Папина дочка

      - Где ты была? – не то чтобы Итачи ждал ответа. Еще одна из привычек, к которым пришлось привыкнуть – на семейные разборки времени не было. Однако ответ Наруто смог его приятно удивить:       - Подготавливала тебе отчет по финансовой ситуации на сегодняшний день. – На стол легла тонкая стопка бумаги.       - И как?       - На самом деле все не так уж и плохо. Постепенно все показатели стабилизируются, и, если не случится никакого форс-мажора, мы сможем продолжать наращивать обороты и вскоре выйти если не на довоенный, то на достаточно приемлемый уровень.       - Это хорошо. Хоть где-то дела идут нормально.       - Что-то случилось?       - Совет настаивает на союзниках.       - Ты против? Почему?       - Наруто, мы станем зависимы. Сейчас мы варимся в собственном соку, но, по крайней мере, ничего никому не должны. Взяв союзников, мы взвалим на себя дополнительные обязательства, и я пока не представляю, как сможем их выполнить.       - Но без союза мы потопим себя. Я слышала вчерашний отчет, дела у нас хуже некуда.       - Я тоже слышал. – Итачи дернулся.       Он слышал не только вчерашний отчет, но по нелепой случайности и то, что обсуждалось за закрытыми дверями кабинета одного из членов Альянса. Люди не верили в него, и подкрепить эту веру, увы, было нечем. Учихи ослабили себя до крайности, отдав огромные деньги за сделку с Наруто и потратив большую часть людских ресурсов на ее же спасение. За ними уже не было той силы, что еще месяц назад, и это начало приносить определенные проблемы: пренебрежение со стороны тех, кто потерял меньше, ненадлежащие выполнение его приказов, переманивание людей. Крысы бежали с тонущего корабля, а капитан и его команда были вынуждены наблюдать за происходящим из главной рубки. Вчера вечером Хиаши объявил, что клан Хьюга покидает убежище и будет защищаться самостоятельно. Между строк легли мысли о том, что в одиночку Туман не сможет их перебить. О выходе из Альянса Хьюга не сказал, но вопрос повис в воздухе, добавив напряжения итак неспокойной обстановке. Задумались еще два клана.       Итачи чувствовал себя не то канатоходцем над пропастью, не то дрессировщиком на арене. Он метался из стороны в сторону, сшивал белыми нитками там, где рвалось, но швы получались грубыми и уродливыми – швец оказался из него еще тот. По кромке сознания перебегали маленькие мышлицы о том, что кто-то очень удачно вставляет ему палки в колеса, подрезая только появившиеся ниточки, но плохое самочувствие и общая рассеянность, проявившиеся совсем недавно, не давали додумать до конца. Наруто села на колени к мужу, поерзала, устраиваясь поудобнее, и провела ладошкой по темным волосам.       - Итачи, - она внимательно посмотрела ему в глаза, - нам нужны союзники. Я понимаю, что тебе сейчас трудно, но нужно что-то делать. Если хочешь, я сама поговорю с Гаарой.       Парень зажмурился. Передать ей право на переговоры такого уровня – практически передать бразды правления, но что делать? Он не может доверить это никому другому, даже отцу, который все чаще шепчется о чем-то за его спиной. Нет даже желания выяснять, что он задумал, Итачи только знает, что это как-то связано с Наруто. Они все еще что-то делят. Решение не было легким.       - Хорошо, Нару. Сегодня вечером договор должен быть у меня.       Ласковые губы накрыли его собственные.

