История двух хоббитов

- Пооожжжааалуйста, - буквально прошептал Пиппин, подняв красные от слез глаза. – Помогите ему. Конечно, Торину очень не нравилась вся сложившаяся ситуация, но и бросить умирающего полурослика он никак не мог. Не смотря на грубость и суровость, он всегда был благородным воином и справедливым предводителем. - Балин! Оин! – сказал он двум самым старшим членам своего отряда. – Найдите ему свободное место в лагере и промойте рану! Двалин! Кили! Фили! – перевел строгий взгляд на племянников. – Сходите на разведку! Нужно убедиться в том, что за этим хоббитом никто не гнался! После этих слов узбад снова посмотрел на Брендибака. «Его появление тут точно неслучайно, - мелькнуло в голове гнома, - ведь не мог же он сам себя до такого состояния довести». Двалин, взяв в руки свой тяжелый топор, быстро дал знак Кили и Фили идти за ним. Блондин вынул меч, а темноволосый юноша приготовил лук. Они должны бать наготове, если вдруг рядом окажутся орки. - У нас нет свободного места, - вздохнул Балин, аккуратно вместе с Оином поднимая Мериадока с земли. - Возьмите мое! – тут же произнес Тук. – Я все равно сейчас уснуть не смогу. Я сам буду за ним ухаживать. - Хорошо, мальчик мой, но все равно постарайся сильно не переживать. Думаю, что с ним все будет в порядке. - Очень надеюсь, ведь это не просто мой кузен, он еще и мой лучший друг. Старший сын Фундина бросил тревожный взгляд на Дубощита, понимая, что у Торина могут появиться весомые причины для того, чтобы отказаться от услуг взломщика, ведь одним из пунктов договора было четко указанно, что нельзя разглашать информацию о походе и его участниках другим лицам, даже своим родственникам и друзьям. Король-под-Горой внимательно проследил за тем, как нежданного гостя перенесли к спальному мешку Пиппина, и старый лекарь Оин сразу же попросил принести ему теплой воды и чистую тряпку, а также его сумку с лекарствами. Уставшего Счастливца отвели к остальным пони, но лошадка постоянно поглядывала в сторону хозяина. - Бофур! Бомбур! – Торин позвал поваров отряда. – У нас еще осталось что-то после ужина? - Да, - кивнул в ответ гном в забавной шапке-ушанке. – Думаю, что как раз на одну порцию и хватит. - Хорошо. Если этот полурослик вдруг придет в себя, подогрейте ему остатки, чтобы не голодал. Перегрин, посмотрев на Дубощита, едва заметно улыбнулся. «А Кили и Фили были правы, - мелькнуло в мыслях маленького взломщика. – Он действительно не такой плохой, каким может показаться на первый взгляд. В нужный момент Торин обязательно придет на помощь нуждающемуся. За это ему большое спасибо». - Ну как он? – поинтересовался Перегрин, присаживаясь рядом с братом. - У него довольно серьезная рана на лбу, - печально покачал головой Оин, аккуратными движениями смывая засохшую кровь с лица Брендибака. – Скорей всего, он упал с пони и обо что-то сильно ударился. - Это невозможно, - сразу же возразил Тук. – Я не верю в это. Мерри отличный наездник. Сам бы он никогда не упал с лошади, особенно с Счастливца. Уверен, его что-то напугало, но что. Неужели орки? - Сложно сказать, - вздохнул рядом стоящий Балин, который также переживал за состояние хоббита. – Нужно дождаться, когда он придет в себя. Тогда и узнаем, что именно произошло. Думаю, он все расскажет. Король-под-Горой в этот момент оставался стоять на месте, ожидая возвращения своих разведчиков. Нужно быть готовым к тому, что рядом с лагерем могут оказаться орки. Тогда сражения точно не избежать. После нападения Смауга на Эребор молодой наследник не раз и не два встречался с этими тварями. Он научился бороться против них и не бояться, но сейчас он был не один. Очень не хотелось бы, чтобы с начала путешествия уже были жертвы. Тут из темноты показалась внушительная фигура сурового воина. Следом за ним вышли и племянники Дубощита. - Никого, - спокойно произнес Двалин, подойдя к Торину. – Если этого босоного кто-то и преследовал, то он отстал, - облокотился на свой топор. – Все равно его надо потом расспросить и узнать, как это его так угораздило. - Согласен, - кивнул Король-под-Горой. – Но меня больше тревожит, как этот полурослик вообще тут оказался? - Есть подозрения, что товарищ Тук мог рассказать ему про наш поход? - Да, есть. Тем более, он сам сознался, что это его кузен и друг. В любом случае, я это так не оставлю, - посмотрел в сторону племянников, которые выглядели довольно бодро. – Кили! Фили! Вы сегодня первые в дозоре! Также Дубощиту захотелось поговорить и с Гэндальфом, чтобы высказать ему все, что он думает о сложившейся ситуации. Волшебник с такой уверенностью говорил о Перегрине Туке как о честном хоббите, который умеет держать язык за зубами, что ты поневоле начинаешь верить. Сейчас же появился повод в этом усомниться. Поэтому Король-под-Горой дал знак Серому Магу подойти к нему. - Судя по твоему взгляду, ты хочешь завести не самый приятный разговор, - вздохнул Гэндальф, подойдя к Торину. – Я так понимаю, тебя не оставляет в покое вопрос, как мистер Брендибак нашел наш лагерь? - Верно, - скрестил руки на груди Дубощит. – Случайно он тут точно оказаться не мог, - бросил укоризненный взгляд на Пиппина. – Полагаю, что твой честный вор Тук сам ему рассказал о походе к Одинокой Горе. - Брось, Торин, - улыбнулся волшебник. – Я очень хорошо знаю Перегрина, и он не стал бы этого делать. Тем более, я с ним на эту тему уже говорил. Он действительно никому ничего