Добровольная пленница

Девушки знают звуки этих шагов наизусть. Скрипучие половицы сразу все говорят, выдают хозяина. Именно поэтому Гробыня давно не носит обувь с жесткой подошвой, именно поэтому Таня старается передвигаться по дому на цыпочках. Глеб, не торопясь, входит в кухню, и замирает где-то в полуметре от сундука. - Здравствуй, Ядвига, я ищу двух небезызвестных тебе бездельниц, не видела ли ты их? - чеканит холодный голос ментора. Нельзя сказать, что он относится к старухе неуважительно, даже наоборот, но в его голосе чувствуется что-то, возводящее пропасть на множество километров между ними. Таня затаивает дыхание, слышит, что служанка, в свою очередь, делает то же самое. Девушкам страшно, и Гроттер в темноте сундука нащупывает руку подруги, и крепко ее сжимает. Становится немного легче. Но страх все равно не отступает. Пожилая ведьма шаркает откуда-то из глубины кухни. Идет она медленно, ей некуда спешить. С каждым ее шагом рыжую все больше пронимает дрожь. Сейчас непременно повариха расскажет о них ментору, а второй раз за день, как известно, везти не может. Почему-то Тане кажется, что в голове Склеповой вертятся точно такие же мысли. Ядвига откашливается: - Конечно, видела, как же их не видеть. Гробыня полдня вертелась рядом со мной, да помогала с лепешками, а Таня забегала давеча перекусить чего-то. Только вот потом я их не видела, господин. В кухне довольно тихо. Слышно только, как трещит огонь в печке. И как Бейбарсов скрипит зубами. Он еще о чем-то недолго думает, оставаясь на прежнем месте, после чего шаги направляются прочь, на выход из кухни. Они еще немного выжидают пока ментор не отойдет подальше, после чего Ядвига откидывает крышку сундука. Девушки кидаются на шею доброй старушке. - Спасибо, спасибо, - шепчет Танька, горло которой сжимают подкатывающие слезы, утыкаясь в теплое плечо. - Будьте в следующий раз бдительнее, - наставляет мудрая женщина. - Каждый раз он мне верить не будет, да и я не всегда рядом, чтобы прикрыть вас. Покинув кухню, девушки прощаются и разбегаются в разные стороны. У Гробыни остались еще какие-то невыполненные дела, Таня же замечает, что на улице уже стемнело, а это значит, что можно пойти спать. Она заваливается на кровать в своей комнате, и поплотнее укутывается в тонкое одеяло. Устало закрыв глаза, она почти сразу забывается беспокойным сном.

***

Малютка Гроттер идет по длинному сырому тоннелю с серыми стенами, исписанными какими-то странными надписями. Ей кажется, что такие тоннели ведут прямо в ад. Через раз на стенах мелькают зажженные факелы, но чем дальше она идет, тем реже они появляются. Тане непонятно, каким образом она здесь очутилась, но она приходит к мысли, что все это очередное испытание ментора, призванное сломить ее. Прямо перед ней с потолка шмякается огромный червяк, и при взгляде на него девушку передергивает, но она не издает ни звука. Под ногами начинает что-то хрустеть. "Наверное, пауки или чьи-то кости" - думает ведьма почти спокойно. Неужто у него начинают иссякать идеи, как ее помучить? Червяки, кости, пауки - все это уже давно известный и пройденный этап, который, в принципе, не нагоняет страх. Только щекочет нервы самую малость и вызывает отвращение. Наконец, туннель заканчивается, и Таня оказывается перед потемневшей от времени дверью с затейливо изогнутой позеленевшей старинной ручкой. Гроттер готова поклясться, что раньше она уже бывала здесь. С замиранием сердца, она протягивает руку, но внезапно дверь с грохотом распахивается, впечатывая ее в стену. Вздрогнув от боли, Гроттер открывает глаза и обнаруживает, что действительно, скорчившись, сидит у стены напротив кабинета ментора Глеба, а он сам, одетый в черный шелковый халат, стоит в дверях и прожигает ее гневным взглядом. - Что ты тут делаешь в такое время? - выплевывает он спустя несколько минут, в