Чужой

Два первых осторожных шага. Джон ступил вперёд, на уже исследованную посохом землю. Потом остановился, выдохнул, напряжение немного спало. Стук сердца выровнялся, стал тише. Отдышался. Лоб и затылок взмокли от пота. Ещё никогда расстояние в несколько смехотворных шагов не казались Джону такими утомительно тяжёлыми. Вытерев перчаткой стекавший пот, опять глубоко вдохнул-выдохнул, и ткнул одним посохом дальше, опираясь на второй. Преодолев без приключений ещё небольшой кусочек леса, Джон опять остановился, чтобы отдышаться. Он был весь в горячем поту, словно только что вышел из парной. Огляделся по сторонам. Само место не выглядело зловеще. Обычный лес, сейчас уже сбросивший листья на пожухшую траву. Если бы не внушённый с детства страх перед проклятием, ничего не вызывало бы у него опасений. Поковыряв концом палки впереди дороги, Джон уже с ощутимым облегчением сделал пару следующих шагов, радуясь, что так удачно придумал нащупывать себе дорогу. Внезапно палка зависла в воздухе. Что-то или кто-то схватил её и потянул к себе. Джон вздрогнул, инстинктивно вцепился покрепче. Ничего подозрительного не было видно. Посох просто утягивал Джона за собой в никуда. Он уже постепенно начал растворяться в воздухе. И тут произошло то, чего Джон от себя сам не ожидал. Он с упрямством не отпускал свой посох, хотя пустота стремительно приближалась к его рукам. Он упирался, но что-то неумолимо, не ослабевая ни на секунду, затягивало его в прозрачный круговорот. Джон различил струйки воздуха, завернувшиеся змейками и крутившимися по часовой стрелке. Он завороженно глядел, как кисти его рук начали растворяться, потом пустота добралась до его локтей. Джон не боялся. Он набрал в грудь воздуха побольше — неизвестно, сможет ли он там вообще дышать, и закрыл глаза. Джон подался вперёд. Его плотно сжало со всех сторон и рывком потащило в неизвестность.

>>>()()()()()()()()()<<<

Широкое озеро практически заросшее камышами, сейчас почерневшими и высохшими до зловещего шушуканья, было неприветливо сизо-жёлтого цвета. На берегу возле вкопанной наполовину в землю бочки из-под пива, сидели два фэнга с удочками в когтистых подобиях рук. Огромные корявые отростки именуемые пальцами, были на удивление ловкими. Глядя как фэнг извлекает червяка из стоящего рядом с огромной лапищей ведёрка, как потом ювелирно насаживает на тонкий крючок извивающегося кольчатого беднягу, нельзя было назвать его криволапым. Безмятежное синее небо с размётанными ветром облачками, от которого по воде бежала рябь; солнце, приятно гревшее носы. Запоздалые стрекозы стремительно проносились мимо полусонных великанов. - Целый день тут просидели, а толку никакого, - проворчал один фэнг. - Наживку сжирают, а на крюк не насаживаются, чтоб их! - видимо ругая коварную рыбу, громко начал гневаться он. - Шшшш... Рыбу распугаешь, - шикнул на своего товарища второй фэнг. - Если хотим что-то поймать, то заткнись и подожди. Погреем заодно свои засоленные кости на солнышке. Тепло-то последнее в этом году... Фэнг заворчал и потянулся. Внезапно сбоку что-то негромко хлопнуло, зашуршали потревоженные камыши. Фэнг обернулся. - Нежить! - заорал он, бросая удочку и становясь из коричневого серым. - Дух озера, сгинь! - и фэнг рванул прочь. Второй фэнг скорее по инерции, чем успев что-либо разглядеть, рванул вслед за товарищем, с той разницей, что он судорожно сжимал в своей лапище удочку, а не бросил её. Через пару мгновений из камышей появился светловолосый мужчина в доспехах. Немного грязный, слегка помятый, с чуть расфокусированным взглядом. Он вертел головой, рассматривая местность. Мужчина разглядывал место, куда он угодил и что-то про себя бормотал. Хлопая ресницами, он привыкал к непривычным краскам, и видимо пытался соорентироваться по солнцу. Пока ему это не удавалось. Вытянув сапоги из илистой жижи, мужчина вышел на берег. Тяжело присев на бочку, он почесал затылок, щетинившийся мокрыми от пота короткими волосами. "Твою ж деревню, - подумал Джон и сплюнул. - Занесло в задницу к лешему..." Занесло, да ещё как. Зато теперь он понимал, что Шерлок имел ввиду. Скопище проходов между городами, а то поди и целыми странами, издревле образовались в лесу. Скорее всего, раньше знали, как ими пользоваться. Знали о назначении каждого, возможно, там были свои метки. И животных, и пропавших людей из его города — всех, видимо, раскидало в разные концы света... Джон вздохнул. Сколько могло пройти времени, и куда он попал? — два главных вопроса занимали его. Что, если его занесло в другое измерение и время? Джон принюхался. Воздух, которым он дышал, мало чем отличался от воздуха в его мире. Может, только сильно попахивало тиной и рыбной чешуёй. Странный шум привлёк его внимание. Джон резво вскочил на ноги и вовремя. Несколько фэнгов крались к нему с разных сторон. Джон выхватил меч и рубанул воздух, для острастки. Выглядели фэнги не так грозно, как напавшие на его город. Да и одеты они были больше как крестьяне, а не как воины. Джон принял стойку, пугая. Появились другие. Все они довольно неуклюже и неуверенно пытались окружить Джона. Джон не спускал с них глаз, но перевес в количестве был не в его пользу. Возможно, ему удастся с ними договориться. Главнокомандующий Нугц хорошо говорил на его языке, поэтому Джон пытался придумать, что бы такого ему сказать, чтобы не напугать и не разозлить этих клыкастых великанов. Но придумать ничего не успел. Что-то просвистело и тесно оплело всё его тело, начиная с головы. Джон упал и стал барахтаться, но движения были стеснены. Его оплели, как паук оплетает паутиной муху. "Сеть", - понял Джон, а по запаху догадался, что рыболовная. Он попробовал мечом перерезать сетку. Но получил удар по голове. Джон глухо вскрикнул и потерял сознание.

