Clockwork/Заводной

Тейлор икнула в попытке сдержать слезы, угрожающе затуманившие зрение. Джокер смотрел на нее в ярости, такими темными глазами, которых она никогда не видела, жесткой хваткой держа ее за руку. Он был в абсолютной ярости, это она поняла. Его дыхание было тяжелым и неровным, она съежилась и прижалась к стене, крепко зажмурившись и думая только над тем, чтобы он ее не ударил. Она была так напряжена, ожидая удара, что была просто уверена в том, что получит его. Его тяжелое дыхание обжигало ее лицо, он сосредоточил взгляд на отметинах от ногтей на левой стороне ее челюсти. С нескрываемым гневом он отметил кровь, сочащуюся из ранок. Прищурившись, он поднял руку, схватил ее за подбородок, повернул ее голову в сторону и не отрываясь смотрел на отметины Андерса. Он был в ярости от того, что Андерс сделал ей больно, не говоря уже о том, что вообще ее коснулся. Никто не трогает его вещи. Тейлор принадлежит ему, и не приведи господь кто-нибудь попытается украсть ее у него. Его не волновало, что ей сейчас больно, что он ее пугает своим поведением не меньше, чем Андерс. Тейлор поморщилась от боли, когда он стер кровь с ее подбородка тыльной стороной ладони. Сдерживая страдальческий всхлип, она издала дрожащий вздох. - Не убивай меня, - вдруг шепнула она, удивив Джокера и застав его врасплох своей просьбой. Эта фраза от маленькой девочки, умолявшей оставить ей жизнь, невероятно отрезвила, чуть не выбила его из колеи, из его мутной ярости, пелены гнева. Заложники и случайные люди, оказавшиеся рядом с ним, всегда просили об этом. "Пожалуйста, пожалуйста, не надо" - говорили они. Но услышав эту просьбу из уст невинной девочки он почувствовал себя странно неправильно. Он облизал губы, не найдя слов, и присел на корточки. Он ослабил хватку, и Тейлор потихоньку высвободила руку. - Что? Тейлор осторожно открыла глаза, взмахнув своими длинными ресницами. - Я буду хорошей, - отчаянно обещала она шепотом. - Я обещаю, я буду, пожалуйста, не убивай меня, - ее голос дрогнул, она еще сильнее вжалась в стену, стараясь сдержать слезы. - Почему, ах, - он причмокнул, говоря медленно, размеренно, - а почему я, э-э, должен это сделать? - он пристально посмотрел на нее, а она только захныкала в ответ на его вопрос, отвернув голову в сторону. Она еще пыталась отдалиться на хоть какое-нибудь расстояние между ними, слабо отталкивая его. - Перестань, - он раздраженно сбросил ее руки, а затем подтянул ближе, сжимая плечо. - Посмотри на меня. Она дышала хаотично и неравномерно, сильно разволновавшись, когда он сжал ее сильнее. Теперь она была просто смешной. - Зачем мне тебя убивать? М-м? - она упорно не встречалась с ним взглядом, ему пришлось схватить ее за подбородок. - Скажи мне, почему, - прорычал он. Тейлор съежилась при звуке его голоса, так занервничав, что едва могла ворочать языком. - О-он, - она сглотнула, - он сказал, что ты плохой, что ты... ты убьешь меня. Джокер снова ослабил хватку и отпустил ее, кивнув, глядя на нее проникновенным взглядом. - Он это сейчас сказал? Она кивнула. - Пожалуйста, не надо, - умоляла она, такая маленькая и совершенно беспомощная. Она удивила его, когда внезапно обвила руками его шею и прижалась к его плечу. Разрыдавшись, она прошептала: - Пожалуйста, не надо. Я люблю тебя. Одновременно Джокер почувствовал отвращение, ужас, несвоевременность сказанного, не зная, как среагировать. Никто, ни один человек, никто и никогда не говорил ему этого. Как она может... как она так просто может говорить это и ему? Она хоть знает, что это значит?