Свет свечей и лай собак меняют время

— Расскажи мне о зелье. — Зелье? — Да. Ты обещал. Зелье, которое ты готовишь для Волдеморта. Зачем оно? Кстати, ты не думал о том, что Грэм может из ревности и простой пакости что-то сделать с ним? — Грэм ничего с ним не сделает. — Ты в нем так уверен? — Я ни в ком не уверен достаточно. Но зелье защищено особыми чарами. Подойти к нему можно, но что-то добавить, влить, испортить — нет. — Поэтому ты не боишься оставлять его там? Оно настаивается без твоего участия? –Да. Что-то вроде того. — Расскажи мне о нем. Снейп сложил руки на груди, опершись спиной о ствол дерева, и задумчиво уставившись на носки своих туфель. — Это очень сложный состав. Я не буду рассказывать тебе о его ингридиентах и способе варки. Приготовление связано с фазами Луны. В первые две фазы добавляются и провариваются в определенной последовательности компоненты, в течение вторых двух настой бродит и перемешивается самостоятельно. — Зачем оно нужно? Мужчина оторвался от дерева и прошел вдоль склона, держа руки за спиной. — О своей связи с Лордом ты знаешь не хуже меня. Для того, чтобы разорвать ее, необходимо провести ритуал, обратный тому, который превратил тебя в крестраж. То есть, разъединить вас так, чтобы покинувшая тебя часть его души не погибла, — Снейп прошел дальше по краю обрыва, останавливаясь спиной к мальчишке. Гарри изумленно смотрел в спину Снейпа, не имея сил произнести ни слова. Его голос, с трудом вырвавшийся на волю, зазвучал хрипло и натужно. — Не погибла? Ты хочешь сказать, что это зелье создается для того, чтобы сохранить ему жизнь? Снейп, не оборачиваясь, медленно кивнул, погруженный в свои мысли. — Когда Лорд покончит с тобой, части его души, которая сохранялась в тебе, угрожает опасность. Это подтверждают его провидцы, и это я сам доказал ему на примере книг из библиотеки Хогвартса, которым тысячи лет. Зелье призвано обезопасить и сохранить эту часть его души, — голос Снейпа звучал так спокойно и буднично, что это казалось сном. Монотонное разглагольствование продолжилось упоминанием тех древних манускриптов, в которых он нашел подтверждение своей теории, когда тишину площадки над обрывом взорвал полный боли крик Гарри: — Снейп!!! Мужина резко обернулся, удивленно воззрившись на мальчишку. Его глаза остановились на глядящем на него в немом изумлении Потере, не мигая и не меняя выражения. — Ты дашь Лорду убить меня? — Да,— спокойно произнес мужчина. Казалось, его сознание сейчас было совсем далеко отсюда. Гарри попятился, не имея сил отвести взгляда от спокойного лица Снейпа, его широко распахнутые глаза наполнились невероятной, разрывающей сердце болью. Мотая головой из стороны в сторону, он сделал несколько шагов спиной назад в траве, упал навзничь, снова вскочил, потрясенно глядя на мужчину, и бросился бежать прочь по краю обрыва, едва не падая, цепляясь штанинами за колючие кусты. Снейпа словно дернуло. Он враз вышел из оцепенения, в которое погрузился с головой, размышляя о зелье, о планах, о будущем. Поднял глаза, глядя на мчащегося, не разбирая дороги, прочь от него мальчишку, и запоздало протянул ему вслед руку: — Гарри… Ошеломляющее понимание накрыло его в один момент. Сорвавшись с места, он рванул вслед за мальчишкой. Поднимая облако пыли, бегом пересек пологий спуск с другой стороны плато, перерезая Гарри дорогу в сторону поросших высокой травой полей. Мальчишка несся стрелой, спотыкаясь кроссовками в траве, на ходу закрывая поднятыми локтями лицо и неловко взмахивая руками. Погоня продолжалась несколько минут, пока внезапно споткнувшийся Гарри не упал в высокие стебли травы, тут же настигнутый