Гость лесника

– Ты?! – только и смог выдать Даня. В ответ Ярослав вопросительно изогнул бровь, но, не дождавшись от парня продолжения, просто поздоровался. Даня на это демонстративно отвернулся и поджал губы. Конечно, Ярослав ему ничего плохого не сделал, а наоборот, помог, но принять тот факт, что этот мужчина будет ухаживать за ним, словно за девушкой, не мог. Подождав с полминуты ответа на приветствие, и не дождавшись, Ярослав обратился к старосте: – Кузьма Демьянович, там опять Савелий воду начинает мутить. Мужики его, конечно же, не слушают, а вот молодежь уши развесила. Как бы чего не вышло. Может, бока ему намять? Мозги тогда, хоть на немного, на место встанут, и пасть лишний раз открывать не будет. – Бока намять – это хорошая мысль, – задумчиво проговорил староста, – только вот мять их я сам буду. Пора напомнить этому шелудивому псу, кто в доме хозяин. А то и вправду молодняк расшалится. Потом проблем не оберешься. – Тогда Митричу сказать, чтобы народ собирал? – Нет, не стоит людей баламутить. Пусть работают спокойно. Языки у некоторых длинные и всё то, что произойдет малым кругом, будет к вечеру известно всей деревне. Савелий с бригадой сейчас где? На делянке? – Да. Только Митрич их на другой участок перевел, тот, который за запрудой. – Пожалуй, пройдусь я к запруде. Один, – тут же многозначительно добавил он. Даня переводил взгляд то на одного говорившего, то на другого. Мужчины вроде бы говорили по-русски и Даня понимал каждое слово, но в целом смысл оставался непонятен. Он опять чувствовал себя здесь инопланетянином и ничего с этим поделать не мог. Наконец, разговор подошел к своему логическому завершению и, стоящий в пороге Ярослав, неожиданно спросил: – Кузьма Демьянович, я еще поинтересоваться хотел, как внук ваш себя чувствует? – А чего у него не спросишь? Он ведь рядом сидит? – староста даже не пытался скрыть удивление в своем голосе. – Так он же мордашку от меня воротит и делает вид, что меня здесь вообще нет. Не могу же я со стенами разговаривать, вот и спрашиваю у вас. Щеки Дани залились румянцем стыда. Его поведение, на поверку, оказалось совсем детским или девчачьим. Понимая, что выставил себя не в лучшем свете, он опасался смотреть на мужчину. Не хотелось видеть ещё и насмешку или пренебрежение. Поэтому, уставившись в угол комнаты, пробурчал: – Нормально я себя чувствую. Полегчало уже. – Вот и хорошо. – Дане на мгновение показалось, что в голосе Ярослава промелькнуло облегчение. – Даниил, я тебя попросить хотел… – Да?! И о чём же? – тут же взвился парень, мгновенно позабыв о стыде, терзавшем его еще полминуты назад. Сразу же полезли в голову мысли, что Ярослав сделает какое-нибудь постыдное предложение. – Течка у тебя закончилась, но запах по-прежнему сильным остается. Постарайся день-два из двора без крайней необходимости не выходить, а то у нас некоторые личности не очень хорошо свои инстинкты контролируют. Такие обидят и не заметят, а они, как альфы, по природе своей значительно сильнее омег. Договорились? – Угу, – удрученно буркнул в ответ парень и опять от стыда покраснел, причем больше из-за своих мыслей, чем от слов Ярослава. Тот, в свою очередь, удовлетворенно хмыкнул и покинул кухню. После того, как дед тоже ушел и Даня остался один, у него появилось много времени на осмысливание всего произошедшего. К большому неудовольствию, он пришел к выводу, что рядом с Ярославом он ведет себя, как настоящий дурак, хоть они толком и не общались. Получалось, что Даня или глупости говорит, или краской заливается, словно стеснительная девица на выданье. От такого своего поведения парню стало стыдно, а на душе – паршиво. Послонявшись по дому, и поняв, что от безделья он накручивает себя еще больше и, как следствие, настроение опускается за отметку минус, Даня решил заняться делом. А чем он занимался целую неделю здесь? Уборкой, готовкой и прочими домашними хлопотами. Совершенно незаметно он погрузился в работу с головой, грустные мысли отступили, и постепенно настроение стало улучшаться. Даня вылизал кухню чуть ли