Путь по звёздам

— И у вас Рауль, — Йодзу плюхнулся в кресло, вытянул ноги и закурил. — Сезон, что ли... — он задумчиво посмотрел на потолочные балки. — Ну, племянничков ничто не переплюнет, — утешил он себя. И спросил Тави: — Где это сокровище? Тави махнула рукой наверх, по направлению к гостевым комнатам, не отвлекаясь от подсчета петель. Рауль проснулся голодным. Похоже, в дороге он потратился куда сильнее, чем предполагал. Или был ещё какой-то факт или фактор, который он не учитывал. Блонди поднялся, зашёл умыться и спустился в гостиную. Там сидела Тави с вязанием и незнакомый Раулю мужчина странной внешности. На кухне кто-то возился, может быть, утренний кулинарный террорист Стерн. — Добрый вечер, — поздоровался блонди. — Тут кормят полуночников? — А как же, — отозвался Йодзу. — Привет. Йодзу Ри-Онна. Иди, Стерн там сообразит что-нибудь, а потом приходи поговорить. — Он окинул Рауля внимательным взглядом и добавил: — В следующий раз бери с собой в Дорогу побольше припасов. Магия — штука энергоемкая. — Я был сыт в дороге, — дёрнул плечом блонди. На кухне Стерн, от которого отчётливо пахло океаном и солью, разделывал какую-то здоровенную рыбу. — Привет, — кулинар помахал окровавленной рукой. — Мясо в холодильнике, овощи вон там, рыба будет через полчаса. — Благодарю, — отозвался Рауль. — А можно попробовать сырую? — Ага, — Стерн отрезал кусок, своим профессиональным поварским ножом в момент разделал его на полупрозрачные лепестки сасими и разложил веером на небольшой тарелке. — Держи. В холодильнике есть соус для рыбы. Рауль подцепил кусочек вилкой и отправил в рот. Было вкусно, рыбу поймали не более четырёх часов назад. Блонди съел сасими, нагрёб себе овощей и налил воды. Чая или кофе не хотелось. Стерн тем временем разделил рыбу на две части, половину завернул в фольгу и отправил в холодильник, вторую половину засыпал солью и смесью пряностей и поставил в духовку. Потом стал отмываться от крови и чешуи. Рауль наблюдал за ним с интересом. Пластика этого модификанта не совсем соответствовала тому, что блонди успел о нём услышать. Рауль допил воду, поставил грязную посуду в мойку и вернулся в гостиную. Уселся на полу у камина, посмотрел на Йодзу. — Я пришёл за человеком, который может говорить с дельфинами, — сказал блонди. — Нэйт будет завтра, — сказал Йодзу. — Расскажи мне о своем мире. Если я решу, что он может пойти под руку Первого Дома, переводчик-человек тебе не понадобится. Блонди приподнял брови. — Мой мир на картах называется Рафалл-Дуо, колония Старой Земли около пятисот лет. Было две волны переселенцев — сырьевая колония и массовый исход со Старой Земли. Вторая волна привезла модифицированных боевых дельфинов. Это было двести семьдеят стандартных лет назад. Сто пятьдесят лет назад колония получила независимость и собственное правительство, право создавать собственные учебные центры и развивать тяжёлую промышленность. Контакт с дельфинами поддерживался всё это время, как источник мяса их никогда не использовали. Два месяца назад молодняк обоих видов начал выбрасываться на берег. Вскрытия погибших дельфинов и изучение среды обитания ничего не показали. Молодняк продолжает гибнуть, информацию от старших мы получаем, но не можем расшифровать. Я получил от одной матери карту звёздного неба и вышел на Дорогу. Йодзу сел прямо, упер локти в колени и переплел пальцы. — Технологический мир с выходом на Дорогу. Видимо, неподалеку от Звездочки. Что с поддержанием малочисленных видов, сохранением исходной экологической обстановки, контролем рождаемости людей? — Я никогда не интересовался этими вопросами, — пожал плечами Рауль. Йодзу взглянул на него с насмешливым удивлением. Блонди посмотрел на него с тем же удивлением. — А почему я должен был этим интересоваться? — Это твой мир. Ты в нем живешь. И тебе не интересно, в каком состоянии в нем жизнь и ее баланс? — Нет. Я не несу ответственности за весь мир и жизнь в нём. Я выбрал комфортную мне нишу и занимаюсь ей. Если бы сюда приехал эколог, он бы ответил на твои вопросы. Йодзу хмыкнул, но ничего не сказал. Погасил окурок в пепельнице, закинул ногу на ногу и объяснил: — Нэйт не может отлучаться надолго в это время года. Твой мир далеко. Связи по зеркалам с ним нет. Ситуация критическая с твоей точки зрения, но с точки зрения Фазы — ничего особенного, афалины