не сказал. Я же вижу, когда мне говорят правду, а когда – ложь. Поверь, твоему взломщику нечего скрывать. - Тогда как ты объяснишь мне появление здесь его кузена? Мимо проходил? - Не знаю. Возможно, он мог случайно увидеть или подслушать. - Тогда зачем он вообще пришел? Его это не касается, и договора я с ним не заключал! - Я понимаю тебя, но нужно к этому спокойнее отнестись. Перегрин Тук и Мериадок Брендибак друзья с детства. Они очень привязаны друг к другу. Не разлей вода, как говорят в таких случаях. - Мне все равно, какие у них отношения, Гэндальф, - с некоторой тоской произнес Торин. – У каждого из нас в жизни наступают моменты, когда мы должны расстаться с кем-то из наших близких или друзей. Это неизбежно. Мне пришлось расстаться с дедом, отцом, братом, сестрой, которую я не вижу годами. Скольких друзей я потерял за всю свою жизнь. И не сосчитать. Думаешь, мне это легко дается? Нет… Это очень сложно. Понимаешь? Очень… Серый Маг увидел боль и тоску по прошлому в синих глазах предводителя отряда, и ему стало жалко гнома, которому столько всего пришлось пережить в этой жизни. Отсюда и такой его скверный и порою невыносимый характер. Пожалуй, Торин Дубощит самая странная и противоречивая личность из всех, кого довелось встретить волшебнику на своем пути. В нем живут разные чувства – положительные и отрицательные, и они борются друг с другом, доставляя боль и мучения своему хозяину. Глядя на Торина, невозможно сказать, что в нем сильнее, и никто этого не скажет. Даже сам Торин. Поэтому он и бывает таким разным. Однако не всякий к такому сможет привыкнуть. - В любом случае, я не собираюсь терпеть в своем отряде еще одного полурослика, - уверенно заявил Дубощит. - Ну ты же не выгонишь его сейчас, когда он еще так слаб? Кругом могут быть орки. Он не дойдет до Шира живым. Король-под-Горой прикусил язык, так как Серый Чародей был прав. Как ни крути, но бросить раненного на произвол судьбы он никак не мог. Стоять на месте тоже нельзя. «Проклятые полурослики, - подумал гном, сжав руку в кулак. – Свалились на мою голову. Зачем я только согласился взять в отряд этого Тука?» - Проводи ты его до земель хоббитов, - наконец-то попросил он старца, которому совсем не нравилось поведение упрямого узбада. – А там, думаю, он уже сам доберется до своей норы. - Торин, если Мериадок не захочет возвращаться, я не смогу его силой вести, ведь он не просто так здесь. Взгляд гнома стал еще угрюмее. Дубощит чувствовал себя так, словно его подставили, выставили на позор. - Ладно, - выпрямился Гэндальф и посмотрел в сторону полуросликов. – Я попробую что-нибудь придумать. - Но если Перегрин Тук все же рассказал своему кузену о нашем походе, я вынужден буду разорвать наш с ним контракт. Как я ему после этого буду доверять? Возвращение к Одинокой Горе слишком важно для меня. - Поверь мне, - и маг улыбнулся, - этого не случиться. Поговори с ними вначале, а потом уже принимай решение. - Хорошо, договорились, - вздохнул в ответ Торин, - но это касается только взломщика, а не его брата. Мистеру Брендибаку все равно придется оставить мой отряд, хочет он этого или нет. Старый лекарь аккуратно обработал и перевязал рану на лбу Мерри, а также полностью осмотрел своего пациента. Все это время рядом находились Пиппин и Балин. Остальные гномы близко пока не подходили. - Других серьезных повреждений я у него не обнаружил, - Оин заботливо укрыл раненного хоббита теплым одеялом. – Есть еще пара ушибов на спине, которые он, скорей всего, получил при падении с пони, но позвоночник вроде бы цел. Также осталось небольшое повреждение на груди, но оно не опасное. - А он скоро придет в себя? – с тревогой спросил взломщик, который до сих пор очень переживал за кузена. - Сложно сказать, - пожал плечами гном. – Сейчас ему необходим хороший отдых, чтобы набраться сил. Позовите меня, если он вдруг придет в себя. На самом деле этому парню еще очень повезло, ведь могло быть и хуже. Оин был слабослышащим и постоянно при разговоре держал у уха слуховую трубку, хотя с трудом верилось, что она действительно ему помогает. Пиппин хоть и чувствовал усталость, он все равно решил, что останется приглядывать за Мерри до самого утра. Отговаривать его не стали. Ночь прошла достаточно спокойно. Не продержавшись и двух часов, молодой Тук все же задремал, а оставшиеся в дозоре племянники Короля-под-Горой принесли ему спальный мешок Фили, чтобы полурослик совсем не замерз. Орки так и не появились. К утру, облокотившись друг на друга, братья-гномы стояли с закрытыми глазами. - Я вам сто раз говорил, - тут в уши ворвался суровый голос наставника, от чего дозорные буквально подскочили, - если вы не можете продолжать сторожить лагерь, значит, попросите другого. Нельзя так рисковать. - Хорошо, хорошо, - покраснев, поднял руки темноволосый лучник. – Случайно получилось. - Случайно, - сильнее нахмурил брови Двалин. – В следующий раз можно случайно лишиться головы. Мериадок, почувствовав на лице первые лучи утреннего солнца, приоткрыл глаза и попытался осмотреться. «Где это я? – сразу же замелькали вопросы в голове. – Что произошло? Неужели я жив?» Медленно приподнявшись на локте, он увидел рядом спящего кузена и недалеко от него потухший костер. Рана на лбу неприятно заболела, но хоббит даже не обратил на это внимания. Главное – он нашел того, кого искал. На душе стало спокойнее. - Пиппин, – улыбнулся он и аккуратно