Свет свечей и лай собак меняют время

Утро встретило затекшей рукой и неожиданной тишиной спальни. Глаза открылись на миг позже, чем мелькнула напряженная мысль о вчерашнем вечере. Не веря своим глазам, Снейп приподнялся на локте, посмотрел в лицо. Ни движения, ни перемены позы. Все так же, как оставил он сам. Значит, положение вещей хуже, чем ожидалось. Возможно, есть повреждения, которые он не заметил при поверхностном осмотре. Но это могут быть только проклятия внутреннего действия, а за такое время они проявились бы и внешне. Что ж. Руки освобождать никто не будет. Наблюдение — вот все, что остается. Снял путы со своей руки. Приподнялся, плавно и медленно встал с кровати. Каждый жест сопровождался неотрывным взглядом в осунувшееся лицо. А что, если он не придет в себя вообще? Что, если это состояние, в которое он блаженно погрузился, продлится долго? Нет, нельзя позволять себе думать о подобном. * * * День казался неимоверно длинным. Дорожка от рабочего стола до двери спальни стала таким привычным маршрутом, что несколько раз в день ходить туда-сюда уже стало привычкой. Взять книгу с полки — глянуть, поставить на место — глянуть еще раз. Ничего. Ни движения, ни звука. Несколько раз подходил, развязывал руки, разминал запястья пленника, долго смотрел в лицо, связывал вновь, уходил. Теперь уже тянул время, чтобы не пойти спать гораздо раньше обычного. Нельзя позволять сбиваться устоявшемуся ритму жизни. Надо сохранять силы. Их еще будет нужно много. * * * Когда на следующее утро картина повторилась, Снейп ходил кругами по кабинету, не застегивая сюртука, похожий на растрепанного ветром ворона. Где он просчитался? Неужели все настолько плохо? Гарри дышал, чуть подрагивали ресницы, слабо вздымалась грудь, но он по-прежнему не приходил в себя. Снейп пообещал себе: если новая ночь не решит ничего, он будет действовать по-другому. Но ночь решила все. Снейп проснулся от крика. Хотя трудно было назвать это криком. Голос Гарри срывался, сухое горло издавало сиплое хрипение. Он хотел кричать, но звуков было мало. Это пугало его самого до дрожи. Вскочив, Снейп нащупал в полутьме его лицо и зажал ладонью рот. В неверном пламени обгоревшей свечи бешено горели глаза. Долго, очень долго они смотрели друг на друга, не шевелясь. Гарри взирал на него испуганными, широко распахнутыми глазищами. Снейп медленно убрал ладонь. Гарри задергался, завозился, пытаясь высвободить руки. Почувствовал, что только затягивает петлю, и взвыл, клубком скручиваясь на кровати, пригибая голову к коленям, дергая плечами. — Успокойся, ты в безопасности. Тебе ничто не угрожает, слышишь? Я связал тебе руки только чтобы ты не навредил себе. Перестань кричать. Ты сорвешь себе горло. Но Поттер его не слышал. Не имея сил на крик, он тонко протяжно завывал, зажимая руки между сомкнутых колен. Снейпу еле удалось немного выпрямить его, удержать судорожно сжимаемые коленями руки, снять путы. Пленник затих. Улегся неподвижно, свернувшись клубком на постели. Снейп не решался тронуть его за плечо, смотрел настороженно, готовый ко всему. — Гарри… Тот дернулся. Резко, нервно. Часто, испуганно задышал, заерзал. — Гарри, ты слышишь меня? Снейпу еще не приходилось видеть таких глаз. Похожий на пойманную в силки птицу, Гарри приподнялся и взглянул ему в лицо. Огромные, полные безумной тревоги, ожидания и боли глаза прожгли его внимательным взглядом насквозь. Снейп замер, пораженный выражением этих глаз. Гарри смотрел на него, явно не понимая, кто перед ним, видя перед своим взором нечто абсолютно другое, прожигая невидящим взглядом воздух перед собой. — Гарри… Он замотал головой, отрицая что-то, имеющее значение только для него самого, и стал