Кошачья мята

Команда грузовика обсуждала ночную вылазку Брендона и Старпома, прокручивая запись камер и обсуждая действия черного кота, который с каким-то прибором пронесся ураганом по их отсеку и так же обратно, задохнувшись от Капитанского «Шипра». — Так тебе, озабоченный! — Потирал ручки Старпом, ощущая себя рыцарем, отстоявшим честь дамы сердца. В этот момент открылись двери, и ввалился десяток кошаков, во главе с черным, пострадавшим от капитанского парфюма. — Что-то будет, — выдохнул Брендон и попытался отодвинуться подальше, но натолкнулся спиной на кого-то из котов и замер. —Попали, — прошептал он. Грозный черный кошак окинул их злобным взглядом, задержавшись на Брендоне и Старпоме и скомандовал: — С вещами на выход. Быстро собрав барахло в сумки, команда опасливо потянулась на выход. Брендон понял, что их ночная вылазка не осталась незамеченной, и неизвестно, как это им аукнется. — В карцер отведут, — уныло вздохнул пилот взвизгивая, когда один из десантников, будто бы случайно, сжал его зад и хмыкнул. Однако их опасения не оправдались. Привели их не в карцер, а в новый отсек, гораздо больший, чем предыдущий, вдобавок со свободным доступом в оранжерею. Отдельная столовая обрадовала людей не меньше, чем возможность бродить по инопланетному садику с чудными растениями всех цветов радуги. — Может почаще вылазки совершать? — Воодушевился механик. — Ага, ночью пойдем, — прошептали техники Кенни и Трен. Черный кошара и его команда головорезов привели всех в кают-компанию, выстроили в ряд и после минутного молчания главный кот заявил: — Ночью была совершена диверсия. Мы знаем зачинщиков и исполнителей, — при этом он сверкнул глазами на Брендона со Старпомом. — В этот раз я прощу омег-нарушителей. Если же подобное повторится, то наказаны будут все. Вы ведете себя недопустимо для воспитанных омег. — Чего? — Не понял Кенни, но его одернули и он замолчал. — У нас пропал один член экипажа, — выступил вперед Кэп. — Наш штурман. — Мяудора содержится отдельно, на него уже заявили права, — оскалился черный. — Какие еще права?! Кто заявил?! — Завопил Старпом. — Что все это значит? Мяутис мявкнул и, нависая над Старпомом, заявил: — Мяудора – омега, как и все вы. Омеги принадлежат альфам. Вы тоже будете принадлежать тому, кто вас выкупит. Что тут непонятного? А на Мяудору права заявил я, хочешь оспорить? — Хочу! — Выпятил грудь Старпом, похоже, явно с перепуга или в голове помутилось. — Я с омегами не воюю, — Нагло заявил кошак.— И прекращайте свои извращения. Омега с омегой не трахаются, для этого альфы имеются, а будешь мявкать – сам лично найду тебе такого, что живо про извращения забудешь. — Да ты…, — растерялся Старпом. — Да, я, — отрезал Мяутис и грозно мявкнул: — Построились и вперед, ссикунсы. — Кто? — Подал голос механик. — Ссикунсы. Зверьки такие смердящие, от страха стреляют вонючей струей. Вот прям как вы, завоняли весь отсек. Живо по каютам, — рявкнул десантник. Больше с Мяутисом никто спорить не стал, и люди быстро шмыгнули по новым каютам. Вскоре все собрались в столовой, быстро пообедали и по очереди команду стали уводить на допрос. Новых вопросов котаврисы не задавали, только врач тщательно просканировал ладони всех членов команды. Пришла очередь Брендона. После того как врач долго возил странным прибором по его ладоням и долго хмыкал над результатами, в медотсек явился сам Командор и, увидев Брендона, плотоядно оскалился. Тот поежился и замер, уставившись на кошака, как зачарованный. Командор приказал ему встать и сделал несколько