Ставки сделаны! Игры богов.

- Так что успел насмотреть? Опять эта пустая комната – почти пустая, посреди все так же играет отблесками сложенный из камней очаг, и хозяин домишки рядом с ним примостился – с четырьмя дверями, за каждой из которой, похоже, таится невесть что. Северин даже не уверен в том, что за первой, через которую его впервые сюда впустили, он обнаружил бы сейчас дорогу домой. Все может быть. Переводя взгляд с одной на другую, отмечает, что рисунки на каждой все же неуловимо смещаются, перетекают, хоть и не смог бы сказать, как именно и в чем разница. Локи, вытянувшись у огня и подперев рукой голову, с любопытством рассматривает его, не торопит, но все же повторяет свой вопрос, не дождавшись ответа. - Да муть какая-то. Остался один совершенно. Висевший на дереве даже плюнуть побрезговал в мою сторону. А потом и Хель еще, посмотрела так разочарованно – и пропала. И ты вслед за нею. Я уже дальше и пробовать не пытался кого-то позвать. - Ааа, - откликается Локи, - ну, это он может. Я про висельника. А от Хель чаще бегут, чем расстраиваются, что она отвернулась. Мое общество тоже мало кого радует, кхм... хоть и не так, как общение с Хель… - Да что с меня взять, - смеется колдун, хотя сам еще не до конца принимает увиденное. – А все это… это ведь только игры ума, так получается? - Можешь считать, что заглянул в потаенное. Если так проще. - А ты как отыскал это место? Или сам придумал и соорудил? – вопросов все больше и больше, и – пусть нет в том уверенности, что услышит ответ – колдун решает хотя бы попробовать. Ну а вдруг? Локи молчит, сосредоточенно перекатывая между пальцев какую-то мелочь, монетку. Та – то пропадает из виду, то поблескивает уже в другой руке, то скользит, то взлетает, подброшенная, то падает на ладонь… Северин даже успевает подумать, что его показательно игнорируют, но - ошибается. - Знаешь… Когда ты делаешь дверь, и дверь эта получает свое предназначение, то кто однозначно ответит: сам ты создал все, что за дверью находится? Было ли оно до того, как дверь появилась? Если и было – но пока ни входа, ни выхода не имело оно, то существовало ли? Отдельно от всех и вся… - Я часто думал о том, куда девается мир, когда я закрываю глаза, - вдруг говорит Северин совершенно не к месту, но следуя за той мыслью, которую только что подхватил. - И что было бы, если бы все живущие – люди, твари и прочие – сделали так же, уснули, умерли, или исчезли, неважно… Осталось бы все по-прежнему? Или исчезло бы, как исчезает свет, когда солнце садится, а свеча догорает. Бред? - А теперь ты знаешь ответ? – с интересом смотрит Локи на Северина. - Знаю, похоже, - серьезно отвечает колдун. – Но как-то от этого знания нисколько не легче… Я могу спросить, что ты сам встретил за дверью, когда заглянул в свои страхи? - Можешь… Только какой мне смысл отвечать? - Что ж… разумно, конечно… вдруг я кому-то сболтну, да? Еще придется меня убивать… - со смехом говорит Северин, но что-то в глазах Локи, едва-едва промелькнувшее, совсем не внушает веселости. Подавившись смешком, колдун спешит сгладить неловкость: - Нет, я уж лучше так, останусь в счастливом неведении … А Локи вспоминает вдруг, что давно не проведывал ту пещеру, в которой он сам, только слабый, прикованный и ослепший, вынужден годы и годы, и не сосчитать, сколько тех лет минуло и сколько еще впереди, лежать под нависающей сверху и брызжущей ядом змеей… И решает все же сходить, посмотреть, не изменилось ли что. Все же странен тот выбор… змеи и яд… никогда не подумал бы… что в этом такого? Неподвижность? Замкнутое пространство? Слабость? Забвение? Неизменность? Боль? Вечность, наполненная предопределенностью? Невозможность что-либо изменить? Все ответы