История двух хоббитов

Оказавшись высоко в небе, только сейчас Перегрин почувствовал, как же он устал и хочет спать. Поэтому полурослик удобно расположился на мягкой спине орла и закрыл глаза. Однако долго в такой расслабленной позе ему лежать не пришлось. Неожиданно в уши ворвался негромкий крик пернатого хищника. Пиппин приподнялся и осмотрелся. Стая летела над высокими горами, освещенными утренним солнцем. Мастер-взломщик не на шутку был поражен этой красотой, на некоторое время даже забыв о друзьях и брате. Тут орел, на котором он летел, снова что-то прокричал. - Извини, - улыбнулся хоббит, заметив, что пернатый хищник смотрит на него. – Ты, наверное, обиделся из-за того, что я не представился? Меня зовут Перегрин Тук, но друзья и родные называют меня просто Пиппин, - и тут он вспомнил. – Мерри! Где Мерри?! Полурослик начал искать глазами кузена. От мыслей, что с Мериадоком могло произойти что-то плохое, у мастера-взломщика сон как рукой сняло. Не сразу парень заметил Кили и Фили. Братья-гномы вдвоем сидели на спине большого орла. Хоббит не стал им кричать, а просто махнул рукой. Племянники Короля-под-Горой моментально ответили ему тем же. - Где же Мерри? – Пиппин продолжил взволнованно осматриваться. – Послушай, - обратился к орлу, - ты не видел моего брата? Внешне он похож на меня, только волосы более рыжие, и у него нет бороды. Видел? Птица еле заметно кивнула и стала медленно снижать высоту. В этот момент Тук заметил впереди летящего Гэндальфа. Теперь хоббит был уверен, что это Серый Чародей позвал орлов, чтобы они помогли отряду Торина Дубощита. Глубоко вздохнув, Перегрин еще раз осмотрелся и увидел кузена в лапах другого пернатого хищника. - Да, - нагнулся Пиппин к орлу. – Это он! Это Мерри! Послушай, друг, а можно сделать так, чтобы брата перенесли сюда, если тебе, конечно, не тяжело будет? Просто я боюсь, что он ранен или без сознания. Птица кивнула и подлетела ближе к своему крылатому собрату, в лапах которого находился мистер Брендибак. Что-то негромко крикнув, орел опустился еще ниже к земле, чтобы принять на спину еще одного пассажира. Второй хищник аккуратно снизился и выпустил из лап ослабленного полурослика. Пиппин сразу же осмотрел Мерри. - Ты с ума сошел? – недовольно произнес мастер-взломщик, взяв за плечи кузена. – Ты же мог погибнуть. Мериадок поднял на соседа усталый взгляд и, ответил, еле заметно улыбнувшись: - А ведь когда-то я так же говорил тебе. Помнишь? - Да, помню, - вздохнул Тук. – На Дне Рождение Бильбо. Эх, Фродо, наверное, на нас злится. Настала минута молчания. Хоббиты думали каждый о своем, но все-таки Перегрина не оставлял в покое один странный вопрос. Немного поразмыслив, парень все же решился спросить его. - Мерри, зачем ты так рисковал ради Торина, ведь он даже не хочет видеть тебя в своем отряде? В первые секунды мистер Брендибак не знал, что ответить. Он не любил обманывать братишку, но и правда тут такая, что лучше уж ложь, по крайней мере, сейчас. Поэтому, глубоко вздохнув, Мериадок попытался объясниться: - В первую очередь я сделал это ради самих гномов. Без Торина они не смогут вернуть себе Одинокую Гору. - Ну, - задумчиво пожал плечами мастер-взломщик. – Тут ты прав. Снова наступило молчание. Мистеру Брендибаку было неприятно скрывать от Тука истину, но все же и то, что он сказал, тоже ложью не было. Без своего короля отряд не сможет продолжать путь. Смысл похода будет утерян. - Торин! – тут раздался голос Фили. Мерри взволнованно осмотрелся и тут же увидел узбада в лапах одного из орлов. Дубощит по-прежнему был без сознания. Казалось, что он был мертв. - Нет, - прошептал Брендибак, чувствуя, как сильнее забилось его сердце. – Не умирай тебя, прошу. - Думаешь, с ним все будет в порядке? – поинтересовался Пиппин, который тоже переживал за Короля-под-Горой. - Надеюсь, - ответил ему кузен. Потом хоббиты как можно удобнее расположились на спине пернатого хищника. Перегрин закрыл глаза и снова попытался вздремнуть, а вот Мериадок не мог думать ни о чем другом, кроме, как о Торине. Мистер Брендибак боялся, что узбад умрет. Чем дальше, тем сильнее становится эта любовь, и с ней ничего нельзя было поделать. «Они точно что-то заподозрят, - вздохнул полурослик, снова посмотрев в сторону Дубощита. – Что подумают остальные гномы? Что