Черное или белое

Они совершенно не могли постоять за себя. Неуклюжие и бестолковые, точно подстреленные вепри, они даже не поняли, что происходит. Ни внятных попыток защититься, ни элементарной предусмотрительности… У этих остолопов не было ни единого шанса. Совсем зеленые и необученные, они уже задирали нос. Это должно было вызвать скорее жалость, чем ненависть. Но он их ненавидел. Искренне ненавидел; как и все, что связано с темным прошлым Номера 6. Шпионы, однако, были неплохо экипированы. В темноте проулка ярко мерцали световые индикаторы передатчиков, акустической и оптической аппаратуры, что была установлена на переносных треногах. Таскать все это значило выдать себя при малейшей возможности. Только идиот стал бы так следить за кем-то… И еще больший идиот не заметил бы слежки. В конце концов, оборудование стоило немалых денег. Откуда оно у таких дилетантов? Недзуми покачал головой и еще раз осмотрел место драки. Трое шпионов-недоучек, все без сознания. Двое из них были довольно крепкими на вид парнями; они могли бы дать отпор, но на проверку оказались слишком медлительными. Женщина постарше в последнюю секунду попыталась поднять тревогу, но не успела: Недзуми сорвал с нее наушники и приложил кастетом. Жалости к ней не было никакой ¬– минуту назад она с плохо скрываемым пафосом рассказывала парням что-то о новом порядке, пока закутанная в плащ тень кралась к ним в темноте. Как иронично. Не успел он вернуться в бывший Номер 6, как сразу обнаружил остатки былой скверны. История повторяется? Сероглазый поднял с асфальта беспроводную гарнитуру, которую только чудом удалось не растоптать в драке, и поднес ее к уху, прислушиваясь. – …из тех, кто нам пригодится. Он выжил после укуса осы-паразита, значит, должен выжить и на этот раз. – Пи-пи-и! – Крыс почувствовал, как ему в шею ткнулся влажный носик Гамлета. – Я знаю, – парень накрыл зверька ладонью, – они говорят о Сионе. Крават обеспокоенно зашевелился в складках плаща, услышав знакомое имя. Его усики нервно задергались; крысенок принюхивался, словно собирался в следующую секунду соскочить с плеча хозяина и броситься искать альбиноса. Выходит, беловолосый снова оказался втянутым в историю. Эти неудачники следили за ним? Быть может, именно об этом предупреждала Янтарная Богиня? – Все должно пройти хорошо, ¬– между тем вещал чей-то голос в наушниках. Он был изменен с использованием компьютерного ПО, и поэтому звучал неестественно и ломано, однако Недзуми был почти уверен, что говорил мужчина, – Вы уже многому научились. Мать рассчитывает на вас. – Мы не подведем ее, – ответил кто-то другой уже вполне человеческим голосом. Недзуми нахмурился, соображая; этот был, скорее всего, довольно крепким мужчиной. И, судя по тональности голоса, намного крупнее самого Крыса. Если дело дойдет до открытого противостояния, придется попотеть. – Я отключаюсь. Удачи вам. Послышались щелчки и какой-то шум. Через секунду помехи исчезли, в эфире установилась мертвая тишина. Недзуми наклонился, чтобы поднять выпавший из чьего-то кармана коммуникатор. Владелец даже не удосужился поставить нормальный пароль. Взломать устройство и разузнать обстановку оказалось делом двух минут: оказалось, шпионов в округе хватало. Список ников в закрытой конференции был внушительным, порядка дюжины человек. Зачем привлекать столько людей для того, чтобы следить за одним? Во что же влип Сион? Недзуми нахмурился и ссадил Кравата с плеча: – Приведи Инукаши. Скажи, что Сион в беде. Зверек запищал и, спрыгнув с ладони парня, исчез в темноте подворотни. Собачница придумает, как