коснулся рукой плеча Тука. – Слава богу, ты тоже жив. Мы оба живы. Не удивительно, что Брендибак был так счастлив, ведь еще прошлым вечером он видел орков – этих жестоких тварей с их предводителем Азогом, хотя… может быть это и не Азог был вовсе, но это уже не так важно. В памяти осталась оторванная голова мужчины, и Мериадок даже мысленно не мог себе представить, что что-то похожее могло произойти и с его кузеном. Сейчас же Перегрин перед ним, и с ним все в порядке. Он жив. С этими мыслями раненный хоббит поднял взгляд и еще раз осмотрелся. Будить брата пока не хотелось, а встать на ноги не хватало сил. Однако в тишине долго быть не пришлось. К ним приближались… гномы, от чего Мерри против своей воли напрягся. Он не доверял этому народу, особенно после того, что вспомнил из слов торговца. - Привет, дружок, - присел рядом Оин. – Ну как твое самочувствие? Ничего не болит? Брендибак почувствовал себя очень неуверенно. Ему всегда казалось, что гномы грубы и даже опасны, а сейчас появился серьезный повод попробовать поменять свое мнение. Сглотнув, хоббит отрицательно помотал головой. - Мерри, - неожиданно послышался такой родной голос, а через мгновение раненный уже оказался в крепких объятиях. – Я так рад, что с тобой все в порядке. Что с тобой произошло? Как ты тут вообще оказался? - Хороший вопрос, - скрестил на груди только что подошедший Двалин. – И правда, как? Перегрин быстро отпустил брата и поднялся на ноги, ища глазами предводителя отряда. Он подозревал, что сейчас достанется им обоим. Торин не заставил себя долго ждать. В сопровождении Гэндальфа Дубощит приблизился к взволнованному Мерри и внимательно осмотрел его. Этот хоббит выглядел немного старше Тука. - Как я вижу, вы и без меня услышали основной вопрос, Мериадок Брендибак, - спокойно произнес Король-под-Горой, - но, пожалуй, я его все же повторю. Почему вы сейчас здесь? Раненный хоббит попытался подняться на ноги, но тут же почувствовал головокружение и боль. - Не торопись с этим, - попросил Оин и, вздохнув, посмотрел на узбада. – Может, лучше чуть позже поговоришь с ним? Посмотри, он еще слаб. Ему нельзя сейчас волноваться. Торин нахмурился, мысленно соглашаясь с лекарем, но все же ему хотелось как можно скорее узнать, каким образом этот полурослик оказался в его лагере? Как он узнал о них? Если здесь есть вина Тука, то… - Все в порядке, - улыбнулся Мерри старому гному и тут же перевел уверенный взгляд на Короля-под-Горой, уже четко осознавая, кто именно перед ним стоит. – Я вполне и сейчас могу ответить на вопрос вашего предводителя. Дубощит удивленно выгнул бровь. А этот парень явно не трус, и пришел он сюда не случайно. Похоже, он действительно знал о походе к Одинокой Горе. Нависла тишина. Перегрин мысленно стал надеяться, что брат не начнет делать глупостей, а иначе придется защищать его от разгневанного узбада. - Хорошо, мистер Брендибак, я вас слушаю, - скрестил руки на груди Торин. – Мне очень интересно. - Я действительно шел за твоим отрядом, - Мериадок закрыл глаза, понимая, что лучше ему сразу всю правду рассказать, а иначе потом будет только хуже. – И я знаю, кто ты,… Торин Дубощит. - Мерри? – побледнел Пиппин. – Что ты такое говоришь? Откуда ты это можешь знать? Король-под-Горой сильнее нахмурил брови, стараясь сдерживать внезапно нахлынувший на него гнев. Тем более, рядом стоял Гэндальф, который уж точно не позволит обижать этих босоногих из Шира. И вообще, как можно поднимать руку на того, кто еще слаб и ранен? С другой стороны, похоже, подозрения оправдались. - Хороший вопрос, мастер вор, - и узбад перевел взгляд на Тука. – Но его я сейчас переадресую вам. - Что? – вздрогнул Перегрин. – Но я ему ничего не рассказывал – ни про поход, ни про Одинокую Гору. Я бы и не смог, ведь Гэндальф до встречи с гномами мне не сообщал подробностей, - посмотрел на волшебника. – Ведь так? - Торин, он говорит правду, - тут же вмешался Серый Чародей. – Не обвиняй его раньше времени. - Тогда откуда ему, - и Дубощит указал на раненного полурослика, - известно мое имя? Говори! Узбад шагнул в сторону Мерри, который почувствовал, что ему становится страшно. Этот гном действительно может быть опасен. Тут между ними встал Оин, который все же решил вступиться за своего пациента. - Перестань, - попросил старый лекарь. – Что ты делаешь? Он и так уже напуган. Успокойся, пожалуйста. В этот момент Балин тоже был готов вмешаться, так как Торин уже начинал перегибать палку. - Я не испугался, - тут сказал Брендибак. – А имя твое я узнал от торговца картами. Помнишь его, Пиппин? Ты еще спросил, о чем мы с ним говорили, - посмотрел на изумленного кузена. – Тогда я сказал тебе неправду. Он рассказал мне историю об Эреборе и драконе Смауге, который разрушил Дейл и захватил золото Одинокой Горы, - снова перевел взгляд на не менее удивленного, чем Тук, Дубощита, чувствуя, как уверенность потихоньку к нему возвращается. – Я так понимаю, теперь ты хочешь вернуть себе свое королевство, но… - Мерри, остановись! Так ты только хуже самому себе сделаешь, - и Тук встал рядом с Оином, взволнованно посмотрев на предводителя отряда. – Торин, можно я сам вначале с ним поговорю? Пожалуйста. В этот момент ненависть неожиданно вновь нахлынула на Брендибака. Похоже, все, что он слышал от торговца – это действительно правда, а Король-под-Горой готов принести в жертву его брата во имя возвращения гномам Эребора. Вот алчная