Двое в лодке, не считая контракта

«Ошибки. Все мы совершаем ошибки. Даже если сто раз продумываем ситуацию или план действий. Жизнь как будто говорит нам: "Ха! Ты все равно не умнее меня. Думаешь, ты стал предсказателем и обставил меня в этой партии? Как бы не так!". Пускать всё на самотек тоже не выход. Однако, мы должны с благодарностью принимать свои промахи и становиться мудрее». Нил Блекворд. Из шкафа одного омеги TheOmegaPress, выпуск 133, стр. 20 Томас провел рукой по холодящей ткани пиджака и, вздохнув, повесил костюм обратно в шкаф. Презентация — это особый вид работы. Не так легко держаться на уровне, когда вокруг требовательная публика, готовая за один неверный вздох одарить тебя критикой. Тем не менее, Том справился, с чем себя и поздравил. Мобильный оповестил о новом сообщении: «Как все прошло, Томми? Набери меня, когда будешь свободен». Пол. Верный оруженосец Пол. — Все прошло хорошо, мой бдительный друг, — Томас растянулся поперек кровати и улыбнулся невидимому собеседнику. — Да? Я так рад! Мистер Совершенство остался доволен? — Пол хихикнул. — Мне объявили благодарность, — торжественным тоном произнес Том. — Твой муженек умеет делать сюрпризы, особенно если ему это на руку. А с кем тебя знакомили? Рассказывай. Я еле дождался твоего возвращения. — Если честно, всех я не запомнил. Но одна личность тебя точно заинтересует, — Том выдержал паузу. — Ну же! — пискнул на том конце провода Пол. — Нил Блекворд. Тебе это имя о чем-нибудь говорит? — Ты не шутишь?! Да это же сам Нил Блекворд! Самый совершенный омега нашей современности! Что ты хмыкаешь? Я же серьезно тебе говорю! Его статьи просто чудесные. У меня есть все! Между прочим, я пытался дать тебе их прочитать, но ты мои просьбы проигнорировал. Итак, какой он в жизни? Красавец? Тому было достаточно одного лишь слова: — Идеальный. — Это все, что ты можешь сказать? — И он отлично знает Марка. По крайней мере, раз в сто лучше, чем я. Недавно я видел книгу, которую, судя по подписи, Нил подарил Марку. Китайская философия. — Твой муж — философ? Невероятно, — Пол истерично расхохотался. — Постигает дао, тренируясь на мне, — Том тоже развеселился. — Обалдеть. Твой муженек и знакомых выбирает, наверное, на специальном кастинге. — Возможно. Я бы не удивился. — Не могу поверить — Нил Блекворд! — продолжал восторженно повторять Пол. — Ты под впечатлением. — Еще бы. Таких людей не часто встретишь. Хм... А ты не ревновал? Томас опешил от такого вопроса. Нет, конечно, неприятно в какой-то степени ему было. Кому понравится стоять рядом с собственным супругом, пусть и фиктивным, но который ведет с другим омегой, — безупречным омегой, — разговор, в котором ты ровном счетом ничего не понимаешь? Свои шутки, свои действующие лица, свои общие события — и все это мимо тебя. В тот момент Томасу казалось, что вокруг него образовался вакуум, и о происходящем он может догадываться исключительно в силу собственной фантазии. — Томас? — Прости, я задумался, Полли. Уже поздно. Я совсем забыл про время. Договорим завтра, хорошо? Спокойной ночи. — Спокойной ночи. Ты же там не расстроился? — Нет, все в порядке. Давай спать. — Пока, Томми. Интересно, а как Марк познакомился с Нилом Блеквордом и что их вообще связывает? И откуда у них столько общего? Создавалось впечатление, будто знакомы они давным-давно. Было и еще одно наблюдение, которое Блекворда не касалось: в течение всего вечера толпа, кружащая возле Марка, напоминала паломничество. Все стремились урвать частичку его внимания. Особенно омеги. И находящийся рядом Томас никого не останавливал. Прав был Нил: ни один омега так просто от Марка не отказывался. «Поздравляю тебя, Хейли. Ты плывешь против течения», — горько усмехнулся Томас и задернул шторы. На сегодня он устал от огней этого огромного города.

