По ту сторону вселенной...

Прежде, когда Глебианна осознавала, что она в этой проклятой реальности – девушка Ивана Валялкина, она не думала о том, что придётся ходить с ним на свидания. Увы. Зря. Пришлось – в конце концов, когда Валялкин пришёл забирать её из магпункта, то она не имела права проигнорировать протянутую руку и вынуждена была пойти с ним куда-то… Как он выразился? Выразился он очень просто, заявил с таким показным равнодушием, что где-то совсем рядом есть милая полянка. "Их" поляну давно уже испоганили. Там угнездились гарпии, и Глебианна радовалась тому, что места для поцелуев в школе не осталось. Оказалось, ненадолго. - А ещё сегодня притащили такую милую говорящую белку! – радостно воскликнул Валялкин. – Очень добрую, только она боится людей. - Все дикие животные боятся людей, даже если в них полно магии, - строго отметила Бейбарсова. Руку она свою убрала, вырвала из его почему-то потных, покрытых мозолями, натруженных пальцев. Она сомневалась в том, что местной Гроттер тоже было приятно всё это, и прикосновения, и… Впрочем, у некромагов работа не лучше, чем быть ветеринаром, просто из-за регенерации всё это не задерживается во внешнем обличии. Бейбарсова заняла предложенный ей ствол поваленного дерева, поджала ноги к груди, косясь на дырки на джинсах, и грустно вздохнула. Мода, как хохотала Склепова. Да какая там мода! Просто в гардеробе Татьяны Гроттер, или как там звали местную "сиротку", увы, было слишком много такого, что на Глебианну не налезало и вовсе. Платье, и то затасканное, она не могла застегнуть – потому что оно оказалось слишком… Откровенным для неё. Для Тани, правда, тоже. Но у Гроттер оно явно чуть спокойнее сходилось на груди, чем у Бейбарсовой – ну катастрофа же, как иначе назвать это подобие наряда, который ещё и так старательно пытается развалиться? Склепова предлагала своё, вот только Глебианна успешно отказывалась, понимая, что в той короткой юбке… И к Ивану?! Ну уж нет. Так что, пришлось довольствоваться мешковатой футболкой и такими же изодранными джинсами, что почти распадались от старости. Ванька в своей стандартной – хотя уже другой, - жёлтой майке старательно расчищал поляну. - Тут вот это дерево росло прямо посередине, а потом оно упало, и можно устроить неплохое место для встреч, - рассказывал он. Глебианна протянула руку и сорвала маленький синий цветок, что рос под стволом. Он был нежным, едва ощутимые лепестки щекотали кожу при прикосновениях, да и запах… Божественный запах. Но что-то было не так. От прикосновения некромагини – или от случайной искры, - цветок увял так быстро, что она даже не успела им насладиться. - Странно это как-то, - грустно вздохнула девушка, - цветы тут вянут от малейшего прикосновения. - А зачем их трогать, если можно смотреть издалека? Это жадная любовь – притянуть к себе, закрыть в клетке, впихнуть в вазу… - Валялкин мечтательно улыбнулся. – Настоящая любовь свободна, как ветер… Глебианне хотелось закатить глаза. Свободна как ветер?! Нет, Валялкин тоже хотел это сделать. Сорвать свой цветок, запихнуть его в вазу, а то и закопать в горшок. Запереть в своей проклятой избе. …Он как-то незаметно присел рядом и укоризненно посмотрел на росток в руках у Бейбарсовой, словно осуждая. - Так не должно быть, - устало промолвил он. – Не стоит рвать цветы, ведь они умирают вот так… - А люди тоже умирают, - Глебианна старалась говорить так, чтобы голос её звучал предельно мягко, но получалось плохо, - если их выдёргивать из привычной им земли. Звери в клетке. - Звери в неволе живут дольше, - отстранённо отметил Валялкин. – Их тогда кормят, и продолжительность жизни… - А как же счастье? Он умолк. Казалось, вопрос застал великого философа врасплох, и Бейбарсова переводила на него те вопросы, на которые не могла осмелиться Татьяна. Светлая девочка, просто не посмевшая отрицать очевидное, и… Может быть, ей было бы легче, будь у неё свобода. Свобода от правил. Глебианна опустила ноги в траву – кроссовки, до того изорванные, что уже не держались на ногах, упали в неё прежде, и босые ступни коснулись зелёных побегов. - Вот сейчас ты собираешься уехать в избу на Иртыш, разве нет? – спросила она. – А ты знаешь, как там? - Алтай, он… - Красивый? Романтика, правда? – издевательски протянула Бейбарсова. – Алтай – он страшный. Холодный, злой и… жадный. - Жадный? – удивился Валялкин, посмотрев на неё так, словно только сейчас увидел совершенно нового человека. - Жадный! – уверенно кивнула Бейбарсова. – Хватает за руки и не желает отпускать. Он жадный к жизням, Ваня. Ему постоянно нужна смерть. - Откуда ты знаешь? – удивился он. – Ты ведь никогда не была там прежде, так как же ты можешь… Она покачала головой. Не была? Она провела там почти всю свою сознательную жизнь, просто он не понимал, о чём и кого именно спрашивает. - Мне некромаг рассказывал, - вздохнула она. – Но я ему верю, даже если он во многом часто… приукрашивает. Она не стала дослушивать. Зелёная полянка вяла от одного присутствия тут некромага, отрицая скопление тьмы в ней, а Бейбарсова не собиралась так быстро себя выдавать. Не сейчас. Когда-нибудь после. *** Работы в лесу действительно было просто-таки предостаточно. Даже думать не хотелось о том, чтобы от неё как-то увильнуть – да и не получится. Глеб это знал. Так или