Я вручаю своё тело бездне

Сознание к мальчику приходило постепенно. Он как будто выныривал из тёмных глубин океана и не мог понять где же он находится. Первым заработал слух - в помещении доносились голоса нескольких мужчин. Затем осязание - Вилен почувствовал, что руки и ноги сильно натянуты и что он висит в позе звезды на каком-то приспособлении, щекой касаясь чего-то кожаного. Голова запрокинулась, мальчик попытался открыть глаза и застонал от непривычных ощущений в теле: похоже он некоторое время уже так висит. - Проснулся, сладкий? - раздался бархатный вкрадчивый голос в самое ухо, - а мы уже хотели тебя будить. Бесцеремонная ладонь сильной хваткой повернула лицо мальчика вправо и на Вилена воззрились огромные чёрные пропасти глаз. - Ну же, не нужно больше отключаться. Мы и так заждались. - Кто... вы? - прохрипел мальчик, - где я? Незнакомец соблазнительно улыбнулся. - Ты там, где мы вольны делать с тобой всё, что мы захотим. У Вилена перед глазами все ещё плясали чёрные точки, и смысл слов доходил с трудом. - Вы... похитили меня? - прошептал мальчик, - Зачем? Горячая ладонь ласкающим жестом провела по щеке, большой палец мазнул по губам, заставляя их приоткрыться. Пальцы запутались в волосах, резко дёрнув вниз. Глаза мальчика расширились, он постепенно начал понимать весь страх ситуации в которую попал. - Ты слишком красив и невинен, чтобы всякие взрослые дяди с садистскими замашками хотели бы заполучить такой цветок, как ты... Сделать его своим, приручить... и, возможно, сломать! Губы мальчика в страстном поцелуе накрыл чужой обжигающий рот. Реакция Вилена после снотворного была явно замедлена, и ротик был соблазнительно податлив и мягок. И Максим, а это был именно он, не преминул воспользоваться этим: с остервенением начал терзать сладкую плоть, глубоко врываться в неё языком, иногда сжимая зубы до тихих вскриков мальчика. - П-прошу, не убивайте меня! П-пожалуйста... - со всхлипом прошептал мальчик, когда этот дикий жгучий брюнет соизволил отпустить его губы и с бешеной страстью заглянуть в зелень испуганных глаз. - Ну вот, - хмыкнул Назар весело, сидящий с Димой на огромной кровати и попивая вино из бокалов, - испугал мальчонку в конец. - Да уж. Макс, ты полегче, - Дмитрий поднялся, и тоже подошёл к мальчику, ласково оглаживая его поджавшуюся попу, - мы не убийцы, малыш. Отсюда ты уйдёшь в относительной целости и на своих двоих. - Нет, ну не дебилы ли? Пацан, да жив здоров ты будешь! Отпустим и ещё денег дадим! - веселился Назар. - Я ничего не понимаю... - Вилену так страшно не было ещё никогда. Судя по голосам он был в компании трёх взрослых мужчин, намерения которых относительно него, теперь были более прозрачны, когда рука второго наглеца по-хозяйски оглаживала его попку, бёдра и спускалась на вялый членик и сжавшиеся яички. - Я буду вашей игрушкой? - всё же прошептал мальчик, ужасаясь подобной перспективе. - Мм, сообразительный малыш! - подтвердил опасения чернявый, который вообще не сводил голодных глаз с лица Вилена, - но не бойся, убивать и калечить тебя мы точно не будем. Хотим лишь немного поиграть. Возможно, тебе самому потом понравится. Не сразу... Неподготовленным юным умам такое сразу не нравится. Но мы терпеливые. Впереди у нас целый день и волшебная ночь. И я обещаю, что в конце концов, ты и от боли испытаешь свой самый яркий в жизни оргазм. - Макс, не томи, философ! Давай уже начинай! - заныл Назар, - В задок его драгоценный я не полезу, ему и твоих 20-ти хватит, а вот ротик его сладкий мне подготовь! - Лентяй! - улыбнулся Зарецкий. - Эстет, - парировал Ларинов, - люблю любоваться, как ты деток разделываешь и растляешь. - И пользоваться моими заслугами! - Бывает! - улыбнулись в ответ. - Нет... нет... п-пожалуйста, отпустите... я никому не скажу... умоляю, не трогайте... - причитал в это время Вилен, дёргаясь в своих путах. - Макс, как