По стопам смерти

Казалось, я даже слышал дрожь жертвы через стену, шум все потихоньку нарастал, как и судорожное дыхание. Я приготовился, открыть дверь, но забыл, что я ее забил с этой стороны и вместо скрипа двери послышался лишь щелчок ручки и замка. Дернувшись вперед, я положил свои ладони на мутное стекло и улыбнулся, моя дорогая была напротив меня. Я не забуду ее испуганное личико, голубые глаза и золотистые волосы. - Дорогая?! - воскликнул я, туго соображая, что ее образ мне смутно знаком, что возможно мы где-то виделись, а может быть это и есть тот образ, который я стараюсь восстановить для себя. Я развернулся в обратную сторону и пошел обратно туда, где был вход в смежную комнату. Так сильно хотелось поздороваться с моей новой знакомой, узнать ее намерения, вдруг она снова кинет меня как остальные, однако я ей дам шанс на этот раз. Но любая ошибка будет стоить ей дорого. Миновав операционный стол, я побрел мимо пыльных машинок, мимо нагромождений всякого хлама, а потом уже повернул в сторону и стал озираться в достаточно большом помещении, стараясь найти ту самую, которую я только что видел. Тишина была оглушительной, давила на уши и особо видеть в темноте я не мог из-за того что перед глазами витал туман. - Мы встречались раньше? Я знаю: я где-то уже видел тебя. Может быть... До того, как я проснулся. Я старался не напугать ее своим голосом, получить может быть хотя бы ответ на то, откуда ее образ в моих снах и воспоминаниях. Но это было не особо важно, меня радовало одно, что она сейчас рядом, практически со мной. - Хотя сейчас это похоже на сон - быть здесь с тобой. Позволь мне наполнить тебя. Тебе больше не нужно быть одной. Ты могла бы дополнять меня, а я бы смог заполнить эту пустоту в тебе Откровенно эта ситуация злила меня, на секунду мне показалось, что я вижу ее. Я сделал пару шагов вперед, к столам, присел на корточки протянув руки вперед и наткнулся взглядом в расширенные от ужаса зрачки девушки и не понимал, почему она боится. Я никогда не причиню ей зла. Я протянул руку, девушка вздрогнула, словно испуганная лань, и подалась в сторону. Она оцепенела от страха. Волосы растрепались от бега и неопрятными сосульками повисли вдоль щёк. Побледневшие губы дрожали, а ее глаза отражали настоящий дикий ужас всего пережитого. Мне хотелось обнять ее, прижать к себе и никого не подпускать. Сказать, что все хорошо, что мы вместе, но из оцепенения меня вывело то, что она дернулась, отшатнулась в тень и, вскочив на ноги, побежала в сторону выхода, туда, откуда я пришел. Меня обуяло отчаяние и черная злоба. Снова. Снова она убегает. - А ну стой, шлюха. Почему вы все поступаете так со мной? Я же стараюсь быть терпеливым. Это было правдой, я дал ей шанс, и она потеряла его опять. Но мое терпение пока не кончилось, хоть раздражение медленно поднималось горячей волной изнутри. - Подожди меня, дорогая. Мне никак не удавалось поймать ее в поле зрения, тем более догнать, как только я вроде бы успевал нагнать ее, то дверь перед моим носом закрывалась, и я терял время, чтобы открыть ее. Достаточно шустрая мне попалась моя милая, надеюсь, наши детишки будут такими же. Ах, наследие, семья, то, что мне было бы нужно сейчас. Моя матушка говорила, что только обретя семью, я стану самым счастливым на свете. - Когда я был ещё мальчишкой, мама часто говорила: "Женись, сынок, и увидишь, каким счастливым ты быть можешь". Везде искал я, но никак не попадалась та, которую себе представил я. Придётся поискать ещё, пока не встречу я её. - Напевал я, перемахивая через высокий стол, как заправский каскадер, и медленным шагом следуя за удаляющиеся фигуркой, распространяющей запах страха. Крови и пота. И нежный, едва уловимый запах женщины. Все вместе это сводило меня с ума, кружило голову, заставляя меня останавливаться и втягивать его носом, а в моих жилах забурлила жажда охоты. Я был словно хищник, который вот-вот наткнется на свою добычу и сцапает ее в свои объятия, тем более, когда она находится в его собственном же логове. Прекрасно, в очередной раз я наткнулся на закрытую дверь, чуть не стукнувшись лбом. - Дорогая. Ты могла бы стать очень красивой. Я хочу, чтобы ты носила моего ребёнка, - прокричал я, словно сам себе открывая очередную преграду вытягивая ручку с щелчком на себя. Вдруг, послышался вскрик, потом плач и снова резкий женский крик. Сердце пропустило пару ударов, я покрылся мурашками, неужели моя дорогая предпочла сброситься с окна или покончить с собой вместо того чтобы быть со мной. Я был бы ей лучшей парой. В груди образовался сосущий комок холода, руки вспотели, сжимая заточку. Не медля не секунды, я бросился вперед со всей своей скоростью, останавливаясь только, когда достиг проема лифтовой шахты. Прямо в ней, на самом дне усеянным обломками