Наказание

Я рад был вернуться в Асгард, все-таки как бы не была мне дорога Земля, но она не являлась моим домом. К тому же я соскучился по родителям. Первой меня встретилась мать, она поджидала меня у порога дворца. Прекрасная и могущественная Фригг ходит взад вперед по ступеням собственного дома с судорожно горящими глазами. Видел бы это братец, здорово повеселился. - Тор! – она кинулась на мою шею и крепко сжала, чем сильно смутила. Обычно мама не позволяла себе таких бурных проявлений чувств на людях. - Здравствуй, матушка. – улыбнулся я и тоже обнял ее в ответ, но она тут же отстранилась. - Ты их принес? – теперь ее голос звучал требовательно. - Конечно, но может, сначала зайдем внутрь? - Бесстыдник, не издевайся над своей старой матерью. – Фригг улыбнулась, легонько стукнула меня по груди, но все же отправилась во дворец. А мне лишь оставалось вздохнуть и последовать за ней. Мы расположились в гостиной, прилегающей к ее покоям. Наверное, стоило сначала встретиться с отцом и отчитаться о моем пребывании на Земле. Но, честно говоря, у меня напрочь отсутствовало желание общаться с Одином, слишком уж была свежа в моих воспоминаниях наша ссора, сразу же после суда над Локи. - Покажи их. – приказала мне мама, едва мы успели разместиться на широких диванах в ее гостиной. Я в ответ лишь закатил глаза и достал из кармана джинс (переодеться в свой асгардский наряд я не успел и честно говоря не очень хотел, одежда Мидгарда гораздо удобнее) несколько фотографий. Цепкие пальчики царицы тут же выхватили у меня эти маленькие картонки. На них, с помощью камер наблюдения СтаркИндастрис, был запечатлен Люк. Мама с жадным интересом всматривалась в лицо своего младшего сына, которого ей, скорее всего, не доведется увидеть в живую. - Он так исхудал. – в тихом голосе моей матери слышались нотки отчаянья – она тоже прекрасно понимала, что человеческая жизнь отвратно коротка. - Отец не изменил своего решения? - Нет. – покачала она головой. – он как всегда упрям и не намерен отступать от намерения наказать Локи «по всей строгости». - Черт! – воскликнул я, наконец-то осознав, что очень надеялся на то, что Один уже остыл готов помиловать своего младшего сына. – Ладно, пойду к отцу. - Но мы даже не успели толком поговорить! – в мамином голосе зазвенело настоящее отчаяние. - Я ведь еще не уезжаю, потом успеем поболтать. К тому же мне нужен твой совет в одном крайне важном вопросе. – я на прощание слегка обнял ее и отправился к отцу. Тот, как и всегда в это время, находился в тронном зале. Стоял, развернувшись лицом к одному из окон. Вся его фигура выражала крайнюю степень задумчивости о судьбе мира, а может и нескольких миров. - Здравствуй, отец. – Я поклонился своему царственному родителю. - Все еще ненавидишь меня? - Я всего лишь злюсь на тебя, - вздохнул я, вспоминая все свои ужасные слова, сказанные пред отбытием на Землю - очень сильно, но это чувство не имеет ничего общего с ненавистью. - Хорошо, когда отца ненавидят оба сына это уже чересчур. Один, так и не повернулся в мою сторону. Просто стоял у огромного окна, и только сейчас я понял – он не задумчив, он печален и ужасно одинок, гораздо более одинок, чем кто-либо еще во всех мирах. И когда-нибудь мне придется забрать это одиночество вместе с его короной. Думать не о том, как защитить своего ребенка, пусть не родного, но любимого, а закон и покой верноподданных. Неужели я действительно когда-то мечтал быть наследником трона. - Брат любит тебя, поэтому ему было так больно, когда он узнал о том, что вся его жизнь оказалась ложью. – эти жестокие слова сорвались с моих губ помимо воли. Отец не ответил, я тоже продолжал молчать. Более того, я все еще продолжал стоять на пороге, чувствуя себя как-то странно. Неуверенно, что ли? Занятый собственными переживаниями, я почти прослушал вопрос Одина: - С чего ты всю армию на уши поставил? - Приструнил одного вконец обнаглевшего черного циклопа. – скривился я при одной лишь мысли о Фьюри и всем том балагане, что он устроил. - Обошлось без жертв? – спросил отец. - Естественно, я ведь уже не ребенок и умею сдерживать собственные эмоции. – Обиделся я. О том, что от убийства полковника меня удержало лишь присутствие друзей в той же комнате, я решил тактично промолчать. Похоже, брат дурно на меня влияет. - Хорошо, нам сейчас совсем не нужен конфликт с Мидгардом. - Да, отец. - Когда вернешься туда? - Завтра или послезавтра. Я вообще-то вернулся домой, чтобы взять