подумает Гэндальф? Серого Чародея не обманешь, ведь он знает, когда говорят ложь, а когда – правду». С такими мыслями Мерри лег на спину и устремил взгляд в небо. Теплых оттенков становилось все меньше и меньше. Неожиданно орлы стали снижаться. Их цель – высокий каменистый островок, с которого открывался потрясающе красивый вид на долину и горы, а если посмотреть на северо-восток, то можно увидеть очертания большой горы. Перед ней располагался лес, но даже отсюда было понятно, что этот лес очень непростой. Он опасен. Зло скрывается в нем. Первым на скалу опустили Торина. Король-под-Горой по-прежнему не подавал никаких признаков жизни. Вторым на твердую поверхность вступил Гэндальф. Серый Чародей сразу же поспешил к предводителю отряда. - Торин, - старец склонился над гномом, понимая, что без магии тут уж точно не обойтись. – Что ж ты так? Мерри поспешил спрыгнуть со спины орла на островок и сразу же начал следить за действиями Гэндальфа, молясь за Дубощита. Серый Чародей, шепча слова на каком-то непонятном для полуросликов и гномов языке, положил свою морщинистую ладонь на лицо Торина. В этот момент весь остальной отряд также оказался на скале, и все, без исключения, с тревогой наблюдали за тем, как Гэндальф возвращал к жизни их короля. Пиппин заметил, что и его новый пернатый знакомый никуда не улетал, хотя остальная стая уже находилась в небе, кружа над головами путников. Их первыми и увидел узбад, когда открыл глаза. Чувствуя боль и головокружение, он сразу же постарался осмотреться. - Где он? – прошептал гном. – Где полурослик? - Здесь, - улыбнулся в ответ Гэндальф. – Оба хоббита живы и невредимы. Собравшись силами, Торин приподнялся. Тут же Кили и Фили подхватили своего дядю с обеих сторон и помогли ему встать на ноги. Мериадок же еле сдерживал нахлынувшие на него эмоции. Ему так хотелось броситься и крепко обнять Дубощита, но нельзя. Другие такого точно не поймут, да и сам Король-под-Горой вряд ли позволит это сделать. - Зачем? – не без труда произнес узбад, еле удерживая равновесие. – Зачем ты вмешался, ведь тебя могли убить? Взгляд Торина невозможно было разобрать и описать. То гнев, то страх, то облегчение, которое быстро сменялось на что-то другое. Мастеру-взломщику показалось, что предводитель отряда хочет наказать его брата за то, что тот спас ему жизнь. С такими мыслями Тук поспешил загородить Брендибака и даже старался не переводить взгляд на Гэндальфа, который всем своим видом показал, что защищать Мериадока – это плохая идея. - Торин, ты что делаешь? – возмущенно проговорил Пиппин. – Он ведь хотел помочь тебе… он… Он спас тебя! - Не лезьте, господин взломщик, - грубо произнес в ответ Дубощит, даже не смотря в сторону Тука. – Вас это не касается. - Но… Не успел парень что-либо сказать, как тут же послышался суровый голос Серого Чародея. - Перегрин Тук, а ну-ка быстро иди сюда! - Пиппин, - с тоской шепнул Мерри. – Иди. Я сам. - Ты уверен? – удивленно проговорил мастер-взломщик. - Да. Все будет хорошо. Иди же. Мериадок буквально толкнул брата в сторону отряда и снова перевел взволнованный взгляд на узбада. - Он может причинить Мерри вред, - прошептал Пиппин, оказавшись рядом со старцем. - Не бойся, - ответил парню Гэндальф. – Торин ничего ему не сделает. Я уверен в этом. - Почему ты вновь ослушался моего приказа? – продолжал наступать на хоббита Король-под-Горой. Мистер Брендибак прекрасно знал ответ на этот вопрос, но он не желал его озвучивать. Пусть уж лучше его вновь накажут и оскорбят, нежели остальные узнают правду. - Я говорил, что от тебя одни неприятности, и что ты лишний в отряде. И снова молчание. Перегрин лишь пожал плечами, считая Дубощита неблагодарным эгоистом, но вмешиваться уже не решался. Остальные гномы тоже в недоумении наблюдали за всей этой сценой. Торин стоял к ним спиной, и никто из них не видел, как изменилось выражение его лица. Обида и гнев внезапно сменились теплой улыбкой. - Я никогда так больше не повторю, - уже тише произнес Дубощит. Мистер Брендибак резко поднял голову, и тут же оказался в крепких объятиях узбада. - Прости меня за все, что я наговорил тебе раньше. Я ошибался. Мерри просто не мог поверить в то, что сейчас с ним происходило. Он не верил в то, что его обнял Торин и то, что он только что сказал. Другие члены отряда