помочь этому чудику, если Недзуми оплошает. «Ну же, говорите. Начните обсуждать детали. Что-нибудь… Я увижу ваши индикаторы и пойму, где вы его ждете» – Транквилизатор готов? Недзуми украдкой перевел дух: сквер, от которого шел сигнал, был совсем недалеко отсюда. На крохотном участке карты мерцали сразу несколько огоньков-индикаторов – Сиона ждала засада. Идеальное место: в темноте нельзя будет разглядеть похитителей, прячущихся за деревьями. – Готов, – этот новый голос принадлежал девушке, – если вколоть его прямо сейчас, то он отключится часа на два. – Этого хватит. Готовьтесь, начинаем через четыре минуты. Транквилизатор… Они собрались его похитить. Сион даже не успеет ничего сделать (в сознании тут же вспыхнула ассоциация со шпионами, которые сейчас валялись под ногами у Недзуми). Нужно успеть его предупредить. Успеть вытащить из этой истории до того, как в его шею впрыснут какую-то мерзость и увезут. Нужно спешить. Четыре минуты на то, чтобы связать шпионов-неудачников и успеть добраться до сквера. Недзуми почему-то знал, что улица, на которую выводит дорожка из парка, обесточен; фонари там или погашены, или разбиты, а за углом стоит старенький обшарпанный фургончик, в котором и увезут жертву. Он не мог сказать, откуда именно пришло это знание. Недзуми тяжело выдохнул на бегу, и его губы исказились в злой усмешке. Его чутье еще работало. ¬– Исчезновение будет слишком внезапным, начнут искать подозреваемых. – Начнут. Но будут искать слишком долго. – Вы же знаете, на кого ляжет подозрение… Это не опасно? – Он согласился на риск. Крыс сжал зубы. Может, он позволил бы себе больше, чем глухую ярость, но был слишком занят: он бежал по темным улицам так быстро, словно его нес ураганный ветер. Колкое, ледяное бешенство подстегивало его. Он злился; на Сиона, который вздумал прогуляться именно сейчас, ночью, когда похитить его было легче всего, на Рикигу, который не смог уберечь его от опасности, на весь этот проклятый город с его жуткими тайнами… Но больше всего Недзуми злился на себя. Он пытался учить Сиона жизни, а сам оставил друга жить в этом змеином клубке. Вот и расплата за эгоизм. Из головы все не выходил тот ломаный, обработанный компьютером голос. Но кто тот человек, который отдавал приказы? Зачинщик? Чья-то пешка? И что за мать, о которой говорили похитители? Как же мало времени… «Держись, Сион. Я успею» Истертая накидка рваными клочьями развевалась за спиной, а голоса в наушнике все не утихали: – Неужели нет другого способа? – Если бы он был, Мать бы знала об этом. – Внимание, он зашел в парк… Все, как мы планировали. – Всем приготовиться! Недзуми налетел на кованую ограду, которой был окружен небольшой парк, и одним прыжком перемахнул ее. Густая нестриженая трава тут же опутала ноги, но отвлекаться на это было некогда. Он не успеет обезвредить всех шпионов. Времени хватит лишь на то, чтобы перехватить Сиона до того, как капкан захлопнется. Просто на бегу схватить его – за рукав, за шиворот, да хоть за неестественно белые волосы, – и рвануть прочь из сквера. Они смогут скрыться, Недзуми не сомневался в этом. Только бы успеть. Под ногами шелестели цветные камешки, которыми были усыпаны клумбы. Утром станет видно, что от красивых цветов осталось лишь непонятное зеленоватое месиво; Крысу было плевать. Он мчался наперерез Сиону, через клумбы с цветами и заросли лозняка. Впереди уже мелькала между деревьев его светлая макушка, когда в наушниках прогремело: – Он остановился! Почему он остановился? «Сион, ты молодец! Выиграл для меня пару секунд!» Сапоги громко шаркнули о бетон