Помощь-2 (рабочее)

– Дарья, ты определенно меняешься в лучшую сторону, - Нинка так гордо на меня посмотрела, будто это она сотворила со мной. Нет, на самом-то деле ничего серьезного. Просто спокойная и размеренная жизнь делает меня лучше на вид, чем в то время, когда я была влюблена в Ма... Ма-ма-ма-а-а… Забудьте. Хотя мне кажется, что я выгляжу сейчас еще и лучше, чем в то время, когда на парней мне было чисто по барабану, и я была нецелованной девственницей. – Это на тебя новый возлюбленный так действует? – смеется она счастливо-радостно. Причем ее этот заливистый хохот так заразителен, у меня у самой улыбка на лицо лезет. Наконец-то лицо, а не «морду» и не «рожу». – Возможно. Хотя и не возлюбленный совсем, - заправляю выбившуюся прядь за ухо и хихикаю самой себе. Ну все, точно капец. Уже из-за бабской «скромности» привирать начинаю. – Ой, рассказывай мне, рассказывай. – Знаешь, главное, в принципе, то, что здесь не как с Никифоровым, - неужто я произнесла эту чертову фамилию? Надо же. – Здесь взаимно, а это главное. – Ну, тот, по-моему, тоже добровольно к тебе льнул, как кот к миске. – Может. Но все-таки от безответной влюбленности у меня и волосы редкие были, и пара-тройка прыщей на лице, и взвинченность, и какое-то состояние несостояния… – Ну, в принципе, скоро ты поймешь, что это было не от безответной влюбленности, а от твоего самобичевания… - пробурчала себе под нос блондинка и подняла голову снова. – Что? – Говорю, изменения вижу. Волосы стали пышные, аж хрен расчешешь, больше не выпадают. Бедра пополнели и не тощие, как после вашего с Матвеем первого раза были, будто у анорексички. Личико стало сиять, красивое такое, прямо настоящая русская красавица, - смеется она. – Нина!.. – стучу кулаком по подушке и злобно пялюсь на нее. Нет, ну не могу я как-то теперь как раньше заорать благим матом, что-то как-то не получается. – Оу. Больше ни слова про Ма… ла-ла-лай, - напевает, перебивая себя саму и отворачивается куда-то, втягивая в себя нижнюю тонкую губу.

***

Если бы меня кто-то предупредил, что жизнь моя вновь потечет так быстро, то я бы… взяла весло и помогла себе плыть. Последние полтора месяца текли совершенно быстро и в то же время насыщенно. А вот когда ничего не происходит и жизнь идет полным ходом особо быстро – это, извините меня, идиотизм. Когда на дворе снег хлопьями ложится на и так заснеженные дорожки и сугробы, приятно находиться в теплом учебном здании, одетой в любимый свитер с кошечкой. И хорошо смотреть в окно, это завораживающее зрелище. – Ку-ку, - цыкают мне сзади столь знакомым голосом. Оборачиваюсь, заставив себя отвернуться от снежного пейзажа на школьном дворе и тут же угождаю в медвежью ловушку. – Привет, принцесса, - цокает языком и целует меня в щечку. Наглец. – Курлык. – Голубей вроде не предвиделось, только вороны и снегири. Кстати, вчера одного сфотографировал, а затем он сам сел мне в руки почему-то. Меня детская радость охватила, и я попросил сестру сфоткать меня, тебе принес, смотри, - показывает мне матовую распечатанную – уже? – фотографию, улыбаясь по-детски счастливо. Смешной ребенок. На фоне снега и сугробов стоял он в куртке-парке и в шапке «ЦСКА», улыбаясь точно так же, как сейчас, а на руках красовался особо фотогеничный снегирь с красной грудкой. Меня что-то тоже охватила такая радость, прямо захотелось пойти и сейчас же в снегу поиграться. – Прелесть, Никит, - хихикаю и отдаю ему фотографию, хотя предпочла бы ее себе оставить. Не знаю, нравится фото и все. Типичная девушка, пфф. – Я знаю, Дашка-душка. А у тебя косичка – прелесть. – Спасибо, - поправляю толстую каштановую косу, затянутую красной резинкой, и улыбаюсь. Э-э-эх!.. – Кстати, я чего еще пришел-то… Завтра у меня гитара, учительница тебе разрешила прийти. Она думает, что ты моя сестра. Наивная одинокая женщина, - смеется над чем-то своим. – Хотя… У нее ж кольцо на пальце и дочка недавно приходила… Проехали. – Хорошо. Что у тебя за тест по химии? А ты думал, я не узнаю, что у тебя вчера тест был? – ловлю его за руку, когда он, краснея, начинает уходить, пытаясь плавненько слиться. Не-не, не выйдет, родной, не выйдет. – Ч-ч-четверка, - ну как первоклассник, чесслово. Он себя так ведет, когда подурачиться охота. – Дневник показывай, хорошист. Никитка молча достал из сумки дневник и показал мне. И вправду четыре. А-а-а, теперь поняла, что за поведение: похвалы хочешь! Ну, в принципе, я ж тебя подтягивала, меня и надо хвалить. Но за снегиренка… – Умница, - целую его в щечку, не отрываясь, раз двадцать, отчего губы издают смешной звук. Отстраняюсь и замечаю его довольное лицо, по-детски наивные глаза. Что это с ним сегодня, эй? – А теперь иди, завтра я приду с тобой на занятия по гитаре, после пойдем погуляем, если хочешь. Как с ребенком, чесслово.