Batavia

      — Магнус! О, Ангел, Магнус!       Каждый раз, когда Алек ломающимся на крик голосом звал своего парня, в голове у того возникал образ дикого зверя, настолько строптивого, что хотелось тут же усмирить его пыл. Нефилим без устали звал мага, откидывая с глаз слипшиеся чёрные пряди.       Вокруг изумрудным блеском переливались листья невероятных тропических деревьев. После дождя хрустальные капли покрылись густыми красками заката. На тонких змеевидных лианах пестрили сине-голубые соцветия, лепестки которых лёгким снегом ложились на плечи нефилима. Магнус зачарованно смотрел на Алека, с силой сдерживая проказливую улыбку. В любой ситуации он считал Алека сказочно очаровательным, даже сейчас, когда его руки жгутами переплетают растительные верёвки, а нога по колено застряла в цветке.       — Магнус! Магнус, прекрати пялиться, — злобно прорычал Алек, — вытащи меня отсюда немедленно. — Под ногами противно чавкнула жёлтая слизь, испускаемая цветком, по телу пробежалась колющая волна отвращения. — Магнус, — Алек вздёрнул бровь, — ты смеёшься?       — Нет, золотце, — Магнус прокашлялся, сбивая смешинки в голосе на землю, подстраиваясь на волну серьёзного тона. — Позволишь?       Вопрос прозвучал приговором, потому что желание швырнуть в мага гроздьями неизвестных ягод, в любом случае, потерпело бы фиаско. Сейчас выбор оставался только за тем — улыбаться на камеру или нет. Вышло довольно мило: под сдвинутыми бровями сверкали холодные синие молнии, а рот искривлён в застывшем на картинке крике. Магнус снова рассмеялся.       — Магнус, кажется, ботинок растворяется, — нефилим захлёбывался гневом, глядя на хохочущего парня. Положение не из тех, чтобы упрекать Бейна в чём-то, возможно, когда всё закончится, и он больше не будет тонуть в глотке цветка-убийцы, они вместе посмеются. Однако Алеку стало обидно, что над ним посмели насмехаться в прискорбном положении. — Ты монстр, Бейн, ты и этот чёртов цветок! Ох, Разиэль, ещё и воняет тухлым мясом, он, что, до этого съел дюжину слонов?       — Здесь нет слонов, — спокойно произнёс маг, играя синими искрами на пальцах. — Раффлезии не едят животных, ну, обычные не едят.       — Скажи это на моём месте, тут хватит места твоей ноге, — с упрёком возмутился Алек. Цветок сильнее стянул запястья, а нога погрузилось глубже в студенистую слизь. Мерзко. Алек обречённо застонал. — Магнус...       Магнус тихо фыркнул. Вокруг пятнистых лепестков засиял синий огонек, после чего цветок, словно в перемотке, начал скручиваться в хрупкий шуршащий пергамент. На ветру иссушенные листья развеялись в пыль, оставляя за собой неприятный запах гниения. Лианы превратились в тонкие паутинки: такие же липкие и цепкие. На выгоревшем блюдце сердцевины темнел отпечаток подошвы ботинка.       — Не нужно благодарностей,— маг театрально обвёл руками тлеющие остатки растения. В сгущающихся сумерках пепел гаснущими светлячками кружился в тёплом тропическом ветерке — романтика да и только, если бы не жуткий запах и ругань сумеречного охотника, остервенело пытающегося оттереть ботинок. — Ты в порядке?       Алек издал противный гортанный скрип:       — В порядке? Да, я в порядке, в полном! — демонстративно развернувшись, Алек зашагал вниз по склону. Ноги неуклюже путались в траве, но это не препятствовало заставить бежать мага следом. — Знаешь, Магнус, всю жизнь мечтал оказаться в смеркающихся джунглях и быть съеденным цветком. Безмолвные братья будут в восторге, когда в Городе Костей появится надгробная плита:"Александр Лайтвуд. Храбро пал в чреве цветка". Почему, — нефилим небрежно откинул занавес свисающих с дерева тонких веток. — Почему сейчас? В каком месте "я знаю короткий путь" мы свернули не там? Может, он был коротким триста лет назад. — Алек обернулся, не сбавляя шаг. Магнус шумно пыхтел, выслушивая недовольную тираду. На самом деле Алек редко злился, и надолго ему сатанинских батареек не хватало — пыл быстро остывал или Магнус собственноручно тушил его. — Обернись! Мы в джунглях, начинает темнеть, хуже этого может быть только до-о-о...       