радостно зааплодировали своему королю и его маленькому спасителю, и лишь Серый Чародей с мастером-взломщиком стояли неподвижно. Тук никак не мог понять узбада. - Торин Дубощит, - усмехнулся Пиппин, - самая странная личность из всех, что я когда-либо встречал в своей жизни. - Я тоже, Перегрин Тук, - вздохнул в ответ Гэндальф. – Я тоже. Мериадоку так хотелось, чтобы этот счастливый для него момент длился как можно дольше. Он почувствовал, как руки гнома сжали его еще сильнее, а уши уловили какие-то странные слова на непонятном для него языке. Что же они означали? Еще мгновение, и узбад не спеша отстранился от полурослика и снова улыбнулся. - Я думаю, что ты сможешь продолжить путь к Одинокой Горе, - почти шепотом произнес Дубощит. - Да, я тоже в этом уверен, - ответил мистер Брендибак, ощущая в этот момент неловкость перед всеми остальными. Пиппин же отошел немного от Серого Чародея и неожиданно поймал на себе сердитый взгляд Фили. - Что? – удивился мастер-взломщик. - Я же говорил тебе, Пип, - сузил зрачки гном-блондин, - не вмешивайся. А ты куда полез? Тебя тоже могли убить. - Я знаю, - покраснел Тук, - но все же закончилось хорошо. Все живы. В ответ Фили схватил полурослика и, прижав к себе, потрепал ему прическу. - Это точно, но не делай так больше. Рядом стоящий Кили засмеялся. - Зато мы снова все вместе, - произнес лучник. Счастливый Пиппин заметил, как орел, на котором он летел, что-то крикнул и взлетел вверх. - Удачи тебе! – помахал мастер-взломщик. – Может, еще встретимся! Птица пролетела над их головами и отправилась следом за стаей. - Перегрин Тук, а у тебя способность заводить новых друзей, - произнес довольный Гэндальф, также провожая взглядом пернатых спасителей отряда, - хотя орлы не самый общительный народ. В этот момент узбад продолжал стоять рядом с Мерри. Они посмотрели друг другу в глаза, и впервые мистер Брендибак совсем по-другому воспринял взгляд Короля-под-Горой. Он ощутил в нем тепло и доброту, которым был так рад. - Торин, - прошептал хоббит, - думаю, что… Неожиданно Дубощит выпрямился и посмотрел куда-то на горизонт. Эмоции на его лице вновь сменились. - Эребор, - произнес гном и сделал несколько шагов вперед. Следом за ним к краю каменистого островка приблизились и остальные. Все они с восхищением смотрели на этот необычный пейзаж. Они видели главную цель своего похода, то ради, чего так рисковали, и будут рисковать дальше. - Одинокая Гора, - сказал Гэндальф. – Последнее из великих королевств гномов Средиземья. - Уже так близко?! – удивился мастер-взломщик. - Это только так кажется. На самом деле путь еще предстоит очень долгий и довольно опасный. - Уверен, что все у нас получиться, - улыбнулся мистер Брендибак рядом стоящему Торину. Тут над ними пролетела небольшая птичка. - Смотрите! – вдохновленно произнес старый лекарь. – Вороны возвращаются к Горе! - Это дрозд, мой дорогой Оин, - ответил Серый Чародей. - Я считаю, что это добрый для нас знак, - сказал Дубощит и снова посмотрел на хоббита, который совсем недавно спас ему жизнь. Мериадок как никогда чувствовал себя счастливым, ведь узбад больше не ругает его и не пытается выгнать из отряда. Теперь он будет рядом с ним до конца, чтобы не случилось, и сделает все, что в его силах, чтобы помочь гномам вернуть их королевство. Он верил, что этот поход завершится успехом. Солнце поднялось высоко в небо, и путники спустились вниз в долину. Перегрин обратил внимание, что спуск с островка был очень удобным, словно кто-то специально подготовил его. - Неужели у него от природы такая форма? – остановился Тук и окинул взглядом скалу. - Нет, - ответил Гэндальф. – По легенде это сделал Беорн. - Беорн? – еще больше удивился полурослик. – А кто это? - Оборотень. Или он большой могучий человек, чей рост значительно выше положенного, или же медведь, гигантский медведь, способный разорвать в клочья любого, кто встретится у него на пути. Даже орки боятся его. - И велика вероятность, что мы можем встретиться с ним? – поинтересовался Фили. - Да, велика. Очень скоро мы вступим в его владения. Кстати, он даже дал название этой скале – Каррок. Конечно, новость была не из приятных, но у отряда не было другого пути. Если попытаться обойти эту территорию, то они потеряют очень много времени, и в итоге могут просто не успеть к