в тебе. Ты был другом лучшим, чем я когда-либо заслуживала. Так будет лучше, ты поймешь, Наксус. Я просто якорь для тебя. Просто якорь. Наксус. Все будет в порядке. Тебе будет лучше без меня. - Ох, - выдохнула она, едва слышно. – Духи. - И затем, даже несмотря на что ты дважды неправильно написала мое имя, ты сумела отсрочить доставку? Что за черт, Солана. - Я… думаю, я… не хотела тебя будить. Я знала, что ты никогда не ставишь сообщения на беззвучный. Было, эм. Было так поздно. - Ты не хотела, чтобы я тебя остановил, ты имеешь в виду, - прорычал он, его острый взгляд не упускал ничего. Его мандибулы болезненно дернулись. - Возможно, это тоже, - признала она, поникнув. – Я так… я… - Не извиняйся! – Омни-тул вновь померк, и он сжал ладони в кулаки. – Больше никаких извинений. – Он сделал глубокий вздох, и в этот раз дыхание не сбилось. – Это… я пытался… тут ты перешла черту, Сол. Я должен доложить об этом. Она кивнула. Покачала головой. Кивнула снова. - Ты не должен. Он напрягся, еще не поднимаясь на ноги, но расправив плечи и подняв подбородок. По крайней мере, он больше не стенал. По крайней мере, он не дрожал. О чем ты думала, Вакариан? Что, мать твою, ты собиралась с ним сделать? - Ты знаешь, что должен. Наше начальство может на многое смотреть сквозь пальцы, пока ты тянешь свою работу и появляешься в свои смены, но это… это? Я… Сол. Я не знаю, что с этим делать. Я… Она вскинула руку, перебивая его. - Я не это имела в виду. Я… я не помнила, как отправляла это сообщение, и я не, эм, ты знаешь. Не сделала ничего. Кто-то в Логове Коры позвал тогда из-за меня СБЦ. Пьяная и буйная. Это было, эм. Плохо, я полагаю. - Ох. Твой отец? - Нет! Духи, нет. Я не думаю, что мы бы сейчас разговаривали, если бы появился именно папа. Мой брат откликнулся на вызов. Я отвратительно себя с ним вела. Как с и тобой. Как со всеми. – Она подтянула к себе колени и обняла их руками. Это было слабым утешением. Все же, она не отводила от него взгляда; хотя бы это она была ему должна. - Он не повел себя отвратительно со мной. Как и ты. Так что первым, что я сделала, когда покинула его квартиру утром, было подание прошения об отставке. Мне нужна помощь. Я знаю, что мне нужна помощь. Я вернусь на Палавен. Насовсем, думаю. Мне найдется место в области исследования и разработки. Туда меня, вроде как, изначально и хотели пристроить. С мамой сейчас все хорошо, но это изменится. Хочет кто-либо это признавать, или нет. Я… думаю, я должна быть там. Так что, я подала в отставку. И мне нужна помощь. Он кивнул, теперь спокойно. Торжественно. Он потер шею, а затем резко остановился, словно поймал себя на том, что выдает свою нервозность. - Мне будет тебя не хватать. На миссиях. - Пожав плечами, он словно сдулся. Стал выглядеть меньше и печальнее. – Не только на миссиях. Мне… будет тебя не хватать. Она моргнула, не совсем способная сдержать надрыв в собственных субгармониках, когда сказала: - Ты… в смысле, ты будешь навещать, верно? Твоя семья там. Это… это не обязательно должно быть прощанием, да? Его взгляд был таким пристальным, таким ищущим, что она едва сдержалась, чтобы не опустить голову, боясь того, что он увидит. - Можно мне… будешь ты… могу я навестить тебя? – Он первым отвел взгляд, смущенно наклонив голову. – Это… я знаю, что положение твоей семьи выше и это не… мы едва ли ровня, и я… Духи. Дерьмо. Мне не следовало ничего говорить. Забудь, что я что-то сказал. Она схватила его ладонь, быстро, пока не растеряла храбрость, и крепко сжала. Он уже перестал ощутимо трястись, но она чувствовала остаточную дрожь в его пальцах. В этот раз он не отстранился, не оттолкнул ее. Его пальцы сжали ее так же крепко. - Навести меня, - сказала она. – Пожалуйста. Мне бы этого хотелось. Мне бы очень этого хотелось. Навести меня. - Ладно, - ответил он, и, может, пока еще все не было в порядке, но впервые за долгое время Солана позволила себе поверить, что в порядке виднелось где-то на горизонте.