Магнус несколько раз моргнул, ссылаясь на галлюцинации, но реальность есть реальность и Алек из неё куда-то исчез.       — Александр?!       По сердитому бормотанию из глубины крон раскидистых деревьев Магнус вышел к залитым солнцем камням. Из ниоткуда, задевая кончик носа, пролетел чёрный ботинок с характерным запахом гниющего мяса.       — Это мой, — устало произнёс сладкий голос сверху.       Когда маг поднял голову и увидел болтающегося в сетке нефилима, тот оживлённо помахал рукой, поджав губы в неловкой улыбке. Он лежал на спине, свесив голову и ноги в дырки между переплетениями лохматой верёвки. Раскачиваясь в ловушке на двухметровой высоте, нефилим вызвал приступ смеха у Магнуса. Снова.       — Как мило, — хохоча, сказал Магнус, щелчком из искр опустив Алека на уровень своей головы. Алек не суетился менять своё положение, поэтому картинка приближающегося мага была перевёрнута. — Ты сломал ловушку браконьеров.       — Она сама сломалась! — возразил Алек и чуть качнулся. Верёвки заёрзали, пробираясь под чёрные волосы, щекоча шею.       — Я всегда говорил: сломал и само сломалось подразумевает два совершенно разных хода развития событий. — Магнус многообещающе посмотрел на нефилима. — И что мне с тобой делать?       Алек заворочался, выпутывая руки из плена толстых верёвок. Голова оставалась перевёрнутой, отчего щёки залились пятнами румянца, приток крови вызвал лёгкое головокружение, усиленное близостью мага. Прежде чем Алек смог беспрепятственно коснуться Магнуса их губы встретились. Касания медленные, плавные, чуть ленивые не выходили за рамки целомудренного поцелуя, однако Алек почувствовал тёплое покалывание в левом боку. Сердце всеми силами рвалось к Магнусу, но рассудок подсказывал, что он скоро лишится сознания, если не спустится на землю. В прямом смысле. Нехотя колыхнувшись в сетке, он отстранился от подаренного тепла, развернулся на живот. Глаза устремились на мага, не сказать, что тот был чем-то расстроен. Вероятно, подумывал подвесить в своей комнате ловушку для любопытных голубоглазых нефилимов.       — Я буду спасать тебя снова и снова, пока небо не потеряет все звёзды, а солнце не лишится своей ослепляющей красоты, — прошептал чародей, поглаживая ладонью щёку нефилима.       Алек смущённо улыбнулся.       — Ты сам на это подписался, — шутливо сказал нефилим, глядя сверху вниз на золотисто-зелёные глаза, — можешь начинать.       Легко сказать, когда тебе не нужно калечить своего любовника ударом о землю, пусть он даже сумеречный охотник, за всю жизнь переживший ни один перелом.       В волшебном голубом свечении ловушка раскрылась, словно бутон цветка, из которого раз в тысячелетие появляется прекрасное ангельское создание. С невероятной кошачьей грацией Алек приземлился перед ногами Магнуса. Колени едва касались земли, плечи напряжены — он был похож на зверя, готового кинуться в атаку, но этого не случилось.       — Благодарю, — Алек кивнул, глядя в сторону. — Ты не видел мой ботинок? — Нефилим играя пошевелил пальцами, демонстративно указывая на отсутствие обуви. Магнус усмехнулся. — Кажется, он упал раньше меня.       — Ты великолепно приземлился, — похвалил маг, подбрасывая ботинок охотнику.       С кряхтением и прыжками на одной ноге Алек задался целью попасть в дырку, однако получалось неуклюже. Шнурки тоже отказывались слушаться. Пропитанные липкой слизью они застревали между пальцев, отчего бантик походил на морской узел.       Магнус в это время непринуждённо полировал ногти о подол сверкающей футболки, глядя на шаманский танец парня. С кожаным бубном он смотрелся бы эффектней, но затея наколдовать его не грела. Алек сильно рассердится, если магия, предназначенная для портала, будет потрачена ради забавы.       