Одинокой Скале. Поэтому Торин попросил всех быть очень внимательными и держать оружие наготове. К тому же, Азог уж точно продолжит преследование. Мысли о злейшем враге не покидали Дубощита весь день. Он прекрасно помнил, как вначале отрубил Бледному орку руку, а потом вонзил меч ему в грудную клетку. Истекающего кровью Осквернителя унесли его воины. Торин внимательно отследил это. Азог не подавал признаков жизни. Он точно был мертв. Неужели тут поработали силы тьмы? К вечеру отряд дошел до леса и расположился на ночлег. Желудки у путников пустые, а из припасов почти ничего не осталось. - Может, стоит немного поохотиться? – спросил Кили и продемонстрировал свои несколько оставшихся стрел. – А заодно и на разведку сходим. Если заметим Беорна, то сразу же предупредим. - Хорошая идея, - кивнул Бофур, - а то не дело ложиться на голодный желудок. Бомбур так вообще не уснет. - Беорн тут бывает очень редко, - сказал Гэндальф, - но я бы посоветовал охотиться в той стороне. - Отлично! Тогда сейчас я и Фили попробуем что-нибудь раздобыть, - уверенно произнес темноволосый лучник. – Пошли, брат! Торин в знак согласия кивнул, а Двалин наказал парням далеко не отходить и вернуться как можно быстрее, чтобы потом их не искали. Пиппин также загорелся желанием составить друзьям компанию. - Ты им будешь только мешать, - недовольно ответил Мериадок. – И не забывай, пожалуйста, про оборотня. - Все будет хорошо, - уверено произнес мастер-взломщик и посмотрел на гномов. – Ведь так? - Я думаю, - улыбнулся Кили, - что стоит попробовать. Пошли, Пип. И так втроем они отправились на охоту, а остальные занялись лагерем. Глоин и Нори принесли дров и развели костер. Однако Торин постоянно наблюдал за своим маленьким спасителем. Его терзал вопрос: Почему этот полурослик так рисковал ради него? Не выдержав, он подошел к Мерри, который в этот момент раскладывал спальные мешки. - Мистер Брендибак, можно вас на пару слов? – спросил Король-под-Горой, наблюдая, как во взгляде хоббита появилось смущение и волнение. – Это не займет много времени. - Конечно, Торин, - ответил Мерри. В следующую секунду ему на плечо легла тяжелая рука. Гном быстро отвел парня подальше от лагеря и вновь устремил на него синие глаза. Мериадок почувствовал, как сильнее забилось его сердце. Дышать стало тяжелее. - О чем ты хотел поговорить? – неуверенно спросил полурослик. - Я хочу знать, зачем ты рисковал собой ради меня? Тебя ведь могли убить. Мерри понял, что ему придется найти достаточно убедительный ответ, чтобы узбад ему поверил. Поэтому он вспомнил то, что говорил Пиппину, находясь на спине огромной птицы. Почему бы это не повторить и для Короля-под-Горой? - Я сделал это в первую очередь ради всего твоего отряда. Без тебя гномы не смогут вернуть Эребор. Им нужен король. Наступило молчание. Мериадок считал, что ему добавить больше нечего, а вот у Дубощита был такой вид, словно он ждал еще каких-то слов. Гном явно не был удовлетворен только что прозвучавшим ответом. - И это все? – узбад шагнул к полурослику. - А что еще? – удивился мистер Брендибак, неуклюже сделав шаг назад. – Я же сказал, что в этом пути я буду помогать вам всем. Моя помощь тебе – это помощь всему отряду. Торин приблизился к Мерри почти вплотную и, взяв его за подбородок, посмотрел ему прямо в глаза. - Мистер Брендибак, - тихо произнес Дубощит, - я не верю, что это была единственная причина. Мериадок почувствовал, как ему стало жарко. Он так хотел продолжения, безумно хотел, но… нельзя. - Перестань, - отстранился парень. – Я все тебе сказал, и мне больше нечего добавить. Тут же полурослик почувствовал, как его руку сжали крепки пальцы. Гном сильнее склонился над ним. - Торин, - прошептал Мерри, закрыв глаза. – Прошу тебя, не надо. Нас могут увидеть. - Торин! – неожиданно раздался голос Двалина. - Отпусти меня, - вырвался Брендибак. – И, прошу, пускай этого больше не повториться. Я помогаю отряду, а не тебе. С этими словами Мериадок быстро вернулся к своему месту, но голова так и шла кругом. Ошибки больше быть не могло. Узбад тоже испытывал к нему какие-то чувства, но что именно это было? Любовь или просто влечение? Дубощита сразу же позвали к костру для серьезного разговора. - Как Азог мог узнать об этом походе? – недовольно произнес Гэндальф, пустив очередное кольцо