***

      Фугаку, наблюдающий эту сцену по монитору в своей комнате, с досадой шибанул по столу. Идея установить скрытые камеры была подлой, но необходимой – глава Учих должен был знать, чем занимается нынешний Хокаге, и то, что он видел, ему не нравилось. Сын прогибался под чертову тварь, похожую на своего отца не только внешностью, и это раздражало обычно сдержанного мужчину неимоверно. Он должен был отдать право на переговоры ему, раз уж сам не способен провести это дело, а вовсе не размалеванной кукле, способной выжать выгоду даже из самой хреновой ситуации.       Фугаку тоже слышал шепотки за спиной: и о том, что Итачи не справляется, и о том, что Учихи сейчас слабы, как никогда, и о том, что Наруто смотрелась бы в кресле Хокаге гораздо лучше. Проблема состояла в том, что именно ее проекты были более всего успешны, приносили больше выгоды и меньше потерь, чем те, что предлагал Итачи. Фугаку не мог понять, почему так происходит: он лично перепроверял все, что делает сын, и это должно было работать, просто не могло давать осечек! Но давало, причем с пугающим постоянством. И чувствовалась опытная рука постороннего.       Наруто нужно было убирать. Сын женился, и это даже хорошо: при удачном раскладе можно будет прибрать к своим рукам и потерянный завод, и ее компанию – прибыль вернет финансовое благополучие семье. Союз… По сути, сейчас нужно уничтожить Мэй и еще четырех радикалов, поддерживающих ее партию, и тогда Альянс Тумана отступит. Они насквозь деловые люди, и не хуже Конохи видят, что война приносит лишь потери. План по уничтожению не удался, а затягивать противостояние бессмысленно и слишком дорого. Но, чтобы реализовать убийство верхушки, нужны боевики, и много. Кроме того, нужно что-то, что сплотит Коноху, это ясно всем. Но что?       Ладно, пока Наруто нужна. Многие держаться рядом лишь из памяти к ее отцу, если убить ее сейчас, то можно потерять больше, чем приобрести. Фугаку еще раз отрыл файл, созданный советом клана пять лет назад, и пробежался по нему глазами. План по устранению Намикадзе. Намикадзе Наруто, а вовсе не Минато, как думали многие. Уничтожать надо будущее.

***

      Наруто уехала на переговоры с Суной около полудня в сопровождении своей свиты. Теперь любое ее передвижение за пределами базы происходило в присутствии «хвостатых», что давало хоть какую-то гарантию безопасности, но Итачи все равно был напряжен. Кроме того, подобный визит не получилось оставить в тайне от других обитателей базы, и Итачи половину дня терпел насмешливые взгляды, бросаемые в его сторону. А во второй половине дня завыла сирена, оповещающая, что внешняя оборона прорвана неприятелем, и стало некогда отвлекаться на всякие глупости.       Оружейная находилась на втором этаже в правом крыле здания, и Итачи бежал именно туда, старательно контролируя дыхание и следя за обстановкой. Субботний день сыграл с защитниками дурную шутку: на базе находились наследники всех кланов, а также старики, уже отошедшие от дел. Сигнал тревоги позволил переправить их в отдельные, специально оборудованные помещения, но задержка могла обойтись очень дорого: комната с вооружением осталась практически беззащитной. Нет, там, конечно, стоял отряд, но он не был слишком большим и вряд ли был способен продержаться долго. Был ведь и короткий проход, Итачи помнил, но после смерти Минато кто-то завалил его каким-то барахлом, разобрать руки не доходили, а сейчас стало поздно и смертельно опасно.       Итачи преодолел очередной лестничный пролет и обернулся. За его спиной находилось сорок обученных воинов, в полной боевой выкладке, и сейчас сорок пар глаз преданно смотрели на своего командира в ожидании приказа. Всего сорок или целых сорок пока понятно не было: данные о количестве нападающих продолжали поступать с разных участков базы. Сволочи ломились со всех сторон, буквально высосав все свои силы и кинув в последний бой. Итачи не мог понять, как хладнокровная Мэй могла решиться на подобный шаг.       Коридор был завален трупами: в довольно-таки маленьком пространстве смогло уместиться не менее десяти тел. Было видно, что здесь шел бой, и отряд защитников оттеснили вглубь помещения. Разбираться с теми, кто лежал на полу – свой или чужой – времени не было, Итачи перешагнул через очередное тело и не глядя послал пулю в лоб зашевелившемуся на полу человеку. Снова перейдя на бег, он преодолел еще две развилки, когда, наконец, услышал очередь выстрелов. По мысленным прикидкам нападающие рвали последний заслон.       Время перешло в цейтнот: сорвать чеку с гранаты, бросить в гущу людей, сесть на пол и закрыть уши. Глаза не закрывать, не до сантиментов. Услышать три хлопка – кто-то последовал его примеру. Обождать три секунды после взрывов и броситься в толпу, понадеявшись на их замешательство и растерянность. Двигаться, двигаться, двигаться, и чем быстрее – тем лучше. Не дать прийти в себя, спрятаться за ящиками или усилить прорыв в сторону закрытых дверей, тогда смерть всем присутствующим, без вариантов. Выстрелить в упор, ударить кого-то в висок прикладом, свернуть шею.       Глаза заливает то ли потом, то ли кровью, но это не слишком важно. Азарт захватывает, в крови кипит адреналин, но схватка только началась, и нападающие дорого продают свои жизни. Итачи наплевать. Ему кажется, что в него сейчас вселился бог смерти, соскучившийся по крови и мясу, и он дает выход сидящим внутри демонам. Куда-то бежит, попутно отдавая приказы, в кого-то стреляет, глохнет от криков и наслаждается этими моментами. Итачи кажется, что он родился не в то время: ему гораздо больше бы подошел не деловой костюм и паркер, а полный доспех, конь под седлом и добротный меч. Он упивается своей ролью.       Вычистить пространство вокруг оружейки, подхватить ящики и двинуться в обратном направлении. Прорваться с боем к центру, разместить людей, раздать оружие и обратно в бой. Тремя линиями, на зачистку базы в форме трехлучовой звезды. По-хорошему надо было остаться в центре и руководить рукавами, но молодая кровь гнала вперед. Остановился только на секунду: проверить, как дела у полевого госпиталя под предводительством Цунаде, который продолжает получать раненых, да назначить Сарутоби за старшего, следить за происходящим на мониторах.       Нацепил наушник-рацию и снова побежал. В ухе жужжало, Итачи слышал слегка взволнованный голос оператора, передающий указания, и корректировал свои передвижения. Коридор, коридор, стены, заляпанные кровью, как в каком-то дешёвом ужастике, скользкий пол. Раньше парень участвовал в таких учениях неоднократно: Минато не давал расслабляться никому и регулярно проводил проверки. Опять Минато. Хотелось вырезать всех, кто пришел сегодня в его дом, а ночью навестить Мэй с ответным подарком. Хотелось показать, что он достоин занимаемой должности, что сможет вытащить своих людей, что стоит чего-то и как начальник, и как мужчина.       Итачи остановился, повел рукой по выщербленной выстрелами стене, выдохнул. Досчитал до пятнадцати и продолжил движение, зная, что за ним идут. Всегда главное, чтобы кто-то был впереди, тогда стонут, но продолжают идти, продолжают стремиться и геройствовать. У мужчин это в генах. Последний круг, снаружи уже подошла подмога, отозванная со своих точек, осталось окружить и дожать. Зажал бок, оцарапанный обломком камня, свалившегося с потолка – синяк, не более, хоть и дышать трудно – вперед. На амбразуры.

