Папина дочка

      Старший сын Учихи Фугаку не был наивным человеком. Он прекрасно осознавал, что Наруто Намикадзе его не любит, а пытается использовать в собственных целях; что игра, затеянная девчонкой, опасна для жизни окружающих; что нет никаких гарантий в том, что их ставка будет выигрышной. Но в тоже время он осознавал, что, как только назовет имя, человек, его носящий, - умрет. Не будет иметь никакого значения его социальное положение и родственные связи, никак не повлияет возраст и мотивация. Его просто не станет, как пешки, снесенной с доски более весомой шахматной фигурой, а партия продолжит свой ход. Игроки забудут про сброшенный балласт, уже выполнивший свою функцию.       Этот человек нужен Наруто. Она может быть сколь угодно легкомысленной и ветреной, но она знает свои обязанности и готова их исполнять, продавая свое тело и душу. Итачи мог это понять, хотя бы потому, что знал: будь он на ее месте - сделал бы все точно также. Тут не нужно было обладать какими-то особыми аналитическими данными, знай Нара, что Наруто хочет выкупить жизнь – они назвали бы имя гораздо быстрее. Но они не знают.       Есть еще второй путь – подойти к Наруто и сказать прямо: я помогу. Помогу только в этом, о заводе, акциях и голове Хокаге можешь забыть. Девушка согласится, она не в том положении, чтобы выбирать, но для их отношений это станет концом. Взять только силой означает нажить врага. В лучшем случае она пробудет рядом еще пару недель, ведь и отрицать, что он ей привлекателен - нелепо, но потом без сомнений исчезнет в неизвестном направлении, найдя себе новую игрушку. Итачи не нравится осознавать себя игрушкой, марионеткой в руках опытного манипулятора, но пока игра идет - всегда есть шанс поменяться местами. Деньги можно заработать, для этого достаточно иметь на плечах голову, смерть Минато же свяжет их надежнее наручников, которые всегда можно порвать или найти ключ. Ей придется остаться рядом насовсем, причем уже на его условиях. А желания или нежелания самой Наруто… После этого дня Итачи точно знает, что сломать можно любого человека. Нужно лишь найти способ. Не любит – еще не приговор.       - Отец, - парень притронулся рукой к плечу мужчины, задремавшего на кресле.       - Да, Итачи.       - Я принял решение. Ты можешь соглашаться со мной или нет, но на завтрашнем собрании клан Учиха выступит на стороне Наруто Намикадзе.       Фугаку лишь склоняет голову в знак согласия.

***

      В этот день больше не происходило ничего особо важного и интересного. Вымотанные атакой служащие разбрелись по своим комнатам, оставив в центральном зале лишь нескольких наблюдателей, главы кланов удалились каждый к себе, подсознательно опасаясь наступающей ночи, аналитики заканчивали составление отчетов и подведение итогов дня. Люди слишком устали, и было принято решение отложить собрание на завтра, дабы посмотреть на все свежим взглядом. Единственное, что обсудили – это потери, которые составили тридцать три процента легального дохода. Критической считалась отметка в сорок два процента, а степень активности атакующих была признана очень высокой. Нара похвалили за успешное отражение и отправили отсыпаться.       Госпожа Сенджу, прибывшая в самый разгар финансовой битвы и весь день помогавшая в ее контратаке, удалилась к себе в поместье. Она все еще находилась под наблюдением полиции, и слишком долго скрываться от их глаз было неразумно. Сыворотка правды так и не была приготовлена и использована.       Итачи видел Наруто лишь несколько раз: когда она в очередной раз сцепилась с матерью в коридоре и когда обматерила Хидана последними словами за остывший кофе. То, что кофе принадлежал самому Хидану, ее интересовало слабо. Ни в один из этих конфликтов Итачи вмешиваться не стал, справедливо полагая, что раз девушка выжила в данной компании шестнадцать лет, то вполне может пережить еще один день. Чем именно она этот день заполнила, он не знал и в глубине души знать не хотел. Он готовился к разговору.