эгоистичная скотина, которая думает только о себе! Болван Тук сам не понимает, с кем связался. Судя по взгляду узбада, он заметил в глазах раненного полурослика гнев и ярость. В принципе, Дубощит уже подозоревал, за что этот хоббит, которого он до этого никогда не видел, может его ненавидеть. Очевидно, защищает кузена. С одной стороны, мистера Брендибака можно было понять. Он беспокоится и переживает за родственника. Тем не менее, это не его дело. Перегрина Тука предупреждали об опасностях, и о драконе он тоже прекрасно знает. Он знал, что подписывает и на что идет. Ему не угрожали и силой не принуждали. - Торин, - взломщик умоляюще посмотрел на Короля-под-Горой, - дай мне с ним поговорить и все объяснить. - Хорошо, - недовольно кивнул Дубощит, - но недолго. А ваше появление, мистер Брендибак, поставило меня в очень неудобное положение. Надеюсь, вы это понимаете? - Я понимаю, - спокойно ответил Мерри, почему-то даже не почувствовав своей вины перед гномами. Когда все отошли, а рядом остался лишь Пиппин, Мерри глубоко вздохнул и коснулся рукой бинта на лбу. - Прости меня, брат, - тяжело сказал он, посмотрев на собеседника, - но у меня не было другого выхода. Вначале я хотел смириться с тем, что ты отправился в поход с гномами, однако потом неожиданно вспомнил разговор с тем торговцем. Он-то мне и рассказал историю о Короле-под-Горой. Я… я… я испугался за тебя. - Испугался чего? Как ты вообще узнал о том, что я отправился в поход с Торином Дубощитом? - Я сам видел вашу встречу. - Ты что следил за мной? – по-детски нахмурился взломщик, что сделало его совсем несерьезным. - Так получилось. Ты прости меня за это. Вначале я подумал, что это твое решение, и не хотел вмешиваться, но потом вспомнил слова того мужчины, который мне продал карты. - Что же он тебе такого сказал? – не понял Тук, бросив взгляд на Дубощита, который в этот момент стоял в стороне и разговаривал о чем-то с Гэндальфом, Балином и Двалином. – Это как-то касается Торина? - Да. Это действительно очень не простой гном. Это внук Трора – короля, который когда-то правил Эребором. Сейчас же он намерен вернуть свое потерянное королевство, свое золото, захваченное… - Драконом Смаугом, - неожиданно перебил Перегрин, чем и удивил своего собеседника. - Так тебе о нем уже говорили? – спросил Мериадок. – Ты знаешь о драконе? - Да. Гномы меня предупредили об этом. Мерри, я понимаю твое волнение, но я хочу продолжить этот поход с гномами. Пожалуйста, не пытайся меня отговорить. Брендибак прикусил губу. Он даже и не знал, как продолжать разговор. Меньше всего ему хотелось вновь поругаться с кузеном. Тем не менее, отпускать его к Одинокой Горе было очень опасно. Оставался еще один вариант – идти вместе, но Торин явно будет против такого. Второй хоббит станет лишним в отряде гномов. - Я думаю, теперь мы не можем просто так этого босоного отправить домой, - недовольно произнес Двалин, опираясь на свой топор. – Он слишком много знает. Еще сболтнет не тому, кому надо. - А что ты тогда предлагаешь? – нервно ответил Король-под-Горой. – Тащить его до самого Эребора? - Можно, - вздохнул Балин, которому искренне было жалко мистера Брендибака, – ведь вряд ли он захочет оставить своего брата. Мериадок ради него сюда пришел. Почему бы им вместе не быть с отрядом? - И доставлять нам новые неприятности? – резко ответил Торин, стараясь подавить в себе весь негатив и раздражение, которые с утра были для него головной болью. – А если с ним что-нибудь случится, мне за него нести ответственность? Хватит с меня и взломщика Тука, который даже верхом ездить толком не умеет. Гэндальф внимательно слушал разговор трех гномов, и тут ему в голову пришла довольно интересная мысль. - Я думаю, что выход найдется из любой ситуации, - улыбнулся волшебник, глядя на недовольного Дубощита. – Предлагаю довести Мериадока Брендибака до Ривенделла. Я думаю, ему понравится в гостях у эльфов. Тут в синих глазах узбада вновь вспыхнул огонь ненависти. Ему было все равно, Трандуил или Элронд – все они эти остроухие, с которыми не хотелось иметь ничего общего, и уж, тем более, обращаться к ним за помощью. - В таком случае, - сурово произнес Король-под-Горой, - ты сам его туда отведешь, а я ни за что не вступлю на землю эльфов – этих предателей и эгоистов. И остальные гномы этого не сделают. - Зря ты так говоришь, - печально покачал головой Гэндальф. – Лорд Элронд мог бы помочь тебе расшифровать карту Эребора. У него достаточно знаний для этого. Опираясь на свое мнение, ты сделаешь только хуже отряду. - Я сам знаю, что лучше, а что хуже для моего отряда. И я против того, чтобы второй хоббит продолжал путь к Эребору, - указал на Мерри, который все еще был слаб. – Пятнадцатый лишний. - Хорошо, - укоризненно посмотрел на узбада волшебник. – Я сам отведу Мериадока к Элронду, как ты и хочешь. - Вот и все. Думаю, на этом разговор закончен. Я сам сообщу мистеру Брендибаку свое решение. В этот момент Бофур принес для раненного подогретые остатки вчерашнего ужина. - Вот, попробуй, - гном аккуратно протянул чашку Мерри. – Твоему брату вроде бы понравилось. Надеюсь, понравится и тебе. - Спасибо, - улыбнулся Мериадок и не стал отказываться от еды, чувствуя неприятную боль в желудке. Однако хоббит невольно поморщился, когда его взгляд упал на похлебку. На вид она больше напоминала то, что они давали своим свиньям, нежели то, что ставили на домашний стол. Тем