***

TheOmegaPress. Журнал для омег с самым большим тиражом. На обложке красовался актер Питер Джонс, красавец-омега, который с легкостью майского ветра покорял альф одного за другим. Ему всего лишь двадцать один, а он уже дважды успел побывать в браке. Томас крутил в руках журнал, раздумывая, покупать или нет. Можно было взять несколько номеров у Пола и, возможно, это было разумнее. Но сейчас, гуляя по торгово-развлекательному центру, Томас невольно наткнулся на стенд с прессой и первым делом увидел обложку журнала, в котором работал Нил Блекворд. Томас открыл содержание и первым делом поискал рубрику главного редактора. Интересно, неужели он действительно настолько здорово пишет? «Неплохо», — Том вернул это глянцевое творение на место и зашагал в отдел с книгами. Нет, тратиться на журнал с миллион одним секретом взаимоотношений альф и омег у него не было желания. Нил писал хорошо — простые истины в красивой подаче. В чем-то Нил был не просто смелым, а дерзким. Он свободно писал о том, что многие боялись говорить вслух. Ноябрь подходил к концу. Рождественская атмосфера наполняла каждый уголок города. Томас бродил мимо пестрых витрин центра, с любопытством в них заглядывая. Наступала пора выбора подарков. И если с подарком для родителей и Пола проблем не возникало, то что дарить Марку и дарить ли — вопрос как раз для одного из выпусков журнала Блекворда. И вдруг Томаса осенило. Конечно, Марк может понять, в чем подвох. Но удержать Томаса сейчас не смогла бы вся мудрость мира, о которой писал все тот же Нил. Философию Марк уже постигал, но, очевидно, не особо успешно. Фантазия Томаса, закрепив союз с его специфическим чувством юмора, приняла нешуточные обороты. Томас, испытывая странное воодушевление, шагнул в книжный отдел. «Я выбрал не того омегу» — книга для альф, которые в вечном поиске. Томас представил лицо своего драгоценного супруга и развеселился. Какую же книгу лучше выбрать? «Сто и один способ научиться вести диалог» — актуально. Но с диалогом у Марка как раз было все в порядке. Просто в этот диалог не вписывался именно Томас. «Академическая гребля. Байдарки» - то, что надо. Томас опустил книгу в корзину. «Как Казанова: наслаждаться и не попадаться» — пособие для альф, которые не страдают моногамией. У Томаса округлились глаза. Такие книги пишут?! Впрочем, раз их пишут, то должен найтись читатель. И у Томаса была кандидатура на примете. Книга заняла почетное место в корзине. Уже по пути к кассе в глаза бросился стенд с новинками: «По ту сторону моря». Роберт Ди. На обложке Том с легкостью узнал собственную картину. Марку повезет стать обладателем сразу трех книг. — Папа! Папа! — мимо Томаса пронесся ребенок лет пяти и, поскользнувшись на кафеле, растянулся прямо у него под ногами. — Малыш, ты ударился? — Томас аккуратно помог ребенку подняться. — Где папа? — малыш насупился. — Ты потерялся? — Томас оглянулся. Вокруг было слишком много людей. — Как выглядит твой папа? — Он красивый, — заявил малыш. — Я не сомневаюсь. Тогда давай поищем его вместе, — Том закинул поудобнее рюкзак и поднял ребенка на руки. — Смотри внимательно. Ты его видишь? Ребенок отрицательно покачал головой и его губы начали предательски подрагивать. — Эй, малыш. Только не плачь. Мы его сейчас найдем, — Томас тщетно выискивал глазами возможного родителя, но отсутсвие примет никак не помогало поискам. Ребенок хлюпнул носом, потер руками глаза, и из тех моментально полились горячие слезы. Оставалось обратиться в информационный отдел. — Не бойся, все будет хорошо, папа сейчас вернется, — Том поглаживал спинку крохи, пока диспетчер объявлял о найденном ребенке. — Как тебя зовут? — Тэдди, — малыш уткнулся в плечо Тома и забавно пыхтел. Так они просидели почти час, но папа Тэдди не находился. Томас уже и сам начал нервничать, особенно угнетала собственная беспомощность в разрешении вопроса. Тем временем ребенок, наплакавшись, заснул у него на руках. — Вам придется обратиться в полицию, если мы так и не отыщем его