Сумерки постепенно сгущались, тени растворялись в тропических зарослях, в кронах которых пробуждалась ночная жизнь. Луна готовилась заступить на пост, топя в своих холодных объятиях медовые лучи солнца. Облака лиловой флотилией двигались в гору, вдалеке раздавались шуршащие прикосновения дождевых капель с прогретой землёй. В остальном, тишина казалась хрустальным звоном среди бесконечного пёстрого безумия.       — Глупые примитивные, — выругался Алек. Руки упёрты в бока, в другой раз эта поза вызвала бы у Магнуса новый приступ смеха. Ему нравилась неоправданная милая злость нефилима, однако что-то в его взгляде заставило охотника напрячься. — Магнус?       Жестом Магнус наказал Алеку молчать, осторожно выглядывая за его плечо. Магнус и прежде мог позволить себе позабавиться с нервами охотника, за что не раз был наказан бесчувственным игнорированием. В этот раз всё было по-другому: глаза щёлочки-сузились, рот выровнялся в тонкую линию, не характерную для сочных пухлых губ, руки медленно потянулись к Алеку.       — Не оборачивайся, — с опаской прошептал маг, вглядываясь в расщелину между валунами. — На счёт три — бежим.       Пропустив первые две цифры, Алек успел вскользь различить за собой пару горящих жёлтых глаз. На другой стороне взволнованные кошачьи огоньки Магнуса; рывком он сдвинул парня с места и сквозь висящие лианы рванул вперёд.       Ветки били по лицу, ноги путались в сухой траве, нарочно обвивающей лодыжки цепкими щупальцами. Лёгкие горели, сбитое дыхание снова и снова безуспешно подстраивалось к ритму бега. Холодная испарина проступила на висках и шее, одежда и волосы навязчиво липли к коже. Магнус начал жалеть, что выбрал слишком узкие штаны и недопустимо короткую для тропиков футболку.       — Это...— не отпуская руки Магнуса, Алек ловко перепрыгнул тонкую ленту воды. Просьбу мага не оглядываться, он забыл после первого шлепка шершавой коряги о затылок. — Это гепард?       — Это ягуар, Александр Лайтвуд и если ты... — маг кинул в животное сноп искр, что вызвало недовольный рёв, от которого по спине пробежалась волна щиплющих мурашек. Преследователь на миг остановился, стряхивая магическую дымку. — Если будешь тратить время на изучение, в его меню на ужин будет сладкий десерт. Будь это планом остановить его несколькими лишними килограммами, я бы поаплодировал. — Магнус охнул, когда нога провалилась в неглубокую норку.       Забавно слышать от Магнуса так много слов, может, действие адреналина в крови пробуждает в нём оратора, однако аудитория попалась недостойная в лице (а точнее, в морде) разгневанного яванского хищника. Замедленный волшебной пылью, он на некоторое время остановился. Магия против природы сильный соперник. Зверь в большей степени был заинтересован в защите своей территории, нежели в поедании парочки туристов, поэтому лениво, будто угрожая следовал в нескольких метрах, переключаясь на бег рысью, ловко перепрыгивая старые коряги. Немного неожиданный жест от хищника, мастерски лазающего по деревьям.       — Сделай что-нибудь, ты маг! — больше Алек не оборачивался.       — А ты Сумеречный охотник, — Магнус резко вывернул влево к изогнутым в поклоне деревьям (Алек подумал, что они склонились именно перед ними).       — Да, но я не заверял, что опасности не встретится, — нефилим пригнулся, огибая гладкий ствол гигантского фикуса. — Не по своей воле я оставил оружие, — с каплей обвинения надавил охотник, но маг проигнорировал этот выпад. Подумаешь, разок оказался не прав, с кем не бывает...       — Ты хочешь обсудить недовольство прямо сейчас?       Алек громко фыркнул, сдерживая себя от ответа. Быть потерянными в джунглях и оказаться на мушке у огромного озлобленного кота никак не способствовало выяснению отношений.       Ещё одна жменя волшебной голубой пыли полетела ягуару в глаза, вырывая фору в несколько секунд для того, чтобы забраться на дерево. Благородно уступив вип-ветку Магнусу, Алек собрался было запрыгнуть следом, как тонкие лезвия когтей полоснули по щиколотке, срывая настрадавшийся ботинок. Где-то за окраиной здравого смысла зашуршал нервный смешок.       — Дай мне руку! — крикнул Магнус.       