дорожки. Крыс вылетел из зарослей прямо позади Сиона и успел поймать обрывки его слов: – …жду тебя. Недзуми вздрогнул: по его глазам ударило злое красное свечение. Оно лилось из окна многоэтажного дома, которой бетонной громадой высился над парком. В Сиона целился снайпер. Щупальца страха, смешанного с яростью, опутали грудь Крыса. Он опоздал. – Что за черт? Кто это?! Прежде, чем Недзуми успел понять, что делает, его тело метнулось вперед, отгораживая Сиона от красного лазера прицела. Он почти физически ощутил, как тонкая игла микрошприца пробивает одежду и впрыскивает транквилизатор в его спину. Но снайпер не стрелял; удивленный, обескураженный, он шумно дышал в микрофон. Наушник похрипывал от его дыхания. Каким-то глубинным, животным чувством Крыс уловил, что палец стрелка дрожит на спусковом крючке. Похитители были растеряны. – Сай! Это твой? – Нет! Мы все здесь, за деревьями. – Тогда какого дьявола?! – Он заслоняет его! Я не могу попасть! Взгляд Сиона вцепился в Недзуми. – Что вам нужно? Парень был напуган, но его голос не дрожал. Он не видит свечение прицела, не знает, что за ним следили с того момента, как он вышел из дома. Даже не в курсе, что в нескольких метрах от него затаились вооруженные похитители. Сион. Такой болван. Крыс сделал шаг вперед – медленно и осторожно, стараясь не спугнуть снайпера резкими движениями и не спровоцировать его выстрелить. При этом капюшон, который закрывал лицо парня, соскользнул с его головы. – Недзуми. Узнал. Значит ли это, что за эти два года Недзуми совсем не изменился? Красные глаза Сиона ярко светились в темноте. Крыс почти спутал их свечение с лазером снайперской винтовки. – Что мне делать, Кадзи? Слова снайпера, доносившиеся из наушника, увязли в мыслях Крыса. На мгновение он застыл, глядя на Сиона широко распахнутыми серебристыми глазами. Они не виделись с того самого момента, когда Недзуми и Сион разошлись в разные стороны. Беловолосый пошел навстречу будущему, новой, возможно лучшей жизни, а Крыс вернулся обратно в свой злой и темный мир. Иногда он позволял себе подумать о Сионе, о том, как именно они снова встретятся и встретятся ли вообще. Но никогда не мог предположить, что все обернется вот так. – Кадзи? Жадный взгляд Недзуми скользил по лицу Сиона. Парень с удивлением понял, что альбинос возмужал и немного подрос. Недостаточно, чтобы догнать Крыса, но все-таки... Его волосы, серебрящиеся, словно рыбная чешуя, были непривычно подстрижены – намного аккуратнее, чем тогда, долгие годы назад, – и все-таки это был Сион. Его Сион. Крыс скучал по этому странному созданию, по этому чудику с обезоруживающей улыбкой и наивными глазами. И соврал, если бы стал отрицать это. – Кадзи! В этот раз голос стрелка иначе подействовал на Недзуми. Он сморгнул и резко вдохнул, стряхивая с себя наваждение. От навалившегося скверного предчувствия стало дурно. – Готовься выстрелить, как только сможешь попасть в него. – Понял. – Недзуми, это правда ты? ¬– прошептал альбинос. Его вопрос прозвучал как мольба. – Да, – коротко отозвался Крыс, в упор глядя на друга и удивляясь тому, что его собственный голос получился таким бесцветным. Он уже понимал, что сделает Сион; рванется вперед и обеими руками обнимет старого друга, который решил вернуться именно сейчас. Подставит себя под удар. Лазер прицела дернется, мазнет по бледному лицу Сиона. Пуля, содержащая в себе микрошприц с токсином, попадет в его предплечье. Транквилизатор подействует почти мгновенно. Над ухом Недзуми прошелестит удивленный вздох Сиона, и беловолосый обмякнет в его руках, тяжело заваливаясь