не до зеркального блеска, потом коридорчики, лестницу на второй этаж и добрался до спален. Там, первым делом, он сменил на постелях белье и, отнеся его в кладовку, обнаружил, что корзина для грязных вещей забита доверху. Разумеется, Даня сразу же решил постирать. Водопровода в доме не было, а соответственно, и машинки-автомата тоже, так что компанию ему составила «Белоснежка» Российского производства. Погода радовала. Жара еще не стала по-летнему удушающей, и парень расположился на улице. Стиральная машинка мерно жужжала, отстирывая грязь, а прополаскивать вещи приходилось вручную. Даня приспособил под это дело небольшое корыто. Процесс протекал легко и приближался к завершению, когда в бочке закончилась вода. Конечно же парень помнил, что Ярослав сказал не выходить за калитку и он обещал этого не делать, но ведь не хватило всего лишь пары ведер воды. Помучившись в сомнениях, он решил, что по дороге до колодца и обратно, ничего страшного с ним не случится. В конце-концов на дворе день, в деревне полно людей и открыто на внука старосты нападать никто не будет. Напевая под нос незатейливый попсовый мотивчик, Даня смело шел по дороге к колодцу, не ожидая никакого подвоха, как неожиданно ему преградили дорогу. Два парня, чуть постарше самого Дани, но значительно выше, чем он и шире в плечах, остановились перед ним и стали молча рассматривать. – Здрасте, – выдохнул Даня, и сразу же поинтересовался: – Чего надо? – Тебя, – с неприятной ухмылочкой ответил черноволосый. – В каком смысле? – В прямом, – все также односложно отвечал черноволосый, а его более светлый приятель улыбался уже во все тридцать два, но эта улыбка казалась гадкой и отталкивающей. – Послушайте, парни, я не знаю, кто вы такие и чего вам нужно… – Зато мы знаем, кто ты такой, – бесцеремонно перебил его новый участник разговора. Даня оглянулся на голос и столкнулся взглядом с мужчиной, в доме которого он очнулся после встречи с волками по наводке лесника. – И тем более, мы знаем, чего конкретно хотим, а хотим мы тебя. – Ага-ага, – глумливо заржали парни. У Дани внутри все похолодело. Он кинул взгляд по сторонам, но не заметил никого, кто мог бы помочь ему в этой ситуации. Мысленно отвесив себе кучу подзатыльников, и обматерив на чем свет стоит свой идиотизм, попытался выкрутиться, ведь просто взять и сбежать точно не получится. Окружили его со всех сторон, да еще и ведра в руках. – Только это будет изнасилование. Не боитесь за такое огрести? – Ой, омежки в течки такие неразборчивые и готовы отдаться первому встречному. – Но у меня нет течки! Она уже закончилась, – Даня начал паниковать, теряя контроль над своими эмоциями. – Судя по обалденному запаху, всё ещё течешь, – не унимался темноволосый. – А после того, как мы тебя славненько оттрахаем, то ты и мать родную забудешь, и подтвердишь наши слова, что сам всего этого захотел. – Да не хочу я этого! Отстаньте от меня! Даня попытался дернуться в сторону, но его схватили за запястья. Чужие пальцы с силой надавили, причиняя боль. Парень зашипел сквозь зубы, обронил ведра, попытался выдернуть руки из захвата, но у него ничего не получилось. – Чего с ним возиться? – подал голос молчавший до этого светловолосый. – Нужно было трахнуть его еще тогда в лесу, когда лесник нам его отдал. Но ты, Кирюха, когда медальон увидел, сдрейфил и в деревню его потащил. Вот омежка и обнаглела, права начинает качать. Хватит с ним лясы точить. Забираем с собой, и там мозги быстро вправим. Сразу поймет, как с альфами разговаривать надо. От осознания того, что это и есть те, кто в ипостаси волков гнал его по ночному лесу из-за подставы лесника, внутри у него все похолодело. Забытый в последние дни страх вновь накрыл тяжелой волной, и он будто бы впал в ступор. Даня уже не сопротивлялся, когда его руку заломили назад и подтолкнули в сторону узкого проулка. Он даже сделал первый шаг, как за спиной раздалось ледяное: – А вот про лесника я хочу знать более подробно. «Ярослав!» – истошно завопило внутреннее «я» парня, но вслух он не смог произнести ни слова.