***

      К себе в комнату Итачи вернулся уже за полночь, когда на ногах остались лишь охранники и дежурный центр. Вошел в темное помещение, осторожно прикрыв за спиной дверь, и направился прямиком к кровати, на которой застыла хрупкая фигурка. Она сидела, поджав под себя ноги и опираясь руками на матрас. Лунный свет из окна придавал ей сейчас какой-то неземной, призрачный оттенок, делая маленькое тело детским и угловатым, огромные глаза на бледном лице были широко распахнуты, футболка перекосилась и обнажала одно плечо. Смотрелось это трогательно и нелепо.       Итачи искал что-то, за что можно было бы зацепиться этой ночью и не поддаться на колдовской взгляд, не уступить своих позиций и выйти победителем. Он чертовски сильно хотел победить уже сейчас, доказав ей свое главенство в их паре, свою ведущую роль, доминантность. Подчинить, как в день их знакомства. Хотя сейчас вопрос о том, кто кого подчинил, является весьма спорным.       Парень легким движением опрокинул девушку на живот и навис сверху, придавливая ее своим весом. Не в глаза. Сегодня – только бы не в них. Завел руки за спину, крепко удерживая. Она лишь выдохнула воздух, не пытаясь сопротивляться. Итачи откинул волосы с шеи и горячим дыханием обжег чувствительное местечко ниже затылка. Прихватил кожу зубами, аккуратно прикусив, после чего оставил там поцелуй. Почувствовал, как по коже поползли мурашки. Услышал тихий полу вздох - полу всхлип. Сегодня не хотелось нежности. Продолжая одной рукой удерживать ее руки, вторую запустил под свободную футболку и силой провел по ребрам и талии. Так, чтобы красный след остался, чтобы дыхание перехватило. Схватился за мягкую поверхность футболки и резко дернул, разрывая тонкую ткань. Вцепился в волосы, заставляя приподняться на коленях. Хотелось, чтобы было больно и страшно. Чтобы осознала.       - Я знаю, кого ты хочешь спасти, - тихий шепот прямо на ушко. Она вздрагивает всем телом, стараясь отстраниться от брюнета, но он не позволяет. - Ты отдашь мне не только победу в войне. За его жизнь ты заплатишь мне своей душой, Наруто.       Молчит. Испугалась. Упрямая. Сильная. В ловушке.       Он не знает, что сейчас происходит в ее голове. Не знает, ищет ли она пути спасения, или же судорожно пытается придумать, как устранить внезапное препятствие. Он не собирается давать ей время на раздумья. Она молчит, а он хочет - чтобы кричала. Стены здесь толстые, никому не помешают.       Приподнялся немного и рывком сдернул с нее шорты вместе с нижним бельем. Железная застежка царапнула по бедру, оставив небольшой кровоточащий порез. Наруто попыталась вырваться, и сведенные за спиной руки впервые причинили боль от вывернутых суставов. Итачи заломил их сильнее, и снова навалился сверху.       - Как думаешь, малышка, что будет, если завтра утром я сам все расскажу? Как долго он проживет? – не видит, но чувствует, как она закусывает губу. Главное – не перегнуть сейчас палку. Не унизить. Тогда не простит.       Стянуть с себя одежду, удерживая при этом вырывающуюся кошку – трудно, но не невозможно. Он берет ее резко и грубо, ни мало не заботясь об ощущениях, испытываемых сейчас партнершей. Итачи хороший любовник и знает, как одними и теми же действиями причинить и наслаждение, и боль. Сегодня Наруто достается только боль. Зажатые в тисках руки ломит, волосы намотаны на кулак, нет возбуждения, и значит, нет и смазки. Толчки раздирают изнутри, и в глазах появляются первые слезы. Просто потому, что женский организм слабый, гораздо слабее мужского, а внутри плещется обида и отчаяние. Мучитель продолжает шептать на ухо.       - Как много ты готова за него отдать, Наруто? Как дорого заплатишь за чужое счастье, которое не принесет тебе ничего? – еще один толчок. – Кричи. Я хочу слышать твой голос.       Сжимает зубы. Он отпускает ее руки, и она машинально выставляет их перед собой, чтобы не потерять точку опоры. Горло сдавливает в тисках. Итачи подмечает краем сознания, что завтра останутся синяки, но не отпускает, сжимая пальцы еще сильнее. Девушка плачет, уже не сдерживая себя, но по-прежнему молчит. Лишь тихие всхлипы и монотонное поскрипывание кровати разбивают тишину комнаты.       - Отвечай! Отвечай мне, Нару, или я клянусь, что сделаю это! Мне плевать на его жизнь. Что ты готова мне отдать?       - Все… - ее шепот на грани слышимости, но для Итачи он означает победу.       Он кончает и отпускает девушку на кровать, падая рядом. Прижимает ее, всхлипывающую, к своей груди, и осторожно гладит по голове. Потом приподнимает ее лицо и начинает сцеловывать текущие слезы с закрытых глаз.       - Я ничего не скажу. Ты получишь голову Минато. Получишь завод и акции. Ты станешь моей женой, Наруто, и взамен я отдам тебе весь мир. Это станет ценой.       Она тихо кивает и прижимается к нему сильнее.