мчащимся за ним мужчиной. — Гарри! Гарри! Снейп с разбегу упал на колени рядом с вытянувшимся на земле телом, пытаясь унять истерические рыдания и закрыть собой спину колотящего кулаками по траве мальчишки. — Ненавижу! Ненавижу! Гарри судорожно рыдал, перекатываясь на подломленных стеблях, отталкивая его руки и порываясь бежать дальше. Снейп бросился ничком в траву рядом с ним, прижимая мальчишку своим телом к земле, переворачивая его лицом к себе. — Прости меня… хороший мой… прости… Ты не так меня понял…Я не то сказал… Прости… Он прижал вырывающегося мальчишку к земле, пытаясь удержать бьющееся в истерике тело, сжимая запястья и придавливая к сломленным стеблям его безвольно повисшие руки. — Прости меня… — шептал он уже куда-то в волосы Гарри, тычась лицом в его шею, — я никогда никому не позволю причинить тебе боль… Я не то сказал тебе… Не так… Я не отдам тебя никому… Никому… Ни Лорду, ни богу, ни дьяволу… Не плачь… Не плачь… Я виноват перед тобой… Прости… Гарри уже не вырывался, замерев безвольной куклой в его руках, зажмурившись, откинув голову в сторону, молча глотая стекающие по лицу слезы. Снейп лежал рядом, уткнувшись лицом в его шею, шепча только одно слово, прижимая запястья мальчишки к земле, коротко целуя его растрепавшиеся волосы на виске, ловя губами стекавшие по шее слезы. Никто из них не знал, сколько они лежали так. Когда на поляну опустились сумерки, Снейп поднял мальчишку, прижал к себе безвольно обмякшее тело и, согревая собой, неосознанно ласкал и перебирал его волосы. Гарри затих, не говоря ни слова, молча лежа с закрытыми глазами на груди мужчины, и когда тот приподнял его, заглядывая в лицо, не раскрыл слипшихся от слез ресниц, не открыл глаз. — Гарри…— тихо позвал мужчина. Прошло несколько минут, прежде чем открылись глубоко запавшие потерянные зеленые глаза. Мальчишка не смотрел вокруг себя, глядя на свои колени отрешенным рассеянным взглядом. — Гарри… Я задумался о своем… О том плане, который я выстроил, едва узнал, что ты появился в замке. Я ответил на твой вопрос, не поняв его смысла. Ты поверил мне. Поверил моим словам… Мальчишка приподнял мокрые ресницы. — Ты тоже предал меня? — тихо и очень спокойно спросил он. Снейп кончиками пальцев приподнял его подбородок, заглядывая в осунувшееся бледное лицо. — Я не смогу предать тебя. Ты — все, что есть у меня. Гарри удивленно — горько поднял усталый взгляд на лицо мужчины. — Ты будешь со мной? Там. Когда я приду к нему? Снейп наклонил его к себе, обнял и ткнулся носом во влажные края волос. — Он не коснется тебя. Никто не посмеет коснуться, пока я жив. — Почему? — тихонько прошептал мальчишка. — Я не позволю. Гарри поднял взгляд на лицо Снейпа. Удивление в его глазах, словно ширмой, сменилось пониманием. — Ты… Твой обет. Я понимаю. Снейп отвернулся в сторону, отводя взгляд. — Я не давал обета, Гарри. — Но Салазар… — Я придумал это для Слизерина сам. Еще очень давно, в Хогвартсе, когда следил за тобой. Никто не знал о том, что обет, якобы существует. Только Салазар. От него это стало известно Лорду. Поэтому он отдал тебя мне. Гарри смотрел на профиль Снейпа, резко выделявшийся на фоне горящих вдали огней. — Но зачем? Мужчина коротко скользнул по нему усталым взглядом, опустил голову. Несколько минут прошли в тишине. Иногда он коротко вздрагивал, словно решаясь поднять голову, и сказать что-то, но минуты шли, а Снейп все молчал. Наконец, будто приказав сам себе, мужчина поднял голову, и знакомым уверенным взглядом взглянул в лицо мальчишки. — Наверно, даже в жизни такого мерзкого ублюдка, как Северус Снейп, должно быть что-то, что могло бы быть ему дорого…