Бегство из Тедаса

Изабела находилась в крайне неоднозначном положении: глава Гильдии рвал и метал, испепеляя ее речами и взглядом, а Бриньольф занял более нейтральную позицию. Мерсер отчитывал ее, как нашкодившую девчонку, и хоть обвинения были резонны в границах Гильдии, Изабелу мало волновали нападки Фрея. — Я аннулирую твой гонорар за поджег улей, — в конце концов констатировал Мерсер. — А также накладываю штраф в три тысячи септимов. — Я же тебя предупреждал: не марай клинок! — закатил глаза Бриньольф — видимо, его данная ситуация волновала чуть больше, чем саму Изабелу. Но только чуть. — Так вот значит как, — она ухмыльнулась. — Жизнь шестерых наемников оценивается в три тысячи септимов? А сколько стоит жизнь матроны, если я нечаянно ее убью? Во сколько обойдется жизнь ребенка, а? — Ты не показалась мне гуманисткой, — фыркнул Бриньольф. — К чему это все? — А сколько стоит твоя жизнь, Мерсер? — Изабела приблизилась к Фрею так, что чувствовала лицом его зловонное дыхание. Она смотрела мужчине прямо в глаза и видела в них лишь непомерную злость и презрение. — Что ты себе позволяешь, дрянь? — Мерсес схватил женщину за запястье, и она невольно вскрикнула. — Думаешь, это все просто игра? Развлечение? Скажи спасибо, что я тебя не выгнал или не заказал Темному Братству. Уясни раз и навсегда, мразь — еще такая выходка, и я сам не премину заплатит штраф. Фрей оттолкнул Изабелу, и та упала бы, если бы ее не подхватил Бриньольф. — Защищаешь свою шлюшку, да? — Мерсер хохотнул. — Раз так, то разгребай за ней все дерьмо. Иди к Мавен Черный Вереск и объясняйся. А ты будешь работать на меня бесплатно до тех пор, пока не выплатишь долг, — Мерсер плюнул в сторону Изабелы. Ривейни была готова наброситься на Фрея и выпотрошить его, но Бриньольф схватил ее за талию и потащил в сторону. — Почему ты умолчала про трупы? — рассвирепел норд, когда они достаточно удалились от Мерсера. — Ты сам сказал, что прослышал про мою работу. Надо полагать, что ты все знал, так как у тебя обширная шпионская сеть, разве не так? Удивлена, что Мерсер не посчитал тебя пособником убийств. — Не волнуйся, он уже пришел к такому выводу, — по лицу Бриньольфа было видно, что он сдерживает желание влепить оплеуху женщине. — Я же четко дал понять, что нельзя убивать! Изабела не ответила ему. — Молчишь? Да сколько угодно, не передо мной тебе отчитывать, а перед Мавен. Теперь я понимаю, зачем она тебя потребовала. Иди и объясняй свою выходку! — Для вас убийство — это всего лишь выходка? За которую вы налагаете штраф? — ривейни была настроена крайне злобно. Как и Бриньольф. У Изабелы потяжелела голова, а во рту почувствовался железный привкус. — Не заставляй меня делать так больше, — просипел мужчина после данной пощечины. — Никогда. Он ушел, оставив ривейни в крайнем замешательстве. Как только Изабела появилась в «Буйной фляге», она почувствовала на себе любопытные взгляды. Кто-то присвистывал, кто-то улюлюкал, но ривейни старалась не обращать внимания. Но тут влезла Векс. — Эй, шавка! Тебе было сказано никого не убивать! Ты что, тупая или глухая? Или все вместе? — Векс сорвалась с места, подскочила к Изабеле и схватила ее за воротник. — Снимай. Ты не имеешь права носить доспехи Гильдии. — Векс! — послышался неодобрительный голос Векела Воина; его тон призывал прекратить нападки. — Убери руку, — прошипела Изабела, одернувшись. Векс повиновалась, но позже схватила ривейни за запястье. — Почему Мерсер не вышвырнул тебя? Ах, наверное Бриньольф защитил свою подстилку. Когда будешь отсасывать ему, в перерывах поблагодари, что вступился перед Фреем, — Векс оскалилась. Изабела схватила женщину за горло и уперла ее к балке. — Не лезь ко мне, — проскрежетала ривейни и приставила ко рту Векс клинок. Ее глаза