и гринды — распространенные виды, и гибель молодняка на Рафалл-Дуо их численности не угрожает. Данных по состоянию экологии на Рафалл-Дуо нет. Мир под рукой Чаши. Нет, конечно, Нэйт сам будет решать, идти с тобой или нет... Грен, стоявший в дверях кабинета, отлип от косяка и подошел ближе. Потянул с пальца кольцо. — Я одолжу свой амулет-переводчик, — спокойно сказал он. — С возвратом, конечно. Йодзу хрюкнул. Рауль взял кольцо, повертел в руках. — Это универсальный магический переводчик? Тьерн говорил, что такие существуют. — Да, это он, — подтвердил Йодзу. — Под твою ответственность, Грен. Грен кивнул. — Благодарю, — во взгляде блонди легко читалась настоящая признательность. — В таком случае я жду решения вашего китового пастыря. Если он решит, что у него нет времени, надеюсь, переводчик мне поможет. — Твой собрат нравится мне больше, — внезапно сообщил Раулю Йодзу. — Он менее травмирован, более контактен, он перешел под руку Дворов по доброй воле и работает, в конечном итоге, на Первый Дом. Что позволяет ему получать ресурсную подпитку от Первого Дома. Правда, у него есть истинный партнер... а от тебя им не пахнет. Рауль оглядел Йодзу с ног до головы. — Это высказывание должны вызвать у меня какую-то реакцию, Йодзу Ри-Онна? Йодзу передернул плечами. И сочувственно спросил: — Совсем хреново, да? Даже любопытство отшибло? — Я любознателен, но не любопытен, — спокойно ответил блонди. — И с ресурсами у тебя беда, — добавил Йодзу. — Дай мне координаты ближайшего к вашему побережью большого зеркала, чем больше, чем лучше. Зеркальные витрины тоже подойдут. — Это верно, — не стал спорить Рауль, прищурился на пару мгновений, — E37.64283, N 55.75522. Это интерьерный бутик с ростовыми зеркалами. Сейчас на побережье не сезон, улица рядом чаще всего пуста. — Отлично, — сказал Йодзу и поднялся. — Зная Натаниэля... — пробормотал он и ушел в зеркало. Рауль проводил его взглядом. — Я не понял ни его реакций, ни его логики его действий, — сказал блонди. — Реакции у него кошачьи, — отозвалась Тави, не поднимая головы от вязания. — Логика хаосская. Скорее всего, он пройдет по зеркалу на Звездочку, оттуда доберется в твой мир и свяжет зеркала, чтобы Нэйту не пришлось тратить время на дорогу, потому что Нэйт все равно захочет тебе помочь. Еще Йодзу плохого мнения о твоем состоянии, но не намерен навязывать помощь. — Йодзу ценит Натаниэля? — Да. Нэйт уникален, — Тави довязала ряд и потянулась за трубкой. — Я это учту, — блонди помолчал. — Странно соприкасаться с силами и логикой, которые мне совершенно неизвестны. Не думал, что это ещё раз произойдёт в моей жизни. — Сблизишься с ними, если захочешь, — Тави выпустила плотный клуб дыма. — Чем мы можем помочь тебе? — неожиданно спросил Грен. — Ресурсный дефицит при отсутствии истинного партнера опасен. — Что такое «истинный партнёр»? — Рауль посмотрел на Грена. — У меня есть постоянный партнёр. — Существо, комплиментарное тебе. Тот, кто тебя дополняет и поддерживает во всех аспектах, сглаживает пики и провалы. Тот, с кем вы созданы друг для друга. Это не значит, что ваше общение будет бесконфликтным, отнюдь, но без него ты никогда не будешь чувствовать себя завершенным. Блонди обдумал услышанное. — Допускаю, что в моём мире такого существа просто нет. Или я просто не представляю, каково это. Тьерн меня со всей определёностью дополняет и поддерживает. — У Рауля-генетика, — сообщил Стерн, выйдя из кухни, — есть кошка. Уличный подобрыш. Она живет у Катце, жрет растения и блюет на белый ковер. Катце не против, потому что это кошка его партнера, хотя сам Катце ни разу не кошатник и вообще равнодушен к животным. Это так, к слову. — Истинная пара? — спросила Тави. — Ну примерно как вы с Греном, — кивнул Стерн. Впечатление было такое, что блонди прижал уши, как рассерженный кот. Упоминание Катце его явно раздражало. — Этого недостаточно, — сказал Рауль. — Я ни разу не воин, но никогда не возражал против работы моего партнёра, а он боевой модификант. Тьерн ни разу не биолог, но он всегда поддерживал мои биологические проекты. Я чего-то не улавливаю в том, что вы пытаетесь мне объяснить. Грен подошел к жене и сел на подлокотник ее кресла. — Я не в первый раз пытаюсь объяснить это словами, — сказал он. — Никогда не удавалось. — А своего истинного партнера Старший Сефирот все-таки нашел, — заметила