думаешь, успокоительное может быть? - спросил Дима, с сомнением заглядывая в огромные зелёные глаза. - Не думаю... Карп, займи место в зрительном зале. Подготовкой я займусь один. Подключитесь, когда он будет готов. - Как скажешь. - Шоу начинается! - прошептал Назар, и во все глаза уставился на действо разворачивающееся перед ним. - Скажи своё имя, малыш! - попросил Максим, нежно проведя по волосам мальчика. - Вилен... - Красиво. Как и ты сам. Меня зовут Максим, но сегодня тебе знать это не обязательно. Для тебя я Господин. Запомнил? -... - Отвечай! - голову опять резко запрокинули оттягивая за волосы. - П...пожалуйста... не надо... - слёзы брызнули из изумрудных глаз. - Не понимаем... Хорошо. Урок первый - послушание! - волосы отпустили и мужчина, что представился Максимом, отошел... Чтобы вернуться с кнутом в руках! - Я даю столько, сколько ты сможешь выдержать. За удовольствие - ты благодаришь, называя Господином, - тихий, вкрадчивый голос. Несильный взмах, чуть слышный свист мягкой кожи и поясницу опаляет огнём. Взмах повторяется, и четыре точных удара пересекают спину и ягодицы. Мальчик кричит, больше от неожиданности, чем от сильной боли. Боль отчего-то не такая уж и сильная. Но юный мозг сразу взрывается и выдает: - Да-да-да! Я буду слушаться, Господин! Тело сотрясают рыдания, и мозг пока не хочет понимать за что его так? Почему именно с ним? - Хороший мальчик! - Максим откладывает в сторону кнут и подходит к юному пленнику. Он бил даже не в полсилы - меньше, но на бледной коже сразу заалели яркие полосы, расчерчивая спину. Зарецкий положил обе ладони на нежную спинку, начиная оглаживать лёгкими круговыми движениями, успокаивая, спускаясь на талию, ниже к упругим половинкам, несильно сжимая. - Не бойся меня, малыш, - шептал в покрасневшее ушко, откинув волосы. Главное не спешить. От томных прикосновений Вилен начал немного успокаиваться. Всхлипы доносились всё реже и грудь уже не вздымалась так часто. Зарецкий переместил ладони выше и скользнул к соскам, сжимая их и проверяя чувствительность. Комочки плоти сразу же напряглись, и мальчик резко выдохнул. Максим улыбнулся, не прекращая своего занятия. Он то с силой сжимал маленькие бусинки и оттягивал, то без перерыва настойчиво гладил. Сосочки уже во всю стояли и были похожи на спелые вишни. Мальчик же захлёбывался стонами - настолько чувствительными оказались соски. - Прошу... прошу... Господин... - голова Вилена откинулась на плечо мужчины, глаза закатились. - Вот так мне нравится больше, - прохрипел Максим, - Дим, зажимы! С цепью и кольцом для нашего гостя. Дима лишь хищно улыбнулся и пошёл исполнять. Максим же начал освобождать мальчика от кожаных ремней, по очереди руки и ноги, чтобы перестегнуть Вилена. Пока малыш невменяемо стоял, повиснув на Зарецком, чуть не падая, Максим нажал кнопку сбоку на кресте и конструкция пришла в движение. Кожаное приспособление отклонилось и теперь стояло горизонтально на опорах. Мужчина подсадил Вилена за подмышки на довольно высокую для него конструкцию, и снова закрепил его руки над головой. Мальчик особо и не сопротивлялся. Вилен понимал, что ему никак не совладать с тремя взрослыми накаченными мужчинами. Пока он лишь тихо глотал слёзы обиды и закусывал пухленькие губки. Тем временем Максим развёл стройные ножки как можно шире, согнул их в коленях и в такой позе закрепил их к кресту. - Боооже, какой вид! - простонал Назар с кровати и сильнее пережал кольцо у основания члена. Посмотреть действительно было на что! Теперь вся промежность юноши была как на ладони, широко открыта; трогательный животик подрагивал от частых вздохов, а соски продолжали дерзко торчать вверх. - Держи, кудесник! - подал требуемое Дима, не отказав себе в удовольствии тоже пощипать и погладить мальчика за алые бусинки прежде, чем снова сесть рядом с Назаром. - Что вы хотите делать... Г..