округлились, и она жадно пыталась глотнуть воздуха. — Что-то ты слишком разговорилась, Векс. Гляди, чтобы насовсем не замолчала. Услышав шум, Бриньольф зашел в «Буйную флягу» и, завидев сцену, тут же ринулся к дамам и оттащил Изабелу. Векс расхохоталась и собралась что-то сказать, но была пресечена яростным взглядом Бриньольфа и осечками согильдийцев. — Иди уже отсюда! — завопил Бриньольф, толкнув Изабелу в плечи. Ривейни насмешливо откланялась и послала воздушный поцелуй Векс. Изабела усмехнулась, ведь все происходит не впервой: она вновь бежит от презирающих, гневных взглядов. Ее втоптали в грязь, но теперь она понимала, что сама во всем виновата. Поначалу она считала их всех дикарями, убивающими всех подряд по поводу и без, но все оказалось с точностью наоборот. Женщина выбралась из Крысиной норы и поднялась на улицы. Изабелу обдало жаром от очага и удушением от большого скопления народу, стоило ей войти в таверну. Через несколько минут она пропотела, а волосы прилипали к лицу и лезли в глаза. Тонилла в день после возвращения из «Златоцвета» проинформировала Изабелу, где следует искать Мавен, но когда ривейни спросила, по какому поводу Черный Вереск ее вызывает, та лишь пожала плечами. Изабела поднялась наверх, подгоняемая любопытством и одновременно удерживаемая предчувствием расплаты за содеянное. Делать нечего — придется говорить с Мавен. Стоило ей подняться, как тут же неизвестный схватил ее за локоть и повел в одну из комнат. Изабела тут же схватила кинжал, но она услышала крик, который ее отвлек: — А ну убери! — из комнаты вышла женщина; на что в первую очередь обратила внимание Изабела, так это на дорогую одежду крикуньи. Ривейни сунула оружие обратно в ножны и скрестила руки на груди. — Ага, так это тебе пришло в голову спалить «Златоцвет» и устроить там бойню? — процедила Мавен Черный Вереск. — Ты хоть представляешь, сколько мне будет стоить твоя оплошность?! — женщина была в ярости. — Я поражена, что тебе хватило наглости вообще вылезти из канализации и явиться сюда! — Прошу меня простить, госпожа, — ривейни присела в реверансе и получила за выходку новую пощечину, но уже более тяжелую. — Я с тобой разговариваю лишь потому, что Бриньольф заверил меня в твоей более-менее компетентности и способности не завалить еще одно дело. Он уверяет, что у тебя неслыханный талант в этой части, в чем я крайне сомневаюсь. Хотя, в целом я иного и не ждала: Бриньольф очень давно не присылал мне никого, на кого можно положиться. — Не любите возиться с ворами? Не доверяете им? — Изабела не смогла пересилить свое желание поглумиться над кем-нибудь. — Дорогуша, я никому не верю. Тем более Гильдии. Меня волнуют лишь причины и следствия. Сделана ли работа и сделана ли он правильно. Тут нет оттенков. — Раз уж так, может, закончите свою тираду и обсудим дело? — слуга Мавен вновь замахнулся, но госпожа его остановила. — Твоя спесь тебя и погубит, запомни это. Но ты права, перейдем к делу: у меня есть конкурент — медоварня Хоннинга — и мне нужно вывести ее из дела. И еще я хочу знать, как они так быстро открыли медоварню и запустили производство. Отправляйся в Вайтран и найди в таверне «Гарцующая кобыла» Маллия Макия. Он введет тебя в курс дела. Горбатый, всегда выглядит как после попойки. А теперь проваливай. Мужчина схватил Изабелу за шиворот и отбросил к лестнице. Ривейни выкрикнула пару ругательств и показала пару неприличных жестов и скрылась, когда мужчина достал дубинку: хватит с нее побоев на сегодня. Через три дня, измотанная дорогой, в которой она ни разу не сомкнула глаза, Изабела добралась до Вайтрана и еле доползла до таверны. Пробубнив что-то тривиальное хозяйке заведения, она дала ей пару септимов и, не без помощи трактирщицы, поднялась до комнаты. Не