Наказание

- Три тысячи сто восемьдесят шесть, Три тысячи сто восемьдесят семь… - Что делаешь? – спросил Стив и тем самым сбил со счет. Ну вот, теперь придется начинать сначала. Я бросил на капитана злобный взгляд, но Сосулька его даже не заметил, лишь снова спросил. – Так что ты делаешь? - Пытаюсь сосчитать звезды. – ответил я лишь бы отвязаться от этого солдафона. - Мне всегда казалось, что их количество в космосе бесконечно. Или, с тех пор как меня заморозили, что-то изменилось? – скептически заметил блондин, садясь рядом со мной. Черт, я надеялся, что он боится темноты и высоты, поэтому укрылся от своей вездесущей няньки на крыше. - Нет, и в этом все дело! – с ярым воодушевлением сказал я. – Представляешь, насколько великим открытием это будет – точное количество звезд во вселенной?! - Знаешь, твоя депрессия проявляется самым странным способом, который я только видел. – Вздохнул Роджерс, принимая лежачее положение и закидывая руки за голову. Похоже, уходить он не собирается. - Сколько еще раз повторять, что у меня нет депрессии? - Не надо мне об этом говорить, лучше начни себя вести нормально - И когда это мое поведение можно было классифицировать как НОРМАЛЬНОЕ? – искренне возмутился я. - Нормальное исключительно для тебя. – покладисто уточнил капитан. – Сейчас же ты ведешь себя совершенно иначе… И мне это не нравится. Я ответ на это только оскорблено фыркнул и вновь принялся за пересчет звезд на небосводе. И чем это мое нынешнее поведение ненормально исключительно для меня? Тем, что я уже несколько недель не заходил в свою лабораторию? Так, просто идеи закончились. Вот появятся, и сразу же начну работать с новыми силами. Мы, гении, личности творческие, значит, у нас тоже может быть конфликт с музой. А то, что вместо того, чтобы ходить по любимым вечеринкам или летать в костюме я теперь сижу дома… Ну мне уже давно не двадцать лет и здоровье уже совсем не то… Блин, даже мне самому кажется, что у меня депрессия. Особенно, если учесть мои постоянные кошмары, которые я даже вспомнить не могу. Один сплошной туман в голове, когда просыпаюсь и просто жуткое ощущение одиночества смешанного с безнадежностью. А еще когда открываю глаза, у меня начинается самая настоящая истерика: я реву словно трехлетнее дитя и не способен остановиться, хотя постоянно твержу себе, что повод для такого проявления чувств у меня нет. Честно говоря, не знаю, как бы мне удалось справиться, если бы не Стив. Этот придурок приходит ко мне каждую ночь и утешает пока я вновь не усну, что занимает иногда несколько часов. Правда, от этого мне жутко стыдно смотреть ему в глаза утром. К счастью он ни разу не упоминал ночных происшествий и ведет себя так, будто ничего не случилось, что очень мило с его стороны. - Заканчивай вести себя как идиот и иди спать. – почти приказал (в жизни не признаю, что командирские нотки в его голосе ужасно сексуальны) мне капитан и гордо удалился с крыши. Я был так возмущен этим не заслуженным оскорблением, что даже не успел пустить ему вдогонку какую-нибудь остроту. Вот так всегда, захочешь возвести кого-нибудь в ранг святого, как он тут же назовет тебя идиотом. И я не иду спать, потому что занят пересчетом звезд, а не потому, что боюсь окунуться в очередной кошмар. Не осознавая того, я раздвинул полы собственной рубашки, верхние пуговицы которой были расстегнуты и прикоснулся рукой к своей груди, но вместо живого тепла собственной кожи, почувствовал лишь холод дугового реактора. Ощущение мертвого металла под пальцами подействовало на меня странным образом – оно отрезвило, заставило задуматься. Эх, я действительно веду себя словно дитя малолетнее. Спрятался здесь и упорно делаю вид, что со мной все хорошо. Хотя на самом деле чувствую себя отвратительно. Это чувство совершенно иррационально, ведь с матерью мы никогда не были близки и встречались в лучшем случае один раз в