не менее, обижать доброго повара он не хотел, да и учитывать надо, что они все-таки в походе. Поэтому Брендибак сразу же взялся за ложку. Кили и Фили, чтобы случайно не разозлить дядю, решили пока не подходить к полуросликам, хотя и горели желанием познакомиться с новичком поближе. Вместо этого они регулярно подавали знаки Перегрину, что все нормально. Взломщик отвечал им тем же, хотя и понимал, что, на самом деле, это не так. Он боялся решения Торина, который, закончив разговор с братьями Фундиными и волшебником, сразу же двинулся в их сторону. Что-то сейчас будет. - Мерри, - шепнул он кузену, и тот сразу поднял голову. – Вид у него не добрый. Мериадок почувствовал, как сильнее забилось сердце, ведь, скорей всего, его выгонят из отряда. - Итак, мистер Брендибак, - Король-под-Горой не отрывал пристального взгляда от раненного. – Я понимаю, что вы сюда пришли ради брата, но смею вам напомнить, что Перегрин Тук сам подписал договор без всякого принуждения и сам принял решение идти с нами. Вас же в поход никто не звал, и договора с вами не заключали. Поэтому, - тяжело вздохнул, понимая, что в глубине души ему все же жалко хоббита, - я прошу вас покинуть мой отряд. Кили неприятно было слушать это из уст своего дяди, и он уже приготовился вмешаться, как тут рядом стоящий Фили взял его за руку, чуть выше локтя. Голубоглазый блондин отрицательно помотал головой. Пиппин также был в шоке от услышанного. Неужели Торин выгонит его брата, когда он так еще слаб? Взломщик поднялся на ноги и попытался вступится за Мерри, но Дубощит, дав знак молчать, продолжил: - Разумеется, в таком состоянии я не могу отправить вас домой. Поэтому сейчас вы продолжаете путь с нами, но уже потом Гэндальф отведет вас в Ривенделл. Как он сам сказал, эльфы могут принять вас на неопределенный срок. Брендибак удивленно вскинул брови. Этот гном так легко решает за него, что можно делать, а что нет. - А если я не хочу оставаться в Ривенделле? – и хоббит отставил тарелку в сторону. – А если я хочу помогать? - А вот это уже не вам решать, мистер Брендибак. Предводитель здесь я, и решаю тоже я. Если не хотите оставаться у эльфов, значит, хоть сейчас отправляйтесь домой. Пятнадцатый лишний в этом отряде. - Торин, - расстроенно произнес Перегрин. – Неужели никак? - Нет, - Король-под-Горой перевел взгляд на взломщика. – Ваш брат должен покинуть мой отряд. Однако я не хочу чувствовать свою вину, если с ним вдруг что-нибудь случиться. В этом лесу могут быть разные твари. - Например, орки? – неожиданно сказал Мерри, собрав все силы и медленно поднявшись на ноги. – Да? В этот момент раненный полурослик почувствовал в себе новый прилив сил и желание показать, что он не так прост, каким его считают. Конечно, он был еще слаб, но не до такой степени, чтобы сидеть на месте и ничего не делать. Это не тот случай, чтобы можно было себе такое позволить. Даже от помощи Пиппина Мерри отказался. - Ты видел их? – шагнул вперед Двалин, которого хоббит не на шутку удивил. - Да, видел, господин гном. Несколько орков верхом на больших волках. - Варги, - пояснил Балин. – Эти волки называются варгами. - Хорошо, пусть будут варги, - пожал плечами Мериадок. – Но и это еще не все. Удивленный Дубощит в очередной раз выгнул бровь. Такого от полурослика он явно не ожидал. - Что же еще? – вдруг вмешался Гэндальф. - Я…, - и Мерри призадумался. Брендибак помнил слова торговца о том, как Торин отрубил руку Азогу Осквернителю. Действительно ли это тот самый орк? Тот, кого видел хоббит, идеально подходил под описание – большой бледный орк без левой руки. Есть ли смысл сейчас говорить об этом Королю-под-Горой? Какая у него будет реакция? Или может достаточно просто сказать про орков? Какая разница, что это были за орки? Главное, что они здесь, и они могут напасть на них. - Я видел, как они убили человека, - наконец-то выдавил из себя Мериадок. – И они двигались в сторону лагеря. - Но мы никого не нашли, - сказал Двалин. – Хотя прочесали здесь все. - Ну, значит, они могут прийти. - А вот тут я согласен, - кивнул Гэндальф. – Нам нельзя долго засиживаться. Торин покачал головой и, бросив недовольный взгляд вначале на Мерри, потом на Пиппина, сказал волшебнику: - Но ты помнишь, что мистер Брендибак идет с нами только до Ривенделла. - Я все прекрасно помню, - раздраженно ответил Серый Чародей. – И не стоит мне об этом напоминать. Первое время Мериадок все еще чувствовал неприятную боль и головокружения, но и жаловаться ему совсем не хотелось. Хоббит понимал, что и так доставил гномам дополнительные хлопоты, да и у Короля-под-Горой явно не было в планах брать в поход пятнадцатого участника. Тем не менее, когда дело касалось кузена, он уже не мог поступить иначе. Еще давно, когда Пиппину было всего пятнадцать, а Мерри – двадцать три, старший брат пообещал, что всегда будет заботиться о мальчишке Туке и следить, чтобы он не попадал в различные передряги. Сейчас же, спустя почти двадцать лет, они оба уже совершеннолетние хоббиты, а их дружба и любовь остается неизменной, и она сильнее страха перед любой опасностью и неизвестностью. Возможно, именно из-за Перегрина Мериадок чувствовал, что ему не сорок, а где-то тридцать пять или даже меньше. Конечно, остальные жители Шира считали это не совсем правильным, но и силой его ни к чему не принуждали. Правда, в последнее время Мерри все больше и больше стал напоминать взрослого домашнего