снимая доспехов, Изабела ничком рухнула на кровать и уснула. Проспав всю ночь и половину дня, Изабела потянулась и, наскоро отряхнувшись от пыли, спустилась в зал и заказала еды. Уплетая обед, женщина по мере возможности оглядывалась по сторонам и изучала лица. Народу было немного, а те, кто все-таки зашел, молча сидели и уминали еду. Закончив с пищей, Изабела решила вернуться в комнату и спуститься в зал вечером. Так она и поступила. Вечером в таверне было не протолкнуться: везде сновали служанки, разнося напитки и блюда, подвыпившие вояки сидели у импровизированного очага в центре зала и гоготали. Все выглядели обыденно и не вызывали никакого интереса, поэтому Изабела решила осмотреться по угловым столикам. В одном из углов она нашла одинокого мужчину, сгорбившегося над столом и угрюмо ковырявшего ложкой в похлебке. Его лица не было видно из-за нависших волос. — Что, теперь и поесть нормально нельзя?! — возмутился горбач, когда к нему подсела Изабела. — Мавен сказала, что ты меня ждешь. Мужчина оживился и оторвался от ковыряния похлебки. — Буду краток, потому что у нас много работы. Владелец медоварни Хоннинга, Сабьорн, завтра вечером устраивает дегустацию для капитана стражи Вайтрана, а мы должны отравить мед. Изабелу удивил план. Не так давно, как на этой неделе ее чуть не выперли из Гильдии за убийства, а потом отправили на задание, предусматривающее летальный исход? Бриньольф! Так вот о чем он говорил Мавен, когда имел в виду «талант» Изабелы. «Хитрец, — подумала она. — Но ты меня недооценил — у меня много талантов». — Яд у тебя? — ривейни придвинулась ближе. — Нет-нет. В этом вся прелесть плана, — мужчина выпрямился, и Изабела увидела у него огромные темные мешки под глазами и пару синяков на носу и щеке. — Мы хотим, чтобы Сабьорн сам дал нам яд, — поймав на себе недоуменный взгляд дамы, он пояснил. — На медоварне проблемы с грызунами, это все знают. Крысиный яд и мед плохо сочетаются — понимаешь, о чем я? Изабела усмехнулась. — Просто ты окажешься рядом и поможешь старику Сабьорну. Он даст тебе яду, чтобы потравить грызунов, а ты подбросишь немного отравы в чан с суслом. Мы с Мавен долго планировали это, но не могли найти исполнителя. Иди завтра до обеда, пока Сабьорн не отрастил себе мозги и не нанял кого-нибудь. — А как пробраться к чанам? Не с главного хода мне ж туда идти. — Два здания соединены тоннелем, прорытым грызунами. В него есть вход из кладовки в подвале. Там раньше все было забито досками, но я их убрал, чтобы грызуны смогли пробраться в медоварню. Оттуда и начинай. И да — грызунов тоже потрави, потому что когда Сабьорн загремит в тюрьму, медоварня перейдет к Мавен, а ей вредители там не нужны. Солнце стояло в зените, и Изабела, подкрепившись, вышла из Вайтрана и направилась по восточной дороге; медоварня была видна от самых ворот. Ривейни шла около получаса и, подмерзнув, с удовольствием вошла в медоварню. Тепло теперь обжигало замерзший нос и уши, и Изабела шмыгнула. Под ногами она почувствовала мельтешение, и чуть было не наступила на крысу. — Кто там? — послышалось за прилавком. Из-за него показался старичок, держащий в руке метлу и, поджидая, когда подбежит очередной грызун, огрел животное, но крыса лишь жалобно пискнула и побежала дальше. Мужчина проворчал. — Чего уставилась? Не видишь, у меня тут проблемы! — Что-то случилось? — сказала Изабела, улыбнувшись. — Да ты издеваешься! Посмотри вокруг! — Сабьорн вновь ударил метлой по полу, и теперь удар был удачен: крыса поплелась медленнее, и мужчина ее добил. — У меня намечено очень важное мероприятие, и если медоварню застанут в таком виде… Мне конец! — Может, Вам помочь? — Ага, конечно. Еще скажи, что вызвалась по зову сердца! — Нет, — кивнула Изабела. — А вот за кружечку