Утраченная любовь Джокера

       Сегодня Бист и другие циркачи вынуждены были пойти в поместье Фантомхайва и привести графа к Отцу. «Когда все закончится, мы будем вместе, я обещаю тебе». Эту фразу сказал Джокер перед тем, как он ушел к барону, а Бист отправилась в поместье. Эта фраза звучала в голове дрессировщицы, не давая думать о чем-то другом. Девушка будто парила над землей.       Когда циркачи прибыли в поместью, они разделились. Бист и Даггер оказались в одной паре. — Где-то здесь охрана, — прошептал Даггер. — Да, — также тихо ответила Бист. — С богачами нужно быть начеку.       Бист кивнула, и циркачи зашли в особняк. Они оказались перед лестницей в большом зале, освещаемом только тусклым светом свечи. Вдруг огонек зашевелился, осветив лицо мужчины. Их засекли. Стало немного страшно. Даггер не теряя ни минуты, ринулся в атаку. Стоял ужасный шум: звук ударов ножей друг о друга, об лестницу и какую-то палку, которой защищался мужчина. Бист присоединилась к метателю ножей и начала размахивать хлыстом, ломая предметы неистовыми ударами, но из-за волнения девушка не смогла хотя бы раз задеть противника. Девушка обернулась.       На втором этаже стоял парень и держал каменную статую, словно пушинку. В его глазах не было никаких эмоций. Лишь голубой огонек напоминал о том, что это человек, а не зомби. — Мэйлин, Финни, задайте им жару!       Бист поняла, что это не все противники на сегодня. Напротив парня со статуей стояла девушка с двумя пистолетами и не сводила глаз с циркачей. Пока Бист думала, что им делать, Даггер метнул несколько ножей в парня на втором этаже, но их отразили точным попаданием пули. Горничная усмехнулась. В такие моменты в голову приходит только одно — бегство. Девушка схватила Даггера за руку, и они скрылись в темном коридоре.        Циркачи решили найти свою цель — графа. Зайдя в первую комнату, они оказались в ловушке. Вновь стрельба, вновь кидание всякой тяжести и вновь бегство.        Они шли по темному коридору. — Жаль, что с нами нет Джокера, — прошептал парень. Бист прижала шарф, подаренный возлюбленным. Сейчас к ней в голову закралась мысль о том, что она может не вернутся к нему. Будто ком появился в горле. — Джокер, - все, что смогла ответить девушка.       В одной из комнат горел свет. Циркачи в надежде на то, что в той комнате и прячется граф, заняли боевые позиции. Как же они ошибались. Комната оказалась всего лишь кухней, в которой их ждал мужчина, встретивший их у входа. Но на этом сюрпризы этой комнаты не заканчиваются. Мужчина стягивает простынь с какой-то большой штуковины. Это оказалось чем-то вроде пушки. Мужчина начал стрелять, разрушая стены и мебель.        Он целился прямо в Бист. Циркачка не могла пошевелится, вся жизнь пронеслась перед ее глазами. Толчок. Это Даггер накинулся на нее, чтобы та упала и избежала попадания пули. Девушка закрыла глаза.       Когда серия выстрелов завершилась, девушка открыла глаза. На ней лежал Даггер с огромной дырой на спине, кровь сочилась, окрашивая его белоснежную рубашку в алый цвет. На глазах девушки появились слезы. Она приподняла его и повернула к себе лицом. — Я рад, что вы в порядке, мадам, — произнес циркач, чуть шевеля губами, и улыбнулся, на сколько это было возможно в его положении. Затем он закрыл глаза навсегда.       Слезы падали на пол, где смешивались с кровью. Убивать всегда было так легко для Бист, но видеть смерть близкого человека гораздо тяжелее. Отчаяние, боль. Одна только мысль о том, что на его месте могла быть она сама или, что хуже, на его месте мог быть Джокер, приводила в ужас, заставляя дрожать всем телом.       Отчаяние сменилось желанием мстить. Девушка встала и кнутом ударила по мужчине, но, увы, тот успел защититься мешком с мукой. Еще удар, удар, удар, но все они попадали лишь по мешкам с мукой.       Через несколько минут окно в кухню было разбито, а мужчина вылез из поместья. — Моя кухня таит множество секретов. И один из них я открою тебе. Когда в воздухе парит множество легковоспламеняющегося зерна, легко устроить взрыв, — с некоторым пафосом сказал мужчина, а затем более нежно добавил. — Простите, сударыня. Такова наша работа, — с этими словами мужчина кинул горящую спичку на кухню. — Я люблю тебя, Джокер. На девушку нахлынули воспоминания о нежности и любви, дружбе и преданности, счастье и мелкими неурядицами. Затем боль, пробежавшая по всему телу, и смерть. Холодная, незнающая сострадания, женщина в черном забрала жизнь юной циркачки, не взирая ни на что. Фраза, ставшая для Бист последней, казалось, еще долго эхом гуляла по поместью. Маленькая и незначительная фраза для человечества и огромная, значащая так многое, для одного человека. Я люблю тебя, Джокер.