* Он не зацикливался. Полное недоумение выразилось лишь одной секундой, затем снова заменившись на гнев. Он жестко рассмеялся, сузив глаза и оттолкнув ее снова к стене. - Ты любишь меня? - издевательски произнес он. - Ты любишь меня? - Тейлор в ужасе уставилась на него, когда он поднялся во весь рост. - Это самая идиотская вещь, которую я когда-либо слышал. Он усмехнулся и ощупал шрамы изнутри, сдерживая гнев, успокаиваясь и глядя на нее. Она все еще испуганно прижималась к стене, от ужаса не смея даже пошевелиться. Он не мог сделать это прямо сейчас. Он знал, что если позволит себе это, если он с ней что-нибудь сделает, в конечном счете он сам же и пожалеет о глупой ошибке. Он не причинит ей боль. Пока, по крайней мере. Он не хотел ничего больше в целом свете, как взять ее за горло и придушить, раз и навсегда... но он не мог поставить под угрозу все дело ради минутной ярости. Он просто отдохнет от нее. Ему необходимо очистить разум и подумать. - Ты останешься здесь, - спокойно сказал он, добавив в голос елейности, такая интонация Тейлор никогда не нравилась. Он небрежно натянул подтяжку на плечо, а затем потянул вниз. - Ты подумаешь о том, что сделала. Может быть в следующий раз ты будешь слушать, когда я говорю, хм. Тейлор дала волю слезам: они текли по ее нежным щекам; он не особо нежно шлепнул ее по щеке, она ударилась головой о стену. Он усмехнулся, а затем вышел без единого слова. Тейлор разрыдалась. Я плохая девочка, я плохая девочка, мысленно повторяла она про себя. Это были слова ее матери, она повторяла их бесчисленное количество раз, поэтому они стали своеобразной мантрой в ее сознании. Она знала, что сделала не так, знала, что должна была его слушаться, когда он сказал не выходить из спальни, но ей так хотелось выйти. Она не думала, что там есть еще и Андерс и Уилкс. Она уселась на пол, обняла колени и прижала их к груди, уткнувшись в них головой. Она сидела в таком положении некоторое время, чувствуя ужасную сонливость - но она была не в состоянии уснуть, коря себя. Она осторожно потрогала себя за челюсть, там, где была кровь. Через окно проникал тусклый свет, но становилось все темнее. Деревья протяжно скрипели, наполняя пустоту звуками. Всхлипывая, она опустилась на бок, прижав щеку к холодному паркету и согревая себя руками. Почти три часа спустя она проснулась. Она почувствовала тепло, она сонно моргнула, с удивлением обнаружив, что заснула. Лицо было сухим от слез, глаза покраснели и болели. В задрапированной комнате было холодно, ноги и руки в мурашках. Она только смутно осознавала, что чьи-то сильные руки ее подняли с пола. Кто ее держит? - Мистер Джей? Она уткнулась в его грудь, зная, что это он, она чувствовала запах его грима, сердце забилось невозможно быстро, отдавая в ребра. - Мистер Джей? - она снова поставила вопрос под сомнение, голос был полон беспокойства, на попыталась разглядеть его в темноте. Она хотела повернуться в его руках, но он усилил хватку. Выйдя из комнаты в темный коридор, Джокер молча понес ее через кухню в другой коридор в другой части дома, где она прежде не была. Он резко остановился и открыл дверь, Тейлор зажмурилась от яркого света. Он опустил ее на пол, а затем с оглушительным треском захлопнул дверь, Тейлор даже подпрыгнула. Она смущенно оглядывалась вокруг, не понимая, почему они в ванной. Это была не очень просторная, но стильная ванная комната с отделкой из темного дуба, гладкого кафеля и черной раковиной с серебряными кранами. Перед ней большая душевая кабина-ванна, под ногами темно-серая плитка. Прямо перед ней, растянувшись на полу, лежал Андерс. Он лежал на спине и явно был без сознания; руки были заведены за спину, челюсть в странном положении. Тяжелая металлическая