сборник

      Эмили взглянула на часы как раз в тот момент, когда те показали 2:22. В любой другой раз девушка бы прикрыла глаза, выдохнула и загадала желание, ибо искренне, по-детски наивно верила в магию красивых чисел. Но сейчас ей было некогда сосредотачиваться на чем-то помимо лучшего друга Тоби и его беды.       Правда, Филдс даже не знала, что именно с ним случилось, но то, что она была непременно ему нужна, как он уверял по телефону, брюнетка понимала, а потому неслась по указанному адресу на мамином автомобиле на такой скорости, что полицейские непременно оштрафовали бы ее, если бы поймали.       «Эм, забери меня, мне так плохо».       Она тогда ничего не ответила, жутко злилась, что Тоби посмел напиться до беспамятства и звонить ей ночью в ее единственный выходной. Может, он расценил молчание-/игнорирование/ как «нет» и решил добраться домой самостоятельно.       «Держись, Тобс, я уже совсем близко».       Она на месте, ошарашенно глядит по сторонам в поисках друга и в конце концов, к счастью, находит его на одной из парковых скамеек. Он мирно посапывает, словно не переворачивал весь мир Эмили с ног на голову. Брюнетка склоняется над ним, зажимая нос, ибо перегаром от Тоби несет за километр, и осматривает его бледное в лунном свете лицо. Признаков насилия и борьбы она не замечает, что уже не может не радовать.       — Дружище, вставай, — просит Эмили, пытаясь разбудить Кавано слабым ударом в плечо. Он даже не замечает ее попыток. — Ну же, помоги мне спасти тебя, — снова умоляет она и уже готовиться проявить маленькую женскую слабость и поплакать вдоволь. Но в этот момент Тоби шевельнулся и, зевнув без стеснения, уставился на подругу.       — Эм, ты пришла! — обрадовался парень и невольно оскалился, пытаясь изобразить улыбку. — Я перебрал немного, кажется, — кашлянул он, оправдываясь.       — Хорошо. В смысле, плохо очень, Тоби. Но вытаскивать тебя отсюда надо. Поможешь мне? — Филдс совладала с собой, держа себя в руках и не смея кричать на друга. Во-первых, это бесполезное занятие, во-вторых, наутро он и не вспомнит. Брюнетка через силу заставила себя улыбнуться и потянулась к приятелю.       — Это все из-за Спенсер, — жаловался Кавано, выпуская застоявшуюся боль, когда Эмили перекинула его руку на свое плечо и помогла подняться. Ему нужно было выговориться, но своими беседами о бывшей девушке он хлестал по измученному сердцу давней подруги. — Она предательница, с Калебом… А ты хорошая, Эм. Я тебя даже люблю.       Сердце пропустило несколько болезненных ударов. Из легких словно выкачали весь воздух. Девушка практически начала задыхаться, в глазах появились непрошеные слезы. Он тысячу раз признавался в любви в состоянии алкогольного опьянения. Но Тоби не умел любить Эмили, когда был трезвым.