горячего меда — без вопросов. Старик пораскинул мозгами, опершись на метлу. — Ладно, идет. Но у меня условие: надо расправиться с паразитами раз и навсегда, чтобы их следов не было к вечеру вообще. Ясно? — Как я буду их изживать? Метлой? — Изабела хохотнула. — Я купил яду от этих засранцев, — сказал Сабьорн. — Мой помощник куда-то запропастился, поэтому будешь искать гнезда сама. А мне все это еще убирать… Изабела спустилась в подвал, и тут на нее наскочила крыса размером с собаку. «Ничего себе крысы! — изумилась ривейни, убив мутанта. — Сабьорн подозревает, что тут водится?» Женщина изучающе посмотрела на труп и поморщилась. Потом она осмотрела подвал: одна из стен была когда-то залатана, но доски были вырваны с мясом; в дыре открывался большой проход, позволяющий Изабеле идти в полный рост. И в очередной раз она изумилась странным крысам. Продвигаясь по тоннелю, на нее то и дело нападали гигантские грызуны. Одной крысе удалось цапнуть Изабелу за голень, и, если бы не доспех, тварь прокусила бы ногу. Свет от подвала померк по мере продвижения, и Изабела теперь ориентировалась на шуршание и писк паразитов. Пару раз она упиралась в камень, но в целом шла уверенно. Ей на спину забиралась одна из крыс, но вскоре она была скинута на землю и пригвождена клинком. Шум усиливался, а писк множился. «Логово, — констатировала Изабела». Разведя руки в стороны, женщина ладонями проводила по камню, измеряя ширину, и, пройдя небольшое расстояние, пальцы не нащупали твердь, и Изабела напрягла все тело и стала вслушиваться. Шажки послышались слева. В кромешной тьме женщина разглядела две красные бусинки глаз и яростно рубанула по ним, вызвав предсмертный писк. Теперь уже две пары крыс зашли справа, и Изабела расправилась с ними аналогично. Мутанты сновали из стороны в сторону, сбивая с толку Изабелу. Она пыталась вслушаться, но тщетно — гул от шагов был множествен, и оставалось лишь одно — махать оружием во все стороны. Иногда она попадала, иногда — нет, и в эти разы крысы бросались на нее, жуя кожу доспеха. Изабела яростно оборонялась и, когда ее чуть ли не облепили мутанты и не опрокинули, она ринулась бежать обратно к свету. За ней добежали до подвала несколько крыс, и теперь она смогла их убить. По всем поножам виднелись укусы, а на голени через кожу проглядывался круг ткани нижних штанов. Изабела облегченно вздохнула, вспомнив, что Тонилла снабдила ее парочкой эликсиров. Порывшись в сумке, она нашла всего лишь три: «плащ Ноктюрнал», «ловкие пальчики» и новое — «глаза Хирсина». Ознакомившись с первыми двумя, Изабела решила выпить «глаза». Она зажмурилась, ощутив зловонный запах. И на вкус настой был отвратителен — если прошлые эликсиры имели вкус слегка застоявшейся воды, то эта бурда напоминала смесь чеснока и протухшего мяса. Стоило Изабеле раскрыть глаза, как она тут же их закрыла: в глаза ударил слишком яркий свет, вызвав жжение и острую боль. Слегка оправившись, Изабела чуть приоткрыла глаза и направилась в тоннель, во тьму. Когда она отошла от подвала и вновь услышала писки, ривейни осмелилась открыть глаза полностью. С уст слетел удивленный вздох. Изабела все прекрасно видела: низкий свод, грубый камень, кровь на руках. Тоннель будто был подсвечен факелами, но огня здесь, конечно, не было. — Удивительная хрень! — восторженно прошептала ривейни. — И почему такого в Тедасе нет? Изабела широко шагала к логову крыс. Теперь она не боялась мутантов во тьме — они не смогут скрыться. Она четко увидела крысу, бегущую ей навстречу. Она прыгнула на женщину, но та рубанула ее по морде еще в полете и другой рукой — по спине. Крыса жалобно запищала, и Изабела вонзила в нее кинжал. Выйдя из узкого прохода, где не более пятнадцати минут назад ее облепили крысы, Изабела