вперед, а секундой позже Крысу придется иметь дело с десятком вооруженных людей. Плохо. Очень плохо. Несмотря на то, что Недзуми был готов к этому, объятия Сиона заставили Крыса вздрогнуть от неожиданности. Может быть, он до последнего верил в то, что Сион не обнимет его? Не обрадуется ему так же, как он обрадовался ему? Лучше бы так и было. – Стреляй. Он станет прекрасным образцом. Образцом? Он так сказал – образцом? Снова опыты? Снова темная, зловещая личина этого города проявляется сквозь внешнее благополучие? В горле Недзуми заклокотала новая волна ледяного бешенства. Нет, в этот раз все будет иначе. Они его не получат.Они не смогут отнять Сиона. Крыс не даст им даже миллионной доли шанса забрать его. – Прости. Я должен, – едва слышно шепнул он. Рука Крыса дернулась в коротком молниеносном движении, рассекая воздух. – Ах!.. Н.. Недзу-ми?.. Крыс медленно отпрянул, чтобы заглянуть Сиону в глаза. Ярко-алые глаза смотрели на него с ужасом и удивлением. – Кх… – пальцы беловолосого больно впились в плечи, – ч-что? Зачем ты… – Прости меня, – голос Крыса зазвенел, как стекло, разлетающееся на мелкие осколки, – прости, Сион. Рукоятка ножа стала скользкой и липкой. Горячая, густая влага тут же пропитала одежду. Сион захрипел и обмяк в руках Недзуми. Ноги перестали держать его, и он начал тяжело заваливаться вперед. Другой альтернативы не было. Ведь не было? Встревоженные голоса из наушника наводнили сознание: – Господи! Он.. – Что он сделал? – Кадзи?! – Стреляй! Стреляй же! Острая вспышка боли не удивила Недзуми. Он ждал ее, как избавления, как наказания за содеянное. На сомнения не было времени, но теперь?.. Что будет теперь? Правильно ли он все рассчитал? Как и полагал Крыс, транквилизатор подействовал почти сразу. Первыми отказали ноги; Недзуми рухнул на колени, все еще бережно прижимая к себе раненого Сиона. Они не станут превращать его в образец. Он ранен. Он поврежден, на его восстановление потребуется время. Они не превратят его в опытный образец прямо сейчас. У Недзуми будет время… Еще немного времени… Сознание затуманилось, думать стало тяжело. Мысли стали обрывочными и ленивыми; они тяжело перекатывались в голове, больно отбиваясь в мозгу. Тело перестало слушаться. Крысу повезло, что он смог упасть так, чтобы не растревожить рану Сиона. Он уже начал терять кровь ¬– ее тепло чувствовалось на ладонях Недзуми. Шаги. Топот, шум… Враги. Их много; от каждого из них тянутся тяжелые, жгучие ниточки агрессии. Звериное чутье подсказывало бежать, бежать или сражаться, но Крыс оставался лежать, сжимая Сиона в объятиях. – Мальчишка ранен! Мы не довезем его! – Что значит «не довезем»? – Он умрет по дороге. – Этот пытался его убить?.. Голоса доносились откуда-то издалека, словно их тающие отзвуки приносил ветер. Ветер. Недзуми вдруг почувствовал, как холодный, яростный ветер обдувает его, бросая в лицо колкую пыль. Она прилипает к заляпанной кровью одежде, забивается в нос, царапает легкие… – А с этим что делать? – Заберем его с собой. Мальчишку оставьте. Уходим, быстро! Уголки губ Недзуми дернулись. Сион… они не тронут его. Хорошо. Пусть лучше заберут его самого, он сможет выпутаться. Он постарается. Сион… «Держись, Сион. Помощь уже близко…» Последним, что увидел Недзуми перед тем, как силы оставили его, были стекленеющие глаза Сиона. Кроваво-красные, наполненные болью и страданием… Но потом они исчезли, потерялись в темноте. Она клубилась вокруг Крыса, опутывая его, утаскивая все глубже и глубже в бездну. Мир закачался – его куда-то понесли. Недзуми коротко вздохнул и потерял сознание.