дыма. – Все было в строжайшей тайне. Об этом знали лишь мы – члены отряда. - Значит, кто-то ему все-таки это рассказал, - пожал плечами Балин, - или же он следил за тобой, Торин. В этот момент узбад вспомнил тех двоих мужчин в трактире «Гарцующий пони». Возможно, они могли работать на Осквернителя и передали ему о встрече с Серым Чародеем, но как именно они могли узнать, что гномы пойдут к Эребору, ведь прошел целый год с того времени? - Не думаю, - спокойно ответил Гэндальф. – Азог желает смерти всем потомкам Дурина. Если бы он следил за Торином, то убил бы его еще тогда. Или же им движет что-то другое. Я думаю, его цель – это Эребор. - Эребор?! – гневно сжал руку в кулак Дубощит. – Одинокая Гора никогда не будет принадлежать оркам! - Точно, - выпрямился Двалин и тут же сделался задумчивым, - но я никак не могу понять, ведь Азог был убит шестьдесят лет назад в битве у врат Мории. Вместе с Торином я видел, как несли его тело. Балин, и ты. Как это вообще возможно? Тут Гэндальф вспомнил слова Радагаста о силе Некроманта, который способен воскрешать мертвых. - А если его могли воскресить? – произнес старец. Мерри в этот момент приготовил место для себя и брата и обратил внимание на напряженный разговор гномов с магом. - Кто? – раздраженно спросил Кроль-под-Горой. - Тот, кто стоит за Азогом, - ответил Гэндальф и пустил еще одно кольцо. – Тот, кто преследует более серьезные цели. Нынешний Осквернитель не из мира живых. - Хочешь сказать, что это ходячий мертвец? – удивленно вскинул брови Двалин. - Ну что-то вроде того, но я не думаю, что его нельзя убить снова. Просто силы этого орка значительно возросли. - И ты знаешь того, кто дал ему эти силы? – тут же поинтересовался Торин. - Я не уверен, - вздохнул Гэндальф. – Боюсь, что пока не смогу ответить на этот вопрос, но, похоже, ситуация становится еще сложнее, чем я думал. После того, как я проведу вас через владения Беорна, буду вынужден уйти снова. - И это обязательно? – нахмурился Двалин. - Да, обязательно. Это просто необходимо. На этом разговор был закончен. Серому Чародею не хотелось пока рассказывать более подробно о своих подозрениях. Поэтому он отошел немного в сторону от лагеря и принялся читать книгу. Однако в мыслях постоянно крутилась история о том, как именно Смауг мог узнать о сокровищах Одинокой Горы и почему Азог не убил Торина раньше, ведь, наверное, у него был шанс это сделать и не один. Бледный орк словно ждал, когда поход начнется, чтобы завершить свое дело. Сидя с открытой книжкой в руках, старец с тоской вспоминал Эребор, каким он был шестьдесят лет назад. В его голове вырисовывались следующие события, повлекшие за собой катастрофические последствия. Это было мощное и очень красивое королевство гномьего народа, которым правил мудрый Трор – дед Торина. Он был не только справедливым Королем-под-Горой, но и благородным воином. Гномы были в хороших отношениях с другими народами, в том числе и с эльфами Лихолесья, и имели одну из самых мощных армий в Средиземье. Поэтому орки, пытаясь захватить власть над Одинокой Горой, постоянно терпели поражения. В одной из таких битв был убит их предводитель – отец Азога. Казалось, что гномам был не страшен никто, но вот случилось то, что изменило жизнь в Эреборе раз и навсегда. Во время раскопок был найден большой белый камень, получивший название Аркенстон. Его прикрепили на троне Короля-под-Горой, и с тех пор Трор стал совсем другим. Ранее отзывчивый правитель словно забыл все условия своих соглашений и отказался выплачивать эльфам то, что принадлежало им по праву. Король Лихолесья Трандуил был унижен на глазах своих подданных, когда перед ним просто взяли и захлопнули ларец с его самоцветами. С тех пор эльфы больше ни в чем не помогали Эребору, а гномы растеряли всех своих союзников. Тем не менее, оставалась мощная армия, с которой оркам все равно не справиться. Поэтому Азог решил пойти другим путем. Если они не могут победить Трора, то тогда пусть это сделает кто-нибудь другой. Например, Смауг Великий – последний из драконов Средиземья. Эти крылатые монстры очень любили золото, и новость о том, что Одинокая Гора – это самая крупная сокровищница из всех, безусловно, привлечет Смауга. Вдохновленный такими мыслями Бледный орк послал гонца, который, скорей всего, живым назад