родителя. — В полицию? — Том взглянул на мирно сопящего ребенка, и его сердце предательски сжалось. После оформления заявления Томас настоял на том, чтобы остаться с крохой в участке. Ему было жалко малыша, который должен был остаться там. Скорее всего он почувствует себя брошенным дважды, и этого допустить Томас не мог. Им выдали плед и проводили в комнату ожидания. Тэдди не захотел есть, но с радостью согласился на горячее какао. Томас уложил кроху и сам устроился рядом. Ребенок обхватил своей ручонкой его пальцы и уснул. Томас последовал его примеру. Несмотря на тревогу о малыше, на душе было удивительно сладко. Томас чувствовал себя нужным. — Мистер Томас Далтон, у нас хорошие новости, мы нашли родителей Тэдди. Томас только закончил кормить малыша завтраком и выносил поднос с едой: — Где он? — Оказалось, его папа потерял сознание, и его увезли на скорой. Но с ним все хорошо. Его супруг будет с минуты на минуту. Он был уверен, что семья находилась в другом развлекательном центре и тщетно проискал там Тэдди. Ох уж эти родители. — Вот как, — Томас радостно улыбнулся. — Хорошо, что все разрешилось. Желая передать Тэдди из рук в руки, Томас дождался прихода его отца. — Большое вам спасибо, — отец Тэдди пожал Томасу руку, — я чуть с ума не сошел из-за вчерашних событий. Эл, мой супруг, в больнице без сознания. Ребенок неизвестно где. Мне кажется, я постарел на несколько лет, — альфа прижал к себе ребенка. — Даже не знаю, как вас благодарить. Вот, возьмите мою визитку. Если вдруг что-то понадобится или просто захотите увидеть Тэдди, звоните в любой момент. — Еще увидимся, малыш? — Томас на прощание потрепал Тэдди за пухлую щечку. — Больше не теряйся.

***

Томас открыл двери и сбросил рюкзак прямо на пороге. Плечо ныло, и он, морщась, попробовал его массировать. Очень хотелось в душ и спать. Том устало прислонился к двери и прикрыл глаза. Вчерашнее приключение эмоционально вымотало. — Спишь? — из-за стены бесшумно возник Марк, лицо которого не предвещало ничего хорошего. — Доброе утро, — Томас лениво приоткрыл один глаз. — Доброе? — Марк сложил на груди руки. — Да уж, добрее не бывает. Где ты был? — Там меня уже нет, — попытался отшутиться Томас, направляясь к лестнице. — Где твой телефон? — Вот он, — Томас похлопал себя по карману. — И что мешало тебе поднять трубку? Что или кто? — рыкнул Марк. Томас резко обернулся, никак не ожидая таких ноток в голосе супруга. Что еще за представление? — Я жду ответа, Хейли, — Марк терял терпение. Терял его и Томас. Почему он должен отчитываться о тех вещах, о которых не отчитывается его супруг? — Чего ты хочешь, Далтон? Я же не достаю тебя вопросами, когда ты являешься под утро или вообще не приходишь ночевать. Ты сам установил эти правила, вот и соблюдай их, — Томас поднял со ступеньки рюкзак, но уйти ему не дали. — Хейли. Я прошу ответить на свой вопрос. Где ты был всю ночь? У Пола тебя не было. — Ты звонил Полу?! — Томас оторопел. — Откуда у тебя его номер? — Не отвечай вопросом на вопрос. Том устало опустился на ступеньки и подпер подбородок: — Лампы для допроса использовать не будешь? — Если не ответишь, я найду способы куда менее гуманные. — Я был в отделении полиции, — Томас с интересом уставился на Марка в ожидании реакции. — Где? — Марк в удивлении распахнул глаза. О, ради этого стоило и отчитаться. Томас не без удовольствия повторил: — Я был в отделении полиции. — И за что тебя задержали? — Я сам пришел, — злорадно улыбнулся Том. — Порадуй меня рассказом, — Марк жестом указал на диван. — Нечего рассказывать. Мне под ноги свалился потерявшийся ребенок. Пришлось идти в полицию, чтобы найти его родителей. Почему ты смеешься? — Олененок-спасатель. — Кто, прости? — Томас даже поднялся. — У тебя глаза, как у оленя, — с нахальной ухмылкой заявил Марк и развернулся, ставя точку в разговоре, но Томас все же успел бросить ему в спину: — У меня рога, как у оленя, — и поспешил к себе в комнату, пока они не договорились до революции местного масштаба.