год. К тому же, для меня подобный исход не стал неожиданностью, врачи последние несколько лет твердили, что ее время на исходе. Я сделал все, чтобы ей помочь, но, к сожалению, лекарства от старости не существует. Так почему же мне так плохо?! Плюнув на все, я отправился спать, отчаянно надеясь, что этой ночью слишком устал, чтобы видеть хоть какие-то сны и вместо этого получу спокойный глубокий сон. Зря. Кошмары пришли так же спокойно, как и до этого. Я вновь проснулся, чувствуя, как на щеках слезы смешиваются с холодным потом. Я сел на кровать, стараясь успокоиться, но как всегда был не в силах остановить свою позорную истерику. Черт! Черт! Чееееррртттт! - Эй. – голос Стива был также мягок как и походка которой он медленно двигался в мою сторону. Руки при этом блондин выставил вперед, будто показывая, что безоружен. Он сел рядом со мной на кровать и начал легко поглаживать мои спутанные волосы. И вновь задал вопрос, что задавал каждую ночь. – Что тебе снилось? - Не… не… не… - Мое сердце билось так испуганно быстро, что на разговоры просто не оставалось кислорода. - Все хорошо. Старайся дышать глубоко и медленно. – прошептал капитан. Он обнял мои мелко дрожащие плечи и продолжал шептать на ухо мне всякие глупости, призванные успокоить мое воспаленное сознание. В этот момент я, наконец, осознал, чего именно мне не хватает – человеческого тепла. Того, что я отвергал, как нечто глупое, ненужное и даже, в какой-то мере, вредное для ума, было сейчас необходимо словно свет. И его источник, мое личное солнце, был искушающее близко. Не теряя времени на размышления, способные отрезвить мой разум я впился поцелуем в мягкие губы Стива. Он слабо попытался меня оттолкнуть, видимо помня, что я эмоционально нестабилен, но я в ответ лишь сильнее сжал его футболку, вцепился в него словно испуганный зверек. - Пожалуйста… - прошептал я, буквально на несколько миллиметров отодвинувшись от его губ, а потом вновь поцеловал. И не сразу, однако, блондин ответил на мой отчаянный порыв нежным объятием и приоткрытым ртом. Ободренный этим слабым откликом я отпустил его футболку, вместо этого запустив пальцы в светлые волосы, очень мягкие на ощупь. От Стива шел жар, словно от ярко-горящего костра. Нет, словно от моего личного солнца. И это тепло постепенно перетекало в меня, превращая отчаяние в страсть. Я разорвал сплетение наших губ и начал покрывать поцелуями лицо Роджерса, наслаждаясь вкусом его кожи, он лишь часто дышал, все сильнее сжимая мои плечи. Он отпустил меня, на секунду от этого мне стало страшно, на самом деле страшно, как в тот день, когда я подхватил ядерную бомбу и уже не верил, что смогу выкрутится. Но уже в следующую секунду пальцы Капитана нерешительно занялись пуговицами на моей рубашке. Он раздевал меня медленно, слишком медленно на мой вкус, мне же хотелось сорвать его хлопковую футболку. Стив аккуратно уложил меня на спину, и тут ко мне подошла неожиданная робость, возможно, я бы даже оттолкнул блондина, выставив себя окончательным идиотом, но Стив, наконец, справился с моей рубашкой. Холодный светло-голубой свет реактора осветил лицо моего друга. В его карих глазах, которые сейчас приобрели совершенно непередаваемый оттенок, мне почудилось какое-то непонятное чувство удивительным образом успокоившее меня. Он поцеловал меня, на этот раз по собственной инициативе нежно, совсем не так, как было тогда в Амстердаме. *** Когда я проснулся, соседнее место в кровати уже успело остыть, а до меня быстро доходило, что именно произошло между мной и капитаном. Твою мать! Я переспал с ходячим народным достоянием. Снова! Почему-то мне кажется, что похмельная амнезия мне не поможет. И что же мне теперь делать? Предложить Стиву руку, сердце и половину СтаркИнтерпрайз? А почему бы и нет? Роджерс красив, знаменит, отлично готовит, оберегает меня от лишней работы и хорош в постели, пусть