***

      Цунаде стянула перчатки и бросила использованный инвентарь в мусорное ведро, стоящее рядом с каталкой. Этот последний, на сегодня можно и отдохнуть. Женщина не помнила, когда в последний раз проводила такое количество операций, вполне может статься, что никогда: она не была практикующим врачом хирургом, предпочитая специализироваться в иной области. Хотя знаниями конечно обладала, как и определенным опытом – для исследований ей нужен был живой материал. Но на сегодня достаточно, тяжелых больше нет, а с остальными ее команда справиться и без нее.       Блондинка скинула маску, халат, умылась. Мандраж потихоньку отступал, сменяясь чувством глубокого удовлетворения. Она справилась, они все справились – кто бы мог подумать, количество нападающих превышало число защитников вдвое, но в живых не ушел никто. Младший Учиха, ставший Хокаге, показал себя замечательным командиром, заняв именно ту позицию, на которой был незаменим, а на руководящие должности оставив самых опытных. Молодец. Или дурак, тут как посмотреть: себя-то осмотреть не дал.       Мэй тоже красотка, получила, значит, письмо, да отреагировала как нужно. Цунаде улыбнулась. Все шло по плану.

***

      Итачи прижал лед к шишке на голове и постарался усесться поудобнее – бок продолжал болеть. В зале творился хаос, который остановить не представлялось возможным: люди кричали, требовали чего-то, Инузука заявляли, что уже собирают вещи. Несмотря на то, что нападение отбили, а Наруто принесла новости о заключении союза, в воздухе продолжал витать запах страха. Хокаге предложил сделать ответную вылазку, но главы кланов энтузиазма не проявили. Лишь Сенджу, Нара и Яманака заявили, что готовы отправить людей. Сил на споры не осталось.       Внезапно у Наруто зазвонил телефон. Девушка внимательно выслушала невидимого собеседника, оскалилась в хищной усмешке и встала.       - Тишина! Тихо, я сказала! Особняк Хьюга разрушен. Выживших нет. Ну что, господа, кто еще хочет поиграть в самостоятельность?