хоббита с новыми интересами и увлечениями, и казалось, что все встанет на круги своя, однако недавно произошедшие события вновь перевернули скучную жизнь с ног на голову, и снова во всем виноват Пиппин. Даже и не знаешь, что лучше – ругать или благодарить. С другой стороны, мистер Брендибак неожиданно понял, что его детская мечта – увидеть мир, отправиться в настоящее приключение – все еще жива. Да, она задремала, но со вчерашнего дня она вдруг взяла и вновь проснулась, и это несмотря на то, что ему угрожала смертельная опасность. С разными мыслями о прошлом, настоящем и будущем, Мериадок быстро отряхнул свой сюртук и штаны и направился к Счастливцу, который, завидев любимого хозяина, сразу же весело заржал. - Привет, - хоббит коснулся морды довольного пони. – Ну что, волновался за меня? Я тоже за тебя переживал. Лошадка обнюхала полурослика и, поняв, что у него нет ничего вкусненького, легонько толкнула его в бок. - Ну, ну, - засмеялся мистер Брендибак. – Не наглей. - Вот, - тут сзади подошел Перегрин и протянул красное яблочко. – Его мне еще вчера дал Бофур. Держи. Протянул Счастливцу, но тот недовольно фыркнул и отвернул голову. - Ты чего? – удивился взломщик. – Неужели все еще сердишься на меня? Ну же? Но пони так и не захотел брать лакомство из рук Пиппина, который на это даже обиделся и передал яблоко брату. - Попробуй ты, хотя я ни в чем перед ним не провинился. - Наверное, он думает, что это из-за тебя я здесь, – Мериадок, вздохнув, с тревогой посмотрел в горизонт. – В принципе, Счастливец прав. Я действительно приехал ради того, чтобы тебя предупредить. Я испугался, что… - И зря, - перебил Тук, нахмурившись. – О чем ты хотел меня предупредить? О драконе? - И это тоже, но все же, главное ни это. - А что же? Ты так выглядишь, словно что-то от меня скрываешь. Что? - Ну, - Мерри протянул яблоко пони, который сразу же принял угощение. – Боюсь, тебе не очень понравится то, что я сейчас скажу, но, знай, с гномами все-таки надо быть осторожнее. Они совсем не такие, как мы – хоббиты. Это очень сложный народ, и дружбу с ними заводить небезопасно. Надеюсь, ты меня понимаешь. - Я тебя понимаю, но вдруг ты ошибаешься? Ты же их совсем еще не знаешь. - Вот это меня и волнует. Мы оба их плохо знаем, чтобы сразу так им доверять. - А я уверен, что Кили и Фили, то есть племянники Торина, совсем не такие. Они очень дружелюбные и веселые. - В путь! – тут послышался уверенный голос предводителя отряда. – Перегрин Тук и Мериадок Брендибак, постарайтесь не отставать! - Хорошо! – ответил взломщик. – Тебе помочь? Как самочувствие? - Нормально, - улыбнулся Мерри и довольно легко сел на Счастливца. – Я справлюсь, - и тут же тихо, сам себе, сказал, - и я очень надеюсь, что я все-таки ошибаюсь. Боль в спине еще чувствовалась, но головокружение прошло, да и рана на лбу практически не беспокоила. Почему орки так и не напали на лагерь? Этот вопрос тревожил Брендибака почти весь день. К сожалению, он не мог понять, о чем именно они говорили, но это явно не просто так. Эти страшные существа что-то замышляют, а тот, что самый большой на белом варге – вдруг это действительно тот самый Осквернитель, который намерен истребить всех потомков Дурина? Если да, то рано или поздно он все равно даст о себе знать. Тем не менее, говорить сейчас об этом Торину совсем не хотелось. Этот гном действительно какой-то непредсказуемый, и мало ли как он мог отреагировать на слова хоббита о том, что тот якобы видел Азога. Скорее бы снова накричал на Мерри. Зачем все усложнять? Поэтому Брендибак и решил молчать. Можно, конечно, попробовать сказать это перед тем, как отправиться к эльфам, но… Ладно, хватит с Дубощита и того, что он знает сейчас. Большего ему и не нужно. С другой стороны, было тревожно за Перегрина. Мериадок понимал, что, скорей всего, ему придется отпустить кузена к Одинокой Горе. «Все-таки ты болван, Тук, - подумал он, наблюдая, как Пиппин активно общается с Фили и Кили. – Ты редко прислушивался к тому, что я тебе говорил, и всегда делал все по-своему. Я хотел тебя предупредить об опасности, и я это сделал. Дальше ты уже сам все решай. Если хочешь отправиться дальше в путь вместе с гномами, то, конечно, иди. Я не имею права тебя силой удерживать». С такими мыслями мистер Брендибак поднял взгляд и заметил, что небо потихоньку стали затягивать тяжелые тучи с востока. Ветер стал сильнее и холоднее. Похоже, приближался дождь. Поэтому Мерри порадовался, что прихватил с собой плащ. - Пиппин! – позвал брата, который продолжал рассказывать племянникам Дубощита особенности жизни в Шире. Кили и Фили с неподдельным интересом слушали всякие разные истории про хоббитов и их традиции, правда, в исполнении Тука все выглядело немного приукрашенным. Мериадок поравнялся с пони кузена. - Пиппин, - положил руку на плечо взломщика. – Если ты не заметил, погода начинает портиться. Скоро может пойти дождь. Ты же взял с собой плащ с капюшоном? Взял? - Эм, - и Тук бросил задумчивый взгляд в сторону своей сумки. – Кажется, нет. Торопился и забыл. - Ну я так и знал, - печально покачал головой Мерри. – Тоже мне путешественник выискался. Возьмешь тогда мой. - А как же ты? – удивился Перегрин. – Заболеть что ли хочешь? А как же твоя рана на лбу? Она ведь промокнет. - Не волнуйся за меня, - и Брендибак вынул из сумки плащ. – Держи, - протянул кузену и улыбнулся. – Если хочешь продолжать путь к Одинокой