снимков, которые машина трансформировала в голограмму. Котаврис мявкнул, явно довольный результатом и велел Брендону сесть. Сегодня он реагировал на Брендона почти адекватно, только несколько раз пощупал ягодицы, но так по-хозяйски, что Брендон вздрогнул и попытался отстраниться. Кот не стал настаивать, вновь указывая на стул. Пленному пришлось присесть, Командор устроился напротив, внимательно его рассматривая и от этого жуткого взляда Брендон передернулся. Ему еле удавалось сдерживать страх. Кот схватил его ладони, побрызгал чем-то и вытащил из носа фильтр. Тут его повело, глаза засияли, Мяурис наклонился к шее Брендона, мурча, ухватил его за мочку уха и прикусил. Пленный взвизгнул и попытался отпрыгнуть прямо со стулом. Испуганно глядя на наглого кошака, он попросил: — Отпустите! Командор обнюхал его ладони и, ухмыляясь, спросил: — Чем ты метил дверь? — Руками, — решил прикинуться дурачком Брендон. — Врешь, омега. Мрян не нашел у вас в ладонях вонючих желез, что это за вещество? Лучше скажи сам, а то придется устраивать обыск, — пригрозил Мяурис. Брендон задумался. Если эти устроят обыск, то найдут не только одеколон Кэпа, но и прочие условно-запрещенные вещи, типа камер наблюдения и прочего нужного им барахла. «Лучше пожертвовать малым», — решил для себя Брендон и признался: — Это одеколон Кэпа. — Что такое «одеколон» и для чего он? Химическое оружие? — заинтересовался доктор Мрян. — Какое оружие, — махнул рукой Брендон. — Это косметика, лицо мазать после бритья. — После чего? Зачем мазать? — Не унимался док. — Если мазать лицо этой штукой, — вздохнул несостоявшийся штурман. — Ну, после того как волосы срежешь, то не будет раздражения на коже и прыщей. — Зачем шерсть с лица убирать? — Ужаснулся док. — А что такое прыщи? — Так с волосами на лице не красиво, — удивленно посмотрел на кошаков Брендон и затих – у тех-то морды шерстяные – после чего решил смягчить эффект от своего заявления: — Не всем борода нравится. А прыщи – это такая опасная вещь, жуткая, страшное воспаление кожи. Уродует лицо! — Эээ, — туго соображал Мрян. — А если волосы не удалять, то что будет? — Вырастут до пола, — заверил его Брендон. — Жуть будет. — Действительно, очень некрасиво, — пришел в себя Командор и представил омег с отросшими до пола волосами на лице. Ужас! Это не красивая короткая шерстка котаврисов. Бедные инопланетные омеги - приходится срезать волосы и мазаться всякой пакостью или болеть страшной болезнью и отращивать волосы на лице до пола.— Эту проблему мы решим, — заявил Командор. — А ядовитую жидкость придется сдать. Мы на ее основе химическое оружие разработаем, на псиян точно подействует, — злорадно подумал он. Брендон уныло кивнул, продолжая наблюдать за Командором с опаской. Тот опять вставил фильтры, облизать, покусать или вообще изнасиловать человека не пытался, но расслабляться не стоило, с этими котярами все могло измениться в любой момент. *** Омеги обживали новый отсек. Мяурис наблюдал, как они собирались в столовой, изнывали от безделья и даже редкие допросы стали считать развлечением. Им нравилась оранжерея, где они рассматривали растения, пугали птиц и зверьков. Командор понимал, что скоро бедолаги совсем озвереют, но как развлечь пленных не знал. Да и не хотел знать, если честно. Ему было не до того. За прошедшие пять стандартных дней он сам почти одичал. Тяга к своему омеге - основной инстинкт - не давала ни отдыхать, ни работать. В голове была только одна мысль и одна цель – омега. Пометить, трахнуть, забрать к себе, причем порядок