Последние в своем роде...

      Чем отличается большая деревня от города?       В деревне все дома построены исключительно из древесины, солома вместо крыши, а по размеру «деревенский домик» не превышает двух этажей, и то у самых почитаемых членов племени, такие как: драконоборцы, парламентёры (или же дипломаты), ну и вожди любят себя побаловать. В деревне обязательно есть скот, хозяйство и ремесла. Каждый человек занят тем или иным видом работы.       В городе, как говорят, «всё и сразу». Дома большие, минимум два этажа, построены из камня, крыши плоские, да и сами здания расположены близко друг к другу. Рынок просто огромен: разнообразие товаров и всяких побрякушек, но вот с едой очень туго: вон как люди толпятся у продавца мяса, который еле успевает раздать бушующему потоку провиант, успешно доставленный торговцем Йоханом. Если здесь и правда идёт война, то скажу только одно: дела у них просто дрянь. Дефицит с пищей и господство противника на воде… Думаю, связь между ними понятна: Стражи просто не в состоянии отправится в океан за рыбой без риска нарваться на вражеские корабли, оснащённые мощным оружием, дальнобойным и удобным в использовании, не то что стандартные катапульты. Вот им и приходится как-то связываться с нейтральными племенами, отваливать запредельные суммы за еду и опасную доставку морем. Конечно, будь они верхом на драконах, им бы не пришлось так туго, но война с драконами идёт во всех племенах и можно с уверенностью сказать, что я единственный всадник на всём Архипелаге.       Но город занимает лишь малую часть острова. Вокруг него был сплошной лес, вдалеке, на большой пристани, виднеется флот Драконьей Стражи, немногочисленный, от силы тридцать кораблей, строением похожих на судно Йохана, только боевых.       Недалеко от пристани, где пришвартован торговый корабль, расположились казармы, оружейная и кузня. Удобно устроились, но на мой взгляд глупо: врагу ничего не стоит подойти к берегу и выстрелить с расстояния, тем самым убив сразу трёх зайцев: нет воинов, нет оружия, нет кузни, где это оружие делается. И всё, можно вполне спокойно брать остров, одним залпом оказавшийся беззащитным и разбитым. Я, конечно, не стратег, но, думаю, и дураку здесь видно, как не выгодно совместил эти три сильные, но и одновременно и слабые строения здешний Главнокомандующий. Или же вождь, по-простому.       Но всё же, сам городок был красивым. Хотя бы потому, что я впервые такое вижу, да и вообще первый раз «выехал за границу». Глаза, привыкшие к мокрым скалам Олуха, жадно рассматривали и изучали окрестности острова, улицы, закоулки, редкие высокие здания… на одном из которых я в данный момент и находился, точнее на крыше сигнального колокола, расположенного недалеко от берега. Высота впечатляющая, отсюда хорошо видно по крайней мере треть города. Дальше Взгляд дракона, к сожалению, не доставал, но мне и этого было достаточно. Свою цель я уже нашёл: небольшая таверна за углом трёхэтажного белокаменного дома. После «эпичного плавания» жрать захочется каждому, поэтому с голодухи я и залез на ближайшее высотное здание, дабы найти хоть что-то смахивающее на трактир.       Здешних денег у меня не было, и я попросил у Йохана. Тот дал мне пару золотых и сказал, что лучше всего поесть в какой-нибудь забегаловке, потому что проблема с пищей остро сказывается на ценах и мне этих двух золотых вполне могло не хватить. На мой вопрос о местонахождении дешёвых трактиров, Йохан лишь почесал забинтованную репу и пожал плечами. Мол, я здесь впервые так же, как и ты. Но сопроводить меня все же пошёл. До тех пор, пока я не психанул и не полез на колокольню под удивлённые взгляды прохожих. Так и хотелось им сказать: «Ассасин жрать хочет, вот с голодухи аж на стену полез…»       Благо, архитектура здания позволяла цепляться за выемки, узкие щели и торчащие из стены камни. Пришлось, правда, сделать пару опасных прыжков вверх, отталкиваясь ногой от опоры и рукой цепляясь за камень, до которого я не доставал ранее. Опасный трюк, ибо вполне можно было не допрыгнуть и, лишившись опоры, пришлось бы выбирать: либо сдирать руки в мясо, пытаясь зацепиться хоть за какую-нибудь неровность, либо экстренно учиться летать. В моем случае всё обошлось: прыжки были успешными, хотя далеко не факт, что в следующий раз рука не соскользнула бы и побратим Ночной Фурии со свистом не полетел бы вниз. Стоило подумать о специальном снаряжении для лазания, но урчащий живот дал понять, что ему как бы наплевать на мои думы, мол, я есть хочу, а ты тут сидишь на балке и рассматриваешь город. Ладно, так уж и быть, спускаюсь.       Но, как говорится, «залезть залез, а обратно слезть думалки не хватает». Со мной произошло то же самое. Высоты я не боюсь, нет, но опаска сорваться и разбиться присутствует. Получается, мне остаётся только одно. Ещё один такой опасный трюк — Прыжок веры.       С появлением Беззубика надобность в таких Прыжках сразу отпала, и я не тренировался уже лет пять как. Но раз Беззуба сейчас со мной нет, а спуститься надо, придётся навёрстывать упущенное.       