огляделась: крысы смотрели прямо на нее и, простояв пару мгновений, ринулись на нее. Ривейни прыгала меж мутантов и разила их сверху, а те, кто хотели цапнуть ее по лицу, получали клинок в глаз. Женщина сражалась с крысами не более пяти минут: их оказалось меньше, чем ей могло показаться ранее. Изабела краем глаза увидела мельтешение. «Это не крыса». Вдруг на нее выскочил полуголый мужчина с ножом. Глаза его чуть ли не вылетали из орбит, а из раскрытого рта капала слюна. Изабела вскрикнула от неожиданности и, отведя руку мужчины, вооруженную ножом, в сторону и вонзила клинок в шею. «Ничего себе крыски». В углу была вырыта яма, где валялись ошметки мяса, кости и прочая крысиная пища. Изабела откупорила яд и вылила большую часть. — Приятного аппетита. Женщина увидела дверь, видимо ведущую в непосредственно медоварню. Повозившись с отмычкой, Изабела, прикрыв глаза, зашла внутрь. По телу разлилось тепло, и мурашки строем прошлись от ушей до поясницы — действие эликсира прошло, и теперь она могла раскрыть глаза. Несколько огромных чанов стояли над огнем, но под одним пламя не бушевало. Поднявшись на помост, Изабела пробралась к крышке чана с остужающимся медом и вылила оставшийся яд. Она вернулась к Сабьорну через тоннель. — Ну что? — нетерпеливо спросил старик. — А ты в курсе, что крысы у тебя там водятся с собаку? — Изабела указала на дырку в поножах. — Зараза! Не думал, что и злокрысы проберутся. Ну да ладно, закончила? — увидев уверенный кивок, он сказал: — Когда капитан продегустирует мед, тогда и тебе налью. — Нет-нет, спасибо, — улыбнулась Изабела. — Давайте-ка лучше деньгами. — Так даже лучше, — он высыпал на стол из мешочка монеты и, насчитав двести септимов, передвинул их по поверхности ближе к ривейни. — Ох, капитан! — приветствовал Сабьорн вошедшего мужчину. Изабела уселась на стул и начала наблюдать за представлением. — Так, Сабьорн, — сбрасывая с себя меха, капитан подошел к прилавку. — Твоя проблема с вредителями устранена? Капитан посмотрел на Изабелу, улитую кровью чуть ли не с головы до пят. Он полез за мечом, но Сабьорн вступился: — У меня, оказывается, завелись злокрысы. Эта молодая особа помогла мне с ними расправиться. Это их кровь, капитан. Никакого криминала. — Ладно, — наконец сказал капитан, смерив Изабелу и старика недоверчивым взглядом. — Тогда я попробую твой мед. — Конечно, мой господин! Это мой лучший мед… зовется особый мед Хоннинга. Думаю, вкусовая палитра придется Вам по вкусу. — Да брось ты! Мед — не вино, чтобы его нюхать и смаковать, — капитан залпом выпил предоставленный мед и закашлялся. — Что… что это такое?! — Я… я не знаю. Что не так? — старик выглядел очень растерянным. — Ты уверял меня, что тут все чисто! Да я тебя… я тебя… в кандалах сгною! — Нет-нет, прошу! — завопил старик. — Что не так? — Сам виноват — не надо было располагаться в таком загаженном месте. — Нет, все совсем не так! Только теперь Изабела заметила, что в углу стоял Маллий Макий, как тень вошедший за капитаном. Весь его вид говорил о том, что он смакует зрелище. — Ты! — указал капитан на Маллия. — Ты остаешься за старшего, пока я со всем не разберусь. — Конечно, господин, — кивнул Макий, глумливо улыбаясь. — Ты пойдешь со мной в Драконий Предел, — подошел капитан вплотную к Сабьорну. — Посмотрим, как тюремный воздух прочистит тебе память. — Послушайте! — выставил перед собой руки старик. — Я уверяю Вас — это какое-то ужасное недоразумение! — Ты при свидетелях споил мне изгаженный мед! — закричал капитан, указывая на Изабелу и Маллия. — Двигай! — он выхватил меч, и старик чуть ли не захныкал. Когда капитан и бывший владелец медоварни удалились, Макий захохотал. — Все прошло как нельзя лучше, — его губы расплылись в улыбке. — Мавен гнусная, подлая