действий не важен. Сначала Мяурис еще боялся напугать омегу, но потом стало совсем невмоготу, и он решился на авантюру. Если подкараулить омегу ночью, пометить и трахнуть так, чтобы тот не понял, кто это сделал, то конкретно Мяуриса опасаться не будет. В измученном мозгу Командора сложился план, и слежка за Брендоном началась. Пару дней Мяурис просто наблюдал, пытаясь застать омегу в одиночестве и в каком-нибудь темном месте, но хитрый и опасливый Брендон в одиночку не ходил и возможности поймать себя не давал. Командор бесился, психовал, но, подумав немного, решил сам организовать свидание. К написанию записки привлекли Мяудору, вызвав на допрос и продиктовав незамысловатое послание. «Брендон должен клюнуть, — думал Командор, — раньше ведь его привлекал грудастый омега». Записку подсунули под дверь каюты, и с утра удивленный Брендон прочел странное послание: «Брендон! Мне больше не к кому обратиться, только к тебе. Мне нужна твоя помощь. Спаси меня, умоляю. Встретимся ночью в оранжерее, приходи обязательно. Твоя Дора» Прочитав записку, Брендон напрягся. С какой стати Доре писать ему подобные писульки? Пусть пишет своему Старпому, а он не нанимался спасать глупых баб. Но любопытство пересилило здравый смысл, и несостоявшийся штурман сдался. Сходит он ночью в оранжерею и все узнает, мало ли что ему хочет сказать Дора. Мяурис застыл за экраном, наблюдая, как крадется его омега по коридору спального отсека в оранжерею. - Осторожный, - хмыкнул он, когда озирающийся Брендон замер от какого-то еле слышного шороха. Через пять минут, уже на входе в оранжерею, Мяурис слышал шепот Брендона, звавшего грудастого омегу. Командор затаился, ожидая, когда омега зайдет в темную зону, чтобы подкрасться к нему со спины. Вот Брендон зашел в тень дерева эйя, и Мяурис рванул к нему. Тот замер, когда какой-то маньяк крепко его обнял и закрыл рот лапой. "Сейчас меня будут жрать, — в ужасе подумал Брендон. — Эта сука специально меня подставила". — Не бойся и не мявкай, — прошипел в ухо человека маньяк и прижал к себе так крепко, что кричать стало физически невозможно. Как и дышать. Извращенец прижал жертву к переборке лицом и пыхтел сзади, как древний паровоз, на котором Брендона в детстве катала мама в парке истории, жутко и неизбежно! Маньяк лапал свою жертву, в процессе разрезая одежду на ленты и срывая их с дрожащего тела. У Брендона в мозгу билась мысль, что он все стерпит, и даже готов пожертвовать какой-нибудь частью тела, ногой там или рукой, чтобы сохранить все остальное. Ну не влезет же он целиком в маньяка? Извращенец уже сорвал с него остатки рубашки и перешел к брюкам, задержавшись на заднице и активно ее ощупывая. «Самое мягкое и смачное выбрал, сволочь», — подумал Брендон. Жопу было жалко, как и все остальные части тела, но иногда стоит пожертвовать меньшим и спасти главное. Штаны были сорваны вместе с трусами, и жертва зажмурила глаза, готовясь к страшному. Внезапно извращенец бросил мять его ягодицы принимаясь облизывать шею. "Неужели голову сожрет вместе с мозгом?" — Ужаснулся Брендон. Без головы ему не выжить. Он задергался, пытаясь ударить мерзкого маньяка, но тот хлопнул его по голому заду и вцепился в шею. «Прощай моя жизнь, хоть и идиотская, но даже такую, все равно, очень жалко», — промелькнула упадническая мысль в мозгу несостоявшегося штурмана, а по телу стала разливаться волна непонятного жара и эйфории. Остатками здравого смысла Брендон решил, что на корабль пробрались злобные сараниды, которые дают конфетку, а потом вставляют хуй в жопу