не вернется. Дракон жил к Северу от Эребора и развлекал себя тем, что грабил и разрушал небольшие городки и поселения, но добыча эта была не богатой. - Азог хочет передать тебе послание, Смауг Великий! – произнес орк, не слезая с варга. – Уверяю, тебя это заинтересует! - Ха, - усмехнулся дракон. – И что же меня так может заинтересовать? Выкладывай, коли еще хочешь жить. - Эребор! - Эребор? И что же особенного в этом вашем Эреборе? Он такой же, как и все те городишки, которые я разрушил ранее. - Ошибаешься. Это Одинокая Гора, которой правит Трор. Она источник золота, серебра и других драгоценных металлов и камней, которых больше не сыщешь нигде в Средиземье. Гномы уже много лет ведут раскопки, а все найденное хранится в сокровищнице Короля-под-Горой. Азог хочет, чтобы ты захватил Эребор, и тогда все это станет твоим. - Звучит заманчиво, - приподнялся Смауг, и варг, скуля, сделал шаг назад. – А что Азог хочет взамен? Свою долю золота? - Нет! Золото ему не нужно! Ему нужна голова Трора и всех его потомков! - И все?! Ну тогда такой вариант меня вполне устраивает. Засмеявшись, крылатый монстр с легкостью раздавил посланца Азога вместе с варгом и полетел по указанному пути. Его целью была Одинокая Гора. К этому времени орки Дол Гулдура уже заключили союз с Некромантом. В их задачу входил захват Эребора, а также собрать все девять колец темной силы. Одно из них было у Трора. Обладая огромной мощной армией и находясь за каменной стеной, Король-под-Горой чувствовал себя в безопасности. Он все чаще и чаще уходил в свою сокровищницу и оставался там в полном одиночестве. Его окружало золото, горы золота и многое другое, от чего в глазах загорался огонек алчности и эгоизма. Еще совсем молодой тогда Торин видел это и понимал, что такое поведение деда становится очень опасным, и он не ошибся. В итоге гномы разорвали все соглашения и договора с другими народами. Трору казалось, что ему не нужна ничья помощь и поддержка, что Эребору ничего не может угрожать. И вот настал тот самый роковой день – Смауг явился к Одинокой Горе. Дракон чувствовал, что золото рядом и что его много, но перед тем как заполучить добычу он решил разрушить Дейл – красивый и процветающий город, стоящий по соседству с гномьим королевством. Скольких он тогда убил и еще больше оставил без крыши над головой. Люди были бессильны против этого монстра, а стрелы лучников не могли пробить крепкую чешую. Тогда Гирион – правитель Дейла пустил вход черные стрелы. Он выпустил две из трех, но безуспешно. Превратив город в руины, Смауг повернул в сторону Эребора. Торин с отцом поспешили собрать войско, которое могло бы противостоять дракону, а Трор снял с трона Аркенстон и поспешил с ним скрыться в сокровищнице. Однако камень ему не удалось удержать. Гномы понесли сильные потери и в итоге были изгнаны из своего королевства. Смауг сдержал обещание и не стал даже пытаться убить членов королевской семьи, чтобы потом они стали легкой добычей для Азога. Торин видел, как на горизонте появился Трандуил на огромном лосе. С ним пришла и его армия. Внук Короля-под-Горой звал их, махал им руками в надежде, что им помогут, но нет. Эльфы ушли, так и не сделав ничего для гномов. С тех пор родилась эта ненависть в душе Торина. Любого остроухого он считал врагом. Узнав, что план удался, Азог сразу же собрал армию и двинулся вперед. Он был уверен, что без проблем уничтожит Трора и всех его потомков, а также захватит одно из девяти колец. Так оно и случилось. Жестокая и продолжительная война орков и гномов за Морию унесла жизни многих славных воинов. Именно тогда Азогу и удалось убить Трора. Бледный орк отрубил голову бывшему Королю-под-Горой, а вот кольца он не увидел. Для Торина смерть деда была настоящим ударом, и он сразу же пожелал отомстить, но его не пустил отец. Взяв с собой часть войска, Траин бросил вызов Осквернителю, но проиграл ее и пропал. Торин пытался отыскать отца, но не смог – ни живого, ни мертвого. Пошли слухи, что сын короля просто сбежал как последний трус. Гномы понимали, что, похоже, эту войну им не выиграть. Орки были слишком сильны. Тогда то свое слово сказал молодой наследник трона. Он убедил оставшихся воинов не сдаваться и идти до конца. Чтобы победить врага, надо убить их предводителя. Азог с удовольствием принял вызов