немного золота, мы с братом собираемся купить новый дом. - Значит, живете вместе… это хорошо. Я подготовлю вам золото, а ты пока побудь с матерью. Она очень соскучилась. - Как прикажешь, отец – я коротко поклонился и покинул тронный зал. Уже быстро двигаясь по коридору в сторону маминых покоев и односложно здороваясь со встретившимися по пути знакомыми, я анализировал беседу с отцом и, надо сказать, разговор у нас получился странный. Вроде бы и занял не больше получаса, учитывая все длинные паузы, но при этом я успел рассказывать отцу все, что собирался. Теперь все наши беседы будут проходить так отчужденно? Мне бы этого не хотелось. - Тор, сотри со своего лица эту задумчивую мину, она тебе не идет. – эту фразу самым насмешливым образом произнес Вольштагга, он, в компании Фандрала, Огуна и Сиф, шел мне на встречу. Мои лучшие друзья, можно сказать, фавориты, почему же я совсем не чувствую радости от того, что вижу их? Лишь какую-то странную меланхолию по старым временам, когда брат был просто братом, а мне не приходилось разрываться между двух жизней в двух мирах. - Здравствуйте. – Я улыбнулся им самой искренней улыбкой на которую был способен. - Мы собирались в таверну, чтобы промочить горло, может, присоединишься к нам? Расскажешь парочку историй о Земле. – Сиф кокетливо посмотрела на меня. - Простите, ребята, но я, пожалуй, откажусь. На пребывание в Асгарде у меня отвратительно мало времени и мне бы хотелось провести его вместе с матерью. Простите. – я до невежливости быстро раскланялся с друзьями и пошел дальше. Матушка сидела в их с отцом столовой за накрытым столом. Увидев меня, она улыбнулась так радостно, как умеет только мама. И от этого вида мне вдруг стало легко на душе. Возвращение домой дурно на меня влияет – я стал слишком эмоциональным. Надо взять себя в руки. - Присаживайся, дорогой, и присоединяйся ко мне, я как раз собралась обедать. Слуги тут же засуетились, ставя для меня приборы на стол. Заняв свое место за столом, я тут же одним взмахом руки выгнал всех из помещения, чем немало удивил маму. Обычно я предпочитал, чтобы мне прислуживали за столом, причем, желательно, чтобы это делали красивые девушки. - За время жизни на Земле твои привычки изменились или ты хотел со мной поговорить о чем-то, что не следовало бы слышать посторонним ушам? – лукаво спросила мама. - Ты как всегда невероятно прозорлива. - Тогда выкладывай все как есть. – радостно рассмеялась Фригг. - Хорошо… - кивнул я и неожиданно даже для самого себя покраснел. - Так, а это уже интересно. Впервые вижу, чтобы царевич Тор краснел. Такого с ним не случилось, даже когда я застала его крадущимся поздней ночью из покоев одной симпатичной леди. – мамины глаза горели неприкрытым интересом. - Я ходил подышать свежим воздухом! - Ага, и по пути совершенно случайно измазался в губной помаде? - Мама! Я, вообще, не о том собирался с тобой говорить. - А о чем же? – поинтересовалась царица, которую явно забавлял весь этот разговор. Конечно, это ведь не она смущенна сверх всяких пределов. - О Люке. - Ком? - Так Локи зовут на Земле, все-таки для этого мира, имя брата стало нарицательным. - А нечего, будучи пьяным до свинообразного состояния разъезжать по небу на колеснице (Где только взяли?), устраивать грозы и отращивать коням по две пары лишних ног. – Фригг искренне старалась, чтобы ее голос звучал строго, вот только смешинки в глазах портили весь эффект. Ту ночь я до сих пор прекрасно помнил, несмотря огромное количество выпитых литров крепленого вина. Тогда мы с братом сбежали на Землю только вдвоем и повеселились на славу. А то, что у одной несчастной лошадки в итоге выросли лишние копытца… Так, Слейпнир должен быть нам благодарен – у личного коня жизнь комфортная, выезды редкие, а еда обильная. – Так что там с Локи? Что вы опять натворили? - Ничего мы не натворили!.. по крайней мере, пока. В общем, ты когда-нибудь слышала о том, что в Мидгарде мужчины могут любить не только женщин, но и представителей собственного пола? - Да? Честно говоря, никогда о подобном не слышала. – удивилась мама. – Интересный факт, хоть и несколько странный, но к чему ты это говоришь? - Ну… - Тор, ты что, влюбился в… какого-то земного юношу? - Не то, чтобы влюбился и не то, чтобы в земного. – буркнул я чувствуя как горят мои скулы. - Милый, из всего этого разговора я вынесла лишь то, что твои учителя по диалектике и риторике не смогли справиться с поставленными перед ними задачами. – похоже