и… «здравствуй смерть». Ему точно не повезло, так неудачно попасть. Тварь его укусила и впрыснула свой яд, а теперь или яйца в него отложит или заберет с собой как консерву, а может и то и другое, как делают некоторые насекомые на старушке Земле. Страшно, как же страшно! Брендон попытался оглянуться на маньяка, но тот рыкнул, чем-то зашуршал и натянул ему на голову черный мешок. Предусмотрительный, зараза! Тварь радостно заурчала и скомандовала: — В позу! Брендон не понял, и тогда нетерпеливая сволочь ловкой подсечкой вынудила его упасть на колени. В теле разливалось странное тепло, его окутывала похоть. Брендон заскулил, маньяк заурчал, и тут жертву осенило, что сначала его будут трахать. Не то чтобы он был противником однополого секса, тем более, в укусе явно был какой-то сильный афродизиак, Брендон уже и сам был не прочь, но зачем такая скрытность? Возбуждение нарастало, и уже сам Брендон, стоя на коленях и опираясь на локти, призывно повел голым задом. Маньяк хмыкнул и скользкие пальцы, раздвинув ягодицы, стали нежно гладить поджавшуюся дырку. — Расслабься, — прошипел извращенец, звонко хлопнул по голому заду жертвы и, пользуясь минутным отвлечением человека, вогнал в Брендона палец. — Осторожнее, — взвыл тот. — Стараюсь, — отозвался маньяк и стал трахать его пальцем. — Уууу, — в афродизиачном экстазе забился Брендон. — Дааа, — радостно отозвался маньяк и добавил еще два пальца. Дурь заставляла двигаться навстречу извращенцу, насаживаться поглубже и отклячивать зад все сильнее и сильнее. Сзади хмыкнули, достали пальцы и стали пропихивать что-то большее, шершавое и ребристое, изредка замирая и щипая Брендона за зад. Отвлекающие маневры работали, Брендон расслаблялся, и вскоре огромный член вошел полностью. Маньяк заурчал совсем радостно и сорвался, толкаясь все яростнее и глубже, шлепая яйцами по заду Брендона. Тот тоже извивался, стонал и хватался за свой стоящий член. После пары совсем безумных толчков маньяк замер, содрогнулся, и в Брендоне что-то стало раздуваться, распирая и причиняя боль. — Больно! —зашипел тот. — Что ты там в меня еще засовываешь? — Узел, — пыхтя, пояснил маньяк. — Какой еще узел? — Возмутился Брендон. — Мне твоего хуя выше крыши. — Альфий… узел…, — в перерывах между судорогами пояснил извращенец. — Он… на… члене… — Вытащи его из меня! — Взвыл Брендон. — Я сейчас лопну. — Не могу…, — выдавил маньяк и прижал вырывающегося омегу к себе. Брендон задумался. Наверное, этот маньяк больной и не может найти себе партнера, вот и вынужден искать себе жертв. Кто в здравом уме захочет трахаться с больным придурком, у которого на члене такая хрень вырастает в самый ответственный момент? Ему даже жалко стало болезного, который явно стесняется идти с этой проблемой к доку. Вскоре Брендону стало легче, член маньяка стал уменьшаться, и он вздохнул с облегчением. Узел спал и Мяурис аккуратно вышел из своего омеги. Идти никуда не хотелось, и он развалился на мягкой травке, пристроив омегу на груди. Мешок на голове Брендона мешал, но Мяурис решил не рисковать и оставить пока так. Омега задумчиво молчал, а потом не выдержал. — Слышь, — обратился он к насильнику, после секса Брендон всегда был говорлив, — а ты с этой проблемой к доктору ходил? Вот у моего дядьки на ногах тоже узлы выросли, сосуды плохие, так наши врачи чик-чик и вырезали у него эту гадость. — Что вырезали? — Содрогнулся маньяк. — Узлы на ногах, ну, типа твоего на члене. Это не больно, — заверил страдальца Брендон. — Вы узлы удаляете? — С ужасом уточнил извращенец. — Конечно, — подтвердил