Горе, ты должен следить за своим здоровьем. Держи и не вздумай отказываться. - Спасибо, - покраснел Тук и все же принял плащ. – Может, спросишь у гномов запасной? - Не обязательно, да и вряд ли он у них будет. Племянники Короля-под-Горой с интересом наблюдали за хоббитами. - Знаешь, - задумчиво произнес Кили, - а этот мистер Брендибак порою мне напоминает тебя. Ты вот точно также: а Кили это, а Кили то и так далее. Разве не так? - Так, - спокойно кивнул в ответ Фили. – И это нормально, ведь ты мой младший брат, а для Мерри – это Пиппин. Кстати, - посмотрел, как серые тучи закрыли собой последние островки чистого неба, - похоже, что дождь действительно будет. Предложу-ка я Мериадоку свой плащ. Мы гномы – народ выносливый. Не получив возражений со стороны брата, голубоглазый блондин подъехал ближе к полуросликам. - Послушай, - Фили посмотрел в сторону удивленного Мерри. – Погода начинает портиться, а ты отдал свой плащ Пиппину. Не забывай, что у тебя еще раны, которые нельзя мочить. Поэтому предлагаю тебе взять мой. Брендибак изумленно вскинул брови, так как не ожидал такой заботы со стороны незнакомого гнома, который совсем не походил на эгоиста. Похоже, Перегрин все-таки был прав – не надо делать поспешных выводов о тех, кого совсем еще не знаешь. С другой стороны, вряд ли они хорошо успеют познакомиться, ведь его выгоняют из отряда. В принципе, Дубощита тоже можно понять. У него были свои планы и расчеты в этом походе, и второй полурослик в них никак не вписывался. Поэтому лучше отказаться от плаща, который предлагал ему Фили. - Нет, спасибо, - улыбнулся в ответ раненный хоббит. – Это уже лишнее. Я что-нибудь придумаю. К тому же, вряд ли вашему предводителю может такое понравиться. Фили слегка нахмурился, очевидно, мысленно не соглашаясь с мистером Брендибаком, но и настаивать он не стал. Все в отряде прекрасно понимали, что у Мериадока остались далеко не самые лучшие впечатления от знакомства с Торином, да и товарищ взломщик до сих пор побаивался его. Все-таки Король-под-Горой перегибал палку в отношениях с другими народами, даже тогда, когда они этого не заслуживали. Не задерживаясь долго подле брата, Перегрин снова вернулся к общению с Кили и Фили. Они вечно о чем-то перешептывались и смеялись. Все шло к тому, что племянники Дубощита и маленький взломщик могут стать хорошими друзьями. В принципе, Мерри был не против, лишь бы потом Пиппину не пришлось сильно в них разочароваться. Узбад тоже не вмешивался в разговоры молодых. Постоянно держась впереди всего отряда, Торин то и дело разговаривал с Балином, изредка бросая взгляд назад, в том числе и на обоих полуросликов. - Похоже, что Кили и Фили подружились с нашим взломщиком, - улыбнулся старый гном. - Да, - кивнул Дубощит. – Я вижу. Тем не менее, нельзя забывать о том, что должен сделать мистер Тук. Вероятность того, что полурослик вернется от дракона живым не так уж и велика, и я не хочу, чтобы племянники потом обвинили меня в бессердечности и жестокости. Думаю, что с Кили и Фили нужно будет поговорить. - И чем мягче, тем лучше, - согласился старший сын Фундина. – Если хочешь, я сам могу это сделать. - Хорошо, Балин, - и Дубощит с благодарностью посмотрел на старого собеседника, - но сделать это надо после того, как Мериадок Брендибак покинет наш отряд. - Согласен. Так было бы разумнее. Разговаривали они не громко, и никто из других членов отряда их больше не слышал. Погода продолжала ухудшаться. Тучи потяжелели, холодный ветер усилился, и вскоре путники почувствовали на лицах первые капли дождя. Гномы сразу же достали свои плащи. Перегрин же виновато посмотрел на кузена. - Давай одевай, - махнул ему Брендибак. – Я переживу. Однако прикрыться от дождя Мерри действительно было больше не чем. Хоббиту даже стало не по себе. - Мериадок Брендибак, - тут с пони Мерри поравнялась лошадь Гэндальфа. – И что же ты так себя не любишь? - Прости, - отозвался уже неплохо промокший полурослик. – Я отдал свой плащ Пиппину. - Тебе незачем извиняться передо мной, мой дорогой, - и тут волшебник вынул из своей сумки что-то вроде накидки. – Держи, - протянул Брендибаку, - она может защитить от воды и холода. Хватит тебе уже мокнуть, а то заболеешь. - А как же ты? – удивился хоббит, растроганный добротой старца. - Уж мне дождь не страшен. Поверь. Немного поколебавшись, Мерри все же принял накидку, которая оказалась теплым плащом. - Спасибо, - улыбнулся Мериадок, невольно покраснев. В этот момент он вдруг подумал, что если Гэндальф Серый продолжит путь с отрядом к Одинокой Горе, то может для Перегрина все не так сложно будет. В трудные минуты добрый волшебник поможет молодому неопытному путешественнику и даст ему мудрый совет. От таких мыслей на душе стало спокойнее. - Не надо меня благодарить, - ответил маг. – Ты, на самом деле, молодец. - Я? – удивился на последнюю фразу Мерри. – Но в чем? - Ты пустился вслед за отрядом Торина Дубощита, невзирая на все опасности, рисковал своей жизнью, чтобы найти брата. Разве это не заслуживает похвалы, мистер Брендибак? Хоббит даже и не знал, какие слова можно было подобрать для достойного ответа. - Для полурослика из Шира это очень смелый и благородный поступок. - Я испугался за него, - Мериадок накинул плащ на плечи и укрыл голову капюшоном. – Признаюсь, я действительно следил за ним. Тогда мне показалось, что он хочет сбежать, и я просто хотел узнать причину этого