Тави. Тут уж сморщился Стерн. — В общем, — продолжила Тави, — это практически невербализуемое понятие. Ты не хмурься, Рауль. Не каждому в текущей жизни удается встретить своего истинного партнера, некоторые их даже убивать ухитряются. Не в этот заход, так в следующий. И возвращаясь к вопросу о ресурсе: чем мы можем тебе помочь? Блонди пожал плечами. — Мне просто нужно хорошо отдохнуть. Ничего другого не приходит в голову, — Рауль повернул голову и посмотрел на огонь в камине. — Хотя... не уверен, что я смогу это достоверно объяснить. Когда Тьерн вывез нас с Амои, я жил у него. И у меня начался нетипичный для меня психологический процесс. Или не только психологический, на уровне физического тела тоже что-то происходило. В силу некоторых причин я прервал этот процесс. С тех пор мои ощущения тела... ну, скажем, не совсем совпадают с истинными значениями. Если вы представляете, что это и как это можно исправить или полностью компенсировать — я буду действительно счастлив. — Для начала давай я отвезу тебя к океану, — предложил Стерн. — Вот прямо сейчас. — А когда проблема с дельфинами будет решена, — добавила Тави, — приезжай к нам, отдыхать. Гулять по городу, вкусно есть, ни о чем не беспокоиться и делать ничего. Тут хорошо. — Хорошо, — кивнул Рауль и поднялся. — Я схожу за трубкой. Он ушёл в комнату. — Он прервал линьку в середине процесса и так живёт, — Стерн округлил глаза. — Я думал, это физически невозможно. — Блонди же, — сказала Тави так, словно это все объясняло. — Он привык загонять себя в рамки, а линька — всегда выход за них. — Даже не хочу знать, что заставило его прервать процесс, — Стерн показательно передёрнулся. — Он не выглядит как человек, который склонен бояться. Грен и Тави переглянулись и Тави предположила: — Конфликтная ситуация с тем же Катце? — Это должен быть очень глубокий конфликт. Или очень болезненный, — Стерн прислушался к шагам блонди. — Я пошёл к машине, пусть Рауль выходит. Блонди со свитером и кисетом в руках спустился по лестнице. — Стерн ждет тебя у машины, — улыбнулся Грен. — Океан ночью — это чудесно. Если вернешься голодным, Стерн тебя накормит, а мы... — Я помню, что ты будешь работать, — Тави потерлась о предплечье мужа. — Иди. Я тебя все-таки подожду. Рауль кивнул и вышел во двор. У открытых ворот стоял трёхдверный вседорожник. Стерн снимал с его крыши длинную округлую доску с плавничком. — Садись, — сказал кулинарный террорист, — я сейчас. Это моя доска. Блонди устроился на переднем сиденье, свернул свитер и повесил кисет на шею. Ночью тут было относительно тихо, шумовой фон слышался отдалённо, видимо, там была основная часть города. Вернулся Стерн, плюхнулся на своё место. — Пристегнись, — он показал, как. — У полиции района новый чиф, безопасность дорожного движения — его главный предвыборный лозунг. Рауль пристегнулся. Улыбнулся, вспомнив, как его раздражали бензиновые и газовые автомобили в первые годы жизни на Рафалле. Стерн вывел машину с холма и свернул на втором повороте. Проехал малоэтажный район, ещё раз свернул и остановился на стоянке над пляжем. Блонди смотрел в окно. — Эй, мы приехали! — Что? — Рауль вздрогнул. — А. Я задумался. — Я понял, — кивнул Стерн. — Не забудь свитер. Он подождал, пока блонди выберется из машины, поставил её на сигнализацию и пошёл по тропинке вниз. Стерн помнил, что у Рауля-генетика хорошее темновое зрение и забыл спросить у этого Рауля, как он видит в темноте. Хотя в темноте этот блонди тоже видел хорошо. Он постоял несколько мгновений, глядя на светлый пляж и тёмный океан, и пошёл следом за Стерном. Рауль не мог с точностью объяснить, что его так зачаровало в океане. Ведь это была просто огромная масса воды в естественном резервуаре, большой биоценоз. Но когда он впервые увидел открытый океан сперва на Амои, а потом на Рафалле, у него в груди словно что-то стало больше, чем было. Настолько больше, что порой он не мог дышать. Блонди дошёл до линии прибоя и замер. Вскинул руки, словно хотел взлететь или обнять ветер. Стерн растянулся на песке поодаль и заложил руки под голову. Здесь, на тёмном побережье, были хорошо видны звёзды. Тихо шумел прибой, с берега дул бриз, небо с востока на запад прочеркнула искра метеора. Шум волн и ветра заглушал все городские звуки. Из-за восточных гор начала медленно карабкаться полная луна.