лестницы, на крыше лифта сжавшись в позе эмбриона, лежала маленькая фигурка. Одна нога провалилась сквозь деревянный потолок и сочилась кровью, наверное, большая щепа проткнула икру. Неужели моя дорогая умерла? Лежала без движения и не дергалась, а может быть, я просто не видел ее дыхания. Конечно, я же полуслепой. - О боже. О боже, ты в порядке? Скажи, что с тобой всё в порядке. Ненавижу мысль о том, что ты страдаешь без меня. Зачем тебе делать с собой такое? Или ты бы лучше... лучше умерла, чем была со мной? Прикоснувшись тыльной стороной ладони к своей щеке, я прохрипел: - Тогда сдохни. Раздражение выплеснулось через край, я не мог себя контролировать и молча с грохотом прикрыл сетку решетки, чтобы не передумать отвернулся и ударил ладонью по приборной панели запуская лифт. Пусть эту шлюху раздавит. Пусть ее кровь и кишки омоют стены лифта, пусть умрет как остальные. Медленно, растягивая время, лифт со скрипом и гудением поднимался верх. Потихоньку я увидел сквозь прорези решетки маленькую фигурку, сжавшуюся в дрожащий комок, и тут я понял, что готов дать ей еще хоть сто миллионов шансов, лишь бы видеть ее бледное личико. Да и что таить, меня заинтересовали две серьезные выпуклости в ее коричневой робе пациента с номерами. Таких не было у моих бывших, и в голове возникли смутные сомнения в том, что это была одна из не идеальных. Я ухватился за решетку, потянул на себя и до того как лифт поднялся наверх вытащил безвольное, легкое как пушинка тело в коридор. Не хотелось смотреть в лицо незнакомке, потому я поднял голову и, взяв ее на руки, побрел в свободную комнату, где я обычно проводил перевоплощения и туда, где стояла циркулярная пила. Я не хотел бы, чтобы моя дорогая страдала без меня. Ее нужно было осмотреть, сделать идеальной и залечить ее ногу. Пока я брел по коридору, девушка так и не очнулась. Как только мы оказалась в моем уютном гнездышке, я положил незнакомку на стол, предварительно вытащив аккуратно острый диск из разреза стола, откинув в сторону железяку. Она будет мешать мне, если что я снова настрою его для работы, авось это действие пяти минут. А сейчас мне предстояла более важная работа. Я притащил небольшой стальной столик, разложил на нем марли, йод и свой швейный набор, а рядом поставил небольшую горелку и стал нагревать иглу, чтобы продезинфицировать ее. Когда она была готова, я резко вытащил щепу из ноги моей невесты, так же шустро прижал марлю и обтер рану. А после просто ровными стежками зашил и обработал. Чтобы швы не разошлись, я плотно обмотал ногу девушки кусками простыней и завязал в двух местах проволокой. А теперь нужно было осмотреть, нет ли еще где повреждений. Чтобы не поранить белоснежное тельце я вдел нож под воротник и стал разрезать одежду с громким треском. Роба была больничной, в такой ходили пациенты, и это было странно, но этот вопрос я оставил на потом. Каждая часть ткани покидала свое место, и я все больше удивлялся тому что вижу. Все было слишком идеальным, казалось даже не реальным для моего восприятия, такого просто не могло быть. Я не мог поверить свои глазам, проводя ладонями по бархатистой коже от ложбинки между грудями до низа живота. В моих руках были настоящие женские груди, черт возьми, а на лобке не виднелось не какой вульгарности только гладкое, мягкое местечко, скрытое кружевными трусиками, для того чтобы растить мое наследие, быть сосудом для моего семени. Две совершенные формы грудей, лучшее, что могла создать природа и длинные прекрасные стройные ноги, такие облачать только в кружевные чулочки, там, где они смыкаются, был треугольник черных волосков все еще скрытых белой полупрозрачной тканью, плоский идеальный животик. Я, склонившись над безвольным телом, вдохнул его запах и прикрыл глаза, вдыхая и выдыхая воздух, ощущая жар кожи. Идеальная, такая, о которой я мечтал, сейчас лежала передо мной. Мой взгляд прошелся по ее шее, по груди, по стройным ногам и снова поднялся к спокойному лицу. Пухлые губы слегка дрожали, как и ресницы, коротковатые, пшеничные волосы обрамляли лицо, а ее тонкая, мраморная шейка притягивала взгляд. Я прислушался к дыханию девушки и успокоился, она была просто без сознания, это не страшно. Не сдержав резкого порыва я провел ребром ладони очерчивая каждую грудь по контуру, тяжело дыша, исследовал животик и проник внутрь трусиков рукой, пальцы сразу же запутались в небольших кудряшках, потом окунулись в жар раздвигая нежные складочки. Это точно была она. Тысяча вульгарных чертей, что же я делаю! Я прокусил себе губы до крови, но не мог оторвать свой взгляд от ее ресниц, вытянуть руку из кусочка ткани. Ведь я убедился в том, что моя дорогая идеальная. Чтобы проверить, что я был прав в своих предположениях, я даже ласково проник пальцем между влажных складочек, как