от Торина. Это была жестокая схватка, в которой гному пришлось отбиваться от орка буквально тем, что попалось под руку – простой дубовой веткой, но именно она спасла жизнь смелому бойцу. Собравшись силами, Торин сумел нанести ответный удар и отрубил сопернику левую руку. Бледный орк взвыл от боли и опустился на одно колено. Гном не стал упускать такого шанса и со всей силы вонзил Осквернителю меч в грудь. Это была победа. Азог мертв. Без него орки не могли уже вести войну и отступили, забрав тело предводителя. Так и закончилась война за Морию, но эту победу встретили так, словно это было поражение, ведь она не вернет тех, кто погиб в сражениях. После этого Торин и получил прозвище «Дубощит». Гномы не стали занимать Морию, а двинулись дальше. Орки же вернулись в Дол Гулдур и положили перед Сауроном труп своего предводителя. Властелин Тьмы вернул Осквернителя к жизни, чтобы он мог продолжить свое дело. - Ты сможешь отомстить Торину за свою смерть, но не сейчас, - произнес Некромант. – Настанет время, когда все Средиземье подчинится мне, в том числе и Смауг Великий. Этот червяк будет делать то, что я ему скажу. Мы захватим Эребор вместе с его сокровищницей. Такие события и вертелись в голове Гэндальфа. Азог действительно получил второй шанс и вернулся из мира мертвых. Он стал сильнее и злее. С момента его воскрешения прошло целых шестьдесят лет, и вот сейчас настало то время, о котором говорил Саурон. Тьма потихоньку захватывает Средиземье, а значит, очень скоро она доберется и до Эребора. Смауг станет в подчинении Некроманта и сможет разрушать новые города и королевства, так же, как когда-то это сделал с Дейлом. Глубоко вздохнув, Серый Чародей посмотрел в сторону Торина. Он верил, что этот гном будет сильнее проклятия Одинокой Горы и сможет остановить Азога. Кили, Фили и Перегрин вернулись спустя три часа. Им удалось подстрелить пару довольно крупных птиц. - Странно, - сказал лучник, положив добычу у костра, - раньше в лесах было куда больше зверей и птиц, а теперь… - Словно они все ушли, - добавил гном-блондин. – Но почему? Никто не мог ответить на этот вопрос. Мастер-взломщик подошел к брату и осмотрел подготовленное для него место. - Знаешь, Мерри, - Тук сел на мешок и протянул ноги, - когда мы были в лесу, мне показалось, что с ним что-то не так. - Ты о чем? – удивился мистер Брендибак. - Мне кажется, что деревья, да и остальная растительность в нем больны. Им плохо, и я это чувствую. Кили говорит, что в таких местах должны обитать олени и кабаны, но мы никого не встретили. - Может, их убил тот оборотень? - Не знаю, если честно, я не уверен, что это мог сделать Беорн. Наоборот, он здесь хозяин и… Не знаю. Странно все это. С этими словами Перегрин лег на спину и положил руки за голову. Мерри против своей воли вспоминал синие глаза Дубощита, то мгновение, когда они были близко друг к другу, даже слишком близко. - Нет, - прошептал мистер Брендибак. – Такого никогда больше не повторится. Я этого не позволю. Вскоре хоббитов позвали на ужин. - Мы должны как можно быстрее поесть и потушить огонь, - произнес Балин, - чтобы орки случайно нас не заметили. - Да ладно вам, - махнул рукой Кили. – Думаете, что они за столь короткий срок могут преодолеть такое расстояние? - Думаю, что могут, - ответил Гэндальф. – Они преследуют нас с самого начала пути. Поэтому я согласен, что долго засиживаться нельзя. К тому же Беорн тоже не очень любит гостей, а мы почти на границе его территории. Гномы совет приняли и быстро стали есть. Все это время Мерри постоянно чувствовал на себе взгляд узбада. От таких мыслей даже аппетит пропал. Поэтому хоббит буквально через силу запихал в себя еще пару кусков и поднялся с бревна. - Спасибо большое, - улыбнулся он Бофуру и Бомбуру. – Было очень вкусно. Гномы с интересом и некоторым недоумением посмотрели на мистера Брендибака. - Если вы непротив, я спать, а то глаза уже слипаются. - Конечно, - ответил Гэндальф. – Я думаю, что и остальные скоро пойдут. Завтра нам предстоит тяжелый день. Кивнув, Мериадок вернулся к своему спальному мешку и лег. Пиппин же наоборот не спешил покидать компанию. - Нам не стоит бояться оборотня сейчас? – поинтересовался полурослик у старца. - Сейчас нет. Мы еще не так близко подошли к его дому. Думаю, что здесь он появляется не так