Так, для начала надо найти место, куда я буду прыгать, желательно мягкое. Посмотрев вниз и обшарив все глазами, я заприметил стог сена. Теперь главное прицелиться, ибо есть вероятность, что я приземлюсь совсем не там, куда планирую.       Шаг вперёд — сердце предательски ушло в пятки. Вот что значит отсутствие практики.       Осторожно присел на балку, прицеливаясь. Прыгать страшно, но необходимо. Но, думаю, потом, эти прыжки веры станут для меня привычными, если буду тренироваться… и, конечно же, если выживу после этого.       Сильно оттолкнувшись ногами, я бросил всё тело вперёд, одновременно расставив руки в стороны. На секунду я будто завис в воздухе, словно время на мгновение остановилось. Но секунда прошла, а вместе с ней и наваждение, и я стал быстро приближаться к земле, но именно туда, куда я хотел: прямиком в стог.       Кувырок в воздухе — и я спиной упал на мягкое сено, совершенно ничего себе при этом не отбив. Да и вообще приземление вышло комфортным, если не считать того, что сухая трава залезла за воротник и от этого шея жутко чесалась.       Отряхиваясь, я вылез из сена и познакомился с раскрытым до земли ртом черноусого торговца.       — Что? — недоумевал я.       Тот захлопнул пасть и восхищённо на меня посмотрел.       — Ты либо псих, либо не человек.       Я усмехнулся.       — Я и то, и другое, — Йохан не понимающе на меня посмотрел. — Проехали. В общем, я нашёл таверну и вполне дойду сам. Можешь возвращаться на корабль.       — Ладно, только не чуди тут, — бросил Йохан через плечо. — Как найдёшь семью Керна, передай мои искренние соболезнования.       — Обязательно, — кивнул я.       — Удачи в поисках, мастер Эйнар.       Я впал в ступор.       — Как ты меня назвал? — спросил я, но Йохан уже достаточно далеко ушёл. В итоге, я махнул на него рукой и пошёл в другом направлении.       Для деревенщины, вроде меня, ходить вот так, среди большого количества людей, было как минимум неуютно. Не привык я к такой толпе, к постоянному шуму, гаму, к клубам пыли из-под ног впереди идущего человека, от которой часто откашливаешься. Ну просто шикарные чувства я испытываю, идя к таверне. Да ещё и любопытные взгляды, люди оборачиваются поглядеть на меня, некоторые даже с опаской обходят. По моему виду сразу ясно: не здешний, чужак. Их насторожённость тоже объяснима: остальное оружие я прихватил с собой, так, на всякий случай.       Наконец, показались стены дешёвой забегаловки. Я облегчённо выдохнул и ускорил шаг. Эти взгляды у меня уже в печёнках сидят, поэтому я с чувством толкнул дверь таверны внутрь и зашёл следом, прикрыв за собой, правда, слишком громко.       Музыка, до моего прихода играющая, прекратилась. Люди, а точнее, солдаты, обсуждающие что-то и просто громко смеющиеся, замолчали. Всё внимание переключилось на новую персону в местной атмосфере, то есть на меня.       Надев маску холодного равнодушия, я спокойным шагом, гулом отдающиеся по помещению, прошёл мимо столиков и хмуро глядящих на меня солдафонов прямо к барной стойке. Хозяин таверны с интересом рассматривал меня, я же, опершись локтями, выложил на стол весь свой капитал.       — Что-нибудь мясного, — тихо попросил я. — И стакан разбавленного вина, пожалуйста.       Хозяин хмыкнул и сгрёб себе один золотой. Порывшись в кармане, он отсчитал мне сдачу в виде двадцати пяти серебряных монет и удалился выполнять заказ.       После этого таверна вновь ожила: заново заиграли барды, посетители разом потеряли интерес ко мне и вернулись к пьянке. Я лишь облегчённо выдохнул. Быть в центре внимания порой невыносимо трудно: сдерживать себя от рвущихся наружу не самых ласковых слов в сторону зыркающих и при этом спокойно стоять и стараться не обращать внимания на это.       Хозяин принёс мой заказ: гречневая каша, заправленная тушёным мясом и подливой и деревянный стакан с красным вином, не факт разбавленным ли.       Благодарно кивнув, я взял еду и сел за свободный столик, подальше от воинов. Признаться, три четверти золотой монеты вполне окупили себя. Было очень вкусно, и свою порцию я втянул буквально за минуту. Мало, конечно, но пока хватит. Осторожно отпив вино и убедившись, что его всё-таки разбавили водой, я стал размышлять над способами поиска. Ловить и спрашивать каждого встречного как-то непрофессионально, лучше всего узнать у достоверного источника информации. И хозяин здешней таверны, думаю, знает о том, что мне нужно.       Но осуществить задуманное мне не дали. Краем глаза я заметил, как какой-то солдафон кивнул в мою сторону сидящим рядом своим товарищам, и, лениво встав из-за стола, подошёл ко мне.       — И кто же это к нам пожаловал? — издевательски поинтересовался он, опершись руками о мой столик и глядя в мои прикрытые капюшоном глаза. — Я тебя здесь впервые вижу.       Я, до этого держащий стакан перед лицом, медленно опустил выпивку и спокойным ровным голосом выдал:       — А тебе какое дело? Я пришёл, чтобы поесть, а не становиться на учёт у какого-то задиры.       