Используя поддержку, Алек, отталкиваясь от ствола, словно скалолаз, вмиг забрался вверх.       Тихий шёпот Магнуса вызвал лёгкое колыхание, и ветки с тупым древесным скрипом поднялись, образуя причудливую клетку, исчезнувшую из вида ягуара за магией Магнуса. Снизу всё ещё доносилось озлобленное гортанное урчание и редкие, пронзающие кору дерева, удары когтей.       — Всё в порядке — он нас не видит,— с отдышкой пробормотал Магнус, поднимая штанину Алека. — Всего лишь царапина, — успокоил Магнус, в первую очередь себя. Алек молчал, виновато выглядывая из-под взмокшей чёлки. Тёплые руки чародея выводили на бледной коже небольшой круг, в котором крохотные бусинки крови испарялись, затягивая царапину в еле заметную белую полоску.       Прошло около получаса со времени, когда Солнце скрылось за длинной линией горизонта. В Индонезии звёзды казались выше, а Луна наоборот — ниже. Ночь в этом месте нечто загадочное, таинственное, похожее на сказку первооткрывателей о месте, где живут маги, феи и русалки. Уголок Земли — неизведанный, вселяющий трепетное тепло и предвкушение чего-то необычного.       — Ты бы убил его? — Магнус крепче обнял Алека, полулежащего на ветке. Спиной он упирался Магнусу в грудь, излучая уютное домашнее тепло. Руки мага, сцепленные в замок, покоились на животе нефилима. Можно было почувствовать его равномерное дыхание с милым тонким сопением. — Если бы было оружие, убил?       — Магнус, не стоит...       — Он успокоился, — прошептал Магнус, не адресуя свои заключения. Внизу лежал пятнистый зверь, выжидающе скрестив лапы под мордой. Глаза хищника, как новенькие одноцентовые монетки светились в полупрозрачной темноте. — Рано или поздно нас кто-нибудь найдёт. Не могу поверить, — усмехнулся маг, — на самом густонаселённом острове нет ни души! Может, возьмём его с собой?       — Магнус, я бы убил его! — резко воскликнул Алек полный серьёзности. — Я сделал бы всё ради тебя, Магнус. Ты не раз вытаскивал мою жизнь с того света. Ох, Ангел, ты сегодня сделал это трижды. Твоя магия — дар, а я никто без рун и клинков, которые валяются вместе со стило где-то в номере. — Охотник устало уронил голову на ладони. Тяжёлый вдох заставил Магнуса вздрогнуть. — Я обязан тебе во многом, как и во многом не представляю жизни в одиночку.       — Александр, — Магнус опустил подбородок на изгиб шеи нефилима, крепче прижимая его к себе, — я не делаю это ради выгоды. Ты ничего мне не должен и я не хочу заставлять тебя думать об этом. Пообещай, что не будешь.       Алек неуверенно кивнул. Вновь повис стеклянный звон тишины, покрытый мягким голубым светом. Где-то у окраин побережья мелькнула яркая ветка молнии, после чего растворилась в чёрных морских водах.       — Что ты видишь? — мягко спросил Магнус, нарочно задевая мочку уха Алека.       Нефилим впервые за день позволил себе расслабиться: ноги свисали с краёв ветки, по-детски болтаясь из стороны в сторону. Магнусу оставалось лишь крепче держать его, чтобы обмякшая в его руках масса не свалилась вниз.       — Вулкан, — неуверенно ответил парень, снова прищуривая глаза.— И, кажется, из него идёт дым. Магнус, — простонал Алек, — скажи, что ты ничего не делал и из него не пойдут дымовые сердечки.       Маг рассмеялся во взлохмаченные волосы охотника. Идея ему, явно, по душе, как только он сам до этого не догадался...       — Старик Бромо обещал однажды проснуться, — загадочно пробормотал Магнус. Алек молчал. — Я проголодался!       — Вы всегда умели сменить тему, мистер Бейн, — засмеялся нефилим. В животе чувствовались лёгкие покалывания — на морепродуктах и рисе сыт не будешь. — Давай вернёмся в Нью-Йорк.       — А вы так и не научились изменять тему, мистер Лайтвуд, — передразнил Магнус. — Наши приключения ещё не закончились, хотя бы, потому что мы застряли на дереве среди джунглей.       — Ты не сильно расстроен.       — Точно, — еле слышно проронил Магнус, коротко целуя Алека в макушку. — Ты мое приключение и я пройду его до конца.