течение которых Таня мечтает просочиться сквозь стену, подобно призраку, но каменная кладка за ее спиной остается такой же холодной и непроницаемой. - Я... Я не знаю, - лепечет в конце концов Таня, сжимаясь под полным ненависти взглядом черных глаз и моля всех известных ей богов, чтобы ментор ее не тронул. - Я заснула в своей комнате, а проснулась здесь. К счастью, ее молитвы услышаны - некромагу банально лень в такой поздний час разбираться с ученицей, внезапно проявившей склонность к лунатизму, поэтому, махнув рукой и буркнув что-то, напоминающее "убирайся отсюда, и чтобы я тебя больше не видел", он скрывается в своей комнате. Как только дверь за ним захлопывается, Таня вскакивает на ноги и опрометью бежит в свою комнату, не разбирая дороги. Только оказавшись в её спасительной тишине , малютка Гроттер позволяет себе рухнуть на кровать и проводит остаток ночи, глядя в потолок широко раскрытыми глазами. На следующее утро, ментор Глеб, к ее удивлению, ни словом не упоминает о том, что обнаружил ее ночью около своей спальни. Он лишь загружает ее на весь день монотонными, выполняемыми на автомате заданиями вроде свежевания крыс или приготовления настоя из лягушачьих мозгов. Когда поздним вечером Таня выходит из его кабинета с содранными до крови в попытках смыть с них внутренности животных ладонями, в спину ей несется издевательский хохот Бейбарсова и пожелание спать этой ночью спокойно и не бродить в темноте по коридорам, рискуя напороться на кое-что неприятное. - Какой ужас, - шепчет она, вжимаясь лицом в подушку. Спать хочется до изнеможения, но ведьма не позволяет себе закрыть глаза,боясь, что снова будет бродить по дому в опасной близости к логову ментора. Но с каждым часом удерживаться ото сна становится все сложнее, и когда стрелки часов приближаются к двум часам ночи, Таню вдруг осеняет идея. Она вскакивает с кровати и судорожно ищет ключ к двери, который никогда не использовался. Отыскав его, в конце концов, под ковром, она тщательно запирает дверь, опускает тяжелый ржавый засов на ней, и в придачу, подпирает ее стулом. Только после этого она спокойно ложится спать. Ночью ей опять снится тоннель, который вдруг на этот раз оканчивается пропастью. Гроттер долго балансирует на ее краю, после чего не выдерживает, и срывается вниз, одновременно просыпаясь. Девушка обнаруживает себя стоящей в ночной сорочке на лестнице перед коридором, ведущим к комнате ментора. Прежде чем ее кто-то успеет тут заметить, она бегом возвращается в свою комнату, и после этого точно не смыкает глаз. На следующее утро Таня первым же делом идет искать Гробыню, чтобы та дала ей какой-нибудь совет. Склепова находится на кухне и помогает Ядвиге с готовкой. - Говоришь, лунатиком заделалась? - качает головой служанка. - Фигово это. За моей мамкой ухаживал один такой лунатичный, а потом сверзился с крыши своего сарая да прямо в лапы упырям. И самое фиговое в твоей ситуации, что ты бродишь рядом с Бейбарсовым. Может, мне ночью запирать дверь с другой стороны? - Не поможет, - уверенно говорит Гроттер. - Я ночью себя закрыла на ключ, засов, и еще и стулом подперла. Уж не знаю, как я смогла выбраться оттуда спящая. - Лунатики - хитрые существа, - вдруг заявляет кухарка, до этого не проявлявшая никакого интереса к беседе. Девушки с удивлением смотрят на нее. - Эту болезнь надо зельями лечить, иначе бог знает когда пройдет само. И запирай комнату - не запирай, а ночью найдешь способ отворить. Но не переживай, милая, сварю я тебе зелье чудесное, - ободряюще произносит старушка, наливая воду из кадушки в котел и нарезая туда корень пустырника. - Я ведь раньше не на кухне стряпню мешала, а людей лечила. За пустырником следуют растертые в пыль цветки папоротника и толченый лавандовый ладан. Старуха поет длинное заунывное заклинание на незнакомом языке и, швырнув в кипящее