***

Торговый центр перед Рождеством — это лабиринт минотавра. Только, вопреки мифу, нити Ариадны на входе не выдавали. Пол тянул Томаса в сторону очередного магазина и нес всякую чепуху про преддипломную консультацию. Рождество близилось. Предвкушение праздника проникало в каждую клеточку организма. — Вау! Томас, смотри, какая ель! — Пол раскрыл рот и раскинул руки. — Большая! Томас в восторге смотрел на пышную красавицу. Ёлка из детской мечты. Сразу вспомнился запах корицы, суетливый папа и томительное ожидание подарка. — Всегда хотел такую. Жаль, в мою квартиру она не поместится. — Зато поместится в квартиру Марка. Но вряд ли он на такое... — Томас! — перебил Пол. — А давай ее купим! Очередная гениальная идея. Не друг, а клуб находчивости и креатива. Том задумался. Марк квартиру к Рождеству никак не готовил, будто нарочито игнорировал праздник. А еще Томас его ни разу ни о чем не просил, и самое время было попробовать: — Я сейчас позвоню. Томас попытался найти более-менее тихое место, если таковое возможно в предрождественской суете магазина, и набрал супруга. — Хейли? — удивленно ответила трубка. — Да, это я. Привет. Марк, хотел спросить тебя о… — Быстрее говори, — перебил Марк, — у меня сейчас начинается совещание. — Можно купить ёлку? — Олененок не может в Рождество без антуража? — У тебя совещание, — напомнил Том. — Покупай, если хочешь. Официально согласие получено. А габариты... Томас улыбнулся. В конце концов, габариты не обсуждались. Ёлку доставили в тот же день и помогли с установкой. Роскошная красавица была около десяти футов в высоту, и Томас наслаждался тем, что открытый холл Марка позволяет такую роскошь. Решив воспользоваться ситуацией на полную, Томас позвал и Пола, чтобы вместе заняться украшением. Весь вечер они проторчали на небольшой стремянке, развешивая яркие игрушки и гирлянды. — Твой муж вообще сегодня вернется домой? — спросил Пол, поглядывая на часы. — Или он живет на работе? Уже начало двенадцатого. — Понятия не имею, какие у него планы, — Томас примерялся, куда повесить маленький стеклянный паровозик. — У вас это... Ну... Это считается нормальным, да? — Пол посмотрел снизу вверх, продолжая страховать Томаса и придерживая его ноги. — Мы вообще нестандартная семейка, — Томас повесил игрушку и довольно заулыбался, — подай мне вон ту красную карамельку, — ткнул он пальцем на одну из коробок, в которой была новогодняя мишура. Как раз в это время тихо щелкнул замок, и послышалась возня на пороге. Пол хмуро свел брови. В холл мягко прошел Марк, и его взгляд остановился на застывшей в ожидании картине. Марк присвистнул: — Добрый вечер. Меньше ели не было, дорогой? — Доброй ночи, — невинно улыбнулся Пол. Марк не мог не заметить эту шпильку в свой адрес: — Вы остаетесь у нас ночевать, Пол? — прозрачнее намека и быть не могло. — Теперь, пожалуй, нет, — парировал Пол, — сейчас закончу с подстраховкой и домой. Томас продолжал стоять на стремянке и с любопытством наблюдать за обменом любезностями. — Я могу подменить. Наверное, вы уже устали, — Марк подошел к ёлке, и Томас с ужасом представил, как его супруг и Пол начинают перетягивать стремянку, соревнуясь в своем упрямстве. — Устал? Да, уже так