часто. - Откуда ты это знаешь? - От Радагаста. Он говорил, что это место наиболее безопасно для ночлега. Спустя еще десять минут костер засыпали землей, и все отправились по местам. Серый Чародей решил, что лучше этой ночью ему не спать. Поэтому старец остался в дозоре вместе с Двалином. Орки двигались очень быстро и вскоре достигли леса. - Я их вижу, - указал вперед орк-лазутчик. – Похоже, они спят. Самое лучшее время, что бы завершить нашу охоту. - Нет, - ответил Азог. – Сейчас мы находимся слишком близко от территории Беорна – последнего из оборотней. Этот зверь может быть где угодно. У нас еще будет возможность добраться до них. Живыми до Эребора они точно не дойдут. Идем. С этими словами Азог направился к своему белому варгу. Неожиданно из ближайших кустов раздался шум. Орки уже приготовились к атаке, думая, что это может быть медведь-оборотень, но это оказался еще один огромный волк, на котором сидел орк, ростом не ниже самого Осквернителя. - Хозяин созывает всех нас в Дол Голдуре, - произнес всадник. – У него для тебя есть поручение. Азог недовольно оскалился, понимая, что придется прервать свою охоту на гномов. Молча он сел на белого варга и двинул его в сторону крепости Саурона. За ним отправились и все остальные. Бледный орк за эти шестьдесят лет много раз вспоминал свою смерть, дикую боль, пронзающую все тело. Он хорошо запомнил полный ненависти взгляд Торина – последнее, что было перед тем, как его душа провалилась в другой мир. Этот мир был не для живых. Осквернитель летел все ниже и ниже. Он кричал. Он стонал, а потом огонь, охвативший со всех сторон. «Орки – прислужники тьмы, - слышался голос. – Вас не ждет ничего, кроме боли и наказания». - Нет!!! – вопил Азог. – Нет!!! Казалось, что для Бледного орка все кончено, и что спасения ему не ждать, но вдруг… Что-то начало тянуть его обратно вверх. Невидимая сила подхватила душу Осквернителя и вернула его в тело. Открыв глаза, Осквернитель увидел, что находится в крепости Саурона. Силы тьмы вернули его из иного мира, что бы он мог продолжать начатое дело и мог отомстить за свою смерть. За шестьдесят лет Дол Голдур никак не изменился. Все такой же пустой и мрачный. Самое страшное зло Средиземья обитало здесь. Азог быстрым шагом прошел на самый верх крепости и осмотрелся. - Зачем вызывал? – произнес Бледный орк. - За тем, - неожиданно вокруг него закружил черный туман,- что пришло время. Время войны. Нас уже достаточно, чтобы собрать мощную армию. И ты возглавишь ее. - А как же Дубощит?! – гневно произнес Осквернитель. – Ты обещал мне его голову! - Ты и получишь ее, - продолжал говорить Некромант, продолжая кружить в воздухе. – Смерть настигнет их всех. Не забывай, что я вернул тебя к жизни для того, чтобы ты служил мне, а не исполнял личные цели. Делай то, что я тебе говорю, и вскоре получишь свою награду. Только помни, второго шанса воскреснуть у тебя уже не будет. С этими словами черный туман исчез, а Азог еще сильнее сжал руки в кулаки. Такое развитие событий его явно не устраивало, но и перечить Некроманту себе дороже. Тогда он уж точно не сможет убить Короля-под-Горой. - Нам остановить охоту?! – послышался сзади неприятный скрипящий голос. Осквернитель призадумался. Было два варианта – или пока действительно оставить в покое гномов, или… - Больг! – громко произнес имя своего сына Азог. И тут же появился тот самый орк, который принес новость от Саурона. Быстрым шагом он приблизился к отцу. По росту они были равны, а вот лицом Больг смотрелся более отвратительным, словно ему когда-то плеснули в него кипятком. - У меня для тебя есть задание, - Осквернитель направился в сторону выхода. – Возьми мой отряд и продолжи с ним охоту за гномами Дубощита. Хочешь свежей крови? Больг в ответ злобно улыбнулся. Когда Торин убил Бледного орка, он был еще совсем молод, но уже тогда в нем вспыхнул огонь ненависти. Ему хотелось отомстить Королю-под-Горой за смерть отца. - Но помни, сам Дубощит мне нужен живым, - добавил Азог, устремив взгляд в ту сторону, где находилась Одинокая Гора. – Я хочу видеть его смерть. Больг кивнул и двинулся в путь. За ним последовали и остальные охотники. Осквернитель проводил их взглядом. - Скоро в Средиземье не останется гномов, - тихо произнес он. – Эльфов и людей. Этот мир будет принадлежать тьме.