подходят, так или иначе. Но ни один из них ключом не является. Вернувшись обратно, вынырнув из размышлений и планов, он замечает, что колдун уже стоит у двери, через которую они выходили недавно. Не касаясь пальцами, на некотором отдалении от прочерченных там знаков и рун, ведет он рукой. Медленно, не спеша, ожидая, пока откликнется знак, проявится проблеском света, рассматривает и даже будто запоминает. И Локи решает ему не мешать. Пусть себе. - Здесь есть Перт, - не спрашивая, а скорее утвердительно говорит наконец Северин. – Руна рождения и познания скрытого, тайн. Только обернутая, отраженная. Страх и смерть… Локи согласно кивает, хоть и Северин вряд ли может увидеть, стоя спиной. Пусть себе, что высмотрит – то его будет. А как применять – тоже сам пусть смекает. Дождавшись, пока колдун вдоволь насытит свое любопытство, возвращается к своему интересу: - Показывай, что делал вот с этим, - откуда-то из карманов появляются и ложатся на каменный пол давешние путы. Северин оборачивается, смотрит… Смотрит, морщит лоб и прикидывает что-то в уме… - Нет, я не шучу, - веско роняет Локи и еще раз требует: - Покажи. - Тебе действительно интересно? – удивляется волхв. – Вот уж не думал. - Повторить еще раз? - Не надо, - качает головой Северин, жестом подтверждая согласие. – Это другая волшба, не ваша, не северная. - Это я понял. Ты показывай, а я спрошу, если что понадобиться уточнить. То уже потом волхв посмеивался нервически, вспоминая, с каким видом он пояснял и как выглядел Локи, когда его внимательно слушал. Особенно – когда Северин принялся втолковывать про их руны*, которые в свою волшбу он вплел, мастеря те оковы. И как Локи потребовал обо всех рассказать, что, да зачем, да откуда, да значат что. Иногда – обрывал, когда решал, что хватит, понятно и можно переходить к другому. Иногда – настаивал, чтоб подробнее колдун пояснил. Иногда просил помолчать, прикрывал глаза и затихал на какое-то время. Словом, невидаль. Кто б мог подумать… То уж потом он посмеивался, вспоминая… А сейчас – подавив удивление, старательно вспоминает все и старается в грязь лицом не ударить, стыда ж не оберешься, если потом выяснится, что сплоховал… - Любопытно… - наконец, после особенно длинной паузы, вполголоса говорит Локи. Знаки, начертанные Северином на тонкой доске, куда Локи бросил пригоршню песка, тонкого, белого, мигом липнущего к пальцам, как пыль, - эти знаки приходят в движение, следуя за рукой Локи, которой он водит над ними. Движутся, сплетаются в вязи, которые тут же и распадаются на отдельные руны, чтоб соединиться уже в другом сочетании… Если долго смотреть, то в голове появляется шум, и пространство вокруг плывет и кружится… - Мы еще поговорим об этом. Потом, - наконец сминает рукой песок Локи. Северин кивает, потом так потом… Еще хочется выспросить, как вернуть обратно мешочек, с теми рунами, которые дал ему Один. С теми рунами, что в черную пыль обратились и ветром развеяны были, когда мир рассыпался на части, а сам он почти лишился рассудка. Но только подумал о том, «не забыть бы задать вопрос», как уловил на себе полный иронии и какого-то залихватского веселья взгляд. И волхву слышится непроизнесенное «ты проверь!». И вот уже он и сам готов рассмеяться, до того легко стало вдруг, легко, спокойно и просто. Ничего не утрачено. Как и прежде, на месте и руны, и прочий его - не слишком ценный как для других, но для него самого невосполнимый, случись его потерять, – скарб, сложенный в сумке походной. - Так о чем твоя просьба, можно узнать? – с опаской спрашивает Северин. Ни на миг он не забывал, за каким-таким делом попал он сюда. И успел уже не раз и не два прикинуть, зная уже не понаслышке, кто таков этот Локи и чего можно от него