цепь была обернута вокруг его тела вплоть до щиколоток. Цепь была прикована к металлической решетки кондиционера на полу. Рубашка была расстегнула, открывая бледный живот. Увидев его, Тейлор тут же отшатнулась и постаралась открыть дверь, но Джокер схватил ее за платье и дернул к себе. - Почему ты хочешь убежать, милая? - гнусаво спросил он, словно беспокоясь, Тейлор захныкала. - Ты разве не хочешь поиграть? Он развернул ее лицом к себе и она впервые заметила, в какой он ярости. Белые флуоресцентные светильники в ванной делали его грим еще более броским, а черные глаза опасно блестели. Она тяжело дышала, а затем кивнула. - Я не хочу здесь, - заскулила она. Она даже не вспомнила больше об Андерсе, она больше не боялась его. Она боялась Джокера. Она никогда не видела его таким жестоким, диким животным. Он обнажил зубы в оскале, дикое, порочное существо; его мышцы напряглись в засаде. Прежде, чем она поняла, что происходит, он вдруг схватил ее за руку и подтянул к Андерсу. Он поставил ее на колени рядом с ним; она закричала, не понимая, что происходит. Она чувствовала, что Джокер встал на колени позади нее, прижавшись грудью к ее спине, поставив руки по бокам от нее. Она была слишком напугана, чтобы что-то сказать. В жизни она так не боялась. Она чувствовала что-то холодное возле ладони, а опустив взгляд, увидела длинный зазубренный нож с узким промежутком посередине, он напоминал картофелечистку. Она задрожала от страха и попыталась отодвинуться, но Джокер задержал ее, а затем положил ее руку на рукоятку ножа. - Подержи-ка его, - прошептал он ей на ухо. Она чувствовала его хаотичное биение сердца, чувствовала его влажное дыхание. Он провел языком по губам, а потом почти любовно убрал ее длинные волосы за спину, пригладив. Начав снова дрожать, она почувствовала его дыхание совсем рядом со своим ухом, он шептал обманчиво-успокаивающие слова. Она закрыла глаза и слушала его голос, он обвил руку вокруг ее талии, положив другую поверх ее руки с ножом. - Знаешь, что этот человек хотел с тобой сделать? - низко спросил он. Тейлор покачала головой, чувствуя, как снова наворачиваются слезы. Она моргнула, стараясь их сдержать. Джокер снова облизнул губы. Он говорил твердо, выплевывая слова как грязь: - Он пытался увезти тебя от меня, Тейлор. Он бы избил тебя... до крови, - его горячее дыхание обжигало ей ухо, заставляя ее еще усиленнее дрожать. Она подняла голову и посмотрела на Андерса, его глаза по-прежнему были закрыты. Он казался таким милым, таким разительно контрастным ее собственным чувствам. Он отпустил руку Тейлор, забрав и нож, Тейлор прижалась к его груди; он внезапно кинулся вперед и ударил рукояткой ножа Андерса по голове. Другой рукой он по-прежнему держал ее. Андерс застонал и слабо открыл глаза. В голове пульсирующая боль, он скорчился. Придя в сознание, он растеряно огляделся, думая, что это сон, в котором Тейлор сидит рядом на коленях, а Джокер сидит позади нее. - Я рад, что ты проснулся, - серьезно и мрачно сказал Джокер. Тейлор в ужасе смотрела на Андерса, вспомнив, что он и Уилкс заклеили ей рот скотчем и пытались ее похитить. Она захныкала. - Мистер Джей, пожалуйста, пожалуйста, - умоляла она, - я хочу домой, - отчаянно прошептала она. - Я хочу домой! Он только усмехнулся. - Тс-с-с, куколка, - он погладил ее по волосам, успокаивая. - Так не тебе одному сегодня выпустят кишки, - он многозначительно посмотрел на Андерса, язвительно усмехнувшись. - Разве этот звук не... не мучителен? Андерс, наконец, вышел из своей дымки забытья, потому что глаза его расширились, он попытался повернуться, когда понял, что его руки связаны за