Тот неожиданно и резко хлопнул по столу. И опять тишина повисла в таверне. И опять внимание переключилось на меня и на смельчака, что рискнул не только подойти к чужаку, но решил ещё и поглумиться. В воздухе витало напряжение, натянутое словно струна, вот-вот готовая лопнуть. Среди гуляк, отчётливо лишь для меня, послышались перешёптывания. Особо вникать я не собирался, и без них понял, о чём они шепчутся.       Назревает драка.       Задира обошёл стол и встал рядом, сбоку от меня. Тот наклонился ко мне, а я невольно поморщился от смрада, несущего от бойца словно от свиньи.       — Смелый, значит? — громко рыкнул тот. — Да ещё и наглый. За такие слова вполне можно в морду огрести. Но я сегодня добрый, так что выбирай, куда тыкнуть вилкой: в руку или в ногу?       Подельники одобрительно заулюлюкали, да и сам лидер оскалился в усмешке. Значит, выбрать, куда именно…       — Лучше в руку, — не меняя тона, молвил я.       По таверне прошлось издевательское «ууу!».       — Отличный выбор, — похвалил меня задира.       — Я тоже так думаю, — сказал и быстро воткнул вилку ему в ладонь, лежащую рядом со мной.       «Лидер» истошно заорал, я же левой рукой взял его за воротник и пригнул к себе.       — А теперь слушай, лань ты наша раненая, — прошипел я, внося в эти слова скрытую угрозу. — Разозлить меня очень сложно, но не советую тебе пытаться. Я никого не трогаю — будь добр, не трогай меня. Иначе за себя я не отвечаю. Свободен.       С чавком вытащенная вилка упала на пол, а раненый солдат истерически проорал:       — Убейте эту тварь, живо!       Человек пять мигом вскочили со своих мест и направились ко мне. Лидер предпочёл скрыться за их спинами. Я же залпом осушил стакан и с тихими словами: «Мазохисты…» немного подпустил к себе парней, а затем, прижав ноги к груди, с силой пнул стол навстречу им.       Те не ожидали от меня таких действий и трое попали под удар деревяшки, сбившей их с ног. Пока остальные двое не очухались, я быстро сократил расстояние к ближайшему ко мне, и локтем ударил в «солнышко». Затем так же быстро отправил кулак навстречу лицу склонившегося буквой «Г» и судорожно пытающегося протолкнуть воздух в лёгкие нерадивого драчуна. Первый готов.       Второй попёр на меня с занесённым кулаком. Глупо, конечно, он сделал, показав мне свои намерения. Ведь теперь я знаю, как и куда он хочет бить, а это, знаете ли, не интересно. Но что поделать, придётся усмирять.       Я сделал шаг в сторону, так что за моей спиной как раз была колонна, и когда боец уже выкинул кулак, резко ушёл в сторону, придавая ему ещё и ускорения, так что его рука со всего размаху впечаталась в достаточно твёрдое дерево. Тот вскрикнул и схватился за неё, а я, не давая очухаться, слегка ударил ребром ладони по горлу. Не смертельно, но болезненно. Добивающий удар головой об колонну и у моих ног лежат уже двое.       Остальные трое уже поднялись на ноги и стали окружать меня. Краем уха я уловил весёлую такую музыку, под стать драке, к которой барды явно лояльны, да и остальные тоже не прочь понаблюдать бесплатную «веселуху».       Двое напали одновременно. Под первым я проскользнул, пригнувшись и успев ещё доработать локтем в живот, и перекинул через спину, отчего тот полетел прямо на столик и разломал его, косой удар другого я отвёл ладонью и треснул основанием второй в кадык. Тот отступил на два шага и схватился за горло, и я уже собирался продолжить «избиение младенцев», но неожиданно сильно почувствовал угрозу со спины. Чуточку не успел уйти от подлого удара и меня, вместо головы, хорошо так огрели стулом по спине. Затем, взяв за шкирку, кинули на другой стол, моментально проломившийся под моим весом.       — Думал такой крутой, да?! И покруче тебя есть люди, мразь!       Понятно, лидер решил присоединиться. А вот за мразь ты ответишь, паскуда такая, и хорошенько так запомнишь, что бить людей в спину не только бесчестно, но и вредно для здоровья.       Стул после удара об меня остался целым, и поэтому задира замахнулся вновь. Пригнувшись, я с места прыгнул в сторону и, оттолкнувшись от колонны, оказался сбоку от незадачливого солдафона. Его челюсть ещё долго будет помнить знакомство с моим коленом. Налетев на него всем весом, я оттолкнул его как раз в сторону одного из его дружков, что пока стоял в стороне. Дезориентированный, он с разворота отмахнулся стулом, чтобы ударить меня, правда, под размахом оказался как раз его дружок. Толстая деревянная ножка попала точно в морду и тот, чуть было не сделав сальто назад, шмякнулся на пол на обе лопатки.       Конечно, с мечами на поясе драться трудновато и уходить от ударов получается не сразу, но вполне возможно.       Боец, что недавно «слетал» к столику, вновь побежал на меня за добавкой. Что ж, не буду его огорчать.       