Фригг начала терять терпение. Да, свой темперамент я унаследовал именно от нее. - Мама! – мне понадобилось несколько долгих вдохов-выдохов, чтобы перестать смущаться столь сильно и вновь обрести способность к словесному выражению своих мыслей. – Допустим… Чисто гипотетически… Локи, то есть Люк, мог влюбиться в меня… - Что?! – от маминого крика задрожали стекла в витражных окнах столовой. – Как подобное могло произойти?! - Само собой. – Честно ответил я. Царица замолчала. Она закрыла свои прекрасные глаза и откинулась на высокую спинку своего стула, отчаянно пытаясь понять то, что я ей поведал. Снова она заговорила приблизительно через полчаса, так и не разлепив век, будто отгородившись от всего. - Как ты к этому относишься? Этого вопроса я ожидал меньше всего на свете. И как от него ответь? И что он вообще означает? Влюблен ли я в Люка? Или хочу ли я встречаться с Люком? Желаю ли я, чтобы наши отношения перешли за грань братских? Чертовски сложный вопрос. - Не уверен, что точно понимаю, как именно к этому отношусь. Я знаю лишь то, что Локи мне… нужен – болезненно, необъяснимо и неоспоримо. - Что ж, - медленно прошептала мама, - многие пары начинали с гораздо меньшего. - А? – мне показалось, что ослышался. – Ты, что… благословляешь нас? - Конечно же нет! – в порыве чувств Фригг поднялась на ноги столь резко, что опрокинула стул. А после начала мерить шагами помещение. – я с трудом представляю, как может существовать подобный союз, тем более между родными братьями! Но… - Мама замерла. – если это то, что вам необходимо… Я не буду вам препятствовать, делайте то, что хотите. - Серьезно? - Да. Только, пожалуйста, ответь мне на один вопрос предельно четко… ты, все-таки, любишь Локи как брата или же?.. Теперь настала моя очередь задумчиво умолкнуть. А мне действительно было что обдумать. Я открыл матери правду и теперь больше не смогу притворяться что между мной и Люком ничего не происходит, что мы все еще просто братья. А были ли мы когда-нибудь просто братьями? Ох, голова просто разрывается от такой кучи мыслей! - Я люблю его как своего брата, но… и не как своего брата, я его тоже люблю. – твердо закончил я, чувствуя что-то странное и крайне теплое в груди, заставившее меня продолжать говорить. – И думаю, что завтра утром я вернусь в Мидгард, у меня осталось слишком мало времени, чтобы быть вместе с Люком. Спокойной ночи, мама. *** Наш с Люком дом понравился мне и запал в душу буквально с первых секунд. Он был гораздо просторнее, чем злополучная квартира брата, но не в этом состояло его главное достоинство. А в том, что он был полностью и безоговорочно НАШ. Это просто великолепное ощущение. А вот Люк почему-то не разделил моих восторгов, ему это здание казалось чересчур большим. В итоге мы все же купили себе новое жилье и устроили новоселье… Честно говоря весь этот маленький праздник я затеял лишь с одной целью – придать себе храбрости. Не смотря на то, что мне все-таки удалось набраться смелости и сказать моей матери, что мой брат, для меня не только брат, мне все еще не хватало этого чувства, чтобы предпринять практические действия. Честно говоря, безумно сильно смущало весьма смутное знакомство с процессом мужской любви. Казалось, что стоит нам немного выпить и все пойдет как по маслу. Вот только я не учел того, что дозы алкоголя способные свалить аса и человека, коим стал мой брат, сильно разнятся. В итоге Люк отключился прежде чем я успел слегка опьянеть… Пришлось нести брюнета в его спальню, где я уложил его в кровать, укрыл одеяльцем и воспользовался редкой возможностью наблюдать за ним в столь спокойном состоянии. Обычно его прекрасное лицо с острыми чертами находилось в постоянном движении, то искривляясь в презрительной усмешке, то освещаясь прекрасной улыбкой, то и вовсе превращаясь в маску безумца. Сейчас же он казался таким близким, родным… словно мы вновь оказались в детстве, когда он после ночного кошмара прибегал в мою комнату в поисках защиты. Настоящая милашка. Я долго сидел на кровати рядом со спящим братом и ласково смотрел на это пьяное чудо. Утром Локи вышел до крайности раздраженный и с явными следами похмелья на своем лице. Все-то время пока он собирался на работу, мой брат просто излучал злость. Я бы с удовольствием расспросил его об этом, но прекрасно понимал, стоит лишь завести разговор, как меня тут же покроет поток брани или еще хуже – брат со своей вечной ехидной миной проигнорирует меня. Как же с ним сложно!