и несколько неопытен… по всем параметрам идеальная жена. Чтобы убрать все глупости из моей головы пришлось ею хорошенько потрясти. В итоге у меня все-таки нашлись силы, чтобы подняться с постели и отправится в душ. Приведя себя в относительный порядок, я отправился на террасу, где предпочитал в это время дня пить кофе капитан. - Доброе утро. – неуверенно произнес я, подходя к столику, за которым сидел Стив в глубокой задумчивости. Он даже не заметил меня, пока я не заговорил. - Привет. – ответил Роджерс и расширившимся зрачкам вкупе с расцветшим на его скулах румянцем, просто кричал о том, что прекрасно помнит каждое мгновение прошедшей ночи. Так надо придумать тему для разговора… Почему мне в голову идет только особенности камбоджийской кухни и загадка о том, что находится на другом конце черных дыр. Вряд ли капитана интересуют подобные вещи. - Звонила Пеппер, сказала, что сегодня состоится совет акционеров, и было бы здорово, если ты появишься на нем. Я так понимаю, ты, как всегда, собираешься послать всех куда подальше? - Нет. – неожиданно даже для себя произнес я. – Думаю, что съездить на работу – это именно то, что мне сейчас нужно. Позвони Пеппер и скажи ей, чтобы перенесла его на пару часиков, а затем прикажи пилотам готовить самолет. Черт, кажется, я собираюсь сбежать из собственного дома. Но это гораздо лучше, чем наш неловкий обмен взглядами и многозначительное молчание. Полет до Нью-Йорка прошел удивительно спокойно, а заседание совета директоров привычно скучно. Все пытались полезть ко мне с очередными соболезнованиями, но Пеппер быстро от них избавилась, подсовывая бумажки одну за другой. И лишь после того, как я натер себе мозоль на большом пальце, соизволила устроить мне разговор по душам. А я тут же понял, что не хочу обсуждать с ней свои проблемы. - Как ты себя чувствуешь? – мягко спросила она. - Просто великолепно. – Бросил я и поспешил убраться из зала заседаний в собственный кабинет, где планировал прятаться весь остаток дня. Там меня ожидал сюрприз в виде Люка, увлеченно роющемся в моем компьютере. - Вообще-то промышленный шпионаж незаконен. – заметил я, аккуратно прикрывая за собой дверь. Брюнет, услышав мой голос, подскочил на месте, но когда понял, кто перед ним, лишь зло сверкнул своими зелеными глазами. Да, не имею я авторитета над подчиненными. - Иди к черту! – бросил он и продолжил дальше печатать на моем компьютере. Зная криминально-шизофреническое прошлое этого парня, я поспешил подойти к нему и посмотреть, что делает этот парень на моем компьютере! На экране светилась фотография какой-то красотки, странно, мне казалось, что Люка они не интересуют. Точнее я был уверен, что Люка интересует лишь один красивый блондин. А поверх ее портрета постоянно возникали сообщения о том, что вход сюда воспрещен! Чей сайт взламывает это придурок с моего IP-адреса?! Этот вопрос я поспешил ему задать. - Пентагон. – просто пожал плечами Лафейсан, продолжая отчаянно бороться с файрволом. - Зачем? - Там теперь работает бывшая девушка Тора. - Стоп. Ты взламываешь базу данных Пентагона, чтобы нагадить бывшей подружке скандинавского бога? – на всякий случай уточнил я и, получив в ответ рассеянный кивок, заявил. – Брысь отсюда дилетант, я все сам сделаю. Мне, в отличие от некоторых болванов, понадобилось всего пара минут. Правильно говорят, мастерство не пропьешь, хотя я очень старался. - Ты ведь продавал нашим военным программное обеспечение? – поинтересовался Люк. Вот зараза, испортил мне все настроение, но прав ведь, гаденыш. Я продал этим солдафонам парочку файрволов и естественно, как любой уважающий себя гений оставил парочку лазеек для себя любимого – всегда полезно иметь доступ к сайтам Пентагона. Естественно, я проигнорировал вопрос. - А она умная девочка. – прокомментировал я. – И в Пентагоне работает меньше года… скорее всего дело рук Ш.И.Т.