спиной. Он обнаружил, что и ногами не мог двигать. Он громко застонал от беспомощности и выгнулся, тщетно пытаясь выбраться. Джокер рассмеялся и снова вложил в руку Тейлор нож, придерживая ее своей. Он чувствовал дрожь от волнения. Придвинувшись, он наклонился вперед. - Сейчас это сделаешь ты, милая, - прошептал он. - На самом деле это довольно легко, - он облизал губы и сжал ее руку сильнее, когда она попыталась опустить нож. - Ты сделаешь с ним то, что он собирался сделать с тобой, - он сделал паузу и намеренно коснулся губами ее уха. - Все, что тебе нужно сделать, это заставить его истекать кровью. Тейлор смотрела на Андерса в ужасе, он смотрел на нее также. Она снова покачала головой - "нет", - сердце сделало резкий скачок, когда она начала осознавать его слова. Все. Андерс сказал ей правду. Мистер Джей был убийцей. Она едва могла дышать, осознав это, но не понимая, что это открытие за собой повлечет. - Мистер Джей, нет, пожалуйста, - воскликнула она, пытаясь выкрутиться из его объятий. - Отпусти меня, я не хочу. Не хочу! Джокер зарычал и схватил ее сильнее, притягивая к себе так, что она морщилась от боли. - Ты сделаешь это, - выдавил он. Он поднял руку и поднес нож к телу Андерса. Он надавил лезвием прямо на его грудную клетку, а затем повел ниже. Андерс напрягся и попытался втянуть живот, но лезвие следовало за его движениями. - Подожди! Не надо! - он корчился, Тейлор только беспомощно наблюдала, как Джокер медленно проводит острым ребристым концом лезвия по его плоти. Андерс истошно кричал, извивался на полу, Тейлор кричала вместе с ним, крепко зажмуривая глаза, чувствуя, как Джокер ведет нож дальше, пока тонкая полоска кожи не отделилась от его тела. Джокер смаковал их крики, поднес нож к его телу и снова повторил свои действия, но на этот раз на чувствительной области мужской груди. Андерс рванулся от боли, снова выгнулся, безуспешно дергая цепи, как дикое бешенное животное. Он грязно ругался и выкручивался. Тейлор снова закричала и отвернулась, крепко зажмуривая глаза, чувствуя кровь на кончиках пальцев. Она плакала, затем она слышала радостный смех Джокера, его шипение ей на ухо, а затем почувствовала резкий рывок и булькающий вздох Андерса, когда нож достиг кости. Он чувствовал кровь Андерса на пальцах, горький медный запах. Чувствовал тонкие полоски мяса, содранные с тела и лежащие на его животе. Он чувствовал дрожащее тепло Тейлор, которая сама не осознавала, что в данный момент ее судорожная дрожь дергает нож и причиняет Андерсу боль. Их крики перемешались, сгустились вокруг него. Он прикрыл глаза от восторга и сглотнул, вслепую двигая рукой Тейлор по телу Андерса. Он больше не срывал плоть с костей, он просто скоблил кости. Постепенно он начал тяжело дышать, а затем почувствовал эрекцию. Он издал сдавленный стон, вовсе не ожидая этого. Тейлор попыталась бороться. Она плакала и кричала, извивалась так, что это еще больше его взволновало. Он должен был что-то сделать, потому как Андерс уже задыхался, открывая рот как рыба на суше. Он посмотрел вниз и увидел, что кровь уже полностью залила его грудь. Тейлор продолжала вырываться, он раздраженно отпустил ее и куда-то швырнул, решив закончить с Андерсом самостоятельно. Она уже сделала свою часть, настала его очередь. Он слышал ее громкие крики и рыдания, она сжалась в комок рядом с ванной, закрыла руками уши, закрыла глаза и кричала. Джокер проигнорировал ее, он был занят Андерсом. Мрачно улыбаясь, он вспорол ему живот, и внутренности мужчины вывалились на пол. Это было самое красивое зрелище, которое он когда-либо видел. Это было так мерзко и хаотично, что Джокер вздрогнул, ослабил