поздно. Вы, наверное, тоже устали — еще бы, работа до глубокой ночи. — Так, стоп, — Томас решил прекратить возможное соревнование за право подстраховки, но Далтон уже обхватил его ноги и великодушно предложил Полу подавать игрушки. И пусть Марк был в стократ сильнее хрупкого Пола, но эта его помощь скорее расшатывала Томаса, чем добавляла равновесия. Руки Марка были горячими, но все такими же чужими, и Томас снова очутился в воспоминаниях. Сначала в клубе, а затем на кухне. Голова резко закружилась. Том опасно качнулся, но устоял, только красный шар выпал из его рук. — Аккуратнее, Томас, — Пол поднял игрушку, — хорошо, что он не стеклянный. — Давай ты закончишь украшать этого монстра завтра, уже поздно, — миролюбиво предложил Марк. Томас посчитал, что лучше не искушать судьбу и попытался спуститься самостоятельно. Но его супруг решил играть на публику заправского джентльмена и, крепко обхватив ноги Тома, легко приподнял его и опустил на пол. — Спасибо, — щеки залило краской. Томас начинал ненавидеть эту свою реакцию, но привыкнуть к нормальному поведению супруга было невозможно. — Тогда я, пожалуй, поеду, — Пол быстро засобирался и вызвал такси. Как только за Полом закрылись двери, Марк хозяйским взглядом обвел холл: — А с ёлкой действительно закончишь завтра. — Хорошо. — Скажи, Хейли, у тебя гигантомания? — Марк хищно улыбнулся. — Предпочитаешь карманные ёлочки? — Томас с гордостью посмотрел на проделанную работу. — Я вообще их не предпочитаю. — Тогда придется еще четыре года потерпеть, — Томас потянулся, разминаясь, и начал складывать оставшиеся игрушки. — Ты так любишь Рождество? — Марк очутился рядом и с любопытством заглянул в коробку. Внезапно его губы растянулись в довольной улыбке: — Смотри-ка! — он выудил фигурку оленя. — Какая удивительно точная скульптура, — Марк поднес игрушку к лицу Тома и прищурился, — стопроцентное сходство. — Не ты ли автор? — Томас попытался выхватить фигурку, но Марк вытянул руку вверх. — Допрыгнешь? — Ты же не думаешь, что я на это поведусь, — Томас сделал вид, что отошел, и Марк чуть опустил руку. — Поймал! — Том успел выхватить игрушку, но приземлиться на пол — нет. — Я тоже. — Опусти меня, — Томас чувствовал себя тем еще дураком. Или оленем. — Вернешь оленя-отпущу, — выдвинул условие Марк. Томас чуть не взвыл от отчаяния. Так глупо попасться! Да еще и проиграть в такой детской потасовке! — Отпустишь — верну. — Тогда мы будем долго так стоять. — Ну и стой. Я подожду, пока твои руки устанут и сами опустятся. Я не пушинка, Далтон. — Что ж. Стоим. Далтон оказался выносливее, чем Томас рассчитывал. Время ползло, а Марк по-прежнему не особенно напрягался и мог простоять так еще долго. Кроме того, Томаса смущал сам факт сложившейся ситуации и собственная реакция на Далтона. Ощущение чужих рук, тела. Запах. Внутри что-то подрагивало, и сердцебиение Томаса ускорялось. Щеки предательски горели. Голова начинала кружиться, будто он балансировал на огромной высоте: — Марк, я сдаюсь, — во рту пересохло. — Но только на этот раз. — Так быстро? — Марк... — Я ожидал от тебя большего упрямства, Хейли. Что, даже не будешь спорить? Хейли? Марк опустил его на пол, но Томас уже успел потерять сознание.