ожидать. Хотя… Ведь неправдой бы было сказать, что тот без его воли и высказанного желания отправил его прогуляться в мир воплотившихся страхов? Ведь и возвращению препон не чинил, ведь так? По какой причине он так обошелся с обезумевшим, которого пинком за дверь вышвырнул, – наверное, были причины? Сам ведь не раз и не два нарывался он – так ведь дальше предупреждений, пусть и достаточно однозначных и угрожающих, дело ведь не зашло? Хоть как придирайся – а предъявить-то и нечего… Обман и коварство, хаос и разрушение… И обратная сторона всего этого… То, что скрывается за обманчивой видимостью и… - А ты уже выполнил просьбу, колдун, - по лицу Локи, обращенному через огонь к Северину, пляшут отблески пламени. Получается, продешевил? Выходит, что так. Ни торга, ни платы. Хоть, возможно, это и к лучшему. Не стоит терять берега и думать, что можно играть на равных. Или стоит? По лицу напротив, тонкому, острому, с высокими скулами и глазами, лисьими, с узким и длинным контуром, точно ивовый лист, играет огонь, перемещая тени и отблески пламени, то светлые, то багровые. Лицо точно маска застыло, только пляски огня и создают ощущение жизни в этом лице. Ожидание? - Значит, могу теперь взамен попросить что угодно, - волхв на пробу выдает самое смелое из всех свои предположений. - Да ну? – деланно подымает брови маска напротив. - У нас принято так, - Северин пожимает плечами. – Такие порядки. Или сразу о плате договариваются друг с другом, или плата на усмотрение того, кому задолжали. - Это ты удачно спихнул все на традиции, - маска опять неподвижна, только глаза еще сильнее сузились. В каменном очаге-печурке что-то с треском вспыхивает и сквозь прорехи между камнями летит облако искр. - А у вас что, не так? – спрашивает Северин, стараясь вложить в вопрос как можно больше удивления и поменьше опаски. - Везде так, - кивает маска в ответ. – Но не везде об этом вспоминают так нагло и решаются требовать. Почему так – нет никакой нужды уточнять, сам знает колдун. Проще и безопасней дождаться того, чем решат добровольно долг погасить, чем требовать, на отместку нарываясь в дальнейшем. Чего уж проще, с ним, например, поступить, вытолкать взашей не пойми куда из этой лачуги и оставить там. Один, конечно, получит свое. А ему самому как потом? На что рассчитывать? На кого? Особенно – если учесть, что каверзы и подлянки как раз по части того, у кого требовать он собрался. - Мудрое решение, - соглашается Локи. Маска теплеет и теряет свою каменную неподвижность. - Тогда сам подскажи, на какие уступки пойти готов. Все же не мелочь тебе перепала пустячная, так ведь? - Ты можешь задать три вопроса. И получить на них прямой и честный ответ, - слегка наклоняет к плечу голову Локи. – Это щедрое предложение. - О чем угодно? – уточняет колдун и получает в ответ согласное движение век, медленно вниз – и вверх. Тем не менее, ждет подтверждения, высказанного вслух. - Да, обо всем, о чем только спросить пожелаешь. Только одно условие. Ах, ну все же условие есть. Рано радоваться решил. - Ответом будет или «да», или «нет». Если, конечно, мне не захочется пояснить подробно. Принимаешь? - Принимаю, - соглашается Северин. – Только мне надо подумать, хорошенько подумать. Чтоб потом не сожалеть о поспешности. - Дверь, чтоб вернуться обратно, - там, - Локи кривит губы в усмешке, и похоже, что едва держится, чтоб не рассмеяться в лицо. Прямо лучится весельем. Но что-то подсказывает Северину, что не напрасно решил он повременить, а не сходу здесь и сейчас получить свою мзду. - Проведешь? - Так и быть, проведу, - легко подымается с теплых камней, точно только этого он и ждал, и быстро идет к выходу. Нужная дверь сей же момент неслышно распахивается перед ними.