>>>()()()()()()()()()<<<

Шерлок очнулся в кромешной тьме. Он долго не мог прийти в себя, осознать, что жив. Постепенно к нему вернулись ощущения. Под боком лежало что-то гладкое, плетёное, жёсткое. Шерлок решил ощупать себя, и враз захлебнулся криком от боли. Казалось, что он разбит целиком. Воин замер и стал ждать. Боль утихла. Он очень медленно попытался перевернуться на спину. Боль пару раз вспыхивала перед глазами синим пламенем, а потом Шерлок увидел сияющее ночное небо с раскалёнными белыми звёздами. Он закрыл лицо руками и кусал губы, чтобы сдержать рвущийся вой. Он был жив. Холодный ветер касался его, и Шерлок понял, что коченеет. Под спиной что-то всё время трещало и покачивалось. Шерлок закрыл глаза и стал терпеливо дожидаться рассвета. Когда он открыл их вновь, то увидел розово-голубое небо в мерцающих холодным светом звёздах. Он мог уже видеть свои руки, когда подносил их ближе к лицу и очертания собственного тела. Вскоре Шерлок понял, что его дело дрянь. Левая нога была сломана. Окровавленные кости торчали из раны, и вправить их самостоятельно он не мог. На бедре, сквозь порванную одежду, виднелась длинная и глубокая рана, которая всё ещё кровоточила. Каждая попытка как-то переместиться, устроиться поудобнее — отзывалась нечеловеческой болью. Боги его пощадили, но для новых испытаний или для лютой смерти? Шерлок умело очистил рану от кусочков отколовшихся костей, прошептал заговор, чтобы та не гноилась. Потом прикрыл глаза и сосредоточился на самоисцелении. Незаметно для себя он провалился в сон. Проснулся от сильного жара. Еле разлепил глаза, а язык прилип к гортани. Хотелось пить. Шерлок осмотрелся. Вокруг высились только горы. Сам он лежал на сплетённых ветках огромного гнезда в засохшем птичьем помёте на неопределённой высоте. Рядом валялись проклюнутые изнутри пустые скорлупки яиц. Мысль сразу же осенила его. Шерлок подполз ближе. Передвигаться с кандалами и тяжёлой цепью на руках тоже было испытанием. Зато когда Шерлок оказался внутри яйца, там было сухо и безветренно. Он с трудом заполз подальше и потерял сознание. Очнулся опять в темноте. Жар ушёл, теперь у Шерлока зуб на зуб не попадал от холода. Нога стала адски ныть, даже лёгкое шевеление приносило невыносимое страдание. Что-то было нужно предпринять. Воин-сехин сжал зубы и сложил пальцы для молитвы: указательный к указательному, мизинец к мизинцу, промежуточные подогнул, а большие скрестил. Теперь нужно было выбрать, кому из богов молиться. Шерлок впервые растерялся. Воспоминания отнесли его в светлую комнату, где у окна стоял стол, а за ним сидел Джон. Он дремал подперев голову рукой. Медовый луч заката высветлил ему макушку. Джон тихонько посапывал. Шерлок стоял напротив и ему нестерпимо хотелось подкрасться, наклониться, поцеловать тёплую колючую щёку. Шерлок застонал, видение пропало, но тепло из груди не ушло. Он постарался больше не думать о Джоне, чтобы не бередить несбыточными мечтами своё сознание. Оно и так вскоре будет метаться в клетке безысходности. Шерлок твёрдо посмотрел в небо. И слова молитвы потекли сами собой: без усилий, без сожаления, без горечи. Произнеся всё, что он хотел, Шерлок откинулся на спину. Сразу стало спокойно, а на душе легко. Улыбнувшись начавшими синеть губами, Шерлок тихо уснул, истратив все силы на того, кому они ещё пригодятся.