Шаг назад и в сторону. Немного откинув голову и пропуская кулак перед собой, я перехватил руку противника и, ударив коленом в живот, отчего тот аж подпрыгнул, другой рукой взялся за грудки и быстро, с силой перекинул через правое плечо прямиком на следующий стол. Плюс, добавил ему ударом ноги в брюхо, чтоб точно не встал в ближайшее время.       Остальные видимо поняли, что меня достать не получиться и стали потихоньку отползать. Все, кроме лидера, уже пришедшего в себя после удара в челюсть.       Его глаза налились кровью, и он, не давая отчёт своим действиям, бросился на меня с устрашающим рёвом.       Меня не впечатлило. Поэтому я спокойно и мягко сместился влево, пропуская живой таран на всей скорости (которой я ему, конечно же добавил сильным толчком в спину) мимо. Послышался глухой удар головы о каменную стену. Схватив рядом стоящую стеклянную бутылку, заодно добавил ему по башке с разворота и ей, разбив первую вдребезги. Задира схватился за голову: малоприятно получить по кумполу дважды.       Но так легко ты от меня не отделаешься.       Барды, понявшие, что близится финал, стали играть заключительные аккорды.       Привычный сильный удар в лицо вроде пощёчины, отчего противника разворачивает ко мне спиной и я, обхватив его за талию, резко перекинул его через себя, становясь на мост, а тот в результате вновь бьётся башкой об стол, да так, что тот раскололся. Приём называется «взять на прогиб», в результате которого враг остаётся либо с сотрясением, либо со сломанной шеей. Но сотряс у нашего солдафона будет однозначно. Пять раз по черепу получил за день, так что пока ему светит не поле брани, а лазарет.       Музыка закончилась, как только я шустро вскочил с пола на ноги, но напрягаться уже не стоило: противник вяло шевелился и слабо стонал.       Подойдя к стойке, я взял первый попавшийся наполненный стакан и залпом выпил его. Поморщился, когда алкоголь обжёг пищевод, но неприятную сухость во рту все же убрал. Картина маслом: чёрный воин пьёт вино в окружении трёх валяющихся тел и трёх сломанных столов. Да-а, напортачили так напортачили. Остальные побитые воины расползлись по углам зализывать раны и опасности большее не представляли. Срезав увесистый кошель с тела поверженного мной задиры, я отсчитал себе десяток золотых, остальное отдал хозяину заведения.       — За причинённые неудобства, — пояснил я и, не оборачиваясь, вышел из таверны под бурные аплодисменты пьяных Стражей.       Снаружи был свежий, прохладный воздух, который я незамедлительно глубоко вдохнул. Таверна, насквозь пропахшая потом и алкоголем, осталась далеко позади, в то время как я решил немного прогуляться. Так сказать, осмотреться.       А город кипел жизнью. Люди всё время куда-то идут, некоторые бегут, спеша по делам, ребятня играет в салки и в мяч. На рынке прилавки были забиты до отказа овощами, пряностями и, в редких случаях, мелькали продавцы мяса. Одного корабля, пусть и с полным трюмом, явно не хватит на всех.       Хотелось бы помочь им выйти из блокады, но у меня здесь совсем другая миссия. Их война меня не касается, тем более внутренняя.       Местная архитектура меня поразила. Таких красивых, больших, расписанных замудрёнными узорами строений я никогда не видел.       Пару раз встретились статуи богам Асгарда и, вероятно, на острове есть ещё. Белые, словно кость дракона, они вселяли в разум наваждение, будто статуя вот-вот оживёт и занесённый Мьелнир над головой Тора, сына Одина, сейчас опустится на землю, вызвав землетрясение, гром, молнии, бешеный шквал, которые уничтожат сей чудесный остров вместе с его жителями. И пусть это только наваждение, но оно в этих статуях выражено более чем искусно. Остаётся только поражаться и хвалить мастерство местных архитекторов.       Как-то незаметно пролетели три часа. Стало темнеть, черные тучи закрыли солнце, и с неба начали падать крупные капли дождя. Народ стал рассасываться, лавки — закрываться, детишки — разбегаться по домам. Лишь я никуда не спешил, спокойным, прогулочным шагом идя по улице. Люди всё равно инстинктивно обходили меня. «Опасный… вооружённый… чужак… ». Мысли было не сложно прочитать, ведь они были видны по лицам прохожих. Но вот одной персоне, видимо, захотелось со мной познакомиться.       Дело в том, что за мной устроили самую натуральную слежку. Началась она, как только я вышел с той несчастной таверны и до сих пор этот таинственный незнакомец преследует меня, умело прячась в толпе, либо за углами. Один раз я заметил его на крышах, но виду не подал, решив подпустить его поближе и поговорить по душам на тему какого черта ему от меня нужно.       Но преследователю, похоже, самому надоело шпионить за мной, и он решил выйти на свет.       Я как раз шёл по узкому переулку, ища укрытие от набирающего силы ливня, как вдруг, на крыше двухэтажного здания, а именно на выпирающей из неё балки, заметил фигуру. Удивительно то, что незнакомец был в одеждах ассасина. По крайней мере, со стороны так выглядит, будто я нашёл «собрата по ремеслу». Неужели я не последний ассасин?!       «Ассасин» сделал шаг вперёд и спрыгнул вниз. С грацией птицы, цел и невредим, он приземлился, сделав быстрый перекат. Затем медленно выпрямился и устремил свой взгляд на меня. Коричневый капюшон скрывал лицо незнакомца, точнее незнакомки. Этот факт настойчиво доказывала её фигура и выпирающая грудь, плюс, хоть мы и были на расстоянии десяти шагов друг от друга, я смог отметить, что она на полголовы ниже меня.       При себе она имела два меча, расположенные в стиле Астрид: один на поясе, другой за спиной. Скрытые клинки почему-то отсутствовали, вместо них были кожаные наручи с метательными иглами. Одежда вроде в стиле ассасина: коричневая, с короткими полами, с такого же цвета коротким плащом на левой стороне, прикреплённый на плечо девушки; глаза невольно зацепились за красивый кафтан, с двумя воротниками и с небольшим вырезом. Быстро отвёл взгляд от девичьих прелестей, мне это в данный момент не нужно вообще, и вновь посмотрел на скрытое капюшоном лицо «ассасинки», из-под которого были видны яркие пряди заплетённых волос.       Девушка медленно поднесла правую ладонь к рукояти меча, что за спиной, и так же медленно, с характерным для стали скрежетом, обнажила его и опустила конец к земле.       Ого, а эта девчонка явно не предлагать дружбу пришла.       — Я, конечно, польщён, что ты убила столько времени, следя за мной, но вот только стоило ли оно того, раз ты сразу обнажаешь оружие? — нужно разговорить её и понять, что она от меня хочет.       Девушка пока была расслаблена и не выказывала агрессии, но вот поболтать явно не против.       — Если не хочешь крупных проблем, ответь мне на один вопрос, — мелодично прозвучал мягкий, нежный голос. — Откуда у тебя этот меч на левой стороне твоего пояса?       Тон не менялся. Либо она говорит так издевательски, либо не притворяется и она действительно обладает красивым голосом.       А вот её вопрос про фамильное оружие застал меня врасплох.       — Трофей, — соврал я. Не буду же я говорить каждому встречному, что этот клинок принадлежит погибшему лидеру Драконьей Стражи, так могу и на неприятности нарваться.       Но я, походу, уже в них вляпался…       Девчонка, услышав мой ответ, сильно сжала рукоять, а её фигура заметно напряглась.       — Трофей, говоришь, — прошипела она. — Значит, ты именно тот, кого я искала…       — Не знаю, кого ты там искала, но у меня встречный вопрос, — я встал полубоком к ней, рассматривая цветы на балконе дома. — Не знаешь, кто такая Хельга?! У меня к ней есть… разговор, — немного раскроем карты.       Неожиданно шустро она оказалась рядом со мной и нанесла рассекающий удар слева направо. Если бы не моя реакция, был бы я сейчас рассечённым на две части. А так пришлось резко наклоняться назад и наблюдать, как клинок в сантиметрах разрезает воздух над моим лицом. Безусловно от таких резких действий я бы не смог удержаться на ногах, ведь я едва не встал на мост, и поэтому благоразумно выполнил фляк назад… и едва успел заблокировать своим мечом клинок бешеной девки. Вот только она не остановилась на этом, а стала вновь наносить быстрые удары.       Признаться, девчонка отлично владеет клинком, это, похоже, у неё в крови. Похоже, я встретил достойного противника.       Ливень совершенно не мешал ей, я даже не чувствую, чтобы она устала. Закалённая, значит…       — Ненавижу… наёмных… убийц, — через каждый удар зло говорила она. — Я… убью… тебя… наёмник…       — В том, что я… убийца… ты права, — подпрыгнул от низкого удара по ногам, затем блокировал удар и оттолкнул её от себя. — Но наёмный… хах, это ты… загнула…       Заблокировав удар, я, чуть пригнувшись и не преминув слегка стукнуть бешеную девку по рёбрам, чтобы сбить дыхание, быстро зашёл к ней за спину и сжал её в своих тисках так, чтобы она не смогла размахивать оружием. Но вот если кто увидел со стороны, подумал бы, что парень со спины обнимает свою девушку под проливным дождём. Романтика, тьфу…       — С чего ты так взбесилась?! — недоуменно спросил я, крепко держа вырывающую «ассасинку». — И зачем следила?       — Отпусти, гадёныш, — прошипела она. — Хуже будет.       — Ну это мы ещё посмотрим, — усмехнулся я. — Кстати, почему ты так оде…       Спросить я не успел, девка затылком ударила меня по лицу. Вырвавшись, ещё добавила локтем, а я, чисто инстинктивно пригнулся от свистящего меча… и получил ранение в бок от другого, уже лежащего в левой руке противницы. Глухо зарычав от боли, повергая её в ступор, сильным ударом отбросил мечницу подальше от себя. Вообще, я должен был вскрикнуть, но вот натурально по-драконьи зарычать я и сам не ожидал. Опершись на меч, я зажал рану на боку. Кровь мигом окрасила ладонь.       — Ха, с первым ранением меня, — хрипло рассмеялся я. — И кто ж тебя так научил сражаться?!       — Тот, кого ты убил за проклятое золото, — «ассасинка» указала на меня левым мечом. — И ты умрёшь от моей руки, убийца.       Сцепив зубы, я выпрямился и медленно обнажил меч Керна. Сверкающая молния на миг отпечаталась на лезвии, как бы намекая, что «мой хозяин сейчас злой и лучше бы тебе убраться как можно дальше от него.» Но та лишь встала в стойку и ждала действий.       