поступка, а потом… неожиданно увидел гномов, - глубоко вздохнул, понимая, что ему становится стыдно перед добрым волшебником. – Я стоял за деревом, когда ты разговаривал с Перегрином о походе. Я подслушал вас. Мерри замолчал, опустив голову. Он понимал, что поступил не очень красиво. В этот момент сам взломщик продолжал активно общаться с Кили и Фили, и даже усилившийся дождь не был для этого препятствием. Другие гномы также не обращали внимания на разговор мага и хоббита. - Продолжай, - тихо произнес Гэндальф. – Я совершенно не сержусь на тебя. Что же именно ты услышал? - Я…, - вздохнул Брендибак, чувствуя себя загнанным в тупик. – Я слышал про Одинокую Гору и то, что Перегрин вначале не хотел идти с вами. Он испугался. В тот момент я надеялся, что он действительно передумает и вернется домой, но нет… он все же решил отправиться в этот поход вместе с гномами. Я так на него разозлился, что даже забыл про опасности, которые могли ему угрожать. Хоббит снова прервал свою речь, ожидая реакции волшебника. Гэндальф на последнюю фразу усмехнулся. - Ну так оно обычно и бывает. Ты сердишься на своего брата, но ты его любишь. Поэтому ты сейчас здесь. - Я здесь не только по этой причине, - нахмурился Мерри и недоверчиво посмотрел в Дубощита. - И что же это за причина? – поинтересовался добрый маг. – Ты что-то еще узнал? - Точнее я вспомнил, что знал раньше. Помнишь, я говорил про торговца, который рассказал мне историю об Эреборе? - Да, помню и… - Скажи мне, Гэндальф, действительно ли это было на самом деле? Я слышал, что Одинокая Гора прокляла своего короля и всех его потомков за их жадность и эгоизм. Волшебник с интересом посмотрел на своего маленького собеседника. Мерри выглядел довольно серьезно, и, похоже, ему очень хотелось услышать ответ на свой вопрос. - Правда ли это? Торин такой же, как и его дед? - Нет, - спокойно сказал Серый Чародей. – Торин совсем другой, а иначе не стал бы я ему помогать в этом походе. Мистер Брендибак перевел взгляд на кузена. - Гэндальф, я тебе верю, и поэтому не буду больше спорить с гномами. Я останусь в Ривенделле, как хочет того Торин Дубощит, но я все же прошу тебя, присмотри, пожалуйста, за Пиппином. Ты же сможешь? - Конечно, - улыбнулся волшебник. – Мы с Перегрином знакомы уже не один год, и он мой хороший друг. Поэтому ты можешь на меня положиться. Более того, посмотри, твой кузен, похоже, уже сумел подружиться с Кили и Фили. Они сыновья сестры Торина и отличные бойцы. Будь уверен, Перегрин будет в надежных руках. - Надеюсь, - вздохнул Мериадок, снова посмотрев на старца. – Наверное, зря я лишний раз паникую. Пиппин уже взрослый, а я все еще вижу в нем того самого мальчишку, которому когда-то дал обещание всегда быть рядом и заботиться о нем, - усмехнулся. – Тем более, это же Тук. Настоящий Тук в такой ситуации не мог сказать «нет». - Верно, - улыбнулся Серый Чародей. – Тут ты абсолютно прав. Я тоже ни капельки в нем не сомневался. Дождь продолжал лить как из ведра, и даже выносливые гномы начали от него уставать. Постоянно зевающий Перегрин почувствовал, что уже просто начинает засыпать, и племянникам Короля-под-Горой приходилось постоянно быть рядом с ним, чтобы полурослик случайно не выпал из седла. - Мистер Гэндальф! – крикнул Дори, получше укутавшись в плащ. – А ничего нельзя сделать с этим проклятым ливнем?! Он уже полдня идет! - Боюсь, нет! – ответил волшебник. – Чтобы изменить погоду, вам нужен другой маг. - Другой? – удивился Ори, который ехал сразу за Гэндальфом. – А разве есть еще? - Всего нас пятеро в Средиземье. Главный – это Саруман Белый, потом иду я и еще два Синих Мага. С ними я виделся так давно, что даже позабыл их имена. - А кто пятый? – вдруг поинтересовался Мериадок, который продолжал ехать рядом с Серым Чародеем. - Пятый – это Радагаст Бурый. Он добрая душа и предпочитает общество животных и птиц. - И он тоже великий маг? - Я считаю его выдающимся волшебником. Он силен, но по-своему. Сейчас Радагаст приглядывает за обширными лесными владениями далеко на Востоке, и это нам на руку, ибо зло начинает распространяться повсюду. Последняя фраза Гэндальфа встревожила Брендибака, но уточнять он уже ничего не стал. Укутавшись поудобнее в накидку от Серого Чародея, раненный хоббит посмотрел на горизонт, где тучи были уже не такими тяжелыми и проглядывались солнечные лучи. Дождь заканчивался, да и ветер становился слабее. Окончательно уснувший Перегрин наклонился вперед и был близок к тому, чтобы упасть на землю. Если бы не Кили, то это точно бы произошло. Молодой темноволосый гном аккуратно поддержал сонного полурослика и вернул его в седло. - Эй, Пип, - усмехнулся лучник. – Проснись. Привал уже скоро. Взломщик встряхнул головой и, улыбнувшись, поблагодарил нового друга за помощь. «Похоже, я действительно зря переживаю, - подумал Мерри, - эти гномы не такие уж и плохие, да и Фили с Кили молодцы – помогают ему во всем». В этот момент предводитель отряда снова посмотрел на племянников и взломщика. В его взгляде просматривалось какое-то непонятное недовольство, которое вдруг сменилось тревогой. Почему? Потом Король-под-Горой что-то сказал рядом едущему Двалину и немного ускорил шаг. Мерри это не понравилось. - Время пока еще есть, - тихо прошептал полурослик, замечая, что дождь становится все слабее и слабее. – Думаю, что мне стоит получше присмотреться к Торину Дубощиту. Я хочу знать, с кем будет мой брат.