а, хотят держать подружку асгардского принца под контролем. В общем, логичное решение, особенно после того как он пригрозил Земле войной. – последним замечанием мне удалось отвлечь внимание Лафейсона от изучения биографии Джейн. - Когда он грозил Земле войной? - Когда Фьюри схватил тебя. - Правда? – я соизволил посмотреть на друга – его глаза блестели так, что в голову невольно полезли банальные сравнения с изумрудами, а широкая улыбка идеально подходила для рекламы зубной пасты. – Он сделал это для меня? - Конечно. – пожал я плечами, мне хотелось сказать, что громовержец сделает все что угодно ради своего обожаемого младшего братишки, но вовремя прикусил язык. Как бы мне не нравился Люк нельзя забывать, кто он такой и на что способен. – Так что собираешься делать с этой милой девочкой? - Пока ничего, – пожал плечами все еще счастливый до безобразия брюнет. – Я просто искал о ней информацию, а ее твиттер и фейсбук оказались на удивление пустыми, поэтому пришлось копнуть глубже. В общем и целом, я придерживаюсь такой позиции – пусть не переходит мне дорогу и живет спокойно. Если же нет… Что ж, это ее выбор. - Напомни, чтобы я не понижал тебе зарплату. – поежился я, чувствуя как легкий холодок бежит вдоль позвоночника. Все-таки Люк жуткий тип. - Обязательно. – кивнул он. – Кстати, что ты здесь делаешь? У тебя же вроде депрессия и ты не выходишь из дома. - Нет у меня депрессии! – тут же взвился я, а потом признался. – я сбежал. - Из собственного дома? – весело удивился Лафейсан. – Может быть, твоя мускулистая нянька с классной задницей выгнала тебя на работу? - Не выгонял он меня! И что значит классная задница? – в моем голосе прозвучала ревность, сила которой, удивила даже меня. Естественно мой собеседник ее заметил. - Кажется, я что-то пропустил. – в глазах парня теперь сияло любопытство. А почему бы и нет? Вот уж кто не устроит мне разговор по душам, а выговориться хочется, слишком много всего накопилось. - Мы переспали. Дважды. - Что?! – теперь я понял как выглядит эффект разорвавшей бомбы, не удержавшись, я достал из кармана мобильный телефон и сделал фотографию, слишком уж интересное выражение лица получилось у моего подчиненного. – Стоп. Ты хочешь сказать, что наше воплощение американского духа, бравый капитан оказался геем?! - Нет, скорее би, к тому же сам этого не осознает. Черт, мне это в голову не приходило, пока мы не переспали! - протянул я. – Или тут что-то генетическое, все-таки он был влюблен в мою маму, но дело не в этом. Понимаешь, когда мы переспали в первый раз, он был накачен наркотиками, в смысле, я накачал его наркотиками. Главное, что он ничего не помнит о той ночи. Второй наш акт любви произошел вчера ночью, у меня была истерика, и как-то в процессе получилось так, что мой язык попал в его рот. - А его член в твой зад? – закончил Люк с ухмылкой. – Прости, дружище, но я не могу представить Роджерса пассивом. - Нет, в этот раз полноценного секса не было, обошлись простым петингом, разделись и потерлись друг об друга, но я все равно не могу смотреть ему в глаза, слишком стыдно. - Так, подожди, ты хочешь сказать, что у тебя дома милый, очешуительно красивый парень, которого ты определенно привлекаешь, а ты сидишь в офисе? – уточнил бывший асгардец и, получив от меня кивок в ответ, тут же вынес вердикт. – Ты идиот. Если бы я узнал, что Тор хочет меня, то как минимум неделю не вылезал бы из постели и всех других мест, где мог бы заниматься с ним любовью. - В этом и проблема. Даже если Стив признает, что гомосексуализм не проклятие сатаны с ним не получится просто заниматься крышесносным сексом, если быть с ним, то придется реально быть с ним, понимаешь? Он не согласится на меньшее, чем полноценные отношения со всякими свиданиями, ужинами при свечах и конфетами на день Святого Валентина. - А чего хочешь ты? - Я… - а вот на этот вопрос еще понадобится найти ответ.