иначе, само присутствие Иванны над головой выводило из себя. Он отчаянно игнорировал то, что она нависла над ним самым настоящим танком и отчаянно следила за тем, чтобы он не ошибся. Как оказалось, магическая кошка – очередная и необъяснимой породы, - родила котят. Оным следовало сделать прививки… И Глеб только сейчас понял, что магией. Конечно же, можно было воспользоваться и обычным шприцом, и Глеб предпочитал именно этот вариант – без волшебства. Без некромагии. Он уже в детстве поколдовал над котёнком, и это закончилось десятком лет такого кошмара, что врагу не пожелаешь. …Маленькое существо вывернулось из его рук и спрыгнуло на землю. Пушистые серые лапки попортили уже половину травы тут, на полянке. Валялкина поймала следующего котёнка и вручила его Бейбарсову. Первая реакция была вполне логичной – маленький зверёк запротестовал, замяукал, но вскоре утих, подчиняясь некромагу. Иванна подарила ему недовольный взгляд. - Раньше они относились к тебе так же, как и ко мне, - отметила неуверенно она. – Я не понимаю, что могло случиться… - Всяко бывает. Глебу не хотелось рассказывать о том, что раньше это был не он, а совсем другой парень, что она в очередной раз целует не того… А больше всего ему хотелось, чтобы девушка перестала демонстрировать собственную любовь, или как это у неё называлось. Тем не менее, он подхватил очередного котёнка, и тот впился когтями в руку, оставляя несколько заметных следов. - Это предпоследний, - отметила Иванна. Её светлые волосы спадали куда-то вперёд безумными волнами – беспорядочные и стандартно непричёсанные. В конце концов, давно следовало бы привести их в порядок или хотя бы заплести в подобие косы, и Глебу даже самому хотелось это с нею сделать – потому что котёнка в руках Иванны рассмотреть было невозможно. - Тебе не мешает? Прядь оказалась не совсем чистой, но Валялкина только бойко пожала плечами, показывая, что почти не чувствует. Это было настолько смешно… Глеб вздохнул. Он уже выбросил из головы и то, что собирался как-то помочь, сейчас просто держал наглого котёнка, пока Валялкина его заговаривала. По руке покатились капельки крови, но царапины регенерировали, причём довольно быстро. - Это он тебя поцарапал? О, надо же… А где ранка? – удивлённо посмотрела на вроде бы как знакомые руки Валялкина. - Нет её. Глебу хотелось поскорее отодвинуться, но подобная возможность не представилась ему до этого мгновения ни разу. Сейчас он уже почти отыскал повод уйти, и, казалось, это было самым настоящим безумием – продолжать притворяться светлым. Он должен рассказать правду. Лес смотрел на него враждебно. Зелень тускнела при виде некромага, а тучи ещё и, словно назло, собирались над головами. Увы, но молнию он переживёт так же легко, как и царапины котёнка, а значит, у Валялкиной поводов задавать вопросы только прибавится. И что делать? …Ответ нашёлся сам собой, Бейбарсов даже не успел и рта раскрыть, чтобы отказаться от очередного пушистого комочка. Послышались шаги, а вскоре из-за угла показалась знакомая девушка – рыжие волосы в вечном беспорядке, но такая неестественная чёрная блуза… - Валялкина, - протянула она. В голосе чувствовались шипящие нотки, и Глеб попытался подавить раздражение. Так или иначе, она не столь плоха, как может показаться – это его Гроттер, и она не должна пользоваться тростью. Варианта два, либо откат, либо… Либо она станет тёмной ведьмой окончательно и бесповоротно. Не то чтобы последний вариант не устраивал Бейбарсова, нет, куда там! Вот только почему-то некоторая опаска всё равно оставалась – и некоторые домыслы тоже. Не может всё быть так просто и безопасно. - Знаешь, - Гроттер упёрлась плечом в ближайший дуб, - мне иногда кажется, что ты притворяешься бессмертной, Валялкина. Иванна подняла на неё взгляд. - Что тебе нужно? Ты не видишь, мы заняты. Глеб знал, что нужно. По себе знал – некромага тянуло к его второй половине, словно магнитом, отрицать это довольно трудно. Так или иначе, Иванне не суждено понять. Пока она не окажется в шкуре тёмного мага, всё останется… Размытым, неестественным, лживым. Глебу хотелось бы, чтобы она не показывала вот так яро, откровенно собственную позицию, чтобы это… Он не успел. Гроттер протянула трость и пробормотала заклинание, направляя его в сторону Валялкиной. Тонкая струйка красных искр окутала Иванну с ног до головы – та даже не успела сдвинуться с места. Казалось, вихрь был и вовсе бесконечным – настойчиво-наглым, слишком ярким и заметным. Бейбарсов замер. Ему хотелось оттолкнуть Таню в сторону, а он мог лишь спокойно, равнодушно смотреть на то, как в светлых волосах Иванны медленно запутывались бесконечные искры. - Зачем ты это сделала? – наконец-то хрипловато спросил он, уже зная о том, что будет дальше. - Ты даже не спрашиваешь, что именно я сделала и как это отменять? – удивлённо уточнила Татьяна. - Я знаю ответ на последний вопрос. Зачем? – он поднял на неё взгляд, словно пытался пронзить насквозь и задать ещё как минимум три подобных вопроса, повториться, чтобы потом в этом больше не было нужны. Гроттер безмятежно, как настоящая тёмная ведьма, пожала плечами, да ещё и широко улыбнулась. - Затем, что это прелестно – наконец-то иметь возможность лично с тобой поговорить, - хихикнула она, весело подмигивая ему. – Без этой проповедницы.