сползать с кровати с другой стороны. Готовый к неожиданностям, Снейп медленно встал, стараясь не делать резких движений и не сводить взгляда с лица пленника. Тот сполз на ковер и уселся на полу, явно желая быть как можно незаметнее. — Ты в безопасности, Гарри. Я не причиню тебе вреда. Ты знаешь, кто я? Гарри не реагировал. На пару мгновений он застыл, и Снейп уже не ждал ответа, когда вдруг совершенно ясно донеслось злобное: — Ненавижу… Пленник смотрел прямо на него на удивление осмысленным взглядом и продолжал шептать то же слово уже осипшим голосом. Взгляд Снейпа словно медленно вырастил стену между ними. Спокойным будничным голосом он констатировал: — Ну, вот так лучше. По крайней мере, ты меня помнишь. Однако следующие действия заставили его несколько засомневаться в сказанном. Стоило ему приблизиться к пленнику, тот испуганно закрыл лицо поднятой локтем вперед рукой, будто заслоняясь, и изо всех сил зажмурился. — Гарри. Я не прикоснусь к тебе, если ты этого не хочешь. Я не причиню тебе боли, — Снейп опустил вниз напряженную руку, и два настороженных глаза сверкнули из-за завесы взлохмаченных волос. — Гарри, ты ощущаешь боль где-либо в теле? Снейп осторожно опустился перед ним и оперся коленями о ковер. Разговаривать, глядя свысока, и неудобно, и доверию никак не способствует. Гарри абсолютно отрешенно смотрел на человека перед ним, но закрыться более не пытался. Инстинкты делали свое дело: если другое существо добровольно опускается до твоего уровня, если твои глаза находятся на одной линии с его, значит, не стоит ждать нападения. Он убрал руку, но на заданный вопрос никак не отреагировал. Снейп осторожно протянул вперед руку, но, увидев, как снова дернулся Гарри, замер, не убирая руки. — Дай мне проверить кое-что. Это никак на тебя не повлияет. Я не прикоснусь к тебе. Поттер застыл, настороженно и напряженно глядя на приближающуюся руку. Мастер зелий поднял указательный палец вверх и поводил рукой перед его лицом. — Смотри на палец. Ну, похоже, сотрясения у тебя нет. Он двигался настолько плавно, насколько мог, стараясь, чтобы его руки были все время на виду и пленник мог наблюдать за каждым его жестом. Главное — не дать усомниться в своей лояльности. Он должен доверять. Хотя бы минимально. Снейп медленно распрямил колени и встал. — Ты голоден, Гарри? — несложные, понятные вопросы. Сначала стоит восстановить хотя бы естественное, самые простейшие нужды — есть, пить, спать. Реакции Поттера ему совсем не нравились. Вместо того, чтобы хоть как-то ответить, тот уставился в одну точку на ковре и молчал. Снейп чуть склонил голову, пытаясь заглянуть ему в лицо: любой человек, привлеченный внимательным взглядом в упор, поднимет голову. Но пленник не двигался. — Гарри… Тишина. Ни движения, ни звука. Недовольно поджав губы, Снейп смотрел на него сверху вниз достаточно долго для того, чтобы понять, что в собственном восприятии Гарри, как возможной помехи мыслям, его сейчас просто не существует. Снейп медленно развернулся на каблуках, продолжая вглядываться в лицо пленника, почти скрытое упавшими на лоб волосами, пока не оказался к нему спиной. Вышел из кабинета, на некоторое время оставив его одного. * * * Появившаяся в проеме двери фигура со сложенными на груди руками замерла в неподвижности. Снейп оперся о косяк, не сводя глаз с пленника. Сидит все так же, ни на дюйм не сдвинувшись. Судя по чуть подрагивающим ресницам, не спит — смотрит прямо перед собой. Неужели психика так глубоко задета? Чуть качнувшись, оттолкнулся от двери и шагнул внутрь. Подошел ближе. Вновь мягко, без резких движений опустился рядом на колени. Поттер не отреагировал. Взял пальцами заострившийся подбородок, приподнял лицо вверх. Глаза опущены. Прошла вечность, пока из-под фарфорово-бледных, с синеватыми тонюсенькими прожилками век не появились глубокие, невыносимо глубокие глаза. Снейп сжал зубы до боли в челюстях. Глаза не двигались. Гарри просто смотрел на него, не мигая, без выражения боли или страха. Просто взгляд, глубокий, но не выражающий ничего, кроме пустоты. Он смотрел в эти глаза, растворяясь в пахнущей полынью горько-безмятежной пустоте, пока не понял, что так его просто затянет, увлечет, как песок порывом ветра с поверхности земли. Отпустил, но веки Гарри так и не дрогнули. Бесполезно звать его сейчас. — Гарри, может, тебе хочется чего-то? Взгляд неожиданно переместился. Выше, на уровень груди Снейпа. Напряженно ожидая, но так и не дождавшись момента слияния их взглядов, Снейп смотрел на подрагивающие ресницы. — Тебе надо поесть. Или хотя бы выпить что-то. Ты так не продержишься долго. Внезапно пленник дернулся, испуганно забился и кинулся в угол, между кроватью и тумбочкой: в дверь соседней комнаты, служившей хозяину помещения гостиной, громко постучали. Снейп скривился, резко встал и вышел из комнаты. Мгновением позже вернулся, взмахнул палочкой по периметру двери и, бросив короткий взгляд на макушку Гарри за кроватью, вышел снова. * * * Вернулся он примерно через полчаса. За ним следом шел домовик. В руках ушастого создания подрагивал поднос с фруктами, водой в бутылках и парой бокалов. Настороженно шевеля ушами, эльф оглядывался по сторонам. — Поставь поднос на кровать, — коротко распорядился Снейп и тут же жестом выпроводил напуганное существо. Гарри сидел в углу возле тумбочки, уткнувшись лицом в колени. На том же самом месте, куда забился полчаса назад. Снейп расстегнул и снял сюртук, бросил на кресло. Задержав долгий напряженный взгляд на фигуре пленника, вышел. До спальни донесся плеск воды, бряцание кольца для полотенец. Шаги послышались сначала в соседней комнате, вдоль стены, потом возле двери, и мастер зелий вернулся в спальню. Положив книгу на прикроватную тумбочку, обошел изножье кровати и сел на край в паре футов от пленника, поглядывая на поднос с едой недалеко от себя. — Гарри. Тот не пошевелился, не поднял головы. — Ты хочешь пить? Ни движения, ни звука. Снейп придвинулся еще немного ближе, почти нависая над скорченной в неудобной позе фигурой. Протянул руку, пальцы замерли над головой Гарри. Не коснулся, но руку не убрал, разглядывая взлохматившиеся после недавнего мытья волосы. Чуть пошевелил рукой в воздухе и очень осторожно положил кончики пальцев на предплечье пленника. Поттер вздрогнул, но головы не поднял. Мастер зелий мягко передвинул пальцы дальше, легонько охватил предплечье рукой и чуть-чуть сжал. Гарри резко вскинул голову и поднял растерянный взгляд, который не был направлен на Снейпа. Под глазами его явно застыли следы высохших слез, ресницы еще были слегка влажны. Снейп смотрел ему в лицо подчеркнуто в упор, пытаясь обратить его внимание на себя, но Гарри продолжал невидяще смотреть перед собой. Пряди непослушных темных волос падали ему на лоб, он моргал, пытаясь убрать пару длинных волосинок, запутавшихся в ресницах и колющих ему веко, но ничего не выходило, и он продолжал моргать снова и снова. Протянув свободную руку, Снейп убрал волосы с его лица. Гарри дернулся, будто только что увидел человека рядом с собой, перевел взгляд на Снейпа и… неожиданно улыбнулся. Улыбка вышла такой беспомощной, растерянной и искренней, что мастер зелий невольно засмотрелся на его лицо. Смотрел на края сухих губ пленника, разошедшиеся в улыбке, смотрел, как она медленно сползает с его лица, сменяясь пустотой в глазах, и не мог оторвать взгляда. Надо попытаться хотя бы немного накормить его и главное — напоить. Но как это сделать, не испугав, не навредив ему напором своих действий? Снейп окинул взглядом поднос на кровати, взял с него бокал и крепко сжал его в руке. Наполнил на треть водой из небольшой бутылки, повернулся к пленнику. Тот продолжал смотреть на человека рядом с собой, хотя улыбки уже не было. И к лучшему. Будет лучше, если он не повторит ее более, уж слишком обескураживающим выглядело зрелище. — Это простая вода, Гарри. Тебе надо напиться. Сделай хотя бы пару глотков. Наклонившись чуть вперед и неотрывно глядя в глаза, мастер зелий поднес бокал к его лицу. Гарри не двигался, не опускал взгляда, пока медленно приближающийся бокал не коснулся его губ. От прикосновения вздрогнул и резко взмахнул рукой, будто отгоняя нечто от себя. Нахмурился, чуть приоткрыл губы, зашептал что-то себе под нос. Снейп, едва успевший убрать руку с бокалом, скривился. — Гарри. Посмотри на меня. Никакой реакции. Шепчет что-то непонятное. Снейп чуть склонился к нему, прислушался. Ну конечно, что еще мог шептать мальчишка в стрессовой ситуации — пространная шипящая речь на парселтанге. Еще этого не хватало. Если он будет изъясняться таким образом и в дальнейшем, то и без того напряженное до предела общение станет бессмысленным. Поднес бокал к его губам снова. Никакой реакции на появившийся рядом с ним предмет. Казалось, Гарри не воспринимает практически ничего, что выходит за границы его собственного мира, в который он погружен по самую макушку. Снейп сжал бокал в руке еще крепче и поднес стеклянный край ко рту Гарри. Вскинувшуюся руку поймал в движении, но это только испугало пленника — тот быстро передвинулся дальше в угол, скользя по полу, и нахмурился, глядя перед собой. Снейп с недовольством выпрямился и сощурил глаза, глядя на него. Даже если он сегодня не поест, пить ему необходимо. Значит, придется все же заставлять. Такими брыканиями испуганного зверька он доведет себя до окончательного обезвоживания. Достал палочку, коротким взмахом наложил магические путы на запястья, а заодно и на щиколотки пленника, снова взял в руку бокал. Гарри забился пойманной птицей, дергая руки и яростно суча босыми ногами по полу. — Гарри, не дергайся, иначе мне придется обездвижить тебя. Или причинить тебе боль. Не двигайся. Просто замри. Но тот не прекращал ни на минуту возиться, дергаться, брыкаться и яростно молотить руками по коленям, пытаясь снять путы. Снейп быстро скользнул рукой на его затылок, стараясь чуть отвести голову Гарри от стоявшей за ним тумбочки, чтобы тот не ударился о его деревянную стенку. Гарри перепуганным взглядом широко раскрытых глаз наблюдал за ним, ловя каждое движение Снейпа, и продолжал яростно шипеть на змеином языке. — Гарри, я не знаю парселтанга. Я не смогу понять тебя, если ты не будешь изъясняться на человеческом английском. Вряд ли мальчишка понял хоть что-то из сказанного ему, но молча хватать его и насильно поить тоже не хотелось. Снейп в который раз приблизил край бокала к его губам, едва сдерживая яростное сопротивление, и коротким резким наклоном бокала смочил ему рот. Тут же отпустил его подбородок и дал ему спокойно трясти головой. Вода струйками стекала вокруг рта Гарри, но сухие губы не размыкались. Капли пролились на его грудь, поблескивая на свету, но он не реагировал на это. Снейп чуть отстранился. Глядя на Поттера с недовольным видом, он облегченно распрямил спину, когда внезапно высунувшийся из пересохших губ язык пленника слизнул влагу с края рта. Гарри заерзал, коснулся языком другого уголка рта, забегал жадным взглядом по предметам вокруг, будто пытаясь отыскать источник благодатной влаги. Мастер зелий склонился над ним и вновь коротко наклонил к его лицу край бокала. Вода омочила его губы, и он жадно задвигал языком. Уловив момент, Снейп приложил к его губам прохладное стекло и вновь смочил губы, дав ему возможность понять, откуда поступает жидкость, и самому потянуться за ней. Да, кто бы сказал, что такое ощущение морального удовлетворения может вызвать вид Поттера, жадно хлещущего воду! Когда последними глотками тот осушил бокал, Снейп осторожно подлил еще и поднес к его губам. Гарри выпил и это, довольно сияя от неожиданного счастья. — Может, ты хоть что-то поешь? — Снейп передвинул поднос с фруктами ближе к нему, но Гарри не обратил на него никакого внимания. Внезапно, будто совсем осмысленно, он повернул лицо к Снейпу и что-то протяжно прошипел на змеином языке. — Я не понимаю тебя, Гарри. Я не знаю парселтанга. Гарри смотрел в лицо мастера зелий необычайно внимательно, будто пытаясь взглядом донести до него смысл сказанного им. Снейп смотрел на него суженными до щелок глазами, задумываясь о действии, которое сам себе запретил во имя блага их обоих — акт легилименции. Если заглянуть в голову мальчишки, несомненно, можно понять и то, что он пытается сказать, и то, насколько его мозг затуманен в данный момент. Сопротивляться вторжению в своем теперешнем состоянии он просто не сможет. Но дело было даже не в этом. Легилименция сейчас — проникновение в, возможно, настолько вязкое болото поврежденного, искалеченного сознания, что это может быть губительно даже для такого сильного мага, как Снейп. Но узнать, что говорил ему Гарри, было не только важно, это было нужно для его понимания, для его выздоровления. Ведь если существо в подобном состоянии настолько зациклено на чем-то — то ли воспоминании, то ли впечатлении — это наиглавнейший ключ к разгадке, к ниточке, ведущей к его сознанию. «Хорошо, кажется, ответ на этот вопрос вырисовался сам собой. Есть альтернатива погружению в больное сознание. Но это — чуть позже. Сейчас ему надо хотя бы поесть». Снейп облегченно вздохнул, сформировав в своих мыслях план, и перешел к делу более прозаическому. Приобретенный опыт в непростом задании напоить пленника вдохновил его повторить подобное с едой. Взмахом палочки он освободил того из пут и взял в руки кисть винограда. На всякий случай продемонстрировал его Гарри, но, не встретив никакой ответной реакции, продолжил свои действия в задуманном направлении. Отщипнул с грозди пару ягод, поднес их к лицу пленника. Тот смотрел на Снейпа, не мигая, не произнося своих шипящих, и вообще, казалось, глядя просто сквозь него. — Это виноград, Гарри, — Снейп поднес виноградину к его губам, коснулся их прохладным бочком ягоды. Гарри продолжал смотреть сквозь него, не размыкая губ. — Хорошо. Сделаем, как ты понимаешь. Снейп налил в бокал воды и намочил в ней виноградину. Поднес к его губам. Ощутив на губах влагу, тот уже привычно приоткрыл губы и, когда в рот попала ягода в каплях воды, удивленно застыл. Но все же привычные рефлексы взяли свое — раскусив хрупкую кожицу, пленник попробовал на вкус полученное угощение. — Ну, вот так-то лучше. Если ты съешь хотя бы немного, я буду считать это своей личной победой. Ничего более серьезного тебе есть все равно пока нельзя. Гарри осторожно брал ягоды с руки губами и задумчиво пережевывал. Снейп положил на ладонь еще несколько, потом только молча наблюдал за мальчишкой. Он жив, и это главное. Молодой организм возьмет свое. Сейчас ему нужен покой, и может быть, даже все удастся. Гарри дожевал ягоды и перевел взгляд на Снейпа. Снова прошипел, глядя ему в лицо, все ту же фразу или слово. Снейп поджал губы, мгновение задумчиво побарабанил пальцами о колено. Потом резко встал, вышел из комнаты и затворил за собой дверь.