несостоявшийся штурман. — Это же болезнь. — Это – не болезнь, — шокированно отозвался насильник. — У всех альф узлы. — Ну да, — ехидно заметил Брендон. — То-то ты ночами ищешь жертву, в которую свой надувной член сунуть. — Это у всех альф, — попытался перебить его маньяк. — Без узла альфа – инвалид, а если родился без узла, то вообще – омега. — Инвалид – это с узлами в неположенных местах, — уверенно перебил его Брендон. Мяурис был в шоке. Омега предложил ему удалить узел и назвал это болезнью. Еще и добавил, что у них эти узлы растут и на ногах, и их вырезают. Безумный мир! Командор ощупал член омеги и вздохнул с облегчением, не обнаружив там шрамов от возможной операции. Не готов он был к извращениям, а трахать альфу, хоть и пахнущего как омега, это точно ненормально. — А у тебя нет узлов? — Решил, на всякий случай, уточнить Командор. — Не, я же здоровый, — уверенно ответил Брендон. — У нас медкомиссия на космофлоте строгая, с болезнями не пропустят. Мяурис облегченно вздохнул. Не ошибся, его пара – настоящий омега. Да еще какой чувственный. Что творил своим упругим задом. Мммм! Мечта, а не омега. Красивый, пахучий, ебливый – никому не отдаст его Командор. Главное, что это его феромоны так на омегу действуют. Как распалился, сам чуть не изнасиловал Мяуриса. И метка красивая получилась – теперь любой котаврис будет знать, что омега занят. Все-таки отличный план он придумал, теперь нужно забрать любимого к себе в каюту и родителей оповестить, раз все так удачно складывается. Командор нежно покусывал разомлевшего омегу за шею, лизал шершавым языком и крепко прижимал к мохнатой груди. — Завтра заберу тебя к себе, — заявил он. — Зачем? — Вяло отозвался омега. — Жить будешь со мной, чего тут непонятного? — Не, — возразил Брендон. — Оно, конечно, приятно с тобой очень, но твой надувающийся член мне весь зад порвет. — Мрян подлечит, —заверил его Командор. — Вот пусть тебя и лечит,— огрызнулся строптивец и получил укус в шею. Не больно, но чувствительно. — Не смей пререкаться со своим альфой, а то накажу, — строго одернул его Мяурис. —Больно отшлепаю по попе. — Садист, — снова не сдержался Брендон. — Строптивец, — довольно муркнул Командор и снова куснул любимого в шею. Шлепать он омегу не собирался, но пригрозить наглецу стоит. Брендон помолчал и спросил: — А как тебя хоть зовут-то? А то трахнул и не представился. — Рис, — не стал скрывать альфа. Он погладил гладкое тело, счастливо вздохнул и нахмурился: — Если вздумаешь мне изменять – порву! — Кого? — Не понял расслабленный Брендон. — Того, — ответил Командор. — И тебя накажу строго, а то вы, омеги-извращенцы, привыкли друг с другом. Теперь у тебя есть альфа, так что смотри мне… «Ничего себе заявочки", — подумал Брендон и вздохнул – вот угораздило нарваться на маньяка, извращенца и ревнивца, но он подумает об этом завтра. — Я пошел, — лизнул его в шею новоявленный собственник. —завтра переедешь, вещи собери. — И ускользнул от растерянного и расслабленного омеги. Можно было бы забрать его сегодня, но сперва стоит подготовиться и все обдумать. Папаши не обрадуются такому мезальянсу, нужно с ними решить проблему. Брендон, поняв, что маньяк ушел, быстро собрал обрывки одежды и тоже двинулся в каюту. Ноги дрожали, тело блаженно отходило от секса и миновавшей опасности быть сожранным. Уж лучше знакомый маньяк, чем неизвестные сараниды и кошаки, которым их планируют отдать. Черный котяра об этом прямым текстом заявил, а из двух зол, как известно, выбирают меньшее или хотя бы уже знакомое.