челюсть и застонал в экстазе, смакуя ощущение теплой крови, покрывающей его руки. Тело Андерса постепенно обмякло, он умирал в тихих жалобных стонах. Затем была жуткая тишина, вздрагивания Тейлор, ее панические рыдания. Джокер вздрогнул от удовольствия и опустил руки на кафельный пол, встав на корточки и склонив голову, легко дыша. Время перестало существовать в этом пантеоне ужаса и восторга. Джокер медленно сжал руку на полу, чувствуя, как собирается под пальцами кровь. Она была липкой, теплой и влажной, Джокер был бессилен что-либо сделать, кроме как закрыть глаза и упиваться смешанными эмоциями. Его гнев, его экстаз, его замешательство текли по жилам как электрический ток, усиливая биение сердца. Стоя на четвереньках, он поднял голову, глядя через пряди волос, упавшие на глаза. Он смотрел на маленькую фигурку Тейлор, сжавшуюся на полу, нарушающую этот благоговейный покой своими рыданиями. Он закатил глаза и медленно поднялся на ноги, оперевшись на раковину для поддержки. Нож со стуком упал на плитку, он немного удивленно и лениво посмотрел на него. А затем на Тейлор. Он понял, что хочет ее убить. Винтик чертового плана. Он мог найти другого ребенка, использовать его, украсть где-нибудь в парке или еще где-то. Их полным-полно. Она губит его. Он позволил расти этой привязанности, сейчас он начинал ее любить, а это губило его планы. Нет больше права на ошибку. Ее смерть была бы легкой. Он мог убить ее прямо сейчас, покончить в несколько секунд. Он мог сделать это безболезненно; он не должен затягивать. Просто перерезать горло, и ее больше нет. Он нуждался в ней сначала, а теперь она становилась помехой. Он ненавидел, когда начинал оправдывать свои поступки по отношению к ней, хотя они были хаотичными и иногда имели повод. Он ненавидел, когда ему приходилось отступаться от своих принципов, чтобы ее защитить. Что за шуточки? Он пытался защитить ее, уберечь ее от опасности, в то время как он сам был опасностью. Он был воплощением греха и смерти, он был воплощением зла. Он был хаосом и стремительностью, ужасом и безразличностью. Он был монстром, злодеем. Тейлор даже не знала, что творилось у него в голове, она не знала того, что он делал с людьми в пределах своей власти над хаосом. Или, может быть, она знала, но вцепилась в него несмотря на это, потому что он был всем, что она имела. Чертов монстр - это все, что у нее было. Он сжал нож в руке. Как бы было легко... Но как много он для нее сделал. Он сделал слишком много. Он одевал ее, кормил, черт побери, даже делал ей ванну. Он спас ей жизнь, она бы умерла, если бы не он. Как он мог убить ее после все, что для нее сделал? Это казалось бессмысленным, все плоды его труда пропали бы даром, если бы он сейчас убил ее. Это не настоящая причина. Так что же? Нет, он еще недостаточно честен с собой... Тейлор была тем непорочным и совершенно неприятным ему существом, с которым он когда-либо сталкивался. Ее наивность и невинность так отличались от всего, что он видел. Она была уцелевшей и незапятнанной ото всех ужасов мира, ведь предполагается, что люди по сути своей хранят задатки добра изначально, они всегда ищут свет в конце туннеля, а она им по жизни руководствовалась. Это претило ему еще больше, чем ее поразительная невинность, но даже несмотря на это, он не мог избавиться от ощущения ее реальности. Люди пытались скрыть свои шрамы - ее собственная мать была тому свидетельством - она пыталась скрыть свои недостатки ото всего остального мира... а Тейлор не могла ничего скрывать. Она не стеснялась отметин, уродующих ее тело. Она не стыдилась их, не стеснялась показывать, она даже не знала, что