бледно-розовое варево горсть малины и ложку меда, кружится на месте. Когда зелье сварено, она цедит его через кусок желтоватой марли в стакан: - Выпей. Таня послушно протягивает руку за варевом. На вкус зелье оказывается даже довольно приятным: кисло-сладкое, лишь с небольшой горчинкой в послевкусии. - Держи, - Ядвига протягивает ей склянку с этим же зельем. - Выпьешь еще глоток перед сном, и так в течение недели для закрепления результата. Гроттер не знает, действительно ли подействует снадобье или нет, но само его наличие ободряет ее. Она прячет пузырек в карман платья, и спешит к Бейбарсову, который назначил ей встречу в подвале. По пыльным позеленевшим ступеням она спускается весьма бодрым шагом, и даже насвистывает какой-то веселый мотивчик, не думая о том, что сейчас предстоит несколько часов пыток с мучителем. Однако, стоит ей перешагнуть порог подвала, как настроение сразу летит вниз подобно камню в пропасть. Он сидит на грубо сколоченной деревянной скамье, облокотившись на стену. Больная нога полулежит на скамье, в руке неизменная бамбуковая трость. Здоровой ногой в тяжелом ботинке мужчина отстукивает такт по половицам. Слегка ухмыляется: - Как спалось, Гроттер? - П-п-прекрасно... - немного заикаясь, бормочет Таня, утыкаясь в пол. - Вот и здорово, - улыбаясь еще больше, говорит Глеб, поднимаясь со скамьи. - Ибо я приготовил для тебя кучу дел, и поэтому очень надеюсь, что ты хорошо выспалась. Ведьма вздыхает, понимая, что ей предстоит еще один день, полный грязной работы, но неудовольствия не выказывает, впрочем, как и всегда. - Итак, для начала приберись здесь, потом помоешь уже знакомого тебе дружка, - он кивает на ящик с, как девушка быстро понимает, мертвяком. - А потом... Что это у тебя? - Что? - В кармане! - рявкает Бейбарсов, подскакивая к ней, и выхватывая флакончик с зельем из ее кармана. Быстрым движением, Глеб откручивает колпачок и нюхает содержимое, после чего морщится. - Это что за дрянь из травника белых магов? Откуда взяла? Таня сначала смотрит на него, открыв рот, а потом ложь сама приходит к ней на язык: - Я... Сама сварила... Думала, от бессонницы поможет. Ментор закатывает глаза: - Эту светлую ересь из тебя, видимо, никогда не выбить. Он швыряет пузырек на пол и наступает на него ботинком, разбивая его на множество мелких осколков. Ведьма с ужасом смотрит, что становится с ее лекарственным снадобьем. - Ладно, раз ты, оказывается, у нас что-то умеешь варить, то займемся чем-то поинтереснее чистки котлов, они все равно никуда от тебя не денутся. Попробуешь сварить дурманящее зелье. Последующие несколько часов проходят за не очень успешными попытками сварить то самое зелье. В итоге у ученицы некромага выходит что-то мутно-сиреневое, немного благоухающее цветами. - Проклятье! И каким образом у тебя это только выходит! - в гневе кричит Бейбарсов, замахиваясь на Таню тростью. Однако, в какой-то момент он передумывает, и удар так и не обрушивается на нее. - Уйди с глаз моих долой, бездарность, - он устало опускается на скамью. - Ты свободна. Не веря своим ушам, Гроттер пятится к двери, после чего пускается бегом по лестнице в дом. Время близится к вечеру, и девушка с ужасом думает, что ее ждет этой ночью. Есть ли шанс, что поможет зелье Ядвиги? Чтобы отвлечься от подобных мыслей, ведьма пытается себя чем-то занять. Помогает Склеповой убраться в необъятном доме, пытается найти старуху-кухарку, чтобы узнать, не осталось ли у нее еще снадобье. Правда, та будто сквозь землю провалилась, и Тане так и не удается нигде ее отыскать. Ненадолго девушка даже выходит во двор, где сталкивается с Валялкиным. Он одаривает ее каким-то странным взглядом. "У меня, что, вторая голова выросла, что ли?" - думает ведьма, проходя мимо и стараясь игнорировать плетущегося за ней маечника. Из сторожки доносится женский голос: - Ванечка, помоги, пожалуйста! Маг