***

      Утром она улыбается чуть кривоватой улыбкой, надевая белую блузу с высоким воротником-стойкой, серую юбку-карандаш и серый строгий пиджак. Отливающих багровым пятен на шее больше не видно. Убирает волосы в простую косу, оставляя лицо открытым. Ни грамма косметики. Колготки телесного цвета, туфли на высоком каблуке. Больше не выглядит ни слабой, ни беззащитной. Готова.       Каблуки отбивают тихую дробь по коридору, когда она идет к центральному залу, слегка покачивая бедрами. Охватывает помещение, уже заполненное не только главами семейств Конохи, но и их женами с детьми, внимательным взглядом, и натыкается на десятки таких же. Спокойно берет пустой стул, стоящий у стены, подносит его к овальному столу, и уверенно садиться, занимая место прямо напротив Хокаге. Минато иронично приподнимает бровь.       - Как спалось, доченька?       Смотрит на него таким же насмешливым взглядом.       - Лучше, чем тебе.       - Так это тебя так настойчиво просил подождать Фугаку?       - Вас это сильно затруднило?       - Мы ждем уже двадцать минут. Тебе никто не говорил, что точность – вежливость королей?       - Ты как-то упустил это из моего воспитания.       - Хватит. – Итачи прерывает начавшуюся пикировку и кладет руку на плечо Наруто. Она проглатывает слова, что вряд ли остается незамеченным кем-то из присутствующих. – У Наруто есть предложение, и клан Учиха считает целесообразным принять его.       - Да неужели? – голос Хокаге сочится сарказмом.       - Да, - Итачи твердо встречается взглядом с мужчиной. – Намикадзе Наруто предлагает нам полный список всех будущих действий нападающих, взамен на того, кто сливает всю информацию их Конохи.       - Смею заметить, что нам личность этого господина не известна. – Минато внимательно смотрит на дочь.       - Мне известна. – Она отвечает на взгляд. Краем глаза Итачи видит, как дергается молодой парень, сидящий за спиной Хокаге.       На зал падает тишина. Итачи думает, что Наруто обладает несомненным талантом заставить людей заткнуться и задуматься. Она очень четко выбирает подходящую интонацию, изменяет тембр голоса и выражение лица. Он уверен, что все семьи сейчас напряженно обдумывают это предложение и ищут для себя выгоду.       - Бонусом, так сказать: сегодня, примерно через два с половиной часа, должен взлететь на воздух один из ваших домов. – Она откидывается на спинку кресла, складывая руки на груди. – И я точно знаю, чей именно.       Обсуждение затягивается на час. Долго спорят о том, не упадет ли престиж Конохи, если предатель будет отпущен, спорят о том, действительно ли девушка может обладать этими знаниями, интересуются, почему цена за голову одного человека столь высока. Фугаку Учиха подтверждает, что цена не полная. Остальную часть Учиха Корп. обязуется выплатить самостоятельно, ведь делается это ради всей Конохи. Активы Учиха резко растут вверх.       Хокаге молчит. Сидит в позе, отражающей позу любимой дочери, задумчиво смотрит на перевозбудившихся, а от того слишком громких соратников, и покусывает нижнюю губу. Судя по всему, эта привычка наследственная.       - Хорошо, милая, - Итачи передергивает от такого обращения. Гомон стихает. – Мы принимаем твое предложение. В конце концов, одна жизнь не должна стоить нам столько денег и нервов, а убирать его с базы все равно надо. Однако есть одно условие: он уходит, ты - остаешься. Раз уж осведомлена больше всех, то и будешь, так сказать, нашим временным консультантом. Откажешься - мы его убьем.       - Вы не знаете, кто это, - прищуривается.       - Найдем. Ты ведь не сомневаешься? – усмехается. Девушка кивает головой. – Рассказывай, малышка.       - Вам с подробностями, или кратенько?       - Пока кратенько. Время жмет.       - Что ж, как пожелаете, - девушка подается вперед. – О том, что на Коноху будет совершено нападение, я узнала полгода назад. От Гаары, у нас всегда были хорошие отношения. Мэй к нему не сунулась, а вот Ооноки прощупать постаралась. Старик не захотел в случае чего оказаться один против двух Альянсов, и сообщил о сговоре Кадзекаге. То, что сейчас у вас происходит, планировалось давно. И расписано было вплоть до минут тоже давно. Не хватало только человека, который сольет информацию. Только вот за всеми размышлениями о прибыли, вы подзабыли самое главное: Мэй никогда не заплатит, если есть возможность воспользоваться шантажом. И есть то, в чем ей практически нет равных.       - Шантаж… - Нара включается в диалог, задумчиво потирая подбородок. – Мэй специализируется на проституции.       - Верно, - Наруто снова кивает.       - Но никто из нас не купился бы на проститутку! – Хиаши не сдержан, впрочем, как всегда.       - Взрослый бы не купился, - отмечает Цунаде.       И снова – молчание. Потому что сейчас присутствующие осознают, кто именно обладал доступами к их компьютерам, кто мог знать подробности внутренних дел, кто мог знать их пароли. Кого не проверяли. Дети. Точнее, подростки. Их дети.       - Имя, Наруто, - голос Хокаге леденеет.       - Он влюбился, - она качает головой, закрывая глаза. – Он влюбился, и как бы глупо это не звучало – влюбился взаимно. А она забеременела, папа. Мэй узнала, и цепочка сложилась.       - Имя. – Хокаге закрывает глаза.       Она ищет в толпе одного единственного человека и встречается с ним глазами:       - У меня только один вопрос: почему? Я понимаю, почему ты не пошел к отцу – не верил, что он поможет. Я понимаю, почему ты не пошел к Аратре – тот слишком увлекся подражанием Минато. Но почему ты не пришел ко мне, Тоши? Своей старшей сестре? Почему тебе даже в голову не пришло, что я помогу?