женщина. Думаю, мы с ней сработаемся. — Не сомневаюсь. — Мне еще нужно полистать журналы Сабьорна. — Так значит Мавен хочет найти частного партнера, да? Ну что ж, ройся сколько душе угодно. — А почему ты не сказал мне про психа в тоннеле? — Знаешь, иногда лучше умалчивать детали, чтобы не спугнуть от дела, — Макий пожал плечами. Изабела, найдя чан с водой, отмыла доспехи от крови и промокнула лицо. Поднявшись наверх, в кабинет Сабьорна, Изабела сгребла все документы и деньги и, найдя под столом просторную сумку, скинула все туда. Теперь ей предстоял обратный путь в Рифтен. По прибытии она тут же направилась в «Пчелу и жало», отчитаться Мавен. Когда Черный Вереск ее увидела, то не удержалась от усмешки. — Вот сведения о партнере Сабьорна. Все очень смутно, и кто конкретно является поставщиком — непонятно. Мавен чуть ли не выхватила бумаги из рук Изабелы и, бегло изучив содержимое, насупилась. — Н-да, и все, за что можно зацепиться — символ. Что ж, кто бы ни подписывался им, он пожалеет, что встал у меня на пути, — она вскинула голову и впилась взглядом в ривейни. — Передай все Гильдии. Я хочу знать, кто это и где он. Изабела устало повалилась на стул напротив Тониллы. — А где Векс? — спросила ривейни; ее крайне удивило то безмолвие, с которым ее встретили. — Ее пока нет в Рифтене, — хихикнула смуглянка. — Бриньольф настоял, чтобы ее отправили в Солитьюд. Через три недели намечается пирушка у ярла Элисиф. Пусть остынет, стерва. — И зачем ее туда отправили? — Собирать информацию, проведать наших ребят. Я б тоже съездила в столицу, — вздохнула Тонилла. — Да вот только добираться до туда чуть ли не неделю. — Отличная работа, — как бы невзначай кинул Бриньольф, усаживаясь к дамам за стол. — Слышал, старика Сабьорна посадили за решетку. Вот бедняга, досталось же ему, — мужчина улыбнулся. — Привет, Тонилла. Как Векел? — Сам у него спроси, — огрызнулась она, но все же на ее щеках выступил румянец. Изабела и Бриньольф расхохотались. — Да, бедный старик, его последние деньки на этой земле будут несладкими, — подыграла ривейни. — Как кстати для Мавен. — Именно! Теперь ты понимаешь, как работает наша система? — мужчина пододвинулся к Изабеле. — Ты видела что-нибудь такое, что нужно знать Гильдии? — Помнишь тот странный символ на бумагах, которые я принесла из «Златоцвета»? — мужчина кивнул. — Вот такой же был и на бумагах старика. — Значит, это не совпадение. Сначала Арингот, теперь Сабьорн… Кто-то пытается нас ущемить, поссорить Мавен с Гильдией. — И что нам делать? — спросила Тонилла. — Нужно будет переговорить с Мерсером. Лучше сделать это сейчас, иначе он сам узнает и опять навесит тебе тумаков, — Бриньольф положил руку на плечо Изабела, и та одернулась. Ривейни вскочила из-за стола и молча ушла. — Что на нее нашло? — недоумевал Бриньольф. — А ты думал, что она у тебя на шее повиснет после того, как ты ей морду набил? — Тонилла насупилась. — Но я… — Я уже все знаю и слышать больше ничего не хочу, — Тонилла прервала его жестом. — Ага, вот и ты, — пробурчал Мерсер, кинув взгляд на Изабелу, и вновь уткнулся в книгу. — Я поговорил со своими людьми по поводу добытых тобой сведений из поместья «Златоцвет», но никто не смог опознать этот символ. — Пока Фрей говорил, он ни разу не поднял головы. — Абсолютно такой же символ был и на медоварне Хоннинга. — Похоже, враг пытается нанести нам удар исподтишка, настроив против нас Мавен. Очень умно, — протянул он. — У них много средств — да, я убежден, что это все дело рук не одного человека. Я поражен, как им удавалось все эти годы сохранять инкогнито. — Неужели ты восхищен? — Изабела хмыкнула, и теперь Фрей впился в нее уничтожающим взглядом. — Как бы там ни было, они будут жестко пресечены, — Мерсер с грохотом захлопнул книгу.