я и ожидал, мой палец натолкнулся на преграду. Только тогда я осознал, что должен быть аккуратным. Мне хотелось все бросить и просто отдаться страсти в этот момент, прижать хрупкое тело к себе и вбиваться в него грубыми, горячими толчками, но тогда получится что мое слово - всего лишь ложь. Что я лжец и не верен своим идеалам. Я должен подождать до нашей свадьбы. Хоть немного. Совсем чуть-чуть. Но я не мог, не мог упустить такую возможность. Продолжая гладить свою невесту между ее стройных ножек, я склонился к ней ближе и притронулся носом к ее мочке уха, потом провел кончиком пальца по шее и уткнулся губами в изящные ключицы. Мое желание было настолько сильным, что причиняло боль, даже при одном легком движении. Кожа в районе паха горела под мокроватыми, от воды, штанами. А моя плоть довольно таки сильно натянула ширинку, и я почувствовал себя неловко. Я слишком вульгарен. Я прикоснулся носом к твердым от царившего холода в помещении, соскам и потянул на себя их запах. Они пахли, как и все остальное тело моей любимой, и я сомкнул губы вокруг него, лизнул языком, прикрыв глаз от наслаждения, после замечая что губы девушки слегка увлажнились. Такая реакция немного обрадовала меня, конечно первая брачная ночь должна быть важной для нас обоих, потому что первая в жизни. Зачатие никогда не бывало легким, и я бы хотел, чтобы это не было слишком уж больно, для этого нужно, чтобы моя дорогая захотела меня сама и приняла меня всего, чтобы я смог заполнить ее изнутри. Мне захотелось одарить лаской и ее живот, где внутри находилась самая важная часть для того, чтобы зачать ребенка. Я прикоснулся лбом, потом губами и щекой к плоскому животику и провел ладонью по краю бедра любимой. Мое неудовлетворенное тело начало ныть и болеть, но оно не слушалось меня и понял, что еще немного и я сорвусь в горячий вихрь водоворота безумства еще больше. И тогда мне не осталось ничего, как отвести назад свободную руку, туда, где у меня на столе стояла горелка, на которой я накалял иглу. То, что произошло дальше, удивило даже меня. Резкая боль обожгла мою ладонь, я отскочил как ошпаренный и, поскользнувшись на чьих то внутренностях, упал навзничь, ударившись головой об столб, удерживающий потолок подвала. Тут же темнота поглотила меня и все. Очнулся я от грохота, девичьего визга и странного, громкого бормотания, а еще позвякивания. Сначала я не мог подняться на ноги, но знакомые визги помогали и подталкивали меня к более активным действиям. Возможно, кто-то испугал мою дорогую, и она покинула меня, думать о том, что она могла сама убежать, я не хотел. Крики раздавалась где-то в конце подвала, туда я и побежал. Не успел я вырулить за угол, как оказался нос к носу с девушкой, замотавшейся в простыню. Не раздумывая, я ей влепил пощечину, ухватил за запястье и притянул к себе, направляя нож в сторону живота. - Ты что творишь, сумасшедшая сука! - Я даже открыл рот, чтобы прочитать тираду о ее поведении и еще пару раз толкнуть, не сильно, чтобы не больно, но обидно, но не успел. На другом конце коридора стоял громила и таращился на меня. Он был похож на перекормленного человека, такой здоровый и огромный даже выше меня на пол головы. И его глазенки белыми белками горели отнюдь не добротой, а вожделением. Он поднял руку с когтями и указал на нас с моей невестой - Отдай мне поросеночка. Сладкая шлюшка, - прошептал он, склонив голову и оставаясь на месте. Конфликт перерастал в нечто большее, я понял, что без крови тут не обойдется. Но я не отдам свою дорогую в руки этой туше, лучше сам умру. Я потряс девушку за плечи, поглядел ей в глаза и, не тушуясь, притащил ее к ближнему шкафчику, запихнул внутрь и крепко закрыл на замок, а ключ положил себе во внутренний карман жилетки. Саму железную махину я ухватил за верх, потянул на себя, повалил на пол и заволок за угол, чтобы спрятать. Моя консерва, не отдам, промелькнула в голове резкая мысль, пока я ударял по стеклу пожарного щитка рукоятью ножа. Одной заточкой мало что сделаешь, потому во вторую руку я перехватил пожарный топор и уже тогда вернулся обратно. Чужак так и ждал, словно понимал, что будет дальше. Либо он, либо я, всплыла знакомая мысль на краю сознания, появилось ощущение дежа вю, и тогда я осознал, что это тот самый здоровяк, с которым я столкнулся будучи подопытным. Туша потопталась на месте и вдруг шагом направилась в мою сторону, мне было не из чего выбирать, как взять разбег на встречу. Мне вдруг пришло в голову, что это, возможно, знамение. Знак судьбы в виде этого пациента. Ведь прежде чем получить в жены прекрасную принцессу, герой должен сразиться с драконом. Что ж, мой дракон меня нашел, пришла пора его убить. "Мама, надеюсь, ты гордишься мной", - прошептал я, отводя руку с топором назад, готовясь нанести удар.