господин? - заикаясь, прошептал мальчик. - Раскрыть все грани чувственности маленькому девственнику. А вот это, - Максим с силой сжал и потянул сосочки мальчика, отчего тот пронзительно застонал, - очень чувствительное местечко у тебя. Теперь, когда я закреплю на них зажимы, ты будешь постоянно их чувствовать. И пусть сначала ты ощутишь немного боли, - на этих словах Зарецкий взял металлические прищепки, по очереди оттянул каждый сосок и закрепил на них конструкцию, - это принесёт тебе больше наслаждения. Теперь соски действительно горели и побаливали, но так же, когда Максим дотрагивался до них легонько, это приносило неимоверный кайф, прошибая током до самого мозга. Затем Максим закрепил кожаное кольцо на небольшом члене юноши, вторым кольцом стянув ему яички, и отрегулировал длину цепи между членом и сосками. - Ты неотразим, мой мальчик! - прошептал Максим Вилену на ушко, с силой прикусив мочку, до тихого вскрика. Затем языком провел до дрожащих губ и лизнул нежный ротик. - Этим я тебя сегодня ещё научу пользоваться. А пока ответь, ты сегодня что-нибудь кушал? Мальчик не понял сути вопроса, но всё же тихо ответил: - Нет, Господин. - Это хорошо. Значит недолго провозимся, - и видя недоумение юноши, пояснил, - пора готовить твою попку, малыш. - Что?... - еле на выдохе произнёс Вилен. Мужчина же уже взял с тумбочек у стены просто огромный шприц, наполненный водой, и большой таз. - Что это? Что вы хотите делать? - запаниковал мальчик. - Всего лишь небольшая чистка кишечника. Так ведь куда гигиеничнее будет, - Макс поставил под мальчика тазик, смазал палец любрикантом и немного распределил по сжавшемуся колечку сфинктера, проникая одним пальцем внутрь. Затем смазал кончик шприца и плавно ввел его в Вилена, начиная вливать в него воду. Мальчик чувствовал как его начало распирать изнутри и с ужасом увидел, как низ животика стал постепенно увеличиваться. Вилен громко застонал, прося: - Не могу... больше... выньте, Господин... это так странно! - Бля, всё-таки мы конченные извращенцы, раз зрелище клизмы и этого маленького животика у малыша тааак заводит! - проговорил Назар, надрачивая свой член, - обязательно включу это в программу игр с моим Ангелочком. Тем временем Максим вынул пустой шприц из Вилена и стал поглаживать тугой надувшийся животик. - Я хочу... о Господи... пожалуйста... - бормотал мальчик. - Кого ты стыдишься? - Максим надавил на живот, и из дырочки мальчика потекла вода, причем совсем чистая. Но в месте с тем мальчик заплакал, всхлипывая, жмурясь и сжимая кулачки. - Это... так стыдно... Гос...подин... - Вряд ли. Дальше нас ждёт больше веселья. Ублажать трёх взрослых мужчин, такому цветочку как ты, будет ещё стыднее. Максим потрогал расслабленный сфинктер, погладил ладонью, и вставил в него два пальца по первую фалангу, слегка разминая круговыми движениями, подтрахивая попку, и погружая пальцы всё глубже. Почти сразу нащупал комочек простаты и методично начал ласкать её подушечками пальцев. Мальчик с непривычки поначалу потерялся в ощущениях, анус саднило, растягивало... Но потом, позвоночник прошило волной наслаждения. Членик начал подниматься, а ремни на нем болезненно сдавливать, но в тоже время приносить удовольствие. Такую гамму разнообразных ощущений Вилен не испытывал никогда и не знал, плакать ли ему от боли или же кричать от наслаждения. Тем временем Максим взял самую тонкую, но довольно длинную анальную пробку из своего арсенала и стал медленно вводить в анус Вилена. Мальчик задышал чаще, виляя попкой и стараясь всё-таки уйти от проникновения. - Это растянет твой сфинктер и кишечник ещё чуть больше. У меня далеко не маленький член, и ты его сегодня примешь в себя, мой хороший. Но я не хочу, чтобы ты пострадал при этом. А пока я займусь твоим ротиком, а то мои друзья уже заждались. Дима и Назар при этом лишь похабно улыбнулись с кровати, поглаживая свои стояки.