так нельзя. Она не прятала свое истинное лицо, ее наивность и невинность оставляла след на ее лице, приводя Джокера в одновременное бешенство и восторг. Он был влюблен в ее образ, он был заинтригован ее взглядом на мир и людей вокруг. Она осторожничала и почти всех стеснялась, но также была такой охотно доверчивой. И в то же время ее порой бесстрашное поведение и настойчивость пугали его. Он вновь и вновь проявляла знаки любви и привязанности, каждый раз опускалась и поднималась снова. Такая настойчивость для такой маленькой девочки была невероятна. Она сводила его с ума, путала ее, он ее ненавидел... но, парадокс, не мог от нее избавиться. Тихие рыдания оторвали его от мыслей, он моргнул, рассеивая дымку. Он медленно подошел к ней, не в силах больше стоять на месте. Он опустился рядом с ней и толкнул ее. Она завалилась на спину. И даже не боролась, просто ждала. У нее не было никаких сил и энергии, тело конвульсивно дергалось и дрожало. Ее горло болело от крика, глаза были налиты кровью от слез; лицо было соленым. Она пребывала в шоке от того, что Джокер заставил ее сделать. Она даже не могла понять, что только что совершила, и почему. Все, что она видела, это реки крови и крики Андерса в агонии. Это все, потом она потерялась. Она никогда за все время ее маленького существования не испытывала такого ужаса. Она не могла выбросить эти звуки из головы, они преследовали ее. Лицо Андерса, смех мистера Джея, кровь, отчаянные крики. Она вздрогнула, когда Джокер подхватил ее на руки, и спрятала голову у него на груди. Он вынес ее в прихожую. От него пахло металлом, монетами, она снова плакала. Она тряслась в его руках, была в ужасе, знала это, но не хотела, чтобы он ее отпускал. Она услышала скрип двери, а затем смутно поняла, что они снова в темной спальне. Она закрыл дверь ногой, а затем положил ее на шезлонг у окна. Ветер хлестал за окном, скрипя ветвями деревьев, тяжелый мокрый снег прилипал к стеклу. Она захныкала и почувствовала, что все же проваливается в сон, она позвала Джокера. Она боялась его, была растерянной и напуганной, но страх остаться в одиночестве был страшнее, чем страх перед монстром, которого она называла другом. Она снова позвала его надтреснутым отчаянным голосом, но он не ответил, и она заплакала, уже засыпая, потому что слишком устала, чтобы сделать еще что-то. Несколько часов спустя наступило утро, Тейлор проснулась и обнаружила, что все окна настежь открыты. В комнате было невероятно холодно, она покрылась мурашками. Джокера не было видно, ее сердце забилось сильнее. Она открыла глаза шире и почувствовала боль. За окном уже не шел снег, небо было пасмурным и темным, и весь мир, казалось, замер. И биение ее сердца тоже успокоилось, когда она заметила полоску света под дверью из ванной. Она слезла с раскладушки и улеглась на кровати, накрывшись одеялом, чувствуя себя гораздо теплее и уютнее, практически сразу заснув. Она не слишком долго спала, она даже слышала, как вошел Джокер. Она застонала и перевернулась на живот, уткнувшись лицом в подушку. Джокер, однако, перевернул ее на спину и снова взял на руки. Не желая оставлять теплую постель она захныкала и обняла его за шею, положив голову ему на плечо. В тумане ото сна, она уже не помнила, что было прошлой ночью, все казалось таким далеким сном. Она просто смутно осознавала, что они покинули спальню, но она не могла открыть глаза и посмотреть. Только почувствовав ледяной ветер, она удивленно открыла глаза и огляделась. Только наступала заря, небо было темно-серым с едва золотистым просветом. Ветер мягко трепал вершины деревьев, не так, как ночью. - Мистер Джей? - прошептала