Ни с того, ни сего на меня начала накатывать злость. Боль в боку заглохла, глаза немного защипали, но, моргнув, сразу же пришли в норму. Сверкнула молния, и девушка, напряжённо следящая за мной, внезапно стала учащённо дышать, сердце её быстрее заколотилось, а сама она сделала невольный шаг назад. Явные признаки страха. Наверняка поняла, что сейчас я разозлился и добра от меня теперь ждать не стоит.       Затишье нарушил скрежет клинками о каменную землю. Из-под мечей во все сторону разлетались искры. Краем сознания я удивился этому, но вниманию не придал. Эффект напугал противницу, теперь она стала отходить назад, вот только я не собирался отпускать добычу. Гнев и её страх вскружили мне голову, и теперь я хотел лишь одного — крови…       Мою стремительную атаку девчонка еле парировала, но от последующих она старалась уходить, так как, наверное, сомневалась, что её блок выдержит такие удары. Скорость атаки в разы возросла, и через десяток секунд она лишилась правого меча, попытавшись заблокировать мой, но сила удара была слишком велика. Через ещё пять, она выронила и второй меч, когда я совсем слегка чирканул ей по плечу.       «Кровь…»       За шиворот отбросил её к стене, и она упала на землю…       «Жертва…»       По очереди мечи с хрустом вонзились в камень и скрестились у горла девушки…       «Уби-и-ить!»       Снял с неё капюшон и встретился с наполненными страхом и безысходностью глазами на красивом личике. Растрёпанная красная коса быстро намокла под дождём и теперь она выглядела более… хрупкой.       — Чего же ты ждёшь?! — я не шелохнулся и продолжал смотреть прямо в её медовые глаза. — Давай, убей меня и покончим с этим.       Мечи вплотную коснулись шеи красноволосой девушки, лишь одно движение отделяет её от мира вечного сна.       Крупные капли дождя разбивались о сталь и стекали вниз, прямо на жертву.       — Давай, Хель тебя побери! — послышались плачевные нотки и на уголках глаз собралась влага. И это вовсе не из-за дождя. — Тебе же это ничего не стоит! Убей, как убил моего отца…       «Отца?..» В виски ударила кровь.       — Ты — дочь Керна Бесстрашного?! — удивлённо спросил я, немного ослабляя хватку. Голос был до жути хриплый, внезапно вскружилась голова.       — А тебя это удивляет? — невесело усмехнулась красноволосая. — Не ожидал, что у Керна есть родственники, готовые отомстить за него?! Что ж, теперь почаще оборачивайся, демон.       И снова это слово. Похоже, мои глаза не просто так щипали. Ладно, потом разберусь с этим, а пока займусь девчонкой…       — То, что у Керна есть родственники я знал и так, — я старался говорить спокойно, хотя голос всё равно хрипел, а головокружение усилилось. — Но убивать его я не собирался. Равно как и тебя, — вытащив мечи с камня, я, надев их на пояс, подал ей руку.       Та удивлённо хлопнула ресницами и осторожно приняла помощь.       — Давай найдём укрытие и там я отвечу на все твои вопросы, — сказал я дрожащей незнакомке, но уже не от страха, а от холода. — Ты замёрзла.       — Спасибо, что разъяснил, — съязвила она, на что я улыбнулся.       — Потом благодарить будешь, — и, сделав размашистый жест рукой, сказал: — Веди. Я нездешний, а ты родилась тут. Наверняка и знаешь, где можно спрятаться от дождя.       Та, накинув капюшон и обняв себя руками, прошла мимо меня и направилась к выходу из переулка. Я же на секунду задержался и взглянул на своё отражение в луже. Вот Тьма! Опять глаза светятся, да ещё и с суженными зрачками. Проморгавшись и злобно зыркнув на своё отражение, я убедился, что глазам вернулся нормальный вид, да и голову отпустило.       — Блеск, — буркнул я и последовал за дочкой Керна, которая не очень-то спешила спрятаться от ливня.       На улицах было безлюдно. И только я со своей спутницей мок под проливным дождём. Идти молча у меня не получалось, и я решил завести разговор.       — А как… твоё имя? — сделав паузу, поинтересовался я.       — Эрин, — не сразу ответила она, по-прежнему обнимая себя руками.       — Красивое имя, — мягко сделал комплимент. Надо же завести с ней хотя бы приятельские отношения.       — Не подлизывайся, — пропела Эрин.       — Неужели я не могу сделать комплимент девушке? — наигранно удивился я. — Или это запрещено на острове?       — Можешь, но только не мне.       — Почему?       — Я тебя не знаю, а мама учила меня не общаться с незнакомыми людьми.       — А крошить их в капусту она тебе так посоветовала, да?       Эрин пустила смешок.       — А как тебя-то зовут?       — Эйнар, — просто ответил я.       — И всё?!       — А что ещё должно быть?!       Она закусила губу.       — Ну, не знаю, фамилия какая-нибудь или прозвище там…       — И как твоё полное имя?       — Эрин Стронг, — моментально ответила она. — Что означает «Сильная». А как твоя фамилия?       Я призадумался. Раньше у меня тоже было полное имя. Хэккот, Халлок, Хэггот… Тьфу, уже забыл.       — У меня нет таковой, — честно признался я. — Но, если хочешь, можешь мне сама подобрать.       Мы, наконец, дошли до укрытия — строения, на вид похожее на амбар. Зайдя внутрь, я убедился в своей правоте. Везде были корзины с зерном, пол был укрыт сеном, дабы не допустить сырости.       Эрин, как только зашла, откинула капюшон и, сняв заколку, распустила ярко-красные волосы, доходящие до лопаток. Нет, она не была рыжей, хотя очень похожа.       — Хочешь, чтобы я тебе подобрала? — повернувшись, обратилась она ко мне. — Тогда скажи, что у тебя получается лучше всего? Какое-нибудь увлечение или, может быть, было какое знаменательное событие?       Я призадумался. У меня лучше всего получается убивать, но не буду же я ходить с такой фамилией среди людей. Нет, надо что-нибудь обыкновенное, но в то же время и сильное, показывающее мой статус и индивидуальность среди народа.       — Охота, — само собой вылетело слово. Но поняв, что деваться некуда, продолжил. — Я люблю охотиться.       — Охотник? — Эрин восхищённо на меня посмотрела. — Я думала, лишь я одна такая дура, которая уходит по утрам в лес. Хмм… Приятно познакомиться, Эйнар Хантер.       — Эйнар Хантер… — смаковал новое прозвище я. — Мне нравится, спасибо.       — А теперь вопросы, — Эрин вмиг стала серьёзной.       Я вздохнул и кивнул ей.       Вкратце пересказывая всю правду о морской битве, я незаметно наблюдал за реакцией девушки. К истине она отнеслась спокойно и с пониманием, пару раз уточняла детали, но насмешек не было.       — Вот, значит, как, — опустив голову, пробормотала Эрин. Затем подняла на меня свои медовые глаза, в которых плескалось раскаяние. — Прости меня, пожалуйста. Я… просто я дала волю ненависти, и эта проклятая жажда мести вытеснила все рассуждения в моей голове, а я…       — Не извиняйся, мне это чувство тоже знакомо, но я смог его побороть, — в амбаре было душно и я, рассудив, что на острове меня запоминать и узнавать некому, откинул свой капюшон, рукой взъерошив непослушные волосы. — Было очень тяжело, но всё-таки получилось. Советую тебе также сделать.       Затем я аккуратно немного расстегнул камзол и осмотрел рану на боку. Крови уже давно нет и рана наверняка заживёт уже сегодня вечером. Невозможно для человека, но я ведь не совсем он.       — Должна признать, ты симпатяга, — хихикнула Эрин.       — То же самое могу сказать и о тебе, — буркнул я, отпивая от маленькой фляжки прохладную воду. — И вообще, хватит издеваться. Лучше скажи, откуда у тебя такая одежда?       Я предложил ей флягу, от которой она не отказалась, и выжидательно уставился на красноволосую.       — А, пылилась на складе амуниции, — отмахнулась Стронг и пригубила к горлышку сосуда. — Вещь красивая, под стать, по размеру, да и движения не стесняет. В самый раз, хоть и выделяюсь среди остальных. Впрочем, так же, как и ты.       — Ха, ясно, — протянул я.       — А теперь рассказывай, почему у тебя глаза светятся, словно два зелёных огонька?       Я молчал. Мне бы самому разобраться с этим непонятным явлением, а она ещё и спрашивает таким будничным тоном, будто для неё это нормально видеть глазастых уникумов.       — Дождь прекратился, но, думаю, ненадолго, — сменить тему дело секунды, главное сделать это быстро. — Отведёшь меня к своей матери? К Хельге Стронг, если я не ошибаюсь.       Эрин, видимо смекнув, что её вопрос просто проигнорировали, что-то недовольно проворчала и, выйдя из душного помещения, махнула мне рукой.       — Идем. Тут совсем недалеко.       Стоило догадаться, что жена вождя живёт во дворце. Однако моему существу приспичило поискать приключений на свою многострадальную задницу. Что поделать, раз я такой.       У входа во дворец стояла охрана, двое человек по бокам двери. Эрин они узнали, а вот я, похоже, не был в их списке знакомых.       — Кто такой?! — грубо спросил левый стражник. — Посторонним вход воспрещён, так что…       — Спокойно, Ралф, он со мной, — деловым тоном пояснила Эрин. — Или имеешь что-то против?       — Никак нет, мэм, — вытянулся в струнку Ралф. — Но всё же рискну попросить гостя сдать оружие.       — Это тоже не требуется. Он… по приглашению моей матери. У неё к нему есть очень важное дело.       — Странно, — подал голос правый стражник. — Нас не предупреждали о наёмнике.       — Он прибыл вместе с торговым судном сегодня утром, вас тогда не было на вахте. Всё? Вопросов нет?       — Никак нет! — хором гаркнули стражники.       — Ну и молодцы, — кивнула она и, коснувшись моего плеча, молвила: — Пойдём.       Внутри было шикарно. Тронный зал был торжественно украшен, было много коридоров и дверей. Здесь на каждом углу стояла стража, а у самого трона было аж четверо молодцов. Защита была на высшем уровне.       — Эрин, я же просила тебя не гулять под дождем, — прозвучал мелодичный голос на вид сорокалетней женщины, восседающей на каменном троне. Теперь понятно, чей голос Эрин унаследовала. — Ты могла простудиться. А если кто напал бы на тебя?       — Ма-а-ам, я уже взрослая и могу постоять за себя, — на эти слова я усмехнулся: действительно, не завидую такой участи тем, кто рискнёт «познакомиться поближе» с симпатичной молодой девушкой.       — А кто это с тобой? Я тебя впервые вижу, незнакомец. Зачем пришёл?!       Ну что ж, мой выход.       — Хельга Стронг, — отчетливо молвил я и медленно стал подходить. Стража напряглась. — Год я скитался по Архипелагу, ища информацию о вашем месте жительства. И я, наконец, нашёл вас.       По залу эхом пронёсся звук обнажённого клинка. Стража мигом всполошилась и окружили вождя, готовые защищать её до последнего вздоха. Со всех сторон я почувствовал угрозу, но не обернулся. И так понятно, что многочисленные лучники взяли меня под прицел.       — Эйнар, что ты делаешь?! — испуганно прошептала Эрин, но я её не стал слушать.       — Объяснись, незнакомец, — строго приказала Хельга. — Иначе станешь похожим на ежа.       Вместо этого я потянулся к шее и порвал цепочку кулона.       — Я прибыл сюда не по своей воле, но дал обещание найти вас. Я выполняю волю умирающего и его последним желанием было возвращение реликвий, принадлежащие его семье. И вот я здесь, спустя год после озвученной просьбы умирающего воина, — я подошёл ближе к трону, однако стража угрожающе направила на меня мечи, а лучники сильнее натянули тетивы. Но Хельга мягко махнула рукой стражникам, чтобы они пропустили меня к ней. И вот я стою в двух шагах от супруги погибшего вождя. — Я с честью выполняю данное ему обещание и возвращаю вещи павшего воина его супруге, — я опустился на одно колено и двумя руками поднял меч над головой.       Повисла тишина. Я слышал, как взволнованно бьются сердца жены и дочери Керна, и через мгновение услышал шуршание платья перед собой. Затем мягкие руки коснулись моих ладоней, крепко держащие рукоять и сталь. Я ослабил хватку и позволил Хельге взять меч и намотанный на рукоять кулон в виде герба Драконьей Стражи.       — Встань, пожалуйста, — прошептала женщина. Я поднялся и, откинув капюшон, посмотрел прямо в её глаза, наполненные искренней благодарностью, но одновременно и болью. — Спасибо, странник. От всего сердца, спасибо.       Неожиданно вождь обняла меня и всплакнула. Немного опешив, я обнял в ответ, понимая, что напомнил ей о Керне в тот момент, когда она почти отпустила его.       Стража опустила оружие и склонила голову, поминая своего лидера. Хельга отстранилась и улыбнулась подошедшей Эрин.       — Всё хорошо, мам?       — Конечно, глупенькая, — счастливо ответила она. — Этот молодой человек сделал очень доброе дело. Он вернул нам память о твоём отце. Для нас, и для всего народа. Как твоё имя юноша?       — Эйнар, — ответил было я, но почувствовав, как Эрин ударила меня локтем в бок, исправился. — Кхм, Эйнар Хантер.       — Благодарю тебя, Эйнар, от всех жителей племени Драконьей Стражи. Ты оказал поистине великую услугу. Как нам отблагодарить тебя?       — Не сочтите мою просьбу за дерзость, мэм, но я бы не отказался от ночлега. Завтра я отплываю обратно на свой остров, а сегодняшний день оказался слишком трудным для меня.       — Конечно, ты можешь остаться здесь. Эрин, дорогая, будь любезна, проведи нашего почтенного гостя в свободную комнату. После возвращайся ко мне, есть разговор.       — Да, мама, — поклонилась девушка и повела меня в один из длинных каменных коридоров.       — А у вас здесь гостеприимство на высшем уровне, — заметил я.       — Просто у нас в последнее время очень редко бывают гости. Морская блокада противника не подпускает к нам корабли с других племён. Вам с торговцем повезло: во время шторма блокаду снимают, и вам удалось проскользнуть мимо вражеских кораблей… Жаль, конечно, что ты скоро уплываешь. Может, останешься ненадолго?       Я покачал головой.       — Извини, но меня ждут дома. Я обещал вернуться через три дня, и я сдержу слово.       — Понимаю, — немного грустно проговорила девушка.       Мы остановились напротив двери. Эрин открыла её и пропустила внутрь довольно уютной комнаты.       — Здесь ты можешь остаться на ночь. Ванна находится за той дверью. Ну, а теперь, я пойду. Спокойной ночи, Эйнар.       — Добрых снов, Эрин.       Девушка ушла, и я стал располагаться в комнате. Снял броню и первым делом отправился в ванну. Смыв с себя всю грязь и пот, я надел простую рубаху и штаны до колен. Рана на боку, как я и предполагал, исчезла, и вместо неё был тонкий шрам, едва видимый глазу.       — Хороша, девчонка, — усмехнулся я, падая спиной на мягкую кровать. — Хороша.       Сегодняшний день выдался, можно сказать, на славу. Изучение острова, драка в таверне, затем бой с Эрин, в котором она меня чуть не разделала. Слишком много событий для одного дня. Но главное, я выполнил свою миссию — исполнил волю умирающего и вернул семейные реликвии родным Керна Бесстрашного.       — Можешь теперь спокойно пировать в Вальхалле, Керн, — сказал я, переворачиваясь на бок. — Я выполнил обещание.       Сон тёплым одеялом укутал меня и я, утомлённый за день, мгновенно провалился в пустоту.