сразу спешит на помощь, а у Тани буквально сводит зубы от злости: "Точно околдовала, мерзавка". Однако, помимо Валялкина и новой дамы его сердца, у Гроттер и других, более глобальных проблем хватает, и она забывает думать о Ване, стоит ей только вновь опуститься на свою кровать. "Не думаешь ли ты, что ты, дочь светлых магов, сможешь овладеть искусством некромагии?" - звучит в голове Тани ледяной смех, которым Бейбарсов встретил ее в тот самый день, когда она явилась на порог этого дома. Он определенно знал, что Гроттер к нему придет, и терпеливо дожидался. Тогда ведьма ответила ему, что она не уверена в этом, но она будет стараться изо всех сил. Тогда ментор не казался ей отвратительным чудовищем, в которое он превратился почти сразу же после подписания их договора. Сколько еще она здесь протянет? Ей уже совершенно точно стало понятно, что она никогда не постигнет эту науку. Все ее существо противилось этой гадости, хоть сила Чумы и бурлила в ее крови. Сколько раз она мечтала плюнуть на все, и уйти восвояси, но всегда ее что-то останавливало. Поначалу это был страх смерти. А затем появился Ванька... И именно его присутствие в ее жизни заставило ее в очередной раз удержаться от побега. Хотя можно ли сбежать, зная, что Бейбарсов достанет ее даже из-под земли? Непонятно, как и зачем, но он всегда умудрялся находить Гроттер, будто бы чувствуя ее. Доказательством этому служит хотя бы последний раз, когда он вытащил ее из леса с дикими тварями. Не проще ли было оставить ее умирать, да скинуть со своих плеч эту обузу? Нет, Таня этого точно не понимает, да и вряд ли сможет когда-нибудь понять. С такими мыслями девушка в первый раз за последние несколько дней погружается в сон без сновидений. Мерное тиканье часов и тихое шуршание мышей где-то под половицами только еще больше убаюкивают ее.

***

Таня просыпается оттого, что чьи-то руки крепко обнимают ее за талию. Над ухом раздается теплое дыхание, и одна из ладоней скользит под ночную рубашку девушки. Она испуганно распахивает глаза, еле сдерживая крик. В ужасе она обнаруживает, что находится в чужой спальне в чужой кровати. Рядом с ней мирно спит Бейбарсов. В таком состоянии он меньше всего похож на тирана, но тем не менее она пытается выбраться из плотного кольца его рук. Это ей удается весьма неудачно, потому что в следующее мгновение он притягивает ее еще ближе к себе. Не просыпаясь, целует ее в плечо, потом в губы, что-то бормочет. "Проклятье, проклятье!" - хочется закричать рыжей, когда она понимает, как крупно влипла. Особенно если ей не удастся выбраться отсюда до того, как Глеб проснется. В его комнате намного теплее, чем в ее собственной, а от ментора пахнет свежестью трав и горьким табаком. Гроттер чувствует, что стоит ей только закрыть глаза, как она провалится в чудесный, крепкий сон. К тому же она не может сказать, что находиться в постели некромага на данный момент ей противно. Но лучше бы убраться отсюда подобру-поздорову да побыстрей. - Мм... Что такое?.. Гроттер?.. - сонно произносит некромаг, приоткрывая глаза. Ведьма тотчас же отдергивается от него, и чуть не падает с кровати в попытке сбежать. - Осторожнее, - шепчет Бейбарсов, ловя Таню и крепко прижимая к своей груди. - Ну, неужто я сейчас такой страшный? Рыжей кажется сначала, что она ослышалась. А потом она начинает судорожно всхлипывать. Да какого черта это все происходит именно с ней? Глеб мягко гладит ее по спине, ничего не говоря, хоть Гроттер и пытается вырваться. Когда ее всхлипывания переходят в сильные рыдания, он приподнимает ее лицо за подбородок и прикасается к ее губам своими. Он целует ее нежно, совсем не так властно, как в тот самый раз... Однако, для девушки это становится последней каплей, и она, резко оттолкнув ментора, вскакивает с кровати, и несется в коридор, сметая все на своем пути.