она. Она подняла голову с его плеча и случайно задела ресницами его шрам*. Это вызвало у него невольную дрожь, он сглотнул. Они спустились по лестнице, и Джокер усадил Тейлор на заднее сиденье автомобиля, затем пристегнул ее, она лишь тихо хныкала. Она напрягалась, чтобы смотреть сквозь туман, темно-серый туман. Она вдруг обратила внимание на то, как поспешны были действия хмурого Джокера. Его грим был свежим. Она свела брови. - Мистер Джей, куда мы едем? - она вытерла слезу тыльной стороной ладони и всхлипнула, но не получила ответа. Джокер сел спереди и завел машину. Пока Тейлор спала, Джокер сделал несколько телефонных звонков. Андерс и Уилкс заняли слишком много времени, но они больше не были проблемой, но Джокер не мог оставаться в этом доме, и ему нужно было воплощать план. Теперь пришло время сменить тактику и начать действовать. Хорошо что они пропустили снежную бурю. Потребовалось три часа сна Тейлор, чтобы доехать до Готэма, но в это время погода снова испортилась. Уже девять утра, а небо снова потемнело. Падал тяжелый снег, снова мотал ветер. Хорошо вернуться в Готэм. Это был его любимый город, радующим своей ненавистью, он наслаждался его уродством. Но сейчас было не до этого. Тейлор затихла; он припарковал машину на стоянке по указанному адресу. На этот раз она не задала ни одного вопроса; он открыл дверь и приказал выйти. Она старалась идти с ним в ногу через сугробы. Он раздраженно остановился и, развернувшись на пятках, схватил ее на руки. Быстро пройдя стоянку, он открыл дверь запасного выхода огромного кирпичного здания. С мрачной целеустремленностью он направился по темному коридору тяжелыми шагами. Глядя на его раскрашенное лицо, Тейлор на мгновение почувствовала, что что-то не так. Она спросила, что они делают в этом странном здании, и почему он таким сердитым. Джокер устрашающе улыбнулся, задержав на ней взгляд. - Ты чего такая серьезная? Тейлор засмущалась, не поняла, что он имеет в виду, покачала головой и нахмурила брови, вызвав его улыбку. Постепенно ход замедлился, затем он присел на корточки перед ней, разместив руки на коленях. Тейлор сделала шаг назад, но в узком коридоре не было больше места. Она занервничала под вниманием Джокера и посмотрела на него широко раскрытыми глазами. Облизнув губы, он сместился ближе к ней, сгорбившись и опустив лицо так, чтобы их глаза были на одном уровне. - Ты выглядишь немного... сконфуженной, - произнес он с ложным сочувствием. - Ну, - внезапно сокровенно проговорил он, - позволь мне просветить тебя в происходящем, куколка, - он провел языком по нижней губе и пристально посмотрел в ее зеленые глаза. - Видишь ли, мне нужно отправить сообщение, - объяснил он, - а ты. Побудешь. Здесь. Больше он ничего не сказал, он схватил ее за плечо и потащил к единственной двери в конце коридора. Он быстро втолкнул ее внутрь, закрыв за собой дверь. Тейлор подумала, что снова будет заперта в комнате, поэтому сразу же развернулась и схватила за ногу Джокера. - Пожалуйста, не надо, - воскликнула она. Он только мрачно усмехнулся. Заложив руки за спину, он наклонился и прошептал ей на ухо: - Обернись. Она осторожно отпустила его ногу и обернулась. Расширив глаза в шоке, она в ужасе и замешательстве смотрела на молодого человека, привязанного к стулу в центре комнаты, избитого полностью. Черные волосы спадали на лицо, прикрывая глаза. Когда человек устало поднял голову, Тейлор ахнула и отошла на шаг, разинув рот. - Как видите, мы все друг с другом знакомы, - Джокер прошел мимо Тейлор, поймал Джейкоба за подбородок и многозначительно посмотрел ему в глаза, - начнем вечеринку, вы не против?