OOPS

Я не могу спать. Не знаю, почему и с какого периода, но уже непонятно сколько ночей я либо сплю беспокойно, все время ворочаясь, либо даже не ложусь в кровать. Может, это стресс и нервы. Или я сам себя накручиваю. Или я болею и скоро умру, окей, ладно, это стресс. Сижу на кровати и смотрю на время, постепенно привыкая к яркому свету экрана телефона. Почти четыре утра, ну когда я высплюсь? Только что увиденный кошмар отбил всяческое желание оставаться в постели, поэтому я тихо и осторожно встаю, пытаясь не разбудить Зейна. Игнорирую ноющую боль в пояснице и выхожу из комнаты, закрывая за собой дверь. В гостиной включаю телевизор на минимальную, нормально слышимую громкость, сажусь на диван и угрюмо переключаю каналы. В такое время, обычно, ничего нормального не идет, но выбора нет. 72697 повтор какой-то мыльной оперы, ужастики, повторы новостей, реклама-реклама-реклама, еще ужастики, снова реклама, опять реклама, музыкальные каналы и дискавери с бесконечными рассказами о животных, технике и анатомии. Закатываю глаза. Увлекательная жизнь сурков и их размножение. «А по утрам они выбираются из своих нор и-...» - Какой идиот это будет смотреть посреди ночи? – бубню себе под нос, усаживаясь поудобнее. Ах, да, это буду смотреть я. Вместо того, чтобы спать. *** «...Это произойдет только в том случае, если так называемая «солнечная буря» достигнет Земли и убьет все живое на планете. С другой стороны...» - Доброе утро, - меня передергивает от бодрого голоса Зейна. Я все еще сижу на диване в окружении пустых чашек и аурой завтра-апокалипсис перед телевизором и уже совершенно не слушаю очередную программу на все том же канале. - Доброе, - откашливаюсь и только потом отвечаю. Шея и ноги затекли, зад все еще болит, я не вставал всю оставшуюся ночь, разве что только несколько раз ходил на кухню и в часов шесть утра в душ. Все остальное время я смотрел гребаный телевизор, потому что не мог уснуть. Да и больше не хотел, в принципе. Зейн ложится головой на мои колени и мягко улыбается: - Есть будешь? - Неа, - меня тошнит. Спасибо, пока что никакой еды. Парень хмурится, но ничего не отвечает. Провожу рукой по его волосам, задумавшись о чем-то. - Нужно сегодня перечислить деньги. - Твоему боссу? – Зейн смотрит на меня и хмурится, я же бесстыдно порчу его прическу, - Ты будешь продолжать работать в DoW? - Меня уволили ведь. Он ничего не отвечает, но мне и так понятно, что он думает по этому поводу. «У тебя почти не осталось денег», «Что ты собираешься делать дальше», «Как ты будешь решать этот вопрос?» и прочее-прочее. Он искренне переживает, и именно это я сейчас вижу в его глазах. Мы молчим еще несколько минут до того момента, как Зейн внезапно спрашивает: - Хочешь работать курьером? Я отвлекаюсь от бесцельного переключения каналов: - А ты можешь это устроить? - Оказывается, да. А если поподробнее, то его сосед по квартире уволился, и на его место требуется курьер. Меня могут взять без испытательного срока, поэтому впервые я подумал о том, что удача могла бы повернуться ко мне лицом. *** Уезжаю от Зейна примерно в два часа дня, потому что нужно пересечься с владелицей квартиры и переговорить с ней о том, что я, как бы, нищий. Практически. На банкомате высвечивается «Перечислено», и вот с этой секунды я точно нищий. Да у меня денег хватит только на еду, какая речь о квартире? Коне-ечно, дедушка иногда вспоминает обо мне и перечисляет что-то на карточку, но с его-то пенсией мне это никогда не поможет. «И я даже не буду приплетать сюда Криса». Разворачиваюсь и иду домой, прекращая внутренний монолог. Я в заднице. Которая очень болит. Прекрасно. *** Приподняв бровь, я недоумевающе смотрю на эту странную женщину. А сначала она показалась мне милой. Теперь же, стоя у нее в квартире, которая на несколько этажей выше моей съемной, я забираю все свои слова и мысли обратно. Она странная. - Что значит «кредитный месяц»? - Ну, месяц в кредит. Это когда человек выплачивает деньги позж- - Я ЗНАЮ, что это значит, - закатываю глаза, услышав её ответ, и думаю о том, что все очень-очень плохо. - Я договаривалась с Крисом о том, что оплата будет исправной, все мои договора подписаны на этом условии, и вы, молодой человек, должны были быть в курсе! - Мисс... – как её зовут?! – Э-эм, я ведь вам уже объяснил, что возникли, кхм, обстоятельства. И у меня сейчас вообще нет денег. - Я не могу вам дать кредитный месяц. Да почему?! Она расхаживает по квартире взад-вперед и не хочет понимать, что мне негде жить и нечем платить. Если я сейчас оплачу следующий месяц, то подохну с голода через неделю, ка-ак она не поймет? Все хозяева квартир такие, или только её чем-то пришибло? - Я же сказал, что верну деньги за месяц после зарплаты. У меня все было оплачено до этого наперед, почему вы не можете сделать одно одолжение- - Мистер Томлинсон! Перестаю говорить и смотрю на нее. Дай. Мне. Кредитный. Месяц. Запихнув руки в карманы, отвожу взгляд. Да что за херня? - Неделя? Я успею найти другую квартиру и съехать. Найти другую квартиру при том, что никто не дает вот так сразу даже кредитного часа. Жить на улице? Звонить Крису, у которого не осталось знакомых, которые решили бы эту проблему? Ехать обратно домой? Просить кого-либо из одногруппников, которые живут в до верху забитой общаге? Зейна, с которым живет еще три человека? Да что за безысходность? - Два дня. Думаю, вы успеете съехать за это время. - Что? И куда я, по-вашему, поеду?! - Мне жаль, что меня это не особо волнует. В контракте было написано, что возможна только предоплата или же месячная оплата. - Два дня, значит. Два дня. ДВА ДНЯ. Она кивает. Хмурюсь и без лишних слов сваливаю из квартиры, дабы больше не наблюдать это безразличие, фарфоровые чашки и её лицо. *** Все оставшееся время я думал над тем, куда съехать уже в понедельник. Я снова плохо спал, слишком много размышлял над тем, как можно выбраться из всего этого дерьма. Мне нужен был совет, или хотя бы поддержка. И телевизор с чашкой кофе мне никак не помогут. Я даже книги не взял с собой из дома. Хватаю телефон и набираю номер. - Привет, Томмо, - он берет трубку через несколько гудков, и я сразу же невольно улыбаюсь, потому что давно не слышал таких беззаботных ноток в его голосе. - Крис, - сижу на столе и болтаю одной ногой в воздухе, - Как у тебя дела? - Да все так же. Только разгреб весь завал на работе за последний месяц, сейчас могу пить пиво каждый день и ни о чем не думать. Ну, почти. В общем, проще стало, чем пару дней назад. А в целом все непло- Погоди. - Ммм? - Мне ведь звонила хозяйка квартиры, - неловкая пауза, - И что это за хрень у тебя случилась? Думаю о том, что мне слишком лень объяснять все от начала и до конца, поэтому только неопределенно взмахиваю рукой в воздухе, будто бы он мог это видеть: - Должен был заплатить компенсацию в ресторане. Ну и меня уволили. Мне хватает денег на все, кроме долбанной квартиры. Я нашел работу, но она отказалась давать мне кредитный месяц, ну, я потом оплатить все хотел, после зарплаты. - Тебе надо теперь по-быстрому свалить? - Да. - Я вряд ли с кем-то еще смогу договориться, Томмо, я же больше там ни с кем не знаком, - да я и так это знаю. Только Грег, и все. Знаю. Качаю головой и подавляю вздох, - Но я посмотрю, что можно сделать. Пожимаю плечами, забывая в который раз, что разговор телефонный. - Или может тебе на карту- - Нет. - Ясно, понял, больная тема. *** В воскресенье утром я сидел на кухне и пил кофе, как обычно. Настроение было очень даже хорошим, потому что я впервые за несколько дней отлично спал. Кажется, после этого я как минимум стал менее похож на недовольного жизнью бомжа. Мне привозят гитару. Мужчина отдает мне её, не запакованную и расстроенную, и потом я закрываю за ним дверь, держа шестилетний инструмент за гриф. Когда-то давно мне захотелось научиться играть, я доставал всех своих знакомых, которые хоть как-то умели это делать и знали какие-либо аккорды. Мне нравилось играть свои любимые песни. Ну а потом я забросил это дело. Она собирала пыль уже года два. После того, как я едва настроил гитару и переборол желание выбросить её в окно, сажусь на диван и пытаюсь вспомнить хотя бы несколько песен. Но все, что у меня получается – через раз угадывать правильные аккорды и психовать по этому поводу. И в итоге я пою без музыкального сопровождения. Возвращает в реальность меня только звонящий телефон. - Доброе утро. - Доброе, Грег, - кажется, он звонит своему сыну реже, чем мне? Это как-то странно. - Гитару уже привезли? Хотел убедиться. - Да, - смотрю на это деревянное чудовище, на котором я не могу играть, и которое лежит в метре от меня, - Спасибо большое. Видимо, у Грега хорошее настроение, потому что заканчивать разговор он не намерен: - Как дела, Луи? Как у меня дела? Я сегодня выспался, поэтому все хорошо. Ну а еще меня выселяют, и мне негде жить, мне наплевать на своего же парня, у меня нет денег, я все еще не устроился на работу и - Я не знаю, что делать. К чему. Я это. Сказал. В один прекрасный, блять, момент я просто перестал думать и решил, что кого-либо еще могут интересовать мои проблемы. Хотя, мне нужна помощь. И если уже не Грег, то больше никто, не так ли? - Что-то случилось? – я представил, как он сел в кожаное кресло и приготовился слушать мой монолог о том, как все дерьмово, с сочувствием в глазах. Хорошо, что я сейчас его не вижу. - Ну, эм, да. Я не хотел просить, но- - резко замолкаю просто потому, что не знаю, что сказать. Ладно, вдох-выдох, это ведь просто просьба о помощи, это должно быть легко, - Меня выселяют из съёмной квартиры, потому что у меня нет денег на её оплату и мне нужно найти другое жилье- - Ну, ты ведь понимаешь, что без наличных не снимешь ничего, - задумчиво отвечает мужчина. Киваю. - Крис мне не сможет помочь, мои, эм, знакомые тоже, - развожу руками и страдальчески смотрю в стену. - Я как бы тоже не всемогущий, - посмеиваясь, говорит Грег. Я в это время устраиваюсь поудобнее на диване. - Да, знаю. - А хотя, есть довольно-таки простое решение, - он выдерживает паузу, чтобы еще больше заинтриговать, - Вы ведь неплохо общаетесь с Гарри. Я думаю, он будет не против помочь тебе, месяц поживешь у него, я могу договорит- Что. - Подождите-подождите-подождите! – резко встаю с дивана. С Гарри? Нормально общаемся? Кто ему такое сказал? Я как-то не очень хочу сидеть на шее у Стайлса, простите. - Что? В голове возникают картины того, как я буду ночевать на вокзале или же в лаборантских универа. - Ни-… Ничего. - Тебя устраивает такой вариант? - Да. Думаю, да. *** - И ты согласился жить у него? – спрашивает Зейн этим же вечером, когда я, наконец, начинаю собирать вещи. Включаю громкоговоритель и оставляю телефон на столе, потому что чертовски неудобно делать все одной рукой. - У меня нет другого выхода, так что да. Если бы Малик был сейчас рядом, то я заставил бы его помогать мне, а так он только отвлекает. Я уже забыл, куда положил наушники. - Вообще-то, я тоже мог помочь, - слышу нотки обиды в его голосе. - Ну, да. Денег от тебя я бы не взял, а в твоей квартире нет места, ты бы не мог мне с этим помочь, - вытаскиваю вещи из шкафа и скидываю их на кровать, - Так что смирись и расслабься. Постараюсь съехать от него как можно скорее. Зейн мне не отвечает. Может я теперь виноват в том, что он не смог мне помочь? - Ну, ты ведь мне нашел работу, - иронично добавил я, мучаясь с измятыми футболками и свитерами. - Да, кстати, я тебе скинул номер, позвони и договорись обо всем. В понедельник уже начнешь пахать. Действительно, зачем созданы каникулы? Тяжело вздыхаю и продолжаю собирать вещи, которых, как оказалось, не так-то и много. Всего лишь две сумки. Не знаю, радоваться тут или нет. *** В понедельник, после многообещающего спора с хозяйкой квартиры и очередного телефонного разговора с Грегом («Луи, ты перестанешь меня благодарить?» «Ладно»), я зашел в метро с мыслью о том, что я чуть не забыл, куда вообще ехать. Я был в доме Гарри слишком давно, да и последняя наша «встреча» прошла, знаете ли, не очень. Как-то странно, что сейчас я еду к нему. Стою перед дверью в его квартиру уже минут пять. Никогда не отличался застенчивостью или же робостью, но вот почему-то именно сейчас я все никак не могу решиться что-либо сделать. Несколько раз уже решил, что проще было бы поселиться на местном вокзале, меньше нервотрепки и смущения (откуда?). Не зря же я сюда пришел, да? Все будет окей, и хотя бы раз мне надо включить оптимизм, которого у меня никогда и не было. Звоню в дверь, потому что больше нет времени и смысла ждать.