Свет свечей и лай собак меняют время

Не было его достаточно долго. Когда, наконец, в соседней комнате раздались шаги и голоса, голосов стало уже несколько. Один из говоривших отдавал короткие приказы низким баритоном, другой в основном молчал, изредка задавая уточняющие вопросы. Один голос явно принадлежал Снейпу, другой, с приятным, четким произношением — какому-то юноше. Движение в соседней комнате не прекращалось, послышался стук чего-то большого о стену, голоса зазвучали громче, еще некоторое время не стихали шорохи и разговор, потом все стало тихо. Дверь в спальню отворилась, на пороге возник Снейп. Заметив макушку Гарри в том же самом проеме у кровати, прикрыл за собой дверь, но тут же развернулся и внимательно изучил расположение предметов на кровати. Вода из перевернутой бутылки растеклась лужей по поверхности покрывала, ягоды винограда были разбросаны, надкушен персик, повалены бокалы, один разбит в крошево у самого края подноса. Снейп вихрем метнулся к Гарри. Огибая кровать и приближаясь к нему, он отметил капли крови на светлой ткани покрывала и раздавленные виноградины на полу. Едва он подлетел к мальчишке, того дернуло и стошнило на ковер кашеобразной массой с целыми шкурками непрожеванного винограда. Снейп скривился, как от оскомины, едва успев убрать носок туфли с прохода. Открыл рот, чтобы сказать что-то, но не произнес ни слова, молча вытащил палочку и, буркнув под нос: «Evanesco», заставил исчезнуть с пола кашицу и разбросанные ягоды. Гарри сидел тихо, потрясенно глядя перед собой и сжимая одной ладонью другую. Между сжатыми пальцами застыла полоска кровавого следа. Снейп опустился рядом с ним на колено, достал платок и вытер его губы. Отрешенное лицо в остатках пены и сока стало еще бледнее. Не будет ничего удивительного, если Поттер сейчас просто потеряет сознание. — Дай мне руку. Я посмотрю. Снейп попытался вытащить одну ладонь Гарри из цепких объятий другой, но тот в испуге задергался, остановил на нем до предела испуганный взгляд и замотал головой. Мастер зелий протянул к нему ладонь, коснулся щеки. Гарри выглядел настолько изможденным, что это пугало: мгновенно глубоко обозначившиеся круги под глазами, которые стали еще темнее после неожиданного напряжения, запавшие пустые глаза, чуть приоткрытые губы. Поттер не смотрел на него. Снейп же изучал его лицо в малейших подробностях. — Дай мне руку. Я посмотрю хотя бы, нет ли осколков в ладони. Я не причиню тебе боли. Не бойся. Но вместо этого Поттер внезапно вскочил, вихрем пролетел сквозь узкое пространство, остающееся до стены, и рванул к двери. Снейп медленно, зная, что Поттеру не уйти дальше двери в спальню, поднялся на ноги и развернулся в сторону выхода. Пленник схватился за ручку двери, дернул раз, другой. Куда ты собрался, мальчик? Дернул еще раз, уже слабее… и повалился на пол тряпичной куклой. Снейп приблизился, навис над ним, глядя на распростертое перед ним тело, наклонился, приподнял голову Гарри, просунул под шею руку, вторую сунул под колени и поднял мальчишку на руки. Опустил на кровать, откинул в сторону покрывало и уложил бесчувственное тело в постель. Накрыл одеялом, отбросил прядь волос со взмокшего лба, достал на поверхность одеяла руки, внимательно исследовал ладони, нашел место пореза и прошептал над ним заживляющее. Уже на выходе из комнаты наложил защитные чары на дверь, чары обнаружения движения — на кровать, и отправился в лабораторию. * * * — Ну, и что же ты не ведешь его? — послышался сзади насмешливый голос. Снейп обернулся и направил холодный взгляд прищуренных черных глаз на портрет на стене. Мужчина неопределенного возраста с короткой густой рыжей бородой и наглыми зелеными глазами ухмылялся ему в лицо. — Он спит. Позже. — Чем же ты так уморил его всего-то за несколько минут? — откровенно насмехаясь, мужчина на портрете оперся спиной о колонну позади себя и сложил руки на груди. — Он еще очень слаб. Сегодня первый день, когда он очнулся. Дай ему время прийти в себя. Незнакомец негодующе хмыкнул и встряхнул головой. — Ты хочешь, чтобы я еще и ждал, пока он соизволит явиться ко мне? Мало того, что я вынужден общаться с двумя полукровками, так я еще должен ждать аудиенции какого-то выскочки-мальчишки. — Ты прекрасно знаешь, чья просьба за моими словами, Салазар. И никто не вынуждает тебя ждать. Ты абсолютно свободен. Все, что нужно от тебя — послушать его бормотание. — Том тоже знает парселтанг. Снейп вскинул на мужчину издевательски удивленный взгляд. — Ты предлагаешь мне пригласить его к Поттеру? — в голосе мастера зелий скопилось такое количество то ли меда, то ли яда, что мужчину на полотне передернуло. Недовольно поджав губы, тот отвернулся и не обращал больше внимания на Снейпа. * * * Чары обнаружения движения сработали, когда за окном уже взошла луна. Снейп перевел усталый взгляд на часы, закрыл книгу и поднялся в гостиную. Пересек комнату и взялся за ручку двери спальни. Снял заклятие и, не входя в комнату, толкнул перед собой дверь. Замер на пороге, ожидая, когда дверь откроется до самой стены. Абсолютную давящую тишину нарушал только кажущийся неимоверно громким, до эха, стук каминных часов в гостиной. В лицо пахнуло прохладой, чуть заметно всколыхнулись легкие шторы. Он напряженно вскинул подбородок, заметив это движение, но тут же подавил первый порыв — кинуться проверять окно. Нигде более в комнате не слышалось ни звука, не замечалось движения. Внезапно потревоженная ветром приоткрытая рама закрылась вновь с оглушающим стуком. Снейп едва заметно вздрогнул и нервно сжал косяк двери так, что побледнели костяшки тонких пальцев. Взгляд скользнул по комнате. Все ощущения окружающей реальности сконцентрировались в одном напряженном до предела слухе. Так прошло несколько секунд, пока из угла за кроватью не донесся наконец сдавленный всхлип. Он шагнул в комнату. Горящий на стене магический огонь бросал причудливые длинные тени на кровать, стены. Появляющиеся и исчезающие фигуры и рисунки плясали в непрекращающемся танце. Шаг. Еще один. Боковым зрением продолжая следить за обстановкой вокруг, медленно сделал еще несколько шагов к кровати. Всхлип повторился. Вытянул шею и тут же, уже свободно, сделал еще пару шагов в сторону. Гарри ничком лежал на полу, обхватив руками голову. Снейп замер в проходе между кроватью и стеной. Позади вновь открылась и со страшным грохотом захлопнулась рама. По телу пленника пробежала мелкая нервная дрожь, он всхлипнул опять и сжался, изо всех сил пытаясь как можно больше прикрыть руками голову. Снейп развернулся, подошел к окну и, бросив короткий взгляд на темные стены замка, закрыл его, поправил сбившиеся шторы. Будто заметив его в окне, луна выглянула из-за комьев темно-серебристых облаков, и полосы лунного света легли белесыми дорожками на расстеленную кровать. Он повернулся и вновь окинул взглядом дрожащее тело на полу. Осторожно переступив через вытянутые ноги, сел на край кровати прямо над ним и оперся локтями о колени. — Гарри… Тот дернулся, сцепил руки на затылке и задрожал еще сильнее. Он позвал снова. Молчание. Протянул руку и едва коснулся дрожащего плеча. Гарри дернулся, резко развернул голову в сторону и, увидев рядом с собой носок черной туфли, внезапно порывисто вскочил, в один момент вжался в угол между стеной и комодом, пытаясь сильнее прижать к себе ноги и во все глаза глядя на появившегося рядом человека. Снейп так же медленно распрямил спину и переплел пальцы опирающихся на колени рук. Взгляд его, спокойный, уверенный, остановился на лице Гарри. Он нарочно медленно и более часто, чем обычно, моргал, убирая из своего взгляда напряженность, стараясь придать ему как можно более невозмутимое выражение. Гарри так настойчиво прижимал ноги к тощему телу, так старательно вжимался спиной в угол, что это становилось пугающим. Отрешенный, напряженно-испуганный взгляд не был направлен в лицо Снейпа, он метался где-то между его остро торчащим коленом и матово поблескивающей кожей туфель. Снейп опустил глаза. Казалось, вместе с отяжелевшими веками опустились вниз края губ, лицо приняло устало-равнодушное выражение, и только залегшая между бровей глубокая морщинка выдавала напряжение, замершее на этом лице. Вдруг Гарри, отчаянно сучивший босыми ногами в безуспешной попытке убрать свои ступни как можно дальше с прохода, протянул дрожащую руку вперед и с ужасом в глазах указал на лунные полосы на кровати. Снейп скосил взгляд на покрывало и, словно стремясь показать, что ничего страшного в полосах не видит, провел ладонью по покрывалу рядом с собой. Гарри в неимоверном ужасе проследил его движение и тут же с новой силой вдавился спиной в угол, закрывая руками голову и тихо всхлипывая. Снейп остановил на нем взгляд, выражающий только ноющую, безысходную, уже привычную боль, мягко спустился с кровати вниз, встал на колено и коснулся руками его горячих дрожащих.Гарри задергался в панике, с выражением ужаса взирая на Снейпа. — Пойдем в зал, Гарри. Ты выспался, теперь, как я понимаю, бессонная ночь гарантирована мне. * * * — Ну и зачем ты привел его, если он молчит? К твоему сведению, сейчас уже ночь. Возиться с вами обоими сутки напролет я не соглашался. Мужчина на портрете бросил недовольный взгляд на Гарри, сжавшегося в комок в кресле. Снейп явно был настроен решительно. — Заговори с ним. — О чем? О погоде? Северус, не требуй от меня того, чего сам не знаешь. Что я должен ему сказать? — Скажи, что предлагаешь ему поговорить с тобой. — А это не может подождать до утра? Я обязан вести эти светские беседы именно ночью? — Он проспал длительное время. Не думаю, что мне теперь удастся уложить его снова. А в том состоянии, в котором он находится, мне дорога каждая минута. Мужчина исподлобья покосился на мастера зелий, демонстративно повернулся вполоборота к нему и сложил руки на груди. Гарри дрожал в кресле, обхватив руками босые ступни ног. — Я весьма сомневаюсь, что он даже сможет слышать меня. — Попробуй. Мужчина повел губами, хмурясь. На мгновение задумался, и тишину комнаты нарушило шипение и свист, сложившиеся в пространную фразу. Снейп со всей внимательностью наблюдал за реакцией пленника. Вопреки предположению Слизерина, Гарри не только поднял голову, перестав дрожать, но и, глядя вполне осмысленным взглядом на портрет, вслушался в понятное только ему шипение. Мастер зелий чуть склонил голову набок — какая перемена! Казалось, совсем не воспринимающий действительности пленник выпрямился, в глазах появилась жизнь, он старательно прислушивался к словам человека с портрета. Когда же, перебивая древнего мага, Гарри взволнованно зашипел и свистел в ответ, Снейп стал с удвоенным вниманием вглядываться в лица собеседников, переводя взгляд и следя за губами и выражениями лиц. Гарри произнес длинную заковыристую фразу, потом снова погрузился в прострацию и уже медленно, будто вытаскивая звуки из недр памяти, прошипел еще несколько отрывистых фраз. Когда же он замолчал, Салазар смотрел на него с неким удивлением и недоверием. — Что он говорит тебе? В его словах есть смысл? Мужчина на портрете задумчиво потер рукой подбородок, оглаживая короткую рыжую бороду. — Он повторяет какой-то разговор. Судя по всему, он не понимает даже его смысла — слова просто запечатлелись в его сознании, и он попытался сообщить это мне как нечто, волнующее его. — Разговор? — Да. Как я понял, говорили двое. Одним из говоривших, без сомнения, была Беллатрикс, другого никак не называли. — О чем разговор? Мужчина не ответил, глядя прямо перед собой. Прошла пара минут, прежде чем он заговорил снова. — Я предположу, что вторым говорившим был ты. — Я? — Я повторю тебе этот разговор так, как он его услышал: «— Беллатрикс, остановись. Хватит. — Не указывай, что мне делать! Я сама решу, когда мне остановиться! Не лезь не в свое дело! — Ты, вероятно, не знаешь этого. Crucio, наложенное пять раз в течение получаса, полностью разрушает психику человека. Восстановлению сознание после этого уже не подлежит. — Ну и что из того? — А то, что Лорд вряд ли скажет тебе «спасибо», если исковерканное сознание мальчишки повлияет на его душевное состояние. А оно уже влияет, будь уверена. — Ты просто не способен наслаждаться болью в той степени, в которой это необходимо. Или ты просто жалеешь его. — Мне все равно, что ты думаешь обо мне и моих поступках. Мое дело — предупредить». Снейп долгим немигающим взглядом смотрел на Гарри. Вновь свернувшийся клубочком в кресле, тот устало прикрыл глаза. Но то, что он не спит, мастер зелий мог утверждать совершенно определенно. — Вот и весь разговор. — Он еще повторял одно и то же слово. Я не могу произнести, как оно звучало. — Тогда и я не могу ничего ответить тебе. Снейп подошел к пленнику и коснулся его плеча. Гарри поднял голову и рассеянным взглядом посмотрел на него. — Пойдем в комнату, Гарри. На сегодня хватит. Гарри не сводил взгляда с лица мага, а Снейп внимательно оглядывал бледное осунувшееся лицо Поттера. Это было странное, непонятное ощущение некоего сдвига — безусловно, возможность произнести вслух то, что ему хотелось, и быть не только услышанным, но и понятым, дала пленнику некую точку опоры в расплывчатом мире его неосознанных страхов. Мастер зелий сейчас сказал бы, что короткое общение на понятном для двоих в этой комнате языке успокоило что-то внутри Гарри, как будто он донес что-то, что его угнетало, до сознания других, и это расслабило внутреннее напряжение в его собственном мире. Гарри продолжал неотрывно смотреть в глаза Снейпа, и, когда губы мальчишки вновь разомкнулись, пропуская непонятные мастеру зелий шипящие звуки, ощущение дежа вю вызвало легкое головокружение. — Вот эта фраза. Или слово. Вот это он произносит постоянно. Ты слышал его, Салазар? — Снейп повернулся к портрету, но мужчины на нем не было. Колонна, к которой он прислонялся, темнела пятнами поросшего мхом мрамора. Снейп тяжело вздохнул. — Помоги. Голос шел от портрета. Откуда-то из-за колонны гулким эхом коротко пробилось и исчезло единственное слово. — Что ты сказал